Охотники и жертвы

Она выглядела спокойной и даже расслабленной, несмотря на то, что её вели на встречу с тем, кто мог с лёгкостью оборвать её жизнь по одному щелчку пальцев. В этом можно было не сомневаться: именно он отдал приказ Кайто Эйсу «предупредить» агентов о реальной опасности и запугать Селену. Сейчас Минако была готова крутить хвостом перед Кунсайтом — сколько бы этого ни потребовали обстоятельства. Выпросить свободу Усаги или вырвать её зубами — не имело значения, как она добьётся своего, главное — безопасность девушки. Именно поэтому излюбленные гаджеты пришлось оставить в организации: без них Минако больше похожа на парламентера и беззащитную овечку, на которую хоть кто‑то из всей своры «Айсберга» должен клюнуть. Джедайт петлял по коридорам намеренно, уповая на то, что Минако не сможет запомнить весь маршрут. Они проходили мимо железных дверей с кричащими табличками об опасности, то спускались во мрачные переходы от одного блока здания к другому, то вновь поднимались на этажи. Минако пыталась запомнить этот бесконечный маршрут, но сбилась, когда дверь с табличкой «Опасно» попалась ей на глаза в третий раз — с теми же цифрами, что и самая первая подобная дверь. — Ты меня утомил, — протянула она под конец пути. — Я начинаю уставать. Джедайт ничего не ответил. Минако хотелось бы обидеться на полное игнорирование её персоны, но она не успела даже возмутиться. Джедайт внезапно остановился перед железной дверью с кодовым замком. Девушка попыталась подсмотреть из‑за плеча парня цифры, на которые он быстро нажимал, но это оказалось невозможным. Испустив горестный вздох, Минако поправила чёлку, придав ей пышности, показательно стёрла пылинки с костюма и нацепила лукавую ухмылку — с ней она была готова встретить Кунсайта. Внезапно она подумала о своей старой красной маске, которую стоило бы нацепить, а потом пафосно сбросить с лица. Это было бы забавно, если бы Кунсайт не знал её личности. Как же ей хотелось увидеть удивление в его вечно серьёзных, холодных глазах! — Желаю удачи, — с надменностью в голосе произнёс Джедайт и толкнул Минако в комнату. От грубого толчка в спину девушка чуть не поскользнулась на каблучках. Она хотела зашипеть или высказать пару «милых» слов главе «Ночных сов», но внезапно вспыхнувший свет заставил позабыть о человеке, что стоял за её спиной. Теперь её волновали лишь люди, что находились перед ней. Нефрит Санджойн оторвался от подключения длинного кабеля к большому белому экрану и посмотрел на неё с жалостью. Минако выдержала его взгляд, сузив голубые глаза. Не такой реакции она ожидала от этого преступника. Затем она остановилась на девушке, что пряталась за монитором компьютера. Макото Кино с подчёркнутым безразличием следила за значками, всплывающими перед её глазами. Минако вдруг захлестнула злость. Макото была в полном порядке, всё так же прекрасно выглядела и не имела каких‑либо проблем. Тогда как так вышло, что она не смогла защитить невинную жертву? Разве не в этом состоит главный смысл всех организаций? — Не стой у порога, — прозвучало откуда‑то сбоку. Минако не хотела поворачивать голову на звук его голоса, она хотела упрямо сверлить взглядом влюблённую парочку, занятую важными делами. Тёмный угол комнаты, где тёмные шторы закрывали широкое окно, не притягивал её взор. «Он высматривал меня из окна», — догадалась она. Её появление не было таким уж внезапным, хоть Минако и представляла всю дорогу обратное. — Кунсайт Фьюри, значит, — пропела она, так же не поворачиваясь. — Ты ждал моего появления или надеялся, что я и носа не суну в твоё логово? Кунсайт медленно обошёл её. Его широкие плечи, казалось, закрывали весь экран на стене. Он возвышался над ней подобно заснеженной горе. Минако ощутила себя маленькой девочкой перед большим взрослым дядей, который смотрел на неё с ухмылкой человека, от которого не стоит ждать сладких конфет и милых щеночков. «Ловушка?» — пронеслось у неё в голове. — Минако, твои действия предсказуемы и вполне объяснимы, — спокойно ответил он, разглядывая её облик. Мини‑юбка делала своё дело, заставляя Кунсайта останавливаться взглядом на стройных ножках девушки. Пару раз он зацепил взглядом её открытые ключицы и плечи, по которым струились золотые локоны. Минако это заметила и расплылась в довольной улыбке, заглушая в себе тревожные мысли. — Тебе стоит знать, что, когда я надеваю такой костюм, от прежней Минако Айно остаётся лишь внешность и её голос. Сейчас перед тобой стоит Сейлор Венера — агент Организации по защите населения Японии. Все игры кончились. Кунсайт наклонил голову. — Страдаешь раздвоением личности? Девушке хотелось улыбнуться ещё шире, но она загнала внезапно появившееся кокетство Минако Айно куда подальше. Как она уже сказала, «все игры кончились». — Можешь думать что угодно на мой счёт, но сути не меняет то, что ты переступил черту, нацелившись на беззащитного подростка, который ни в чём не виноват, — со сталью в голосе сказала она. — Беззащитный подросток? — выгнул бровь глава «Айсберга». — Тогда что здесь делаешь ты? Говоришь, что она ни в чём не виновата? Как ни крути, она связана с вашей организацией. — Она ребёнок! — гнула свою линию Венера. — Как можно нападать на ребёнка и держать его в плену только для того, чтобы схватить за шкирку его мать? Кунсайт вдруг переглянулся с Джедайтом, который всё ещё стоял за спиной агента. Венера сделала вид, что не заметила, и позволила себе шагнуть чуть в сторону, задев взглядом Макото, которая смотрела теперь только на неё. В зелёных глазах читалось сожаление и тревога. От этого злость как рукой сняло. — Минако, ты живёшь в каком‑то утопичном мире, где есть покой и нет насилия, — спокойно и даже мягко произнёс Кунсайт, словно успокаивая девушку. — Но я должен разочаровать тебя: реальность немного не такая. Иногда следует чем‑то жертвовать, чтобы добиться целей. Лёгких побед не бывает. Венера вздрогнула. Она слишком хорошо знала цену этим словам, слишком часто сталкивалась с такими условиями во время своей работы. Но раньше это не было связано с людьми, которых она знала. Её близкие никогда не попадали под прицел врагов. — Минако Айно, которая влюбилась в тебя, хотела бы жить в таком мире, — медленно произнесла она. — Но я знаю, что такого не может быть. Я знаю, что ты будешь жертвовать организацией, убивая её сотрудников. Ты не пощадишь ни Усаги, ни меня. — Тогда зачем пришла, раз всё знаешь? — спросил Джедайт, не делая даже попытки обойти Венеру. «Стоит за спиной, отрезая путь к выходу», — догадалась она. — Я надеялась выпросить свободу для дочери Селены, пользуясь тем, что Кунсайт послушает девушку, к которой питал интерес, — выложила всю правду она. — С чего ты решила, что я питал к тебе интерес? — вдруг спросил Кунсайт. — Разве это была не игра? Венера боялась ошибиться. Стопроцентной уверенности у неё не было, но подтверждение её догадки или же полное опровержение отразится лишь на его реакции. — Ты мог убить меня в любой момент, ведь мы часто оставались наедине. Более того, ты спас меня, когда я чуть не выпала из прицепа на высоте пятиэтажного дома, даже несмотря на то, что это был лучший способ распрощаться со мной навсегда. Но ты не позволил мне умереть. — Досадное недоразумение, — ответил за Кунсайта Нефрит, который, похоже, закончил копаться в проводах. — Конечно, — поджала губы Венера, не спуская глаз с Фьюри. — Я тоже так подумала. Кунсайт не дал ей однозначного ответа, он и не пытался оправдываться. Просто молча смотрел на неё, словно думал совсем не о том, что она сказала. Такая реакция заставляла девушку нервничать — она ничего ей не дала. — Твои гляделки раздражают, — сквозь зубы произнесла она. — Как только тебя терпят твои друзья? Впору уже взбеситься от такого явного игнорирования. — Ох, блонди, это ты верно подметила, — шумно выдохнул Нефрит. — Раздражает неимоверно. Кунсайт обернулся и выразительно посмотрел на него, давая понять, что он хорошо слышит, даже если думает о чём‑то своём. — Ты всё подготовил? — спросил он, позабыв о пышущей гневом девушке. Он посмотрел на наручные часы и сказал: — Начинаем через минуту. — Что происходит? — насторожилась Венера, проследив за движениями Кунсайта. Мужчина взял маленький пульт от экрана и навёл его на мигающую красным кнопку. Через мгновение экран начал передавать изображение, а кнопка стала гореть зелёным. Минако присмотрелась к картинке и увидела широкое окно, за которым по весне цвела сакура. Ей также показалась знакомой спинка кожаного светлого кресла. Догадка пришла в тот же момент, когда перед ней оказалось строгое лицо Селены, тревогу которой выдавали лишь покрасневшие от слёз глаза. Венера выругалась, проклиная Мотоки, который не заблокировал компьютер главы организации. — Кто‑то выставил блокировку вашего сервера, — вместо приветствий произнёс Кунсайт. — Из‑за этого пару минут было потеряно. Ваши глупые поступки не красят вас, Селена. Венера видела, как бледные щёки начальницы наливаются краснотой, а её фарфоровая шея розовеет. Ещё никогда агенту организации не приходилось сталкиваться с её гневом. С разочарованием и недовольством — да, но гнев на этом идеальном лице она увидела впервые. — Кто бы говорил, — выплюнула Селена и дёрнула головой в сторону Венеры, которую явно узнала. — Вы так легко позволили оказаться лучшему агенту Японии в своём логове, — она выдержала паузу. — Во второй раз. Кого и стоит назвать глупцом, так это вас, господин Кунсайт. Мужчина на секунду обернулся к Минако, которая стояла как вкопанная и смотрела только на Селену, просчитывая в уме, какую тактику та выбрала. — И всё же, — он вновь удостоил вниманием Селену, — ваша дочь и ваш лучший агент находятся у меня. Более того, некоторые способные агенты уже подстрелены. Как вы думаете, стоит ли продолжать язвить? Селена вновь посмотрела на свою подчинённую и, словно прочитав в её глазах подсказку на правильный ответ, сказала: — Вы связали мне руки. На что вы рассчитываете? Думаете, что шантажом добьётесь каких‑то мнимых целей? Но должна расстроить: после столкновения со мной вы напоритесь только на новые проблемы, которые обеспечат страны, стоящие за нашими спинами. Венера не могла поверить, что тактика Селены была лишь в пустом запугивании. «Айсберг» же не первый год занимается захватом острова — неужели кто‑то ещё верит, что настроение восстания не смогло пробраться за пределы Японии? Кунсайт не делал бы таких смелых шагов, если бы не был готов к подобному ответу. Венере казалось, что дальнейшие переговоры не имели смысла: после таких слов Кунсайт вправе рассмеяться и без каких‑либо уговоров может начать испытывать своё оружие на сотрудниках организации. — Вы неправильно поняли мои намерения, Селена, — холодно произнёс он. — Я не хочу понапрасну убивать население Японии, своих сограждан. Я хочу дать вам шанс спасти их жизни, объединившись с «Айсбергом». Похищение вашей дочери — лишь способ повлиять на ваше решение. — Где Усаги? — с яростью в голосе спросила она. — Почему я не могу увидеть свою дочь? Минако запоздало поняла, что Селене стоило спросить об этом ещё в самом начале этих переговоров. И ей тоже. — С вашей дочерью всё в порядке, — в свою очередь ответил Кунсайт. — Она сидит в уютной комнате под замком и ждёт от вас правильных действий. — Я должна знать, что с ней всё в порядке, — в голосе женщины слышалась дрожь. Венере даже стало жалко её. Весь её вид показывал, как она переживает и пытается защитить себя хотя бы нападками на Кунсайта. — Я хочу её увидеть. — Не сейчас, — безжалостно произнёс Фьюри и двинулся в сторону Минако, которая теперь следила за каждым его словом и жестом. Что‑то здесь было не так. — Прежде вы должны дать мне ответ, — он говорил это Селене, но смотрел на Венеру. Что‑то хищное и коварное скрывалось в его светлых глазах. Он явно был готов к любым обстоятельствам. Девушку это только пугало, ведь её план не отличался сложностью и скрытыми уловками. Но и Кунсайт не пойдёт на поводу у Селены. — Если тебя это устроит, то я могу остаться вместо Усаги, — выдохнула она. — Как тебе такой бонус? — На что она нам? — не понял Нефрит, голова которого наверняка отобразилась на мониторе Селены. — Разве от неё будет какая‑то польза? Кунсайт посмотрел на него с снисхождением, как на дурачка, которому можно только посочувствовать. Минако вдруг поняла, что именно этих слов от неё ждал глава компании. Он предугадал её появление и всё рассчитал. Кунсайт вновь повернулся к девушке и улыбнулся ей как ни в чём не бывало. Словно они всё планировали, когда стоит собраться всем вместе, чтобы выехать на природу. — Мне нравится твоё предложение, — он доверительно провёл рукой по её плечу, переходя на запястье. — Я готов это обсудить. — Внезапно он обернулся к Селене. — Вы же не против? Женщина смотрела лишь на Минако, которая внутренне сжалась, понимая, какой чудовищный выбор стоит перед главой организации: родная дочь или лучший специалист. Лицо Селены вновь побелело, но из её уст сорвался тяжёлый вздох. — Хорошо. С этой минуты Минако Айно вправе вертеть своей жизнью как ей вздумается, но только если это спасёт мою дочь. — Разумное решение, — кивнул Кунсайт. — Усаги Цукино будет свободна, но только если ваш ответ окажется правильным. На этот раз Селена уже не колебалась. Она твёрдо ответила: — Организация по защите населения Японии теперь ваша. Поздравляю. Последнее слово утопало в яде, но Кунсайт прикинулся глухим. В его лице не отразилось ни одной эмоции — ему было наплевать, каких усилий стоило Селене сказать такие слова. — Что ж, согласие достигнуто. Мне нет смысла держать принцессу в заключении. Через час она окажется в знакомом ей парке. Попросите Мамору забрать свою девушку — больше никто за неё ответственность нести не будет. И, не дав Селене и слова вставить, Кунсайт отключил экран и повернулся к Минако. Тем временем Нефрит проскользнул к компьютеру и быстро забарабанил по клавиатуре. — Ты довольна? — спросил Кунсайт, одновременно с этим махнув Джедайту рукой. — Твоя подружка вскоре окажется в объятьях твоего друга, и всё вновь встанет на свои места. Венера быстро обернулась на звук открывающейся двери, заметив только спину того, кто привёл её в эту комнату. — Куда ты отправил его? — вскрикнула она. — К Усаги Цукино, — терпеливо пояснил Кунсайт. — Он организует её безопасность. — Верится с трудом, — прошипела Венера. — Да, так же, как и в ответ твоей начальницы, — он дал команду Нефриту, и внезапно по комнате пробежался мужской голос: — Не беспокойтесь, Селена, мы с Мамору встретим Усаги. Сейчас я намерен проверить все камеры, которые доступны нам — хотя бы на одной из них ваша дочь покажется. Минако узнала голос Мотоки, который точно слышал и Кунсайта. — Правильно. Сейчас главное — спасти Усаги. На мгновение все звуки замолкли, но затем голос Мотоки вновь резанул уши Минако: — Вы всерьёз оставите Минако в руках этого преступника? Они же убьют её! — Ничего подобного. Минако слишком важна для них. Её знания и умения пойдут на завоевание других государств. Как мать, я не могла бросить своего ребёнка, но как глава Организации по защите населения Японии, я не могу рисковать. Поэтому, как только Усаги окажется в том парке, я отдам приказ похоронить всех, кто будет находиться на Научной базе. И связь оборвалась. Нефрит в нужный момент остановил запись, дав Минако прочувствовать и прокрутить в голове слова, сказанные женщиной, на которую она работала больше тринадцати лет. Неужели её верность ничего не значила для Селены? — Что это? — через силу выдавила Венера, не в силах поверить в то, что услышала. — Микрофон, который установил Кайто во время вчерашнего визита в вашу организацию, — услужливо ответил Кунсайт, наблюдая, как слёзы горечи пробиваются наружу. — Я не могу слепо доверять словам этой женщины. Уж пойми меня, Минако. Венера понимала. Она проглотила ком, образовавшийся в горле, и спросила: — Ты действительно дал приказ отвезти Усаги в тот парк? Даже зная, что замышляет Селена? — голос Минако дрожал, но она заставила себя смотреть прямо в глаза Кунсайту. — И к такому я был готов, — устало произнёс он, словно все ранее случившиеся события страшно утомили его. — Но если тебе станет легче, то да. Мне незачем мучить мать и дочь, если всё и так пойдёт строго по моему плану. Я, конечно, дал Селене возможность продлить свою жизнь на неопределённый срок, но она уже всё сделала сама. — Что ты имеешь в виду? — в ужасе прошептала Минако, подозревая, что упустила из виду какую‑то важную деталь. Её пальцы непроизвольно сжались в кулаки, а дыхание участилось. — Всё просто, — холодно улыбнулся Кунсайт. — Селена нарушила своё слово. Теперь я имею полное право напасть на организацию. Но ждать её агентов я не буду. Как только мать и дочь воссоединятся, я дам знак Кайто Эйсу, и он вместе с подручными испытает всю мощь наших новых бомб. Минако стояла ни жива ни мертва. Её губы разомкнулись, в глазах отобразился панический страх, руки затряслись, в голове образовался гул из голосов тех, кто остался в здании, уповая на её победу над «Айсбергом». Рей, Ами, Мамору, Мотоки и все остальные отпустили её для того, чтобы она спасла Усаги и оставила Кунсайта ни с чем… Но беда пришла откуда не ждали. Перед глазами промелькнули образы друзей: Ами, склонившаяся над экраном компьютера, Рей, сжимающая кулаки в бессильной ярости, Мамору с его вечной тревогой за Усаги… Все они верили в неё. А она подвела их. — Ты чудовище, — прошептала Венера, не совсем понимая, к кому обращается. Сейчас перед её глазами была только Селена, которая решила избавиться от неё подобным образом. И она сама подписала всем смертельный приговор. — Если ты говоришь обо мне, то должен не согласиться, — Кунсайт подошёл к девушке вплотную и обнял её за тонкую талию. Наклонив голову к её лицу, его губы оказались рядом с ушком Минако, которая даже не пыталась вырваться. — Я дал шанс Селене спасти своих людей, и сейчас даю шанс в последний раз обнять дочь. — Мне жаль, — прозвучал голос Макото, которая выглядела ничуть не лучше самой Минако. Её обычно уверенная осанка исчезла, плечи поникли, а в глазах плескалось искреннее сожаление. Руки девушки безжизненно повисли вдоль тела. Она поймала взгляд Минако — в нём читалась такая же боль и отчаяние. Похоже, не одна Минако понимала, к чему всё идёт. — Не переживай, Харо, — тут же нашёлся Нефрит и обнял Макото, не замечая, какими взглядами они обменялись с Минако. — Здесь ты и эта девушка в безопасности. Кино сражалась с ужасом, который накатил на неё, когда Кунсайт сказал об уничтожении организации. С каждым взглядом на потерянную напарницу, слёзы которой струились градом, она проигрывала, понимая, что ничего не может сделать для той, кто рисковала жизнью ради Усаги Цукино и остальных, кто ждал её возвращения. Минако Айно, сама того не понимая, обрекла своих друзей на гибель. И в то же время она оказалась под защитой Кунсайта Фьюри, который и не думал её убивать. Он ждал её появления и знал, что предложит она или попросит он взамен на безопасность маленькой принцессы. Макото это поняла, как только ледяные губы главы «Айсберга» соприкоснулись с дрожащими губами испуганной Венеры. Минако почувствовала, как по щеке скатилась слеза. Она сжала зубы, пытаясь взять себя в руки. В голове билась одна мысль: «Как исправить то, что уже сделано?» Кунсайт отстранился и внимательно посмотрел на неё. В его глазах больше не было насмешки — только холодная решимость. — У тебя есть выбор, Минако, — тихо произнёс он. — Остаться со мной и помочь изменить этот мир или погибнуть вместе с теми, кто тебя предал. Минако подняла глаза. В них всё ещё плескался страх, но к нему примешивалось что‑то новое — упрямое, несгибаемое. Она глубоко вздохнула и твёрдо ответила: — Я выбираю борьбу.

***

В машине, принадлежавшей Организации по защите населения Японии, сидели четверо. Они снова и снова прокручивали в голове тот момент, когда Мотоки ворвался в компьютерный отдел и выложил всё, что услышал от Кунсайта Фьюри и Селены. Мамору в ту же секунду подорвался, готовый выскочить из кабинета. Его сердце в страхе колотилось, словно хотело вырваться из груди. В мыслях стояли два образа — Усаги и Минако, которые были ему одинаково дороги. Мысль о том, что он увидит любимую в живых, не могла перекрыть страха лишиться подруги, которая почти всю его жизнь была рядом. — Мы не можем допустить такое! — закричала Рей, когда Мотоки сообщил, как Селена распорядилась жизнью своего лучшего агента. Её голос дрожал от ярости, кулаки непроизвольно сжались. — Надо спасти Минако, — решительно произнесла Ами, пытаясь встать с дивана. — Она бы не оставила никого из нас в руках «Айсберга». — Конечно, — в нетерпении кивнул Мотоки, подхватывая девушку под руку. — И вас мы не оставим здесь. Селена может отдать вам приказ присоединиться к бойне. Мамору, в свою очередь, помог Рей подняться с ненавистного дивана. — Тогда сначала едем в парк — встретим Усаги, а потом все вместе едем ко мне на квартиру, — Мамору говорил быстро, но чётко, будто боялся, что любая пауза лишит их решимости. — Там есть некоторые образцы из лаборатории, которые помогут проникнуть на Научную базу и вызволить Минако. Таков был их план. Мамору уверенно мчался по заполненным дорогам, умело петляя между машинами, которые со всех сторон сопровождали его раздражающими сигналами. Но в конце концов белый седан затормозил у парка. — Дамы, вам лучше остаться в машине и наблюдать отсюда, — обернувшись к заднему сиденью, сказал Мотоки. — Если что, защищайте только Усаги. Рей с готовностью кивнула, проследив за Мамору, который уже хлопнул дверцей и помчался к припаркованным автомобилям. Уже через минуту чёрная машина остановилась неподалёку от ребят, и оттуда выпрыгнула блондинка с двумя хвостиками. Рей и Ами видели, как Мамору схватил за руку бьющуюся в истерике девушку. Усаги что‑то кричала, не переставая рыдать. Напарницы заметили, как на лицах Мотоки и Мамору проскользнул страх. Ами не выдержала и опустила окно, надеясь разобраться, в чём проблема, но вместо этого услышала лишь очередной крик Цукино: — Они сказали, что убьют маму! Убьют! — зарыдала Усаги. — Здание взорвётся через тридцать минут! Ами обернулась к Рей. Её голос дрогнул: — Но мы не успеем за тридцать минут вернуться обратно… И предупредить никого не сможем. — Нет, — замотала головой Рей. — Здесь что‑то не так. Зачем похитители разболтали всё этой девчонке, если она может успеть предупредить тех, кто будет её встречать? В свою очередь мы могли бы отправить организации сигнал об опасности. — О, нет! — внезапно вскрикнула Ами. Её глаза расширились от ужаса. — В этом нет никакого смысла, если только «Айсберг» уже не дал команду взорвать здание! Рей быстро прикоснулась к наручным часам, которые могли отослать сигнал в Организацию, но подтверждения отправки не последовало. Экран мигнул и погас. Перестав биться с оборудованием, она посмотрела на Мамору. Он прижимал к себе плачущую девушку, понимая, что Кунсайт Фьюри дал ему шанс спастись — но какой ценой? — Он играет с нами, — глухо произнёс Мамору, глядя прямо перед собой. — Он знал, что мы поедем за Усаги. Знал, что узнаем о бомбе. И всё равно дал нам эту информацию. — Чтобы мы метались, как загнанные звери, — добавила Рей, сжимая подлокотники кресла. — Чтобы потеряли время. — А Минако… — Ами закусила губу. — Он держит её там не просто так. Она — часть плана. Усаги подняла заплаканное лицо: — Мама… она не могла так поступить. Не могла бросить Минако! — Могла, — жёстко сказала Рей. — Когда на кону стоит целая организация. Мамору стиснул зубы. В его голове складывалась картина: Кунсайт просчитал каждый их шаг. Он знал, что они поедут спасать Усаги. Что узнают о бомбе. Что попытаются предупредить остальных — и не смогут.