Сгусток под рёбрами

Санс часто задумывался, как он будет рожать. И где. Если у самок ещё были какие-то врождённые инстинкты и познания в этом деле, то скелет не знал об этом ровным счётом ничего. Он искал ответы в местной библиотеке, засиживаясь там допоздна. С метлой и ругательствами выгоняемый библиотекаршей, он возвращался туда на следующий день и снова просиживал шорты, перечитывая книги о беременности и родах у разных монстров, пытаясь хоть что-то узнать. - "По мере роста зародыша матка растягивается. Как только ребёнок полностью разовьётся, материнские мышцы начинают выталкивать его". Но, бля, как я буду выталкивать эту поебень из себя!? - прошептал Санс, нависнув над взятой домой книгой. Из библиотеки всё же выгнали окончательно, но скелет успел захватить одну из книг с собой. Оттянув футболку и посмотрев на сжавшегося в комочек скелета внутри себя, он тяжело вздохнул и вернулся к чтению, - Так, а про сам процесс в этой грёбанной книге что-нибудь есть? - продолжая искать информацию, ширококостный вскоре задремал. Проснулся он, на удивление, не дома. Холодный металл обжигал оголённые лопатки, рёбра, позвонки и прочие кости, запястья и основания ступней были прикованы по четыре угла металлического стола, на котором лежал скелет. Голова болела, словно по ней молотком били. Яркий свет ударил в глазницы, заставляя зажмуриться. Острые коготки прошлись по выпирающему животу, и он засиял красным, предостерегающе-опасным светом. Санс открыл глазницы и уставился на учёную, с интересом разглядывающую его дополнение и записывающую что-то в толстую тетрадь. - Альфис, какого хера!? - вскрикнул скелет и начал усиленно дёргаться, пытаясь выбраться. - Не бунтуй, - почти нежно, своим скрипучим голосом ответила она, - Мне просто крайне любопытно, как такое произошло и во что это может вылиться, если я немного подтолкну тебя, - её очки блеснули, отразив свет от лампы над столом. Санс активно осматривался, ища способ выбраться. Все знали, что Королевская Учёная - тот ещё псих. И те, кто попадался в её когтистые лапки, живыми из лаборатории не выходили. Да на её руках было больше крови и пыли, чем на руках Папайруса, который мог прикончить чисто из-за плохого настроения. И если жертвы скелета умирали почти сразу, жертвы Альфис, казалось, мучились даже после смерти. Санс дёрнулся, когда ящеро-подобная прикрепила к его пузу пару липучек с проводами. Стоящие вокруг компьютеры заработали, показывая различные диаграммы. Скелет не был глупым, можно даже сказать, что он был умным, и из него бы вышел неплохой учёный, но в этих диаграммах он откровенно ничего не понимал. Альфис снова записала что-то в тетрадь. - Состояние объекта в пределах нормы, - пробормотала она и обернулась на ширококостного, - А теперь проверим, как он будет реагировать на изменения в теле матери, - ящерка усмехнулась, хватая большие клещи с одного из столов. - Блябляблябляблябляблябляблябля, - Санс заметался в ещё одной неудачной попытке побега. Красное сияние усилилось. Альфис подошла ближе, раскрыла клещи и лёгким движением разделила одно из рёбер напополам. Ширококостный закричал, давясь слезами. Его тело, внезапно, стало ужасно чувствительным, - Сука... Какой хуйнёй ты меня накачала?.. - прорычал он сквозь плотно сжатые зубы. Ящерка не ответила, лишь истерично засмеялась и сделала очередную запись. Поделив пополам ещё несколько костей, сопровождая каждую сломанную косточку записью в тетради, Альфис это дело наскучило. Тяжело дышащий Санс, пульсирующее и сияющее красным светом дитя внутри него. А что если?.. - Сейчас вернусь, - пролепетала она, куда-то быстро удалившись. Скелет восстановил дыхание и попытался с помощью магии расстегнуть удерживающие его ремни, но только он потянулся магическим захватом к одному из них, как перед ним предстала Альфис с одним из её любимых видов оружия - шприцом с какой-то жидкостью внутри. Учёная обожала накачивать других всякими препаратами, обожала втыкать шприцы в нежную кожу и успокаивать особенно буйных жертв нежным "Как комарик укусит". На этот раз в шприце было нечто красное. - Что это за хуйня! - Санс буквально вжался в стол и соединил трясущиеся колени вместе, на сколько это позволяли удерживающие ноги ремни. - Концентрированная РЕШИМОСТЬ, - любовно протянула она, рассматривая шприц с разных сторон, любуясь переливающимся оттенками красного содержимого, - Мудак Азгор отдал свежую человеческую душу мне на изучение, а я, с помощью десятка душ монстров, которых так любезно поставляет мне твой брат, - эти два слова безумная учёная выделила с особой интонацией, - Смогла вывести несколько литров РЕШИМОСТИ из неё. Довольно полезная вещь, знаешь ли, - она снова прошлась коготками по животу, очерчивая круги, словно бы рисуя мишень. Затем она поправила провода, затянула ремни потуже, пинками и толчками уложила скелета в прежнее положение и, покончив с приготовлениями и мучительным ожиданием, резко ввела иглу шприца в красный псевдо-живот. Санс снова закричал, громко и протяжно, надрывая несуществующие голосовые связки до предела. Подливало масла в огонь то, чем Альфис накачала его для большей чувствительности. Ширококостный чувствовал, как концентрированная РЕШИМОСТЬ заливается в его тело. Волна ощущений накрыла его с головой, промывая разум, словно какой-то наркотик или допинг, усталость как рукой сняло, он почувствовал невероятную мощь, силу. Но тело не слушалось, сопротивлялось, билось в конвульсиях, не готовое принять такую силу, только разум был кристально чист. И на этот чистый разум ещё сильнее ударили новые потоки боли. В области таза стало сыро, словно бы скелет обкончался или описался. Он тяжело дышал, не понимая происходящего, мир снова поплыл. - Ёб твою мать, - пробормотала Альфис, отходя на несколько шагов от стола, - Не такой реакции я ожидала. - А-А-Ал-л-льфис-с... С-сук-кина д-дочь, ч-чт-то эт-то за хр-р-рень... - чуть ли не проскулил Санс, пытаясь порвать ремни и обхватить болящий живот руками, чтобы как-то уменьшить боль, - Ч-чт-то за хуйн-ня с-с-со мн-н-ной?.. - Утебяотошливоды, - на одном дыхании выдохнула ящерица, не зная, что делать. Она, конечно, учёный, она проводила жестокие опыты, устраивала ужасные пытки, изучая тела и строения монстров, но роды никогда не принимала, поэтому сейчас Альфис просто растерянно стояла на месте, прижимая к себе шприц и судорожно оглядываясь в поисках помощи.