Охотники и жертвы

Макото быстро преодолевала расстояние по скользкой плитке. Взобравшись по лестнице на третий этаж, она взъерошила промокшую чёлку, перевела дыхание и попыталась сконцентрироваться на полученной информации. «Прохвост Эйс! Как он смог выследить местонахождение сотрудниц организации, если ему никто не давал информацию на них? Нефрит — его непосредственный начальник, но Санджойн бы сказал мне о своих планах. Тогда как это прошло мимо меня?» Девушка попыталась унять мысли и глубоко вздохнуть. Перед Нефритом она должна показывать невозмутимость, а не налетать с требованиями всё объяснить. Хотя… Нет. Он должен ей всё объяснить, иначе не может быть никаких разговоров о доверии между ними. Макото прошла по небольшому коридору и остановилась у нужной двери. Здесь было рабочее место Нефрита, куда она уже как неделю приходила каждый день: запрыгивала к нему на стол и выпытывала о планах Кунсайта. Но Нефрит почти всегда переводил тему, стремясь огородить её от настоящих планов главы компании. Иногда он умело заигрывал с ней, и она забывала о своих целях. Но было ли ей стыдно? Уж точно не в те моменты. Сейчас же её коробило. Она без стука вошла в его кабинет. «Нет. Спокойно говорить уже не выйдет», — пронеслось в голове. Нефрит сидел в кресле за рабочим столом и увлечённо кликал мышкой, направляя её из одного угла в другой. На мгновение он остановился, чтобы посмотреть, кто вошёл, но, увидев её, не сказал ни слова и вновь погрузился в свои дела. — Господин Санджойн, обратите на меня внимание, — настойчиво произнесла Макото и подошла к его столу. — Мы снова перешли на «вы»? — не отрывая глаз от экрана, спросил Нефрит. — Ты затеяла какую‑то игру? Макото хваталась за остатки хладнокровия. — Господин Санджойн, — повторила она. — Потрудитесь объяснить мне, почему Кайто Эйс бегает с пистолетом по городу и стреляет в людей? Это какое‑то новое задание от нашего босса? Нефрит вновь поднял на девушку глаза и наконец оставил мышку в покое. — Откуда ты знаешь? — Эйс на радостях рассказал! — соврала она. «Ничего, после этого разговора я поймаю этого идиота и пристрелю, только уже насмерть. И никто не узнает о моей связи с организацией», — мысленно пообещала себе Макото. Нефрит поменялся в лице. Тёмные глаза требовали от неё объяснений, но Макото было наплевать. В ней бушевали другие эмоции — она хотела ударить словами подобно молнии. Ей хотелось выплюнуть правду и, ударив дверью, просто исчезнуть. Но она лишь пустила свой гнев по венам лжи. — Почему я не знала об этом? — ярость сверкнула в её глазах. — Ты не доверяешь мне? Нефрит выдержал её взгляд. — Я не хотел, чтобы тебя это коснулось, — ответил он. — Ты не должна нести ответственность за поручения Кунсайта. Не такие. Макото захотелось громко рассмеяться. Из‑за него чуть не погибли люди, которым она обещала помочь, а Нефрит строит из себя благородного рыцаря. «Но мне не нужно этого. Он не должен беспокоиться за меня. Не по‑настоящему». — Как вы узнали личности агентов? — непозволительно резко спросила Макото. Нефрит поморщился, словно почувствовал вкус кислой сметаны. — Кунсайт случайно поймал их во время похищения Зойсайта из больницы. Он отпустил их только для того, чтобы они привели его к организации. — Он видел их лица? — допытывалась Макото. — Да, — вздохнул Нефрит. — Одна ему даже понравилась, судя по тому, как часто он начал с ней встречаться. Он знает их имена, и теперь у него есть рычаг давления. Макото сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Такой прыти от Кунсайта Фьюри она не ожидала. Теперь уничтожение организации — лишь вопрос времени. «Айсберг» может сколько угодно осыпать обещаниями о неприкосновенности, но в конце концов он устранит врага в лице организации. И первыми пострадают агенты, которых кинут в самое пекло. — И что? — она вскинула голову так, что её пышные кудри опасно всколыхнулись. — Теперь ты скажешь мне, чтобы я не участвовала в ваших планах по завоеванию всей Японии? Может, ещё запрешь меня дома, и тогда я точно буду в безопасности? — Может быть, мне стоит так сделать? — сквозь зубы произнёс он. — По крайней мере, пока Организация по защите населения Японии висит у нас на хвосте и представляет реальную угрозу. Макото отчаянно замотала головой. «Нет. Он не может перекрыть мне все лазейки. Макото Кино прежде всего — агент, защищающий людей, и я не могу оставить таких же, как я, — агентов — на растерзание убийцам из „Айсберга“. Я этого не допущу». — Подожди, — Макото попыталась взять себя в руки и успокоиться. — Ты говорил, что Кунсайт хочет заключить сделку с организацией, и в таком случае мы все окажемся в выигрыше. Нефрит обошёл офисный стол и взял девушку за руку. Макото напряглась всем телом. — Харо, — его глаза поймали её взгляд. — Кунсайт делает разумные шаги, он знает, чем жертвовать, а чем нет. Он просчитывает ходы, запугивает, чтобы прощупать степень их страха перед нами. Но Кунсайт — всего лишь человек. Он может ошибаться, он может просчитаться. Но я не допущу, чтобы ты стала жертвой этой случайности. Если что‑то пойдёт не так, то я уничтожу все ниточки, что могут привести к тебе. Организация никогда не найдёт тебя. Я тебе обещаю. Макото почувствовала, как к горлу подступает ком. Она не могла слышать своё выдуманное имя, не могла принять то, что он сказал. Вся злоба, с которой она примчалась в его кабинет, растаяла от этих слов. «Это было несправедливо. Нефрит защищал Харо Кей и уничтожал Макото Кино, которая помнила о своём долге и задании». Макото поняла, чего бы она хотела больше всего. Она хотела, чтобы он с такой же заботой произнёс её настоящее имя, когда настанет их день прощания. В этот момент она ощутила, как внутри неё борются два мира: один — где она Харо Кей, объект заботы и защиты, другой — где она Макото Кино, агент, который не может отступить. — Нефрит… — её голос дрогнул. — Я не могу прятаться. Не тогда, когда другие рискуют жизнью. Он молча смотрел на неё, и в его глазах она увидела борьбу — между долгом и чувством. Между тем, кем он должен быть, и тем, кем хочет быть рядом с ней.

***

Когда на небе показался полумесяц, капли дождя забарабанили по крышам. Минако и Кунсайт к этому времени попрощались с Усаги и Мамору. Чтобы не промокнуть под дождём, Минако настояла на том, чтобы направиться в сторону метро. Для Кунсайта эта поездка оказалась тем ещё приключением. Привыкший передвигаться по улицам города исключительно на собственной машине, мужчина с нервозностью пробирался сквозь толпу. Сначала он делал вид, что не замечает толчков со стороны, но, когда в вагоне образовалась давка, маска спокойности и невозмутимости слетела с его лица, обнажив эмоцию раздражительности и недовольства. Повернув голову вправо, он заметил кривую улыбку Минако, которая явно наслаждалась игрой его желваков на скуле. Она читала его как открытую книгу. — Что? В первый раз попал в метро? — спросила она, ничуть не испугавшись грозного вида Кунсайта, который уже пожалел, что решил проводить девушку до дома. — Нет, — соврал он. Но, кажется, Минако это поняла. Применив наигранную серьёзность на лице, она энергично закивала головой. — Конечно. Извини, что спросила, просто у тебя такой вид, будто все, находящиеся в вагоне, по очереди наступили тебе на ногу. Кунсайт прочистил горло и постарался вернуть утраченное спокойствие. Однако вернуть самообладание он смог только когда они покинули станцию, свернув на улицу, где жила Минако. К этому времени дождь перешёл в ливень, и пара чуть ли не бегом направилась к дому. Внезапно телефон Кунсайта завибрировал. Достав его из кармана, он принялся быстро двигать пальцем, одновременно смахивая капли дождя с экрана. Пришло SMS от Нефрита: «Голу́бки получили сообщение от нашего отправителя, осталось дождаться верных умозаключений от получателя». Кунсайт почувствовал взгляд Минако на себе и не стал писать ответ. Он убрал телефон обратно в карман и поспешил к спасительной двери. — Мне жаль, что так вышло, — сбивчиво проговорила Минако, пытаясь подстроиться под быстрый темп Кунсайта. — Тебе жаль из‑за того, что идёт дождь или чего‑то другого? — Ну‑у, — протянула Минако. — Я тебя и новыми знакомствами обременила, и волноваться заставила, и настояла на том, чтобы мы доехали на метро, а в итоге мы всё равно промокли. Кунсайт неопределённо пожал плечами. Денёк и правда вышел непростым, но, с другой стороны, ничего катастрофически ужасного не произошло. Минако в полном порядке, её надоедливые друзья наконец оставили их в покое, а дела, запланированные на сегодняшний вечер, почти выполнены. Конечно, ему было любопытно послушать подробности встречи Кайто с Рей Хино и Ами Мизуно, но это могло подождать. Оказавшись в квартире, Минако не стала держать мужчину у порога и пригласила его на чашечку горячего чая. Кунсайт сначала хотел отказаться, но, увидев её телефон на журнальном столике, быстро переменился в лице и согласился. Пока Айно скрылась на кухне, чтобы вскипятить чайник и приготовить кружки, Кунсайт схватил её телефон и полностью выключил. В следующую секунду маленький гаджет девушки оказался в кармане его джинсов. — Ты пока располагайся, а я переоденусь! — прокричала Минако и юркнула к себе в спальню. Кунсайт медленно прошёлся по гостиной, отмечая относительный порядок и простор. На маленьких полочках около телевизора он заметил несколько фотографий в рамках. На всех присутствовала Минако в компании друзей (пару раз мелькали лица Мамору и Усаги). Но на единственной фотографии, стоявшей чуть в стороне, была изображена светловолосая женщина с острыми скулами и вздёрнутым носиком. Улыбаясь, она прижимала к себе маленькую девочку, как две капли воды похожую на неё саму. На уголках было видно, как фотография пожелтела за прошедшие годы, но глаза маленькой девочки оставались абсолютно такими же, как и на остальных изображениях. Глаза Минако совсем не поменялись с годами. Они оставались добрыми, немного наивными, но одновременно с этим её взгляд горел, а губы расплывались в задорную улыбку. — Это моя мама, — прозвучал голос позади Кунсайта. — Кэзуми Айно. Мы всё время забываем сфотографироваться, когда собираемся вместе, — Минако подошла ближе и провела ладонью по резной рамке. — Я уже несколько раз пыталась приехать к ней на праздники, но работа всегда настигает меня в самый важный момент. Хотя, может, на Рождество я смогу навестить её. Кунсайт понимающе улыбнулся. — Конечно, нет ничего лучше, чем воссоединение с близкими. Минако хотелось верить, что это было сказано искренне. Ей даже на минутку показалось, что они могли бы стать обычными людьми, которые строили бы планы на Рождество, встречались в свободное время и созванивались чуть ли не каждый день. Ей бы этого хотелось. Однако она была совсем другим человеком, а Кунсайт был её целью, в которую когда‑нибудь она попадёт и разрушит всю его жизнь. — Слушай, — Минако вдруг начала оглядываться. — Ты не видел мой телефон? — Нет, — с безразличием откликнулся Кунсайт. Минако горестно вздохнула. — Мне нужно будет узнать кое‑что у начальницы, а то напишу в отчёте что‑нибудь не то, и с меня три шкуры сдерут. И она начала метаться по комнате, заглядывая на полки и под стол. Кунсайт обернулся для вида, приподнял пару подушек с дивана и поинтересовался: — Так, что там с горячим чаем? — Ой, — Минако, словно очнувшись, подпрыгнула на месте. — Совсем забыла! Пойдём на кухню. На кухне Минако изображала из себя хозяйку, насколько это было возможно. Она поставила перед носом Кунсайта моти и кучу жевательных конфет, которые Усаги не смогла доесть ещё с прошлого раза, осторожно разлила в кружки кипяток и уточнила: — Может, перекусишь жареными овощами с рисом? Сама готовила. Кунсайт перевёл взгляд на заставленный сладостями стол. Этого было более чем достаточно, притом что такого количества сахарной еды он ещё не видел и сомневался, что сможет съесть хотя бы треть. — Нет, — покачал он головой. — Я не настолько голоден. Минако надула губки и шлепнулась на стул. — Ну ладно, скормлю Артемису, — сказала она, посмотрев в окно. — Сейчас припрётся весь мокрый и начнёт песни петь. Кунсайт приподнял бровь. — Ты о ком? — О коте. Такой белый и пушистый, — Минако широко улыбнулась. — Может быть, я вас даже познакомлю. Кунсайт поморщился. — Не люблю животных. После них одежда вечно в шерсти. — Ну ты и бука, — заключила Минако, заставив Фьюри поперхнуться конфетой. Впервые он услышал такое оскорбление. Да и от кого? От шпионки Японии, которая вела на него охоту. Узнай она, кого приютила на время, то точно не спешила бы угощать его сладостями и жареными овощами с рисом. И совсем на мгновение ему захотелось, чтобы они стали обычными людьми, которые не наставят друг на друга оружие, когда подвернётся случай. Возможно, сейчас и был тот самый случай. Кунсайт понимал, что напасть на девчонку‑шпионку было бы самым лёгким делом на сегодня. Возможно, Джедайт посчитал бы это подходящим моментом, но Кунсайт не хотел этого делать. Не сегодня. Он посмотрел на Минако — она как раз откусила кусочек моти и теперь с довольным видом жевала, глядя в окно. Её волосы, ещё не до конца высохшие после дождя, слегка завивались на концах, а на щеке осталась крошечная крошка от сладости. В этот момент она выглядела не как агент под прикрытием, не как шпионка, а просто как девушка, которая рада, что пережила ливень и теперь может посидеть в тепле с гостем. Кунсайт неожиданно для себя улыбнулся — искренне. — Знаешь, — сказал он, — может, я всё‑таки попробую эти овощи с рисом. Если ты сама готовила, то наверняка вкусно. Минако удивлённо подняла брови, а затем расплылась в улыбке. — Правда? — она тут же вскочила и бросилась к плите. — Я их ещё подогрею, они станут ещё вкуснее! Кунсайт сел за стол, наблюдая за её суетливыми движениями. В груди что‑то непривычно потеплело. Он знал, что завтра всё вернётся на круги своя: он снова станет главой «Айсберга», а она — агентом, охотящимся за ним. Но сейчас, в этой маленькой кухне, под шум дождя за окном, они были просто двумя людьми, которым удалось на мгновение забыть о своих ролях.

***

Кайто Эйс не спешил. Он ждал, когда к зданию подойдёт миловидный блондин с пакетами из ближайшей забегаловки. Незнакомец был выше его на полголовы — это казалось проблемой ровно до того момента, пока Эйс не напал сзади, резко и точно ударив рукояткой пистолета по затылку. Блондин отключился моментально, и его тело быстро соприкоснулось с мокрым асфальтом, оставив тёмное пятно на сером покрытии. Кайто не тратил время впустую: его руки быстро и методично прошлись по всем карманам парня, пока не нашли пропуск в компьютерный отдел. На прямоугольной карточке читалось имя пострадавшего: Фурухата Мотоки. Кайто даже близко не был похож на него, и в случае столкновения с охраной ему придётся применять кулаки для решения проблем. Но он привык работать с тем, что есть. Спрятав тело Мотоки под картонными коробками у мусорного бака, Кайто натянул на глаза кепку и направился к главному ходу. Капюшон куртки он поднял, чтобы скрыть лицо от камер наблюдения. Сегодня парню явно везло. Охрана у пропускного пункта мирно посапывала, предоставив Эйсу свободный проход. Он приложил карточку к датчику считывающего устройства, и через мгновение металлические ограждения раскрылись перед ним с тихим жужжанием. Чуть ли не посвистывая, Кайто проходил по бесконечным светлым коридорам мимо кабинетов с табличками всех оттенков синего и серого — «Отдел аналитики», «Сектор контроля», «Бюро координации». Пару раз он стучался, чтобы поинтересоваться у работников, где сидит хозяин, заправляющий каждым участком великолепного здания из мрамора и хрусталя, но двери постоянно были закрыты, а за ними слышалось лишь приглушённое гудение компьютеров. Однако через пару пролётов он наконец смог поймать хоть одну живую душу в здании. Девушка, шедшая ему навстречу, быстро перебирала стройными ножками, ухватившись за стопку документов как за спасательный круг. Её глаза были уставшими, но в них читалась решимость. Эйс снял с себя кепку и обворожительно улыбнулся ей, привлекая к себе внимание. — Простите, мисс, — девушка остановилась и выжидающе выгнула бровь. — Не подскажете, где сейчас находится глава Организации по защите населения Японии? — Вы про Селену? — уточнила она и пробежалась взглядом по Кайто, точно пыталась вспомнить его как работника. — Да, — на свою удачу кивнул он. — Я не знаю её точного местоположения на данный момент, но, может быть, вам повезёт, и вы застанете её в кабинете, — девушка обернулась и взмахнула рукой. — Вам нужно идти прямо до лифта, подняться на пятый этаж, повернуть направо и дойти до конца коридора. Прямо напротив картины с пейзажем будет её кабинет. — Благодарю вас, — с лёгкой улыбкой склонил голову Эйс, стараясь не выдать облегчения. Он шёл точно по указанию и достиг нужной двери. Постучавшись, он отсчитал две секунды и попытать счастье, нажав на ручку. И в этот раз ему крупно повезло — дверь поддалась, и он застал главу организации на своём рабочем месте. Женщина подняла на него свои пронзительные голубые глаза и недовольно поджала губы, когда Эйс захлопнул за собой дверь. — Кто вы? — подскочив на ноги, потребовала она ответа. — Кайто Эйс, — просто представился мужчина, по-деловому усаживаясь в кресло напротив Селены. — У меня не было назначено встреч в такой поздний час, поэтому будьте добры покинуть мой кабинет, — со строгостью в голосе сказала она, намереваясь прогнать наглеца. Кайто лениво повёл бровью, а затем начал с интересом рассматривать картины и милые безделушки, захламлявшие шкафы с кучей бумаг. Его взгляд задержался на фарфоровой статуэтке ангела с опущенными крыльями. — Если я правильно понял, то вы являетесь главной шишкой Организации по защите населения Японии? — протянул он, даже не посмотрев на Селену. — Вы правильно поняли, и теперь, когда вы удостоверились в этом, можете покинуть мой кабинет, — настаивала она. Эйс ещё раз задел взглядом карандашный набросок девушки в длинном платье и наконец удостоил женщину вниманием. — Почему же вы не спросите, кем являюсь я и что хочу от вас? — откровенно веселился Кайто, наблюдая, как лицо Селены темнеет с каждой секундой его пребывания в её кабинете. — Мне всё равно, кто вы и зачем сюда пришли. Я прошу вас уйти и не мешать мне выполнять свою работу. — Но я тоже выполняю свою работу, — с ослепительной голливудской улыбкой сообщил Кайто. — Бегаю, выполняю мелкие поручения Нефрита Санджойна. Имя человека, заправляющего опасной группировкой, заставило Селену побледнеть. Она сделала пару шагов назад, и её руки безжизненно повисли вдоль тела. — Этого не может быть, — прошептала она. — Как вы здесь оказались? Эйс хлопнул в ладоши, и его губы сложились в язвительную улыбку. — Нет ничего невозможного, и здесь я оказался лишь благодаря вашим потугам остановить «Айсберг». Селена стиснула зубы. — Наверное, теперь до вас дошло, какую глупость вы совершили и какую беду накликали на всех, кто верой и правдой работает на вас? — Я не намерена выслушивать ваши угрозы, — твёрдо ответила Селена. — Выматывайтесь! Но Кайто даже не шелохнулся. Он откинулся на спинку кресла, закинул ногу на ногу и нарочито медленно достал из кармана небольшой металлический предмет. — Значит, вам наплевать на ваших сотрудников? А как насчёт тех, кто уже пострадал? Рей Хино и Ами Мизуно? — протянул он. — Прекрасные шпионы, но как бойцы они не состоялись. Селена закусила губу, прекрасно понимая, на что намекает человек, выжидающий её реакции. Она отвернулась к окну, чтобы не выдать нервозность на лице и подрагивающие руки. Эйс, будто предвидев её действия, ловко вытащил жучок из кармана и быстро наклеил его под стол. — Что вы хотите? — спросила она дрогнувшим голосом, не отходя от окна. — Я хочу, чтобы вы обдумали всё и выслушали наше предложение, которое поступит завтра утром, примерно в десять часов двадцать пять минут. Услышав это, женщина вмиг развернулась и злобно сверкнула глазами. — Сколько бы агентов ни пострадало, мы ни за что не пойдём на сотрудничество с вами. Даже не пытайтесь запугивать меня, я от своего не отступлюсь. Кайто с интересом смотрел в пылающие глаза Селены, которая казалась такой неприступной и самоуверенной в своих высказываниях. Однако и он знал силу слов Кунсайта Фьюри, который найдёт способ убедить упрямую женщину не совершать больших глупостей. Он был уверен в рычагах давления, которые станут главными козырями в их игре. Усмешка вновь блеснула на его губах. — Разумеется, сейчас я не жду от вас ответа, у вас есть время обдумать всё до завтра. И, пожалуй, на этом моя работа заканчивается. Провожать меня не стоит. Больше не сказав ни слова, Кайто с наигранным почтением поклонился и исчез из кабинета, оставив Селену один на один с её бешено бьющимся сердцем и жучком, спрятанным под столом. Она подошла к окну и сжала подоконник так сильно, что костяшки пальцев побелели. Дождь за окном усиливался, капли стекали по стеклу, словно слёзы. Селена знала: завтрашний день принесёт новые испытания, а пока ей оставалось только ждать — и готовиться к битве, которую она не могла проиграть.