Охотники и жертвы

Завидев Ами, пробирающуюся сквозь танцующую толпу, Минако последний раз улыбнулась мужчинам и побежала к бару. Возвращалась она с путаницей в голове. Никакую конкретную оценку своему поведению она дать не могла. Вся эта спонтанная ситуация казалась ей глупой до невозможности и одновременно — совершенно нормальной. Ведь именно так молодые люди знакомятся в клубах. Ничего необычного. — Ну, что, покорила сердце мужчины со светлыми, словно снег, волосами? — сквозь смех нараспев поинтересовалась Рей. Распознав неприятную насмешку напарницы, Минако хмыкнула и потребовала новую порцию коктейля. Только на этот раз безалкогольного. Вскарабкавшись на барный стул, Айно ощутила себя на крыше одной из высоток Японии. Кажется, её даже начало тошнить. — Минако, Рей! — со всех сил прокричала Ами, подойдя к напарницам. — Мы, к сожалению, не сможем пройти за кулисы! Рей не удержалась и прыснула в ладошку. Она сквозь прикрытые глаза заметила, как лицо Минако перекосилось от злобы и ярости. — Чтоб этого Ятена разорвало! — крикнула она и от досады ударила кулачком по стойке. Ами приподняла брови и удивлённо покосилась на светловолосую напарницу, которая начала тихонько скрести ноготком по поверхности барного столика. — Не пугайся, — рокочуще рассмеялась Рей. — Минако просто на эмоциях сегодня. Видно, текила в голову ударила. — Ничего мне в голову не ударило! — закипела Айно и обиженно отвернулась от напарниц. — Зато некоторым только бы посмеяться над чужими проблемами. Рей сначала хотела сделать вид, что не услышала, но, вспомнив нелепый румянец на лице блондинки и её быстрые пальчики, записывающие свой номер в телефоне одного из мужчин, тут же подхватила: — Между прочим, я помогла устроить тебе личную жизнь! — А я об этом просила?! — Минако молниеносно развернулась. Её румянец давно перешёл в алое негодование, красующееся на лице. Глаза, ещё недавно сверкавшие голубизной небес, потемнели, а губы опухли от покусывания. — Нет, но это лучше, чем бегать за каким‑то высокомерным, зазвездившимся придурком! Минако приготовилась возразить, открыв при этом рот, но в итоге с её губ слетел лишь тяжёлый вздох, накопившийся с начала спора. Внезапно она почувствовала, что грохот и нескончаемая музыка прекратились, и единственное, что она смогла расслышать, — это шум собственных мыслей. Она прекрасно знала, что Ятен — это человек, постоянно задирающий нос. Такие, как он, не могут принадлежать одной девушке. Ведь он создан для публики, а метания Минако — лишь потеха для его самолюбия. Но даже при таких обстоятельствах Айно всё ждала чуда, надеясь добиться расположения того, кто уже давно был на прицеле. Она и не скрывала, что это всего лишь игра. — Я снова влипла, — хмуро выдавила она, подперев ладонью подбородок. — Что ещё произошло? — брови Рей подпрыгнули, а сама девушка придвинула к себе почти пустой стакан, намереваясь выпить залпом. — Я выдумала мероприятие, на которое позвала того незнакомца. Рэй не нужно было никаких объяснений. Она с самого начала поняла, на кого положила глаз Айно. Видимо, Минако по своей природе не ищет лёгких путей, поэтому её зачастую заносит исключительно в сторону самого странного и сложного. — Это ты о чём? — настороженно поинтересовалась Ами, которая, кажется, пыталась собрать весь пазл благодаря недавнему спору напарниц. — Я сказала, что будет бал, и мне нужен партнёр по танцам, — простонала Минако, осознав в полной мере, какую глупость она совершила. — И мне дали положительный ответ. Это значит, что придётся устраивать приём, а я понятия не имею, что мне делать и с чего начинать! — Начни с того, чтобы прийти в себя, — дёрнула расстроенную блондинку Рей. — Ты накидалась, а теперь истерику разводишь! Разберёмся с твоими фантазиями завтра! — Так что, отправляемся по домам? — осторожно спросила Ами, гадая, каким будет ответ. — Давно пора, — хлопнула ладонью по столу Рей. — Хорошо, — буркнула Минако. — Постой, — Ами вдруг схватила Минако за руку. — А если… если не устраивать бал? Просто сказать, что всё отменилось? — И что я скажу? — Минако вздохнула. — «Ой, извините, я соврала»? Он же сразу поймёт, что я дура. — Может, попросить кого‑то помочь? — предложила Ами. — У меня есть знакомая, которая организовывает мероприятия. Она могла бы подсказать, как всё устроить. — Ты думаешь, у нас хватит денег? — скептически подняла бровь Рей. — Бал в стиле XIX века — это тебе не пицца на троих. — Можно сделать всё скромнее, — не сдавалась Ами. — Например, арендовать зал в старом отеле, найти пару музыкантов, которые сыграют вальсы. И костюмы… можно взять напрокат. — Звучит как план, — задумчиво протянула Рей. — Но сначала — домой. Минако, ты еле на ногах стоишь. — Да, вы правы, — Минако наконец улыбнулась. — Простите, что накричала. Просто… всё так навалилось. — Ничего, — Рей похлопала её по плечу. — Завтра разберёмся. А сейчас — такси и спать. — Согласна, — кивнула Ами. — И, Минако… может, стоит перестать гнаться за Ятеном? Если он не замечает тебя такой, какая ты есть, то, может, он того и не стоит? Минако на мгновение задумалась, потом вздохнула: — Наверное, ты права. Но знаешь что? Теперь я хотя бы попробую потанцевать с тем серьёзным блондином. Вдруг он не такой ледяной, как кажется? Рей расхохоталась: — Вот это настрой! Поехали, девочки. Завтра — новый день и завтра будем разбираться. Девушки, поддерживая друг друга, направились к выходу. Музыка всё ещё гремела, огни мигали, но для них вечер уже закончился — начался отсчёт нового дня, полного неожиданностей.

***

Макото с лёгкой улыбкой шла по территории токийского парка, то и дело поглядывая на спутника. Её сердце билось чуть быстрее обычного — не от тревоги, а от какого‑то нового, волнующего ощущения. Ветер сменил направление и принёс с собой далёкие звуки: звонкий смех и обрывки весёлых голосов, оставшихся где‑то за пределами этой тишины. Макото поплотнее закуталась в кардиган и, сойдя с широкой тропинки, направилась к небольшому озеру. Нефрит молча последовал за ней — его шаги были почти бесшумны, но она всё равно их слышала, чувствовала ритм его походки, словно он отстукивал какой‑то тайный такт только для неё. Парк уже погрузился в поздний вечер. Фонари остались позади и теперь казались тусклыми точками, будто наблюдали за ними издалека. Здесь, под деревьями, свет почти не доходил, растворяясь в густой темноте. Макото почти ничего не видела, но ей нравился этот момент: как шумит ветер в кронах, как пахнет холодной хвоей, как где‑то рядом перекликаются ночные птицы. — Сова так близко… — задумчиво произнёс Нефрит, вглядываясь в темноту листвы. — Ей следовало бы нас испугаться. — Наверное, она просто считает нас неопасными, — спокойно ответила Макото. — Или у неё другие приоритеты. Словно в подтверждение её слов, над головой резко захлопали крылья. Ветки закачались, и тёмная тень сорвалась вниз. На секунду всё утонуло в движении — шорох перьев, трепет воздуха, мгновенная вспышка тревоги. Затем — короткий писк, и тишина вернулась, уже другая, более плотная, будто наполненная чем‑то новым. Макото отвела взгляд, но почувствовала, что Нефрит смотрит на неё. — Природа всегда честнее людей, — тихо сказала она. — Это звучит почти философски, — усмехнулся Нефрит. — Ночью всё звучит честнее, — пожала плечами Макото, и в этот момент лунный свет пробился сквозь ветви, осветив его лицо. Он кивнул, не споря. И в этот раз Макото действительно заметила это движение — не глазами, а чем‑то другим, более тонким. Она ощутила, как между ними протянулась невидимая нить, тонкая, но прочная, связывающая их в этом мгновении. И это ощущение снова кольнуло её: слишком легко она считывает его присутствие. Слишком чётко. Слишком… знакомо, будто они уже были здесь раньше, в другой жизни. Они пошли дальше. У озера свет фонарей ложился мягкими пятнами на воду. Блики дрожали, будто вода дышала, а стрекот сверчков смешивался с далёким шумом города. Нефрит остановился первым. Он присел у кромки воды, будто забыв о времени и месте. Макото невольно задержала взгляд. В этом свете он выглядел иначе — не как человек из опасной структуры, не как начальник или фигура из чужой игры. Скорее как кто‑то, кто просто оказался здесь случайно, среди тишины, и этот случайный миг стал чем‑то большим. И это было опаснее любых слов. — Красиво, — тихо сказал он. Макото кивнула, её голос чуть дрогнул: — Здесь всегда так. — Я рад, что вы сюда меня привели, — добавил он, чуть улыбнувшись. Его взгляд задержался на её лице, и Макото вдруг почувствовала, как что‑то в ней сбивается с ритма. Слишком просто. Слишком спокойно. Слишком… нормально. Она отвела взгляд, пытаясь унять странное волнение. — Я… рада, что вам нравится, — произнесла она чуть слышно. Он поднялся и подошёл ближе — не слишком резко, не давя, просто сокращая расстояние. Воздух между ними будто сгустился, наполнился чем‑то ощутимым, почти электрическим. — Думаю, я не пожалею, что мы познакомились, — сказал он спокойно, но в его голосе прозвучало что‑то новое, глубокое. — Честное слово. Макото улыбнулась в ответ — автоматически, почти привычно. Но внутри всё сжалось не от страха и не от тревоги. Это было что‑то другое: трепет, волнение, предвкушение чего‑то неизведанного. Она опустила голову, пряча взгляд за чёлкой, и почувствовала, как её щёки слегка теплеют. И впервые за весь вечер ночной парк перестал казаться ей безопасным. Потому что самое опасное здесь было не то, что скрывалось в темноте. А то, что становилось слишком человеческим — его взгляд, его голос, его присутствие рядом. То, что заставляло её сердце биться чаще, а дыхание — сбиваться. В этот миг мир сузился до них двоих: тишины озера, мерцания бликов на воде и расстояния, которое вдруг стало слишком маленьким, чтобы его игнорировать.