Personal toy.

От лица Мартины. С утра я проснулась далеко не от ощущения легкости, как и должно быть в утро нормального подростка, а от острой головной боли и непреодолимого желания пить. Но стоило мне только на секунду приоткрыть свои ужасно слипшиеся глаза, как я почувствовала себя последним алкоголиком на этой несчастной планете. Голова словно раскалывалась на две половины, в ушах непонятно звенело, а солнечный свет, который пробирался в комнату сквозь плотные занавесы штор, слишком сильно сказывался на глазах. Поэтому с непонятным скрипом я накрыла свою бедную головушку мягким одеялом, облаченным в пододеяльник цвета стали. Погодите, что? Осознав всю трагедии ситуации, я рывком уселась на широкой кровати, едва ли ни спихнув одеяло на пол. Все мои действия отдались импульсами по моей расшатавшейся нервной системе, и я, в жалких попытках опомниться, схватилась за голову. Какой же ужас я испытала, когда осознала, что из всего вчерашнего вечера я помню лишь тот момент, когда вошла в дверь. Самое удивительное, что до сегодняшнего утра, я всегда знала меру в количестве выпитого мной алкоголя, но, что касается вчера, я не помню пила ли вообще, хотя, судя по моему состоянию, вывод напрашивается сам. Пила и много. Услышав непонятное шорканье, я лениво подняла голову и встретилась взглядами с виновником торжества. Учитель смотрел на меня снисходительно и по-детски улыбался, а мне стало настолько стыдно, что хотелось провалиться в какую-нибудь глубокую яму, кстати, почему он не оставил меня пьяную гнить на диване в гостиной, а предоставил свое священное ложе? Да что я вообще делаю тут? Отвожу взгляд и осматриваю его спальню, с моего прошлого визита ничего не изменилось, практически, разве что на комоде теперь стояла рамочка, содержимое которой я не могла рассмотреть, ибо на нее бессовестно падали солнечные лучи, и мне просто-напросто отсвечивало. — Прежде, чем ты задашь мне свой список вопросов, выпей это, — я, наконец, фокусирую взгляд на мужчине и замечаю у него в руке стакан с водой, в котором что-то противно шипит, словно защищаясь. Хорхе медленно подходит ко мне, словно чего-то опасается, и моему взору предстают три бардовые царапины на его покрытой небольшой щетиной щеке. Шатен усаживается на край кровати и протягивает мне стакан, который я тут же принимаю и делаю несколько глотков. Божественно. Выпиваю все залпом, а мужчина едва сдерживает смех, но послушно забирает стакан из моих рук. — Что я здесь делаю, Хорхе? — спрашиваю, пока он ставит стакан на тумбочку и возвращает одеяло в кровать. — Это долгая история, принцесса, так что ложись обратно в кровать, — почему-то я его слушаю, но не могу скрыть удивления, когда он ложится рядом со мной, позволяя расположиться у него на груди и крепко обнимая меня. — Думаю, что я просто начну рассказывать тебе все попорядку, но сразу должен уточнить, если бы не все обстоятельства, поверь ты бы спала на жестком диване, а на утро была бы хорошенько наказана, но тебе просто повезло, Штоссель, что твой спортсмен оказался тупым, — хмурю брови, обнимая руки Хорхе и сглатывая от того, что со мной действительно могло произойти. Зная Хорхе, методы наказания были бы какими-нибудь извращенными, поэтому я лишь удобней устроилась у него на груди, начиная слушать его бархатный голос, — В общем, все началось, когда мы первый раз столкнулись, ты, конечно же, начала ерепениться, что я тебе не сообщил о том, что приглашен на этот разнесчастный приём, и тогда ты выпила свой первый и единственный бокал шампанского, а потом пила исключительно газировку, — будучи полностью смущенной, я посмотрела на учителя, но он лишь усмехнулся и поцеловал меня в щеку, удобней устраиваясь на кровати. Видимо, придётся набраться терпения, потому что как бы я ни напрягала извилины своего головного мозга вспомнить вчерашний приём я не могла, — Не удивительно, что я наблюдал за тобой, ибо мне хотелось сорвать твоё красное платье и затащить в уборную, дабы хорошенько отыметь, уж больно ты блистала на этом вечере. Полные вожделения взгляды мужчин были направлены исключительно на тебя, в этот момент тебе просто на лбу хотелось написать «собственность Хорхе Бланко», — я не смогла сдержать до безумия глупой улыбки, просто остаётся надеяться, что он не заметил этого, — А потом твои друзья решили подшутить и налили тебе в стакан отборного виски, а дальше ты и не заметила, как начала хлестать текилу, а твой дружок, Диего, лишь подносил тебе стопку одну за другой. В один прекрасный момент пьяная вдребезги Мерседес забралась на стол и начала петь, поверь мне, лучше было бы, если она станцевала стриптиз, — я скорчила гримасу, не могу представить, что все было настолько плохо, стыдно то как, —Так что, твои полоумные друзья, так, слегка, сорвали приём, опоили тебя, и твоего парня родители выгнали за шиворот, а меня просили позаботиться о тебе, так что вот я и забочусь, — мужчина усмехается и притягивает меня к себе крепче обычного, вдыхая запах моих волос. — А как ты меня затащил сюда? — все-таки спрашиваю вопрос, который намертво засел в моей голове уже с половины его рассказа, ведь судя по всему, я была в хлам. Нет, просто в хламище. От этого было немного не по себе, но то, что обо мне заботился сам преподаватель истории, причём с поручения моих родителей, согревало мою душу изнутри. Пожалуй, лучшего утра с похмельем, у меня быть и не могло. — Это было сложно, но, как видишь, испытав боевые травмы, я справился с этим, — нотки его голоса были слишком фальшивые, отчего мне показалось, что он рассказал мне далеко не все, однако, возможно, я уже знаю, все, что мне следует знать. Ведь у такого мужчины как Хорхе всегда будут секреты от простой старшеклассницы, мне стоит свыкнуться с этим, поэтому я кивнула. — Ты завтракать, то будешь? — Ты ещё спрашиваешь, я безумно голодная.

***

От лица автора. Пока молодая пара или как можно назвать ученицу и учителя вместе отправились на кухню, дабы приготовить на завтрак незамудренную холостяцкую пищу, тобишь яичницу; каждый подросток, который был вчера на приёме, испытал своё "доброе" утро. Мерседес выслушала лекцию от матери и отправилась на релаксацию в спа салон своей сводной сестры. Факундо проснулся в компании очаровательной рыженькой девушки, что не было для него ново. А Диего с самой первой секунды планировал извинения перед семьёй Штоссель, в доме которых сейчас царил полный хаос. Марианна помогала собраться мужу на деловую встречу, а их старший ребёнок практически не обращал на них внимание, пытаясь просто поедать свой завтрак, приготовленный прислугой. — Ты думаешь, что мы должны закрыть на это глаза? — уточняет женщина у мужа, пока тот усаживается за стол, выжидая свою кружку эспрессо. — Да, конечно, мы приняли правильное решение, попросив Бланко позаботиться о ней одну единственную ночь, но этого больше не повторится. Хорхе Бланко — солидный мужчина, однако он не для нашей дочери, а Диего — перспективный молодой человек, с деньгами для нашей семьи. Он обеспечит Мартине прекрасную жизнь, поэтому именно он станет её супругом, и это моё последнее слово. — строго чеканит Алехандро, делая глоток кофе. Франциско лишь усмехается, чем и привлекает внимание отца, — И Мартине не слово, — все члены семьи кивнули, соглашаясь с тем, что так будет лучше. Кажется, твою судьбу, малышка Штоссель, только что решили за тебя. Берегись, пока наслаждаешься завтраком в маленькой уютной квартире Бланко. Но знали бы все о нем правду, которую он хранит уже несколько лет. Возможно тогда семья Штоссель сочла бы его лучшим претендентом на роль руки их дочери, ведь все решают деньги. А Хорхе их не занимать, только, почти, никто об этом не знает. Однако ему это не нужно, он привык добиваться всего сам, вот и того, что хрупкое создание сидело на его кухни, уплетая за обе щеки свой завтрак. Он наслаждался её компанией, рассматривая каждую черту её столь притягательного юного тела. Он хотел бы быть для неё всем, однако не мог ей дать того, о чем она мечтала, и на этого у него были свои причины. О которых никто никогда не должен узнать, однако он и не подозревает, что уже является для этой кареглазой малышки всем. Но все же дома её ждёт очередной приказ, который она должна будет выполнить беспрекословно. У каждого человека есть своя тайна, и причина на эту тайну. Возможно, это и можно назвать синдромом недосказанности. Который на данном пути наших героев будет сопровождать их до победного конца.