Гроза

Опустив головы, мальчишки столпились в тесный круг и с интересом что-то разглядывали. Шерлок знал - это был журнал для взрослых. Старший брат Питера Дешвуда дал ему глянец со словами, что он сможет узнать оттуда много полезной информации. И теперь, пользуясь моментом перед уроком физкультуры, беспокойно оглядываясь, чтоб их не застал тренер, они с превеликим интересом рассматривали каждую страницу. Ярко накрашенные женщины с огромнейшей грудью и призывно расставленными ногами задорно подмигивали с каждой страницы, выставляя напоказ то, что чопорные девочки прячут за одеждой. Но Шерлока это совершено не интересовало. Делая вид, что он поглощен чтением задачника по химии, он исподтишка наблюдал за своим одноклассником — Оливером Греем. Его белокурые волосы волнами спадал на лоб, отчего он каждый раз сердито морщился и раздраженно заправлял их за ухо. В отличии от большинства мальчиков, как и Шерлок, он сильно вымахал за лето. К тому же, у него начали расти волосы на лобке и подмышках, что было причиной зависти других мальчишек, у которых подобные изменения еще не наступили. Как бы невзначай, он поднимал руку, чтобы поправить волосы, демонстрируя, что он уже взрослый. Шерлок любил смотреть на него. Видеть, как Оливер улыбается, слегка прищурив глаза, или хмурится, в надежде, что уравнение решится само собой. Наблюдая за ним, у Шерлока часто появлялось приятное ощущение внизу живота, оно нравилось ему и всегда повышало настроение, даже когда на душе было особенно мерзко. Не по годам умный, к тому же точные предметы всегда были его сильной стороной, Шерлок часто помогал Оливеру, и со временем между ними даже завязалось что-то вроде дружбы. Они часто делали вместе уроки у кого-то дома, встречались на выходных и даже прогуливали школу. Как-то раз после школы ребята забежали к Шерлоку, чтобы приступить к работе над совместным проектом по химии. Точнее, его делал Шерлок, а Оливер был так, не пришей кобыле хвост, но никого это не смущало. — Сначала вы пообедаете, а уроки потом! — Миссис Холмс сделала грозный вид и решительным жестом указала в сторону кухни. — Нам придется поесть, — со вздохом произнес Шерлок, но, похоже, его друг был только за. — Твоя мама так вкусно готовит! — с трудом проговорил Оливер, откусив половину куска пирога с почками. — Я не люблю такое, — скривился Шерлок, размазывая пюре по тарелке. — Быстрее доедай! — сказал он нетерпеливо. — Шерлок, твоя драгоценная химия от тебя никуда не денется. Мальчик вздрогнул и резко развернулся. — И давно ты здесь торчишь? — сказал он сердито. — Столько, сколько надо, — мягким голосом произнес Майкрофт, делая особый акцент на последнее слово. Его щеки вспыхнули и он быстро развернулся. — Что вы будете пить, дорогой? Может, молока? — спросила мама. — Да, — глухо отозвался Шерлок. — Ты уверен? Удивленно подняв бровь, мама глянула на него, но мыслями её младший сын был сейчас очень далеко. Майкрофт лишь пожал плечами на её вопросительный взгляд. — Ты же ненавидишь молоко, ты точно будешь его пить? Шерлок закивал, какое ему дело до того, что кто-то его спрашивает, когда Оливер так красиво слизывает соус со своих пальцев, причмокивая губами, и проводит языком по ним. Широко открыв глаза, он ловит каждое его движение, наслаждаясь моментом. Майкрофт не сводит с них глаз и тяжело вздыхает. Шерлоку это не нравится. — Давай доедим в комнате, — говорит Шерлок и, подхватив тарелку, хватает Оливера за руку и тащит к себе в комнату. Все, с него достаточно, они не подопытные кролики, чтобы на них так таращиться. Время пролетает слишком быстро, и, раздосадованный, вслед за Оливером, он плетется вниз. Прощаясь, он подается внезапному порыву и обнимает друга на прощание. Тот несколько секунд ошарашенно моргает, а потом обнимает его в ответ. Понимая, что объятья затянулись, Шерлок нехотя его отпускает и захлопывает дверь. — Шерлок… Тот вздрагивает и сердито разворачивается. — Чего тебе? У Майкрофта слишком понимающее лицо, и это дико бесит. — Послушай… — Старший брат хватает его за руку, но тот вырывается. — Шерлок, пожалуйста, выслушай меня, — говорит он, прижимая младшего к стене, чтобы тот не смог убежать. — Пожалуйста, я тебя очень прошу, не делай этого! Это все закончится очень плохо, пожалуйста, просто поверь мне на слово, хорошо? Я знаю, что ужасно тяжело себя сдерживать, но я же за тебя переживаю! Последствия могут быть непоправимые! Пожалуйста, постарайся справиться с собой, хорошо? У тебя все будет, просто надо немного потерпеть! — Майкрофт пристально смотрит Шерлоку в глаза и, не выдерживая взгляда, он моргает. — Я умоляю тебя, пусть Оливер думает, что ты относишься к нему только как к другу… Этого Шерлок уже вытерпеть не может, он вырывается, и со всех ног бежит в свою комнату. Майкрофт не пытается его остановить, давая брату побыть одному и все обдумать. Его сердце разрывается, но кроме того, как предостеречь, он больше ничем не может помочь. Его бесит бессилие, разрывает на части. О, если бы он только мог повлиять на Оливера, но это, к сожалению, не в его силах. Вздыхая, он поднимается по лестнице, молясь, чтобы здравый разум Шерлока превысил чувства и желания тела. Утро встретило пасмурным затянутым небом, что никак не располагало к хорошему настроению, и в итоге день выдался просто ужасным. Придя домой, Шерлок швырнул портфель на пол, даже не удосужившись его разобрать, и, снимая на ходу одежду, не боясь быть застуканным, так как в ближайшие часы он дома сам, проходит в душ. Теплая вода приятно расслабляла тело, снимая усталость и злость, накопившуюся за еще один день в ненавистной школе. Поддаваясь внезапному порыву, он слегка провел по своему члену, который так сильно вырос за последние пару месяцев. Ему даже стало неловко быть одетым в одни плавки, которые внезапно туго обтянули его гениталии. Он даже наотрез отказывался раздеваться на пляже, чем вызывал непонимание и беспокойство мамы, которая никак не могла понять, в чем дело, ведь Шерлок всегда так любил плавать. Сделав ещё пару плавных движений, Шерлок почувствовал то смутное ощущение внизу живота, которое становилось сильнее от каждого прикосновения, побуждая ускорить темп руки и сжать кулак посильнее. Даже под шум воды и дождя Шерлоку казалось, что он слышит, как колотится его сердце, грозящие вот-вот выскочить из груди. Член начал увеличиваться в руках и пульсировать, почти напоминая полноценную эрекцию. Не удержавшись, Шерлок громко застонал, зная, что он один во всем доме. Он продолжал ласкать себя, но момент приятных ощущений исчез, так же внезапно, как и появился, и чувствуя значительный дискомфорт в мошонке, Шерлок выключает воду и вытирая на хожу свое тело полотенцем, идет в свою комнату. — Привет, Шерлок. Дернувшись от неожиданности и поспешно прикрывая полотенцем свой не до конца опавший член, Шерлок во все глаза уставился на старшего брата. — Что ты здесь делаешь, Майкрофт?! — закричал он в страхе, что брат мог его услышать. Как же он ненавидел, когда тот к нему подкрадывался. — Ну вообще-то я здесь живу, — с насмешкой ответил тот. — Но если тебя интересует, почему я так рано вернулся домой, то я отвечу: у нас отменили последние две пары, вот я и пришел пораньше домой. Несмотря на весь сарказм и ехидность, без которого Майкрофт просто не мог сказать и фразы, его лицо было уж слишком понимающим, и щеки мальчика вспыхнули от одной только мысли, что он слышал Шерлока в душе или успел заметить его состояние до того, как тот успел закрыться. — Шерлок, послушай, это нормально, что ты… — Не хочу тебя слышать! — крикнул он и, не дав договорить старшему брату, забежал в комнату и захлопнул дверь. Так по-детски, так по-наивному. Ему было ужасно стыдно за все: за свое поведение в душе, за реакцию на слова Майкрофта…. Он ведь ничего такого не хотел сказать. Или хотел? А что, если он ничего не заметил, а Шерлок это просто все придумал и тем самым выдал себя? Дурацкие мысли, которые вечно лезут в голову, когда их совсем не просят! Надев пижаму и решив, что сегодня он обойдется без домашнего задания, Шерлок залез в постель. Ну и что, что завтра контрольная по физике, такие мелочи, как оценки, его совсем не волновали. И пусть даже за четверть у него будет только удовлетворительно. Шерлок никогда не беспокоился по поводу своей успеваемости. Особенно сейчас, когда все его мысли поглощал Оливер. Ужасно хотелось снова притронуться к себе, неудовлетворенный член, казалось, дергается в ожидании ласки, но Шерлок боится. Страшно, что в любой момент кто-то войдет, будь-то мама, интересуясь, не голоден ли он, что нового в школе, или Майкрофт всунет свой длинный любопытный нос. И в подтверждении его догадок открывается дверь и заходит мама. — Милый, я принесла тебе чашку чая, ты не замерз? Так холодно на улице… И почему ты уже в постели? Ты не заболел? Эти детские сюсюканья ужасно бесят Шерлока, ведь он уже взрослый, и ему категорически не нравится, чтобы с ним разговаривали таким тоном. — Нет! — огрызается он. — Все нормально! И не хочу я чаю! — добавляет он, отпихивая чашку рукой. — И почему ты никогда не стучишься, когда заходишь в мою комнату?! — Хорошо, я буду стучаться, — спокойным тоном отвечает мама. И унося с собой чашку горячего и такого желанного чая, миссис Холмс покидает комнату. И снова этот слишком понимающий взгляд. Бесит. Шерлок хочет уснуть, и к его удивлению, это происходит почти мгновенно. Утром, сладко потягиваясь, он просыпается в прекрасном настроении. Сбросив одеяло, он чувствует легкий дискомфорт и, проводя рукой по пижаме, чувствует на ней липкое влажное пятно. Исследуя причину и приходя к заключению, от которого краснеют щеки, он быстро сбрасывает одежду, заталкивая подальше в шкафы, чтобы потом прийти домой и быстро все застирать, пока никто не увидел. Но, приходя домой вечером после тренировки, не обнаруживает её в шкафу, и в ужасе бежит вниз по лестнице. — Где моя пижама? — в гневе кричит он, забегая на кухню. Вся семья с удивлением смотрит на него. — Ну, во-первых, так кричать неприлично, — парирует отец и возвращается обратно к газете. — Я её постирала, чистая лежит на кровати, разве ты не заметил? И совсем не обязательно было заталкивать её в шкаф, еле нашла! И снова Шерлок краснеет, и снова этот слишком понимающий взгляд Майкрофта. Шерлок пытается прочитать по маме, увидела ли она пятна его ночного позора на пижаме, но её лицо непроницаемо. Марк прыскает в чай и пытается скрыть это за приступом кашля, но встречаясь с тяжелым взглядом дяди, ему перестает быть так смешно. Еще один. И Шерлок краснеет еще больше. — Садишь поешь, ты же ужасно голодный после тренировки, — ласково обращается к нему мама, но Шерлок уже развернулся и бежит в свою комнату. Забравшись на кровать и поддавшись вспышке гнева, он зло отбрасывает свежую пижаму, но потом встает и одевается. Кто-то стучит в дверь, но Шерлок демонстративно отворачивается к стене, не желая знать, кто пришел. — У тебя был тяжелый день, да? — произносит Майкрофт и потрепав его по плечу, присаживается на край кровати. Шерлок молчит и всем своим видом пытается показать, что не нуждается в разговорах. Особенно с Майкрофтом. Особенно на такие темы. А разговор намечается не легкий. — Я тебя прекрасно понимаю, — продолжает он, — что ты злишься и тебя все раздражает, и ты не понимаешь, что с тобой происходит, я сам совсем недавно прошел через это все, и это нормально! И те изменения, что происходят с твои телом… И тут уж Шерлок не выдерживает: — Я тебя не слышу! Я тебя не слышу! Я тебя не слышу! — кричит он, зажимая руками уши. Он понимает, что ведет себя глупо и очень по-детски, но ничего не может с собой поделать. Тяжело вздыхая, старший брат встает, желает спокойной ночи и, не дождавшись ответа, выходит за дверь. — Ну что, ты поговорил с ним? — тихонько спрашивает мама, сталкиваясь со своим старшим сыном в коридоре, но Шерлоку все равно удается расслышать. — Увы, он не желает меня слушать. Миссис Холмс тяжело вздыхает:  — Если даже тебя не хочет слушать, то меня и подавно. Ничего, все через это проходят, он перерастет, — добавляет она, улыбаясь. А Шерлок в это время стоит у двери и изо всех сил прислушивается, о чем разговор. Да, конечно же, о нем! Как и все разговоры, которые происходят в их семье. Шерлок и его выходки в школе, Шерлок и тысяча и одно правило, как вести себя в обществе, Шерлок и миллион фраз, которые нельзя говорить посторонним людям. Шерлок то, Шерлок сё, как будто бы больше разговаривать не о чем! Раздраженный, он прислушивается дальше, но разговор стих, видно, они спустились в гостиную. Продолжая злиться, он возвращается в кровать и пытается уснуть, но навязчивое желание прикоснуться к себе появляется снова. Украдкой косясь на дверь и гадая, не стукнет ли в голову отцу пожелать ему спокойной ночи, со страхом быть разоблаченным, он начинает себя ласкать. Тело быстро реагирует на прикосновения, и едва Шерлок обхватывает посильнее головку, как член быстро увеличивается в размерах. Его дыхание сбивается и он сжимает зубы, чтобы снова громко не застонать, а что и еще хуже, не закричать. Тогда уж точно ведь дом узнает, чем он тут занимается, если это еще у него на лбу не прописано. Теперь-то Шерлок понимает, как плохо он делал, врываясь в комнату брата без спроса. Шерлок отчетливо помнит, как удивился первый раз, вломившись без разрешения в комнату брата и застав того за весьма щекотливым занятием. В одной руке Майкрофт зажимал журнал, который не сильно отличался от того, который с таким любопытством рассматривали одноклассники в раздевалке, а другой рукой… Да, Шерлок уверен, Майкрофт совершенно точно сжимал свой член. Его щеки пылали и он часто дышал. Совершенно точно, его старший брат занимался точно тем же, что и Шерлок, но он не мог себе позволить поговорить с ним об этом. Или же просто его выслушать. Не мог и все! Потому что это был Майкрофт, и этот взгляд «Я все понимаю» выводил из себя. Конечно, можно было придумать еще сто причин, но то, что ему было просто стыдно, он признавать упорно не желал. И снова на Шерлока напала бессонница. Украдкой выглянув в коридор и удостоверившись, что у родителей погас свет, Шерлок на цыпочках подошел к двери Майкрофта и прислушался: было абсолютно тихо. Удостоверившись, что все спят, он вернулся в кровать и укрылся с головой, что было не очень хорошей идеей, так как он может не услышать, как кто-то откроет дверь. Быстро осознав это, Шерлок выныривает из-под одеяла и опасливо косится на стену, разделяющею его комнату с комнатой Майкрофта. По неизвестным причинам между комнатами очень хороша слышимость, наверное, строители допустили какой-то дефект при строительстве дома. Уже долгое время этот неприятный факт доставлял много трудностей Майкрофту, который с маниакальным постоянством заглядывал к Шерлоку в комнату, когда к нему приходила очередная девушка, и как бы невзначай интересовался, чем тот занимается, почему он сидит так тихо, и не хочет ли он вообще погулять. Но Шерлок не дурак. Шерлок понимает, что Майкрофт просто не хочет, чтобы его младший брат слышал звуки, доносящиеся из его комнаты. Разрываясь между двух огней, Шерлок сбрасывает штаны и и прикасается к себе. Ощущения почти болезненные, но до того приятные, что остановится просто невозможно. С силой сжав кулак, он начинает скользить им по своему члену. Прикосновения немного неприятные, но ему приходит в голову гениальная идея использовать крем для рук, и дело идет намного лучше. На головке начинает выделяться много смазки, и Шерлок размазывает её по всему стволу. Дыхание учащается, и просто возить рукой по члену уже недостаточно. Теряя контроль над собой, он грубо проходит пальцами по чувствительной уздечке, переключаясь на свои яички. Они резко поджимаются, и внезапно, впервые в жизни он кончает с громким криком. С руками, перемазанными собственной спермой, Шерлок в ужасе натягивает на себя одеяло, надеясь, что сон его брата слишком крепкий, чтобы проснуться. Боясь встать и привести себя в порядок, он так и засыпает, обещая унести происходящее с собой в могилу. Но свои чувства тяжело держать в себе, особенно когда ты молод и влюблен. В тот день урок английской литературы был особенно нудными, а хуже урока литературы могло быть только два урока литературы подряд. И если первые сорок пять минут Шерлок еще мог выдержать, то вторые уже никак. Стрелка часов как будто бы прилипла к циферблату, и как бы Шерлок не гипнотизировал её взглядом, время быстрее не проходило. В конце концов, одурев от скуки, он ткнул Оливера в бок и скорчил рожицу. Оливер тут же ответил толчком в голову. Не прошло и десяти секунд, как ребята уже вовсю принялись лупить друг друга. Оба надеялись, что у учительницы вскоре лопнет терпение, и их выгонят за дверь. — Холмс! Грей! Что вы мне тут устроили? А ну вышли вон из класса! Два раза повторять было не нужно, и сталкиваясь в двери лбами, мальчики выбежали из класса. В коридоре раздался громкий хохот, их совершенно не волновало, что родителей опять вызовут в школу, и папа будет долго и громко отчитывать Шерлока, ставя в пример всю его семью, а Майкрофта — в первую очередь. Времени еще было вагон, если бы это был последний урок, можно было уйти домой, но впереди еще математика, так что улизнуть не удастся. Посовещавшись, друзья решили направиться в школьное кафе и перекусить, благо деньги при себе имелись. Настроение было чудесное и, вдоволь наевшись свежей выпечки, ребята направились во двор. Здесь, лежа в тени деревьев школьного сада, коротать время было особенно приятно. — Я так рад, что у меня есть такой друг как ты, Шерлок, — внезапно сказал Оливер, развернувшись и смотря прямо в глаза. Шерлока обдало горячей волной, инстинктивно он приблизился на пару сантиметров ближе. — Я так счастлив, что ты у меня есть, Оливер, — горячо ответил он, дотрагиваясь до его плеча. Сердце было готово вот-вот выскочить из груди. Поддавшись инстинкту, Шерлок потянулся к нему и закрыв глаза, легонько поцеловал в губы. Все казалось так просто и правильно, но в то же время, было ужасно глупо и неразумно. С криком Оливер вскочил на ноги. В его глазах застыло непонимание, которое менялось на ужас, а потом и глубокое отвращение. — Ты что, больной? — закричал он. Сердце упало в груди, с глазами, полными ужаса, он смотрел на своего друга, не зная, что сказать. — Оливер, я… Извини, извини меня, пожалуйста, я неправильно тебя понял, — губы Шерлока задрожали. — Неправильно понял? — он истерически засмеялся. — Я… Ты… Я… Ты гей? Ты думал, что я тоже? Ты… Ты… — Он попятился назад, споткнулся, но тут же поднялся на ноги. — Извини, пожалуйста, извини, — в глазах Шерлока появились слезы. — Пожалуйста, я… Я не знаю, что на меня нашло… С его глаз уже катились слезы, и он сложил руки в молитвенном жесте. — Оливер, пожалуйста, я не хотел… — закричал Шерлок. — Прости меня, ну, пожалуйста! Оливер помотал головой, он хотел еще что-то сказать, но эмоции пересилили его. Шерлок сделал еще пару шагов вперед и ухватил друга за плечо, но тот резко дернул им и, бросив взгляд полный брезгливости и отвращения, убежал прочь. — Пожалуйста, ну я же не хотел! Оливер, пожалуйста, вернись! Но парень уже скрылся за входными дверями школы и его не слышал. — Пожалуйста, пожалуйста!.. — Обхватив лицо руками, Шерлок медленно осел на землю. Грудь его вздрагивала от рыданий, ему с трудом удавалось дышать. — Пожалуйста, Господи! Что же я наделал, что я наделал… — всхлипывал Шерлок, вцепившись руками в свои кудрявые волосы. Он просидел под деревом до конца уроков, а когда все разошлись по домам, чтобы его не заметил садовник, побрел к реке. Отойдя довольно далеко от моста, он повалился на траву и закричал. Теперь, благодаря его выходке, он не просто потерял своего лучшего и единственного друга, он потерял намного большее. И дело даже не в том, что завтра все узнают, если еще не сегодня, и будут дразниться. Он впервые в жизни решил кому-то открыться, кому-то, кроме Майкрофта, и с ним так жестоко обошлись. Все вещи остались в школе, но Шерлоку было абсолютно плевать. Очень хотелось умереть и провалиться сквозь землю, или, на худой конец, уехать далеко-далеко и больше никогда в жизни сюда не возвращаться. Он никогда в жизни еще не чувствовал себя таким никчемным, глупым и никому не нужным. Шерлок был даже готов сделать шаг к реке, но силы покинули его и он потерял сознание. Очнулся он, когда уже было темно. — Шерлок, что же ты творишь, а? Господи… Боже мой… Как же так могло получиться… Открыть опухшие от слез глаза было необычайно сложно, и Шерлок вскоре бросил эту затею. Прошли минуты, прежде чем он вспомнил, что произошло. Ему казалось, что он движется, но прошло время, прежде чем он понял, что его несут на руках. — Майкрофт? — прошептал он, пытаясь рассмотреть лицо брата. — Да, это я, — сказал тот расстроено. — Пусти меня, я сам пойду, — слабо произнес тот и снова потерял сознание. Шерлок очнулся уже дома, лежа на диване в гостиной. Благо, родители уехали и не придется перед ними оправдываться. Майкрофт сидел у его ног и, не отрывая взгляда, молча наблюдал за каждым его движением. — Что ты натворил, Шерлок… — он все-таки решается заговорить. — Это все из-за Оливера, да? Ты не послушал меня… У Шерлока достаточно сил, чтобы вскочить с дивана и побежать в свою комнату. Шерлока снова душат слезы, ему ужасно стыдно плакать перед братом, но он не может себя сдержать. Каким же он был дураком, и как он мог так легко поддаться мимолетному желанию. Он корит себя снова и снова, надеясь, что брат не пошел за ним, что никто его не отвлекает, и он даже чувствует благодарность. Проходит время, прежде чем он слышит тихонький скрип двери. Майкрофт молча присаживается на краешек кровати и тихо ждет, пока Шерлок перестанет громко всхлипывать и начнет воспринимать его голос. — Ты никогда не задумывался, почему я перестал заниматься джиу-джитсу, хотя мне так нравилось? — спрашивает Майкрофт и, не дожидаясь ответа, продолжает дальше: — Ты ведь знаешь, с каким трепетом я ждал каждой тренировки… Так вот… — он откашлялся и застыл на мгновение с растерянным выражением лица, как будто бы собираясь с духом. — Помнишь Габи? Она часто приходила к нам домой… Раньше… Я думаю, ты знаешь, она нравилась мне, хотя мы всегда были просто друзьями. Так по крайней мере я думал… А потом, как-то раз, у нас была очередная аттестация, я тогда собирался сдавать на коричневый пояс и мы поехали в Ливерпуль… — Майкрофт замолчал и напрягся, как будто бы в нем одновременно боролся целый вихрь чувств, что для него уже было не свойственно. — Так вот, — продолжил он, справившись с видимым смущением, — по какой-то дебильной случайности нас поставили в пару, что само по себе странно, ведь она девушка, к тому же у нас разная весовая категория и, что самое важное, мы ходили к одному тренеру. Ну так уж получилось. Да-а… Так получилось… Уставившись в одну точку, Майкрофт снова замолчал, но тут же перевел взгляд на Шерлока, который и не думал отрывать лица от подушки, и со вздохом продолжил дальше: — Ну если говорить вкратце, то первый показывал приёмы я. Ты прекрасно знаешь, как выглядит бразильское джиу-джитсу, партнер садится на тебя сверху, или еще хуже, ложится сверху… Мы начали, не успела она сесть на меня сверху, и… И я сразу же начал возбуждаться. Сначала Габи ничего не заметила, но в тот момент, когда она нагнулась ко мне, и её дыхание принялось щекотать мне шею, ситуация стала критической. Он… Он стал подниматься…. Я видел по её лицу, как менялись эмоции, сначала она думала, что ей показалось, потом постепенно до нее начало доходить, что её догадки верны. Мне было ужасно стыдно, как никогда в жизни! Я уже не думал о экзамене, а делал все черт знает как. Я был в панике, я не знал, что делать. Когда надо было в очередной раз принять положение сверху, сидя на мне, она замешкалась, и я прочитал в её глазах ужас. Самое унизительное было то, что стоило мне только повернуться, как все бы заметили, что я… Что я был очень возбужден. Я прошептал ей "Извини" раз сто, наверное, и в отчаянье, прикрываясь руками, ушел с татами. Все таращились на меня как на ненормального, но потом поняли причину, начали смеяться и тыкать пальцами. Это было просто ужасно. — Но ты же все-таки получил коричневый пояс, — сказал Шерлок, отрывая опухшее лицо с подушки. — Да, мне разрешили пересдать, — горько усмехнулся Майкрофт. — Судьи оказались очень понимающими, вошли в мое положение, один похлопал по плечу и сказал, что такое бывает… От стыда мне хотелось провалиться сквозь землю! Закончив свою выдуманную историю, Майкрофт потрепал Шерлока по волосам. Чего не сделаешь для младшего брата, будь то отмазка перед родителями или выдуманная история. И Шерлоку совсем не обязательно знать, что он сам отшил эту дуру, когда она, напившись пива и поддаваясь внезапному порыв, завалилась к нему в комнату после аттестации, предлагая себя. Ничего более мерзкого Майкрофт еще в своей жизни не видел. — А я сам во всем виноват, ты был абсолютно прав, а я к тебе не прислушался! — всхлипывает Шерлок. Майкрофт хмурится, он понимает, что раз уж Шерлок говорит такие фразы, значит, все действительно очень плохо. — Шерлок… — неуверенно говорит он, колеблется, переступить незримую черту или нет. — Скажи мне, что произошло? Это все из-за Оливера, да? Ты рассказал ему о своих чувствах? — его голос совершенно беспристрастен, и весь его вид говорит, что вопрос абсолютно нормальный, и нет ничего странного в том, что он его задает. — Я попытался его поцеловать, — выпалил Шерлок на одном дыхании, отворачиваясь к стене, как раз вовремя, чтобы не заметить, как дернулась рука старшего брата, но тот тут же взял себя в руки. — Ну… Я так понимаю, что он был не в восторге? Майкрофт нахмурил брови. Он ведь предупреждал Шерлока не делать опрометчивых поступков, но в этом весь Шерлок, он всегда делает по-своему. — Что теперь будет, а? Это прозвучало настолько наивно, что он опешил, и ему понадобилось несколько секунд, чтобы придумать, что сказать. — Я найду, как сделать так, чтобы он не болтал. — В глазах Майкрофта загорелся недобрый огонь. — Можешь не сомневаться в этом. Шерлок дернул головой, делая вид, что ему все равно, но Майкрофт знал его намного лучше, чем тот думал. Шерлок, который делал вид, что ему фиолетово, что о нем говорят, на самом деле был очень ранимым, когда дело касалось людей, которых он действительно любил. — Послушай, Шерлок, ты не должен стыдиться того, что ты кого-то любишь. Ты не один, таких, как ты, много, просто обычно это скрывают, понимаешь? Потому что наше общество настолько ограничено, что любое отклонение от нормы воспринимается в штыки и высмеивается. Но ты не должен обращать внимание на это стадо дебилов, к тому же люди сами не безгрешны, и тот, кто сегодня смеется и потешается над другими, завтра будет сам на его месте. Нет идеальных людей, есть люди, которые мастерски скрывают свои пороки. Ты очень умный, обаятельный, у тебя прекрасное чувство юмора, к тому же ты стойкий характером, и… и даже твой характер, на который всегда жалуется мама, когда-то станет тебе большим плюсом, ведь притягивают обычно плохие мальчики, — Майкрофт улыбнулся и обнял Шерлока покрепче. — Ты вырастешь и найдешь себе… человека, который будет ценить тебя и будет тебя стоить. И ты будешь счастлив, Шерлок, поверь мне! Что ни говори, а взрослые более терпимы к таким вещам, чем де… чем в твоем возрасте. А сейчас просто нужно немного потерпеть. Зато потом все будет хорошо… Ты не веришь? Шерлок кивает, пряча лицо в подушку и с ужасом думает о завтрашнем дне, когда ему придется пойти в школу.