миллионы разноцветных огней.

Они едва отходят на несколько метров от дома — Баки еще зажимается, прячет взгляд в землю, плечи напряжены, через пару десятков минут его отпустит, он расслабится и будет улыбаться рассказам Стивам, но первое время он еще боится. Вдруг Баки резко оборачивается влево, и Стив следит за его взглядом, уже уловив режущий по ушам скулеж. Там стоит мужчина средних лет, возле его ног — собака. Стив может разве что различить йоркширского терьера и лайку, так что породу определить ему не предоставляется возможным, но она крупная, выше колена, даже слегка пригибаясь к земле. Хозяин замахивается и повторно ударяет ее по голове, и Стив видит, как через Баки словно проходит разряд тока. Он боится, что эта сцена послужит триггером панической атаки, из которых Баки так сложно вытащить, поэтому осторожно берет за руку, собираясь увести его, замершего на месте. Но Баки мягко освобождается, показывая, что он не агрессивен (но Стив видит дергающиеся зрачки и слышит участившееся дыхание). Мужчина дергает крепкий поводок и тащит упирающуюся собаку за собой. Баки ждет несколько секунд и следует за ним. Стив с нервным сердцем идет следом. Он не знает, идет ли хозяин домой или еще куда-то, но в конце концов они оказываются в темном переулке, и тот решает вновь преподать какой-то урок питомцу, занося руку для удара. - Эй, - Стив сам вздрагивает, когда вдруг слышит голос Баки. Он ровный и отдает сталью, от него мурашки бегут по коже. Баки взбешен. Баки едва держится. - Что по-твоему ты творишь? - Не твое дело, - голос же мужчины расслабленный — кажется, он пьян. Он быстро окидывает Баки взглядом — Идите со своим дружком, куда собирались. - Он вновь поднимает руку, но не успевает ее опустить. Баки перехватывает запястье левой рукой и сжимает. Слышится отвратительный хруст. - , когда получу ответ на вопрос, - Баки все еще уверен и спокоен снаружи. Стив слышит закипающую лаву внутри. Мужчина пищит от боли и едва держится на ногах. - Думаешь, ей приятны твои побои? - голос Баки понижается до опасного шепота, оглушительно отдающего в узких стенах. - Думаешь, ей не больно? - Да она всего лишь чертова собака, тупая сука, - мужчина точно пьян, иначе бы ему было не до разговоров, но сейчас алкоголь помогает ему быстро забыть о раздробленном запястье. - Не слушается нихера. Пристрелить проще. Как и собирался. Бесполезное животное, никак мозги не вправляются... Это последнее, что успевает сказать пьяница, прежде чем Баки хватает его за плечо правой, а металлическим кулаком врезается в нос. Не с полной силой, но достаточно, чтобы вновь вызвать порцию высокого писка и залить кровью асфальт под ногами. Мужчина отпускает поводок, чтобы оставшейся рабочей рукой закрыть лицо, а Баки моментально пинает ленту в сторону Стива. - Только не убивай его, - еле удается вставить тому, подобрав поводок и намотав его на руку быстрыми движениями, до того, как Баки хватает левой мужчину за шею сзади и впечатывает его лицом в стену. - ...Бак, - шепчет Стив, представляя, что ждет их, если нерадивый хозяин умрет вот так. И тем более — если выживет... - Вряд ли он многое вспомнит, - только и выдает Баки, отпуская бессознательное тело на землю. - Я отлично рассчитываю силу удара. Ему грозит сотрясение, да уже сломанные кости, ну и легкая амнезия на последние пару дней. Мало ли кто мог его в таком состоянии приложить. Район не самый благополучный. Будто за то время, пока мужчина заливался про неудачный выбор питомца, Баки успел все продумать и составить точный план. Впрочем, это не так и невозможно. Стив сжимает переносицу одной рукой, а второй тянет поводок. Собака послушно подходит к нему, следом — Баки. Он присаживается на корточки рядом с ней. - Привет... - Он задумывается на секунду, - Лаки. Ты и правда счастливица. Стив никогда не привыкнет к тому, как из разъяренного солдата — по сути таким Баки был еще пару минут назад, вбивая бывшего хозяина собаки в стену — Баки удается превратится в обычного парня, еще и такого очаровательного, чешущего за ухом их, похоже, новой подруги. Стива по этому поводу не спросили, но он не в состоянии отказать, заметив грустно-счастливый блеск глаз Баки. Для него это будто спасение собственной души.