Сгусток под рёбрами

Санс любил своего брата. А Папайрус любил Санса. Но оба скрывали эту любовь, оба понимали, что излишняя нежность приведёт к гибели обоих. Они не показывали свои тёплые чувства никому. Даже друг другу. Только после особо бурных и утомительных ночей Папайрус мог ласково шептать брату лёгкие унижения, типа "мой жалкий бесполезный кусок мусора" или "моя похотливая изношенная шлюшка", делая особенный акцент на принадлежности Санса ему и только ему. А Санс тогда не боялся ластиться к брату, обнимать его, "целовать" его лицо, иногда жалобно всхлипывая, из-за того, что не может делать это, когда захочется. Но это было крайней редкостью, и потому скелеты держали отношения на уровне "босс и подчинённый". *** Вскоре Санс заснул. Его рука так и осталась лежать на животе, сгусток внутри тоже затих, словно заснул. Таким его и нашёл Папайрус. - Санс! - прикрикнул он на ленивого братца, отчего тот тут же проснулся, второй раз за день потерял равновесие и вальнулся со стула, - Ты, ёб тебя, опять спишь!? - Н-нет, чт-то вы, б-босс, - промямлил ширококостный, поднимаясь на ноги. На этот раз сильной боли в животе не было, видимо, он просто ещё не успел очухаться, чтобы послать импульсы в череп или в душу. - Это всё из-за того, что ты, вместо того чтобы спать, опять, блять, ублажал себя всю ёбанную ночь и сейчас не можешь нихера, - Папайрус схватил Санса за капюшон куртки и поднял, чтобы их глазницы были на одном уровне. В глазницах высокого играли гневные красные огоньки, так завораживающие низкого, что тот засмотрелся на них и пропустил оставшуюся гневную речь младшего брата, наполненную матными конструкциями, которыми Папс посыпал Санса. Выругавшись, Папайрус бросил "ленивый мешок костей" обратно за пост и, прикрикнув что-то в роде "Смотри у меня, я ещё приду, и если будешь отлынивать, я тебя прикончу!", отправился обратно патрулировать город или что он там обычно делал, пока Санс был на посту. Как только тощая фигура скрылась из виду, ширококостный поднялся, отряхнулся от снега и решил пойти "своим путём" к Альфис. Он редко пользовался телепортацией, и не был уверен, что это хорошая идея - пользоваться ею сейчас, но обойти брата он по другому никак не сможет, да и сходить надо по-быстрому, чтобы Папайрус не заметил, поэтому больше вариантов не оставалось. Альфис хоть и была сумасшедшей, но всё же Королевским Учёным, она может быть чем-нибудь смогла помочь Сансу. И хотя последний поход к ней за помощью чуть не стал роковым для Санса, благо, скелет не был таким уж жалким и беспомощным, каким его все видели, иного варианта тоже не было, ведь кто, как ни учёный, изучающий монстров, может понять строение тела монстра. Санс сглотнул, попробовал сформулировать план действий и реплики, щёлкнул пальцами и исчез со своего поста в огненной вспышке. Через мгновение он оказался у входа в Лабораторию. На телепортацию ушло много сил, живот разболелся, сгусток внутри пульсировал, усиливая боль, голова кружилась. Санс упал лицом на горячие камни, затем перевернулся на спину, чтобы не давить на новую уязвимую точку, и лежал так несколько минут, восстанавливая силы, которые ему ещё могут понадобиться против шизанутой ящерицы. Отдохнув, он встал, отряхнулся, снова глубоко вдохнул и подошёл к металлической двери. Она быстро уползла вверх, впуская Санса в тёмное помещение. Как только он вошёл, дверь тяжело упала вниз, закрывая единственный путь к спасению. Скелет огляделся. Тьма, царившая в помещении, была кромешной и всепоглощающей, Санс не видел дальше собственной выпирающей косточки над ноздрями. За столом перед большим экраном, на котором было несколько различных изображений Подземелья в разных его местах, сидела Альфис. Освещённая только экраном и настольной лампой, полноватая, но элегантная и чертовски привлекательная жёлто-оранжевая ящерица в красно-чёрной полосатой кофте, чёрной юбке, словно щупальца, спускавшейся до самого пола, и белом лабораторном халате. Она была ужасно хороша, и Санс был бы не прочь приударить за ней, если бы она не была занята одной из страшнейших членов Королевской Гвардии - Андайн. Альфис что-то делала, иногда поднимая взгляд на экран. В её пухлых ловких лапках оказывались то отвёртка, то ножик, то паяльник, и каждый инструмент с отработанной точностью выполнял своё дело на данный миг. - Чего молчишь? Говори, раз пришёл, - раздражённо бросила она незваному гостю, не отрываясь от работы. - Альфис... - Санс напрочь забыл весь свой план и стал думать на ходу, - Скажи, у тебя нет случаем какой-нибудь книги о строении тела необычных монстров, типа призраков, слизней?.. Скелетов?.. - он подбирал каждое слово с особой осторожностью, но пытался преподнести их в более-менее простой разговорной манере. - Зачем тебе? - Альфис не отвлеклась от своего дела, но Санс чётко видел, как она вскинула бровь. - Па-Папайрус отправил меня за ней, - сглотнул скелет. В животе его защемило, ему ужасно захотелось согнуться пополам и спрятаться куда-нибудь. - А ему зачем? - продолжала допрос Королевский Учёный. - Я-я н-не зн-наю, - промямлил Санс, его голос дрожал, он с трудом удерживал ровное положение тела. - Агх, - несколько искорок попало в глаз Альфис, она повернулась к Сансу, сняла очки, проморгалась, протёрла их об халат, надела и, нахмурившись и ухмыльнувшись одновременно, из-за чего её лицо приобрело ужасно пошлое и вызывающее выражение, ответила, - Здесь не библиотека, чтобы за книгами приходить. Пшёл вон, ты меня раздражаешь, - она вернулась к своей работе, попутно нажав какую-то кнопку, от чего дверь, у которой стоял Санс, открылась. Он вышел из лаборатории и облегчённо вздохнул. Сходить в библиотеку не было такой уж плохой идеей. И почему он сразу не додумался до этого?! Собрав остатки сил в кулак, скелет погладил разболевшийся живот, щёлкнул пальцами и оказался у библиотеки. Там он сразу нашёл нужную книгу и хотел было телепортироваться на свой пост, но разболевшийся живот и пульсирующий, словно бешенный, сгусток внутри стёрли эту затею в порошок. Поэтому Сансу пришлось идти пешком, надеясь, что Папайруса он не встретит. Однако, удача отвернулась от ширококостного, и на пути к его посту стоял его брат, злобно оглядываясь вокруг.