Стирая ластиком старые пометки в книжках

      Иногда так странно, как много мы ожидаем от первого дня в новом месте. Это, на самом деле, вполне обоснованно. Даже если твоя жизнь похожа на счастливую сказку, она когда-нибудь надоест. И от изменений мы ждем слишком многого.       Так думает Адриан, когда приходит в коллеж. Впервые.       Он не знает никого, зато его знают практически все. Странное ощущение.       Он робко улыбается приветливому парню в свободной футболке и ярких наушниках, узнавая чуть позже, что это неизменный аксессуар Нино Ляифа. Темная кожа, типично-большой рот, и темные глаза кажутся непривычно большими из-за аккуратных очков. Чуть пухлые щеки, характерные для большинства подростков. И волосы.       Адриан никогда еще не видел таких удивительно-шелковистых и ухоженных волос у парней. У Нино они вечно растрепанные и такого теплого каштанового оттенка, напоминающего темный шоколад.       Адриан неловко притягивает руку в знак приветствия и улыбается. Ляиф довольно кивает, отвечая на рукопожатие — Агреста неожиданно цепляет то, как удивительно выглядит их кожа на контрасте. Не слишком бледная его и не угольно-черная Нино, но всё равно разница такая… символичная. Это немного завораживает.       А потом день скачет так быстро и сложно, и новое знакомство рушится так же быстро, как и начинается.       Нино слишком против Хлои. А Буржуа — подруга детства, единственная, кто по-настоящему был с ним все эти годы.       Это и становится первой пакостью в его новой жизни. Выбор сложный слишком.       От пакости пахнет мятной жвачкой и кофе, она здорово смеётся — зубы белые и ямочки, все очарованы и приготовились укладываться штабелями. Адриан-то уж точно.       И пакость эта добрая и милая, намного лучше Хлои уж.       Так и происходит выбор.

* * *

      Когда ты работаешь моделью и находишься на домашнем обучении, времени остается слишком мало на многое. У тебя множество проблем и задач, и не остается секунд на простые теплые обыденности, которые согревают в самый темный час.       Адриан может позволить себе самый дорогой телефон, самую качественную приставку и множество чудес техники, которые простому обывателю и не снились. Но он не может позволить себе просмотр интересного фильма, прослушивание музыки и видеоигры.       Потому что времени нет.       Когда появляется Нино, время неожиданно находится. У него потрясающе странный музыкальный вкус, и он слушает все, начиная от Эминема и заканчивая опенингами аниме. Адриану это так невероятно нравится, как и помогать своему новому другу с учебой.       У Нино действительно не ладится с точными науками. Физика, математика — он их просто не понимает. А Адриан просто не может не понимать, родившись в семье Агрест.       Даже если такое и случится, уйма репетиров быстро исправит положение.       А с Нино весело заниматься. Они ставят музыку, открывают учебник, разбирают темы, гуглят вопросы, делают заданные упражнения… Всё то, что называется «самостоятельной работой», но из скучного обязательства это превращается во вполне приятное времяпрепровождение.       Иногда потом, когда с предлогом, под которым Нино вообще бывает в поместье Агрест, покончено, они смотрят фильмы. Комментируют каждый момент и спорят, но это бывает так уютно и просто, что Адриан чувствует, какой Ляиф р о д н о й. Роднее и привычнее Хлои, отца, Натали… и список может продолжаться бесконечно.       Это так странно, но и потрясающе одновременно.       А однажды Нино тайком проносит попкорн, который Адриану категорически запрещен. Карамель немного похрустывает на зубах, она настолько сладкая, что даже соленая, и отчаянно липнет к пальцам.       Нино слизывает ее, позабыв обо всех правилах приличия, а Адриан теряется в этот момент, не в силах отвести взгляд от этого зрелища.       Завораживает.

* * *

      Мы изменений боимся, хоть и отчаянно жаждем. Это в природе людей. Это естественно и просто.       И Адриан боится. Боится того, что его так тянет к лучшему другу, который настолько невероятный, что даже плохо становится.       Однажды это прошибает так, что Адриан не может пошевелиться.       Нино хмурится и прикусывает кончик карандаша, в очередной раз перечитывая задачу.       Такой, черт возьми, красивый. И теплый. Уютный, комфортный, мягкий. Можно укутаться в человека? В его расслабленное спокойствие, в его трепетную бережность, в терпеливую заботу и искрящуюся радость… Он наполняет Адриана. Пропитывает собой каждую клеточку, проникает в кровь и в воздух в лёгких. Он в нем. В каждой крошечной частичке его. Везде, где раньше было пусто, темно и холодно, где ютились проблемы и задачи, данные отцом, а теперь сотни треков, целый плей-лист, множество фильмов и книг. И Нино.       Везде-везде и всюду.       И Адриан вдруг порывисто прижимается губами к темной по-прежнему чуть пухлой щеке, покрываясь горячим румянцем.       Нино на секунду замирает, а потом улыбается, возвращаясь к решению задачи, словно бы ничего не произошло.       Они потом весь вечер за руки держатся. Адриан едва ли понимает половину из того фильма, который они смотрели, покончив с уроками.       Его кожа светлее, Нино — темнее. Этот контраст по-прежнему завораживает.

* * *

      Мы боимся изменений, врывающихся в нашу жизнь. Они всегда так неожиданны, даже если ожидаемы. Это странно звучит, но это так.       Жизнь течет и бежит, она меняется.       Легко и быстро. Стремительно.       Где угодно. Когда угодно.       Она не предупреждает и не спрашивает разрешения.       Это просто случается.       Это пугает. Но и вдохновляет одновременно.       Это п о т р я с а ю щ е.