IV. Крылья дракона

Дорога занимает несколько дольше, чем планировалось. Из кареты чета Тархистана выходит слегка уставшей, потрепанной, но при этом счастливой. Первым появляется царевич Алим — наследник престола. За ним следует Азамат. Самый младший из царевичей - Анзор помогает спуститься Эстель. Орландка, которой присвоили почетное звание тархини (царевнами становились лишь дети непосредственно тисрока) держит на руках светловолосую девочку лет двух. Последней появляется царевна Зафира, с довольным лицом оглядывая Тельмаринский замок. Почему-то у нее появляется чувство, что она его и не покидала. Столько раз приходилось здесь бывать… Тархистанцев встречают сами король с королевой. За спиной Присциллы застенчиво прячется пятилетний рыжий мальчик — Зафира узнает Теобальда, принца Тельмара. Мальчик украдкой поглядывает на гостей, то и дело прячась за тяжелым плащом мамы. — Мы очень рады вас видеть! — выступает вперед Даниеле. — Но сначала, скорее внутрь. Вы, должно быть, так замерзли! Азамат одобрительно усмехается. Царевич уже мысленно приготовился к длинной тираде приветственных речей, обменов любезностями и реверансов, в то время как пронизывающий холодный ветер и мелкие острые снежинки ну никак не вдохновляли. Внутри дворца — скромно, но очень тепло и уютно. Гостей проводят в большую приемную, украшенную деревянными игрушками, лентами и еловыми ветвями. Возле стены меж двух окон стоит большая ель, украшенная подобными игрушками, как и комната. В камине горит яркий огонь. Вслед за тархистанцами полненькая служанка вносит поднос с кубками с горячим вином и какао. Гостей рассаживают за круглым столом. — Обед вот-вот подадут, располагайтесь! — Хлопочет Присцилла. — А потом Вас проведут в Ваши покои, чтобы вы смогли отдохнуть. Если захотите принять ванну — позовите кого-нибудь из слуг и вам ее приготовят. Даниеле мягко кладет руку на плечо привставшей королеве, намекая, что гости и сами разберутся, а сейчас — им нужно согреться и просто отдохнуть. Зафира замечает слегка округлившийся живот Присциллы — кажется, кое-что изменилось с момента их последней встречи. — Как прошло ваше путешествие? — интересуется король Тельмара. — Без лишних неприятностей, — лаконично отвечает Алим, отпивая глоток горячего вина — вещь абсолютно диковинная для тархистанца. — Мы рады, что мы здесь, — улыбается Эстель, отодвигая подальше свой кубок, до которого так и норовит дотянуться маленькая девочка на ее коленях. Присцилла тоже отвечает улыбкой: — Алим, Ваша жена, тархиня Тюркиз… — Она приболела перед отъездом, — отвечает наследник престола, — целитель посоветовал ей не покидать Ташбаан. Анзор едва сдерживает себя, чтобы не закатить глаза. Он более чем уверен, что «ясная тархиня» просто высказала свое «фе» по поводу поездки и Тельмара. Глупым знатным тархистанкам с самого детства вдалбливают в головы, что нет на свете лучше места, чем Ташбаан, и что они избранные и благородные, если им посчастливилось родиться на этой земле. А вот за пределами столицы и, уж тем более, страны — грязно, опасно, противно и дико. От этого большинство тархинь мнят себя невесть кем и глубоко осуждают всех, кто по собственной воле покидают Тархистан. А вот Анзор мечтает о кругосветном путешествии, чтобы своими глазами увидеть все диковинки мира. Эстель его в этом поддерживает. Нужно только подождать лет пять-семь, пока Флория подрастет, и тогда они обязательно отправятся в долгую дорогу втроем. *** Зафира кутается в теплое покрывало — она уже и забыла, как холодно в зимнюю пору в коридорах замка Тельмара. Проходя мимо открытой двери, край глаза царевны цепляет знакомый силуэт. Зафира останавливается, делает несколько шагов назад и заглядывает в комнату: светловолосый принц-не-регент стоит лицом к камину. Стоит неподвижно, сжимая кубок с вином в правой руке. Зафира смотрит ему в затылок, убеждаясь в правильности своей догадки: — Свет моих глаз? — с тенью иронии зовёт тархистанка. Принц медленно оборачивается, меряя Зафиру взглядом: — Ты уже здесь? Царевна входит в комнату, плотно прикрывая дверь: — Я — да, но вот тебя мы этим днем наблюдать чести не имели. Витольд не отвечает, лишь всматривается в черты царевны, словно пытаясь прочитать в ней ответы на свои вопросы. Пауза затягивается, тархистанка поводит плечами, ощущая неловкость. — Я ездил к тебе в Ташбаан, — наконец отзывается Витольд. — Но мне сказали, что царевна отбыла в Орландию и никто не знает, когда соизволит вернуться. Зафира вздрагивает, будто от пощечины. Несколько раз хлопает глазами: — У меня были дела. — У тархистнанской царевны в далекой Орландии? Не смеши меня. — тем не менее, по тону принца видно, что смеяться он почему-то не намерен. — К чему ты клонишь? — хорошо зная Витольда, царевна решает, что играться с ним — себе дороже. Лучше сразу, начистоту. Принц снова устремляет свой взгляд на огонь в камине: — Я знаю, что ты писала ему письма, когда я был в Ташбаане. И когда меня не было — тоже. Зафира непонимающе смотрит в затылок Витольду. Неужто кто в Ташбаане мог взяться шпионить, чтоб потом тельмаринцу докладывать? Да ну, ерунда, ни один тархистанец не пойдет на такое. А у Тельмара не так много денег, чтобы заплатить. Предательство тисрока очень дорого стоит. Слишком велики риски… Царевна осекается: — Это твой посол тебе о каждом моем шаге докладывает?! Витольд никак не реагирует на повышенный тон невесты. Он медленно отворачивается от огня, одаривая ее пристальным взглядом: — Не стоит вести со мной двойную игру, Зафира. Если хочешь — я тебя отпущу. Но, учти, назад дороги не будет. Что бы ни случилось. Царевна сглатывает, непроизвольно отступая на шаг назад. По спине пробегает холодок. Он же ничего не сделает с Этерно? — Сама мне скажешь, кто он? — продолжает Витольд. — Или подождем, пока мне расскажут? Зафира смотрит в глаза Витольду и решает выложить все начистоту, а там — будь что будет: — Это моя первая любовь. Я была очень юной, когда я его встретила. Но, нас насильно разлучили… Тельмаринец вскидывает бровь. К потоку телячьих нежностей со стороны царевны он не был готов: — И? Взыграли былые чувства? В глазах Зафиры читается разочарование: — Между нами ничего не было. Но он мне очень дорог. Тельмаринец складывает руки на груди: — Но ты ведь понимаешь, что если мы поженимся — ты не сможешь к нему ездить и пропадать гоблин-знает-где неделями? Зафира вздрагивает: — Если поженимся? Витольд разводит руками, мол, а чего ты хотела? — У тебя есть выбор. Но если он не будет в мою пользу — я от тебя откажусь. И мне плевать на то, что скажет тисрок и все твои братья. Принц собирается выйти из комнаты, но царевна ловит его за плечо, заставляя развернуться: — Ты хочешь разрушить меня?! Витольд впервые за вечер смотрит без маски надменности: — Нет, я тебя берегу. Если ты не прекратишь — однажды не выдержишь и поддашься искушению. А что делают с царевнами-изменницами ты знаешь. — Витольд слегка склоняет голову, выдерживая короткую паузу. — Обоих отдадут под суд и максимум, что я смогу тебе обеспечить — это побег в далекие глубинки Тельмара и смена имени. Закон здесь превыше всего. Царевна качает головой, в то время как ее рука безвольно соскальзывает вниз с плеча тельмаринца. Она опирается спиной о холодную серую стену из крупного камня: — Ты так просто обо всем говоришь… Закон, последствия, отказ от меня… Неужели в тебе нет ни капельки чувств ко мне? Витольд прикрывает дверь, смотрит в упор на Зафиру: — Я — принц. Не первое лицо в королевстве, но далеко и не последнее. Даниеле и Присцилла прислушиваются к моим словам перед тем, как принять важное решение. Показать чувства — это значит показать слабость. Слишком большой аванс врагам. Тархистанка горько смеется: — Не могу больше. Находиться на виду у всех, следить за каждым жестом… От этого можно с ума сойти! Витольд остается бесстрастным: — Тогда выбирай его и уезжай подальше от столицы. Несколько лет — и о тебе забудут. Зафира снимает с руки браслет из мелких бирюзовых бусин и принимается вертеть его в руках, чтобы не смотреть на Витольда: — Мои братья хотят нашего брака. Они приехали, чтобы «решить этот вопрос». Мне уже давно пора… Принц складывает руки на груди: — Они не о тебе беспокоятся. Им нужен альянс. — Даже так… — Зафи разводит руками. — Мне не выпутаться. — Ерунда. Пусть обручат Теобальда и Флорию или кого-то из детей наследника! — Витольд, я не знаю… — царевна обхватывает голову руками. Браслет со звоном летит на пол. Витольд разводит ее руки в стороны, заставляя взглянуть на него: — Даю тебе время до утра. Найди меня до завтрака и скажи о своем решении. А твоих братьев я возьму на себя. Может, в последний раз.