Бойся желаний своих

Сиятельный Лорд Малфой искренне считал себя настоящим слизеринцем и очень громко гордился своим особенным положением среди Пожирателей и обращением Темного Лорда «мой скользкий друг». В жизни Люциуса в целом была только одна привязанность: его семья, его род, Драко. В меньшей степени Нарцисса. Ради продолжения Рода и приумножения его богатств, Люциус был готов на многое: на отказ от своих идеалов, на переход на другую сторону, на наказания и лишения. Не согласен лишь был на смерть, ибо свою жизнь ценил высоко, тем более что он тоже был членом Рода Малфой: и его тоже нужно было беречь и преумножать. Таким его воспитал отец. Именно благодаря отцу Люциус получил свое место возле Лорда и право называть его по имени. Абраксаса и Тома нельзя было назвать ни друзьями, ни закадычными приятелями, скорее однокурсниками, но это именно Абраксас заметил скромного сироту, попавшего на Слизерин, и нашел его связь со Слизерином. Том умел быть благодарным, и благодарил по всем обычаям магов: не человека, а его Род. Три поколения, включая Абраксаса и заканчивая Драко, получали его покровительство. Люциусу все рассказал отец, умирая от драконьей оспы, Драко пока ничего не знал. Том не стремился встречаться с сыном сторонника, Люциус мастерски разводил их в одном доме. Нельзя сказать, что Том был как-то излишне жесток, нет; он вобрал в себя лучшие качества Слизерина и мастерски использовал их. Люциус всегда чувствовал скрытую опасность, исходящую от Тома, но в полной мере никогда его не боялся. И никогда не планировал предавать. Но теперь в его руки попал Поттер, который фактически был равен Темному Лорду по силе. Это наглядно показал ритуал, проведенный Люциусом. Первоначально он планировал упрощенный ритуал, который никак не сказался бы на маге-доноре, но после решил рискнуть. Полный ритуал давал полную защиту, и Люциус понадеялся, что в тело притянуло только душу, оставив внутри силу Темного Лорда. К сожалению, магия тоже принадлежала Поттеру (она была совсем другая на вкус), но его сил тоже хватило. И Люциус понял, что Темный Лорд вполне может проиграть, поэтому нужно было обеспечить роду достойное прикрытие. Роду Малфой нужен Гарри Поттер в должниках. Конечно, лучше всего будет магически закрепленный Долг, но сделать это будет трудно. Поэтому пока, в принципе, хватит личного признания мальчишки, который скорее всего захочет поблагодарить своих помощников. Осталось понять, в чем ему нужно помогать. — Драко, Нарцисса, — поприветствовал Люциус семью, входя в зал, служащий столовой. Эльфы уже все накрыли, рядом с его местом привычно лежала газета. Лорд Малфой быстро пересек комнату, из-за чего по комнате разнесся звук его шагов. Нарцисса склонила голову и молча вернулась к прерванному завтраку. Драко отложил столовые приборы и прямо посмотрел на Люциуса. — Здравствуй, отец. Стул из красного дерева, драпированный темно-зеленой тканью, всегда отодвигали невидимые сейчас эльфы: он был слишком тяжелым, чтобы маги двигали его самостоятельно. Люциус опустился на свое место во главе стола. Напротив сидела Нарцисса, по правую руку — Драко, не решающийся вернуться к завтраку. Лорд Малфой рассмотрел стол; домовики приготовили стандартный английский завтрак, и Люциус остался доволен. Газету он разворачивал с некоторой опаской, ожидая там увидеть сообщения о Гарри Поттере. Но в Англии было все спокойно: сообщалось о дожде из золота, вылившемся на магглов в Девоншире (незадачливый волшебник уже был доставлен в Аврорат), давалась сводка погоды и прогноз на ближайшие скачки, выпустили заметку с поздравлением с помолвкой очередное семейство, чья чистокровность насчитывала только третье поколение. Англия, как и Великобритания, жила своей тихой жизнью. Как магическая, так маггловская. Люциус усмехнулся: спокойствие должно было прерваться бурей, шквальным потоком воды. Лорда нет, но Поттеру придется выполнять часть основных планов, и освобождение Пожирателей в этот список входит. Нужно только подучить мальчишку, чтобы Белла не заподозрила подмену. После завтрака Люциус намеревался расспросить Драко о Поттере, чтобы выстроить наиболее подходящую линию поведения. Сын учился с ним девять месяцев в году, должен был заметить многое. Сейчас же, за столом, как и в любом благовоспитанном семействе, царило царственное молчание, нарушаемое лишь легким звоном, когда нож касался тарелки, но даже этот звук был довольно редким. Если бы все те, кто сейчас же сидели в доме Сириуса Блэка завтракали, шутя и наслаждаясь жизнью, оказались в этом зале, они внесли бы в него шум, хохот и счастье, обескуражив Малфоев своим поведением. Но среди них страдал только Волдеморт, в то время как его заклятый враг, Гарри Поттер, страдал в Малфой-мэноре. — Драко, зайди ко мне в кабинет после завтрака, — сообщил Люциус, закончив трапезу и удалившись. В ближайшее время ему стоило вернуться к Поттеру, но перед этим было бы неплохо переговорить с сыном. Драко появился на пороге через десять минут, с блестящими глазами и неспокойными руками, которые он устраивал то на своих коленях, то на подлокотнике стула, на который кивнул Люциус, то на столе отца, длинном и идеально чистом. Все бумаги, документы и книги хранились в шкафах у стен, защищенными родовыми проклятиями. Драко был взволнован, но старался не показывать этого. Он отчаянно пытался быть настоящим слизеринцем — и не был им, так как далеко не в этом заключалась главная черта выпускников этого факультета. Люциус мог бы стать блестящим политиком уже после окончания Хогвартса, но он предпочел другой путь, который должен был сделать ему более успешную и блестящую карьеру. К сожалению, Лорд развоплотился четырнадцать лет назад, репутация Малфоев оказалась немного подмоченной участием в судебном процессе, и взлет Люциуса замедлился. Но он все еще планировал получить прекрасную должность после победы Волдеморта, когда она состоится. Планировал до сегодняшнего знакомства с Гарри Поттером. Шансы на политическую карьеру, впрочем, все еще оставались. Ему нужен был Гарри Поттер. Ему нужна была информация о Гарри Поттере. И Драко должен был сегодня многое ему рассказать. Но начать разговор именно с Поттера Люциусу не позволяли качества истинного политика. — Драко, ты идешь на пятый курс, который очень многое определяет в дальнейшей жизни уважающего себя мага. Только сдача СОВ на отлично откроет для тебя пути в любую сферу деятельности, даже на высшие уровни Министерства. Я надеюсь, сын, что ты не подведешь Род и получишь высший балл по всем выбранным тобой предметам. Но все же уже сейчас необходимо задуматься о том, что бы ты хотел изучать дальше. Итак, Драко, ты определился со своей будущей профессией? Драко был готов к этому вопросу. — Еще нет, отец, — ответил он с достоинством. — Но я думаю над этим все каникулы. Безусловно, я прекрасно понимаю, насколько будет важен мой выбор. Поэтому я хотел бы попросить у тебя совета. — Малфои всегда были хороши в политике. Северус сказал, что у тебя прекрасно получаются Зелья и Чары, стоит уделить внимание своим талантам, сын. Впрочем, время у тебя еще есть, и окончательно предметы ты будешь выбирать только через год. Поэтому я жду, что ты получишь высший балл по всем СОВ и станешь лучшим на курсе. Драко кивнул. — Я не подведу тебя, отец. — Ты считаешь, что у тебя получится возглавить рейтинг учеников Хогвартса? — с некоторыми опасными нотками поинтересовался Люциус. — Малфои всегда добиваются лучшего. Драко цитировал своего отца, уверенный в своих словах. В отличие от него, Люциус был не до конца уверен. — Тогда почему же сейчас тебя опережает мисс Грейнджер? — продолжил он холодным голосом, в котором явно читалось недовольство. — Девочка из семьи магглов. Грязнокровка! — Ей благоволят все преподаватели, отец, потому что она дружит с Поттером. Но в этом году я уверен, что превзойду ее! Люциус только усмехнулся. Драко бахвалился и красовался перед отцом, но Люциус прекрасно понимал, что его сын не обойдет грязнокровку, которая действительно показывала себя с лучшей стороны при изучении магических дисциплин. Более того, его сын мог оказаться третьим на курсе, уступив еще и Гарри Поттеру — Темному Лорду в обличье Гарри Поттера, — абсолютно не оправдав доверие отца. Но Люциус понимал, что Драко старался, и не собирался его наказывать. Впрочем, было то, в чем Драко мог превзойти всех. Квиддич. То, в чем Поттер, несомненно, был мастером. И то, что Темный Лорд презирал, не понимая глупого восторга магов от холодящих душу виражей. — Более того, надеюсь, ты покажешь себя в квиддиче и опередишь Поттера. Я думал о том, чтобы купить новые метлы для команды. — Это было бы здорово, отец. Только, боюсь, Поттера невозможно победить… Люциус грозно посмотрел на своего наследника, и тот осекся. — Но я сделаю все возможное, отец… — Ты не сделаешь все возможное, Драко, — прервал его Лорд Малфой. — Ты сделаешь. У тебя получается превзойти Поттера в учебе, получится и на поле. — В учебе? — Драко хмыкнул. — В учебе превзойти Поттера не сложно. Без Грейнджер они с Уизли давно вылетели бы из Хогвартса, нахватав за экзамены Троллей. — Поттер настолько глуп? — заинтересовался Малфой-старший. Драко кивнул. — Глуп и ленив, отец, но Дамблдор слишком благоволит ему. — И что же, у Поттера нет никаких талантов? Драко задумался, что-то вспоминая. Люциус ждал. Это была самая важная часть разговора: ему отчаянно нужен был Поттер, способный к обучению, способный к Темной магии, но не способный понять, к чему ведет его Люциус Малфой, какие стены внутри Гарри он разрушает. Люциусу нужен Гарри Поттер, обязанный Роду Малфой: Гарри Поттер, изменивший себе. — Поттер хорош в ЗОТИ, — наконец, сообщил Драко. — Во всем остальном его вытягивает Грейнджер. И в целом он пользуется поддержкой преподавателей. Ну конечно, он же Мальчик-Который-Выжил, Золотой Гриффиндорец и любимчик Дамблдора! В голосе Драко слышалась ничем не прикрытая зависть, и Люциус раздраженно закрыл глаза. Представители Рода Малфой не должны кому-либо завидовать: они должны быть теми, кому завидуют. — Какая жалость, — сказал Люциус, — что удивительные способности Рода Поттер оказались потеряны из-за брака Джеймса Поттера и грязнокровки. Теперь ты понимаешь, сын, к чему может привести смешение крови? К тому, что наследник настолько древнего рода — бездарь в магической науке. — И не только в магической, отец. Поттер легко внушаем: эти Уизли вертят им так, как хотят, а Поттер как собачка поддакивает своему дружку из этой семейки. Люциус удовлетворенно кивнул. Этот Поттер был тем, кто был нужен Лорду Малфою. — Ты можешь идти, сын. Надеюсь, ты не забудешь посвятить выбору своей карьеры достаточно времени. Я хотел бы услышать твои мысли по этому поводу перед твоим отъездом в школу. Драко ушел, а Люциус откинулся на спинку своему стула и закрыл глаза, сцепив пальцы рук. Он напряженно думал. Драко был не самым наблюдающим и анализирующим человеком, в нем говорила обида на Поттера и зависть, но общая картина пока что радовала. Нужно было внимательно подумать над тем, чему же стоит учить мальчишку. Люциус открыл глаза и невербально призвал к себе одну из книг в своей библиотеке. Книга, за которой охотился Темный Лорд. Книга, ради прочтения которой многие были готовы продать душу. «Темные ритуалы». Может, и не самый кровожадные по своей сути, но разрушительные по своей мощи ритуалы, знания, хранившиеся веками в Роде Малфой и ужасающие людей. Должно было случиться что-то по-истине ужасное, чтобы любой из их рода решился забрать книгу из библиотеки. Но только здесь можно было найти ритуал, способный вернуть Лорду Волдеморту его потерянную внешность. Люциус боялся предлагать Тому этот вариант, потому что ритуал был слишком опасен для того, над кем он проводится. А еще Люциус очень хотел его провести. Теперь у него был Поттер. Поттер, доверчивый и растерянный. Поттер, недовольный своей внешностью. Светлый. Ритуал требовал темного мага и подходил только для темного мага. Для настоящего темного мага. Для того, кто запятнал свою душу убийством. Настоящим, преднамеренным убийством. Люциусу Малфою нужен был Поттер, который убивал. Люциусу Малфою нужен был Поттер, отказавшийся от Света и принявший Тьму. Люциус Малфой планировал получить такого Поттера.