Я тебя ненавижу

Лео Зад ныл еще пару дней. Не очень, конечно, но жить можно... Появившись на учебе, никто меня особенно не допытывал по поводу моего отсутствия. И, придя в класс биологии, я сел за парту и уставился в окно. Я столько думал над произошедшим, ломал голову, терзал себя. Пытался предположить, а что было бы, если бы я не настоял... он бы не зашел ко мне... я бы не согласился на его сомнительное предложение... и что, если бы я проигнорировал то, что он хотел поговорить со мной, и просто бы ушел со всеми. Что бы было? Но было то, что было. Прозвенел звонок, шум начал постепенно стихать, и через какое— то время до меня донесся чужой, совершенно не знакомый мне раньше женский голос. — Здравствуйте. Я глянул в сторону источника этого самого голоса и увидел женщину лет тридцати пяти, в строгом костюме и собранными в высоком хвосте длинными черными волосами. Она начала говорить что-то про тему, а я не мог въехать, что происходит... — Кто это? — пихнув Миля, сидящего передо мной, спросил я. — Новая училка по биологии... — качнувшись на стуле, проговорил он. — А где Вильям Лоренс? — я почувствовал, как что-то внутри похолодело, упало вниз и разлетелось на множество осколков. — Уволился, говорят, его пару дней нет... были замены, а вот вчера эта пришла читать биологию... Ты рад, наверное, Лео? — рассмеялся он. — Наверное, — прошептал я. — Хотя мне будет не хватать ваших перепалок на биологии, — снова качнувшись на стуле, он оторвался от моей парты и уставился на доску. Со звонком я вылетел из класса и понесся в учительскую, где мне сообщили, что Лоренс и правда ушел, когда я задал вопрос «Почему?», мне ответили, что он не объяснял причину ухода, просто ушел и все. Мне удалось узнать его адрес, и, наплевав на оставшиеся предметы, я запрыгнул в машину и понесся туда. Я не знал, о чем говорить, что говорить, а самое главное — захочет ли он говорить со мной, просто я знал, что я должен к нему приехать, и чем быстрее — тем лучше! Запыхавшийся, я стоял перед его дверью, звонка не было, и пришлось стучать, раз, второй, третий, он что, бля, не слышит или его нет дома... Блять, я продолжал стучать, и когда надежды почти не осталось, дверь открылась, и передо мной стоял он, сонно потирая глаза. — Зачем так стучать? — Ну, привет, может, впустишь? — Зачем? — Поговорить... — Зачем? — За шкафом, — отпихивая его и проходя, рявкнул я. — Ты чего ушел? Не звонил... — отводя взгляд, протянул я. — Я так решил. А зачем мне тебе было звонить? — зевая, проговорил он. — Ты чего заладил «Зачем, зачем»? Не догадываешься, зачем? — разозлился я. — Лео, я тебе что-то обещал? — облокотившись о косяк и скрестив руки на груди, проговорил он. — Нет, — ответил я, понимая, к чему он это. — Так вот... И я правда не понимаю, зачем ты пришел и зачем задаешь мне эти вопросы, — холодно произнес он. Я взглянул на него, он стоял и смотрел на меня так, как будто мы просто случайно едем в одном лифте, никогда раньше не виделись и навряд ли когда-то пересечемся снова. Внутри что-то сжалось, стало больно, и глаза начало предательски щипать, и я отвел взгляд. — Охеренно, ну и пошел нахуй! Я тебя ненавижу, сука, понял?! — заорал я. Отпихнув его, я открыл дверь и понесся по коридору. — Прости меня за все, Лео, — проговорил он, но я его уже не слышал.