От любви до ненависти...

Трескотня будильника знаменует собой начало нового дня. Но это, ведь, не самые обычный сутки — в конце концов, именно сегодня я приглашён на свидание. Да ещё и у девушки дома. Так, а теперь, когда я закатаю губу, надо начать мыслить здраво: ожидания и реальность порой идут рука об руку, а иногда совсем разнятся. На меня вновь буйным порывом ветра налетают воспоминания о том, как я тащил испуганную, окровавленную девушку в медпункт. Какая она была беззащитная и… тёплая. Так, кое-кому надо в душ. Желательно холодный. Прохладный душ разгоняет остатки сна и бессмысленных фантазий, настроив на рабочий лад. Я беру учебник по русскому и задумчиво его перелистываю. Не то, чтобы я прекрасно во всём этом разбирался, но, положив руку на сердце — какой из меня преподаватель? Ладно, не стоит об этом: из Алисы тоже та ещё «прилежная» ученица. Я ухмыляюсь и закрываю учебник. Пора собираться, а то опоздаю. Знакомый дом… Ах, да, я же не так давно играл здесь в шпионов, а это трудно забыть. Возле знакомого подъезда одиноко стоит девушка с яркой причёской. Чёрная футболка с группой «Scorpions», школьная юбка и туфли создают какую-то противоречивую картину. Сочетание несочетаемого. Откровенное равнодушие к мнению окружающих и соблюдение его в одном флаконе. Алиса. Ладно, что-то я замечтался — всё же нехорошо заставлять девушку ждать. И что, просто подойти? Нет, так неинтересно. В голове созревает план, как подойти к пионерке незамеченным: словно специально возле её дома обильно росли деревья, выращенные местными жителями. Если слева от девушки дорога просматривается хорошо, то справа вполне удастся незаметно подойти. Хороший план. Ничего не забыл? Подойду я незаметно, а что дальше? Хмм, посмотрим по обстоятельствам. Я осторожно делаю пару шагов и останавливаюсь в нерешительности. Так, не время отступать! Пока она меня не увидела — шансы ещё есть. Дерево служит отличным укрытием. За ним другое. И ещё… Отлично, Алиса проходит ещё немного в глубь двора, вглядываясь в пространство перед собой. А дальше-то куда? У подъезда, на счастье, стоит небольшая стенка, которая отделяет подсобку дворника от входа в дом. Я прячусь за ней и успокаиваю разгорячённое дыхание. Хорошо, что дальше? В голову не приходит ничего путного. Я вспоминаю одну детскую игру и решаю попробовать сделать тоже самое. Осталось два шага… Девушка как раз смотрит на дорогу, а не за спину. Отсюда я замечаю, что Алиса беспокоится о чём-то: нервно сжимает и разжимает кулаки, перекатывается с пятки на носок и что-то бормочет по нос. Наверное, ругательства. Она — само ожидание. И очарование, чего там скрывать. За два шага я преодолеваю разделяющее нас расстояние и закрываю её глаза руками. Далее должен был последовать вопрос «Угадай, кто?» и мой смех. Но я не успел. Воздух в лёгкие-то я набрал. Но ударом локтя Алиса выбила мне его в мгновение ока. Руки сами собой опустились вниз, и я согнулся. Попала… вот же боевая су… ррогатная мать — угодила прямо в солнечное сплетение. Я громко кашляю, и краем глаза замечаю, что она оборачивается с выражением кары за такое преступление. Я готовлюсь ко всему, что угодно, но только не такому: — Денис? — её брови тут же ползут вверх. Настроение девушки резко, словно флюгер на ветру, меняется. — Извини, пожалуйста, я не хотела, так просто получилось! Я не ожидала! Боже, Алиса оправдывается! Что за умилительное зрелище! Я бы наслаждался им вечно, если бы не был занят — лёгкие срочно требуют кислорода. Я несколько раз глубоко вдыхаю-выдыхаю, прежде чем моё дыхание возвращается в норму. Алиса терпеливо ждёт. — Ничего страшного, — бормочу я и беру себя в руки. — Я сам виноват, а ты всё правильно сделала. В следующий раз тоже так защищайся, мало ли, вдруг это буду не я. Алиса заливисто смеется и подмигивает: — В следующий раз буду бить между ног! Чтобы не расслаблялся. Я притворно хватаюсь за место, которому грозит кара и отвечаю: — Не бойтесь, мои хорошие, Алиса вас не тронет. Ситуация разряжается, и мы начинаем хохотать, как ненормальные. Некоторые любопытные жители, которые наблюдают за нами из окон, тоже смеются, некоторые находятся в недоумении. Но нам всё равно. — Ладно, пошли, нас ждёт русский! — миролюбиво говорю я, когда смех сошёл на нет, и после кивка Алисы мы отправляемся домой. Мы идём пару этажей, прежде чем останавливаемся перед деревянной дверью. Нетрудно догадаться, что это и есть вход в квартиру Алисы. Что ж, добро пожаловать! Будьте, как дома, но не забывайте, что вы в гостях. — А кто у тебя дома? — задаю я вопрос, который так и просится наружу. Мы заходим в прихожую и начинаем разуваться. Девушка задумывается на пару секунд, после чего уверенно выдаёт: — Да нет никого, родители на работе… Так что никто не помешает нам… кхмм. позаниматься русским. От меня не укрывается то, что Алиса смущается. Меня тоже напрягает факт того, что дома никого, хоть я и не подаю вид. Итак, мы одни с девушкой дома… Неспокойная ситуация, если взглянуть со стороны. Но если это Алиса — то, скорее всего, ничего страшного не произойдёт. Наверное. Хотелось бы верить. — То есть у тебя не все дома? — я вновь пытаюсь разрядить обстановку. Яростное лицо девушки становится мне ответом, но усилием воли она, видимо, берёт себя в руки и машет рукой: — А ты, я погляжу, за словом в карман не полезешь! — а после старается сделать серьёзный вид. — За такие шутки - в зубах бывают промежутки! В доказательство своих слов пионерка показывает мне кулак. Я ухмыляюсь и примирительно выставляю руки: — Хорошо-хорошо, такой… шутки больше не будет… Такой шутки больше не будет, но будут другие. Повеселее и попроще. Как же я люблю русский язык за его многозначность! Я в предвкушении захожу в комнату девушки. Розовое «девчачье» постельное бельё, небольшая горка игрушек на кровати и аккуратные стопки учебников на рабочем столике. Нет ничего этого. Горы вещей, игрушек и самого разнообразного хлама валяются, где только не лень. В одном углу стоит гитара, заваленная какой-то одеждой, и горшок с каким-то цветком. Всю стену занимают плакаты музыкальных групп, названия которых я не знаю и знать буду вряд ли. Музыканты выглядят так, словно между ними происходит негласное соревнование на самую злобную или хулиганскую рожу, а они сами снимаются в фильме ужасов. На столике, за которым девушка, наверное, работает — царит относительный порядок. Относительный — потому что было заметно, что бардак и хаос хотели разгрести с этого места, но в итоге просто навалили горы вещей в самый дальний угол стола, подальше от глаз. — Я смотрю, у тебя тут творческий беспорядок? — насмешливо спрашиваю я. Алиса усмехается и отвечает в тон: — Не родился ещё тот человек, который заставил бы меня убрать этот творческий беспорядок, — и, хихикнув, продолжает, — но ты всегда можешь помочь мне и убрать вещи на свои места. — Что ж, если твои знания по русскому языку когда-нибудь станут такими же, как остроумие, то я подумаю. Алиса хохочет и заявляет: — Я это запомню, о мой учитель! Мы смеёмся и приступаем к занятиям. Оказывается, я зря беспокоился по поводу того, как буду вести уроки: вполне сносно получается объяснять материал, плюс ко всему — периодически то я, то Алиса разбавляем скуку занятий шуткой или издевкой. Я почти не замечаю, как пролетает час наших занятий. Но мне пора, о чём я заявляю девушке. — Ты не останешься?! — тут же сникает она. Я отрицательно качаю головой, и Алиса усмехается: — Даже, если тебя об этом просит девушка? — Ну, раз просит девушка… — серьёзно отвечаю я и задумываюсь. Долго не выдерживаю и ухмыляюсь: — А ты тут причём? — Хам! — смеется «девушка» и бросает в меня подушкой. Я тоже хохочу и возвращаю предмет хозяйке. Целюсь в голову, но не попадаю. — Алис, серьёзно, мне уже пора, — начинаю я и усмехаюсь возникшей мысли. Которую озвучиваю: — Но, если к завтрашнему занятию ты уберёшься в комнате, то я останусь подольше и… отомщу тебе за подушку. Девушка удивляется такому предложению и краснеет, но тут же берет себя в руки: — Идёт, мститель, я подумаю над этим. — Вот и молодец! — отвечаю я и отправляюсь домой. Похоже, эти уроки будут гораздо веселее, чем я думал. Да и проводить время с Алисой — очень приятно, чего скрывать.