Мне и не снилось

Florence and The Machine - Dog Days Are Over Нам не удалось достичь леса до наступления заката как планировал Арагорн, но привала отряд не дождался. - Будем продолжать путь,- сказал он, беспощадно подгоняя нас. Я окончательно выдохлась, дикий голод распирал мне желудок и рвал на куски мозг, колени то и дело подгибались. Едва переставляя ноги, и не обращая внимание на то, что перед глазами при каждом движении темнело, я поспевала за отрядом. Сгустились вокруг сумерки, и вечерняя темнота облепила нас, словно паутина, когда мы спустились в долину, кое где усыпанную горными камнями. Ветер здесь не дул так сильно, как наверху, и воздух был теплее. Тихо и медленно ложилась темно-синяя ткань ночи, хрустела сухая трава под бегущими усталыми ногами. Угольно-черные силуэты веток бороздили небо, словно трещины на эмали сосудов. Тяжелые вздохи Гимли слышались впереди, мягко ложились необутые ступни следующих за ним хоббитов, твердо ступал Арагорн во главе отряда, плащ Боромира слегка вздымался при дуновении ветра, неслышно перепрыгивал с камня на камень Леголас. - Хоть на час?- жалобно застонал Пиппин. - Нет,- Странник был непреклонен. Чем дальше мы продвигались, тем невыносимее мне было переступать ногами. Все плыло перед глазами, время от времени я замечала, как тело содрогалось то ли от монотонной работы мышц, то ли от ночного холода. Мне уже казалось, что это была пытка, все изнемогало, словно меня растягивали в четыре стороны. Я споткнулась, запутавшись в клубке трав и длинных веток, и приземлилась прямиком на колени. Гимли, шедший неподалеку, бросился поднимать меня, окончательно обессилевшую и истощенную. - Арагорн, прошу...- он повернулся к Страннику, и выжидающе посмотрел на него. - Нет,- покачал тот головой, с сожалением опуская веки.- Я не могу рисковать нашими жизнями, орки могут послать за нами погоню, а мы, как вы и сами видите, не достигли даже опушки леса. Я, с горечью осознавая, что придется шагать всю ночь напролет, испустила страдальческий вздох, и обернулась к Гимли, выразительно посмотрев на него: - Пожалуйста... скажи... Арагорну... не могу... больш...- со слипающимися глазами выдавила я из себя несколько слов. - Нет, Полин,- приговаривая, Гимли подставил свое плечо, и я мигом оказалась на ногах. – Тебе придется идти самой, потому что при всем желании я не смог бы тебя держать,- прокряхтел он, а затем, услышав еще один мой вздох, добавил,- Довольно охать, ленивая дева! Ты ведь сама согласилась идти в поход, так перестань изображать из себя даму и висеть у нас на шее! Смысл его слов дошел до меня не сразу. Лишь, когда гном оказался далеко впереди меня, горькое озарение пришло ко мне. «...ленивая дева...»,- отстукивало в голове; «...висеть у нас на шее!»,- эхом отзывался голос Гимли. Неужели я действительно была обузой Братства? Может, тихими ночами они обсуждали, как избавиться от неумелой девчонки, не знающей даже, как держать в руках меч? Я чувствовала неприятную, медленно разверзающуюся пустоту под ребрами, в бессильном отчаянии опустившиеся плечи, спину, принявшую форму вопросительного знака. Зачем я здесь оказалась? Какая подлая случайность забросила меня в Средиземье, где я никогда не смогу найти приюта? Где был мой дом, мои заботливые родители, поддерживающие меня в любую минуту? Все потерялось в далеком прошлом, и пути назад, кажется, уже не было. Я медленно переводила взгляд с одного члена отряда на другой, пытаясь угадать его мнение обо мне. Были ли они моими друзьями на самом деле? Вот уверенно идущий Арагорн. После месяца с лишним, проведенным в пути, я так и не узнала его: он оставался для меня хмурым Странником, редко смеющимся, вечно погруженным в свои заботы. Боромир был самым активным членом отряда, не скупым как на советы, так и на колкости, которые я не раз получала от него. Вечно ворчащий Гимли, с которым у нас мало получалось говорить. Хоббиты - единственные, с кем у меня сложились дружеские отношения. О Леголасе я старалась не думать вовсе, ибо мысли о нем отзывались болью и слезами. Во время размышлений меня внезапно осенило, что я толком и не знала членов отряда. Слушая их восхищенные разговоры об ожидающем впереди нас Лориене, острое чувство моей отчужденности, отвратительное ощущение «третьего лишнего» увеличивалось с еще большей силой, и мое сердце совсем не лежало к стране эльфов. Казалось, там, среди вечных мудрых существ, я совсем стану невидимкой, никому не важной, изгоем. Мне вдруг захотелось, чтобы все поскорее закончилось - неважно чем, потому что цель, преследуемая Братством, потеряла у меня всякий смысл и превратилась в нечеткую расплывчатую картину, маячующую далеко впереди. На небе проступили звезды, освещая холодным мерцанием долину Димрилл, скрытую меж двух горных отрогов. Тихий шум водопада нарушал тишину, убаюкивая нас. Арагорн остановился, глядя куда-то в сторону. - Что ты видишь?- спросил Леголас, подходя к нему. - Вдалеке есть дорога, ведущая от Ворот Мории, насколько я понимаю. Дальше будем продвигаться по ней - она должна идти вдоль русла Нимодели; этот тракт должен вести из долины, то есть, туда, куда мы направляемся. Еще несколько часов понадобятся, чтобы найти лес, а потом сможем сделать привал. Нога орков редко ступает там, и это нам на руку. - В Лориенский лес, ты имеешь в виду?- Гимли, похоже был не очень доволен предстоящему, как и я. - Да. Это один из тех немногочисленных безопасных приютов для нас, и... - Что-то я сомневаюсь,- буркнул в бороду гном и удалился, так и не дав Арагорну договорить. - Ну, Сэм, радуйся, ведь ты еще раз увидишь эльфов,- хлопнул Фродо по спине друга. - Чего ж тут такого, если я каждый день теперь проживаю с одним из них!- пожал тот плечами. - Я хотел сказать, что тут должно быть совсем не так, как в Ривенделле, ведь Лотлориен – другое царство эльфов. Мы пробрались сквозь заросли вереска и сухих трав и ступили на неровную дорогу. Из рассказов Гимли я узнала, что когда-то, в более счастливые времена дружбы эльфов и гномов, она служила торговым путем, но сейчас некогда мощеный тракт превратился в проселочную дорогу, изрытую канавами. - А внизу, у подножья левого отрога, чернеет дивное озеро Келед-Зарам, куда впадает этот водопад. Воды его хранят корону Дьюрина, и будут хранить, пока он не очнется от векового сна,- объяснял он хоббитам, едва слушавшим его речи, и угождающе кивающим ему. Дорога петляла меж вереска, и растений, пробивающихся из трещин полуразрушенных курганов и древних памятников. Вскоре она вышла к ручью, ловко бежавшему по камням. Игриво журча, он тек вдоль дороги и исчезал вместе с ней за правым отрогом. - А вот истоки реки Серебряной!- возобновил Гимли недавно законченный рассказ. - Будем следовать за ручьем по этой дороге, а когда найдем Нимродель, то будем следовать прилегающей к ней дороге. Она, без сомнений, ведет в лес,- сказал Арагорн. Несколько часов мы шли в молчании, не имея сил вести какие-либо беседы. Арагорн был прав - дорога вскоре нас вывела из долины, и мы продвигались теперь вдоль ручья. Минуло немало времени, прежде чем мы оказались у опушки леса. Был темный предрассветный час, и мы, зябко кутаясь в свои плащи, уселись, чтобы отужинать. Подготовку еды поручили Мерри, пока Странник лечил раны Сэма и Фродо. Меня немного задело, что мне не доверили самое женское дело, которое, к тому же, я знала очень неплохо. Опять в голове всплыли эти злосчастные слова Гимли, которые теперь мне не давали покоя. Если я действительно висела на шее Братства, то почему мне не поручали хоть какую-то мелкую работу? Обиженно прожигая взглядом хлопочущего ни в чем не повинного Мерри, я сидела на плаще, обхватив руками колени, и размышляя о своей пригодности к походу. Слишком много я поняла за небольшой отрезок времени, в голове царил настоящий хаос. Чувства смешались в неразберимую кучу, и я уже перестала понимать, что именно испытывала все это время к спутникам: равнодушие или, все же, привязанность? После ужина не было лишних разговоров, как обычно бывало, когда все ложились спать, и один из нас выдавал какую-нибудь фразочку, подводящую итог перехода. Теперь у всех было время заметить отсутствие Гэндальфа, поэтому каждый был погружен в свои тяжелые думы, а, может, и просто спал крепким сном. Я лежала на спине, разглядывая небосвод и в который раз спрашивая себя, было ли все правдой. Нет, в существовании Средиземья я не теперь не сомневалась, дело было в другом. Чувство того, что я была здесь абсолютно лишней, чужеродным предметом, подброшенным какой-то злой случайностью, не отпускало меня. Нуждалось ли во мне Братство? Или я была для них лишь раздражающей обузой? Меня преследовала мысль, не дававшая мне ни минуты покоя и твердившая мне, что их дружелюбие было лишь маской, за приветливой улыбкой прятались холодные глаза, а ночами велись дискуссии о том, как можно было лучше всего избавиться от меня. Я не хотела в Лориен. Я знала, что именно там острее всего почувствую это гнетущее внутренне одиночество. И даже если меня окружали члены Братства, я будто находилась среди айсбергов, которые вроде и создавали компанию, но оставались холодными и непостижимыми, как эти восемь средиземцев. Я прикрыла глаза; из-под века плавно скатилась слеза. Никогда еще я не казалась себе такой маленькой, покинутой, жалкой, ничтожной. Мне вспомнились времена, когда я еще помнила историю о Кольце наизусть и перед сном мечтала о Средиземье и о невероятных приключениях. Ах, это было так легко делать под большим одеялом и в своем родном доме! Какой же я была глупой! Ну как я могла вообще подумать о том, что Средиземье мне могло быть домом? Я отвлеклась от мыслей и огляделась: лишь одна или две звезды равнодушно мерцали на черном, словно смоль, небосклоне. Вокруг почти ничего не было видно. «Самый темный час бывает только перед рассветом»,- мысленно подобрала я подходящее описание обстановки. Глаза медленно слипались, сон, сладко дурманя, обволакивал меня словно липкий сахар. Но заснула я с тяжелым сердцем. Утро наступило ослепительное и солнечное, словно бы на дворе стоял не январь, а май. Отряд спешно собирался в путь, подгоняемый желанием скорее попасть во владения эльфов. - Сегодня вечером мы будем спать спокойно,- уверил нас Леголас. - Можно подумать, раньше мы спали хуже,- буркнула я себе под нос, искренне надеясь, что эльф меня не услышал. Я была подавленной после ночи размышлений. Этим утром я словно взглянула на Братство под другим углом, через другое стекло. Почему-то хотелось закричать что-то им в лицо, убежать и больше не видеть эти лица. Ах, еще и этот Лориен. Внутри неприятно скрутило, а желчь, казалось, разлилась по всему телу. - Чего же вы, Полин, выглядите так, словно банкой горчицы закусили?- добродушно спросил Сэм, набивая хлеб вяленым мясом и невесть где раздобытым сыром. – Держите, это вам. Вы не ели еще с Мории. - Благодарю,- промямлила я и принялась жевать еду, не чувствуя ее вкуса. После завтрака мы быстро собрали свои пожитки и выступили в путь. Солнце ласково грело, и лучи пробивались сквозь листву. Мало по малу мое настроение начало подниматься, и я шагала все бодрее и бодрее. Мысленно поблагодарив Сэма за внимательность и завтрак, дававший мне теперь силы на ходьбу, я прибавила шагу. Воздух в лесу был более теплым, чем в долине, и отовсюду раздавалась птичья трель. Камешки с хрустом перекатывались под нашими ногами, а вокруг стояла умиротворяющая тишина. Лишь надоедливые комары портили счастливую картину. Мы продвигались все глубже в лес. Деревья становились выше, а воздух жарче и слаще. Изумрудные листья поблескивали на солнце, просвечивали, выпуская из себя уже зеленоватый волшебный свет. Казалось, во мгновение наступило лето, и зла будто бы и не было вовсе. Кольцо? Кажется, здесь все о нем позабыли. Даже Фродо, вечно понурый, теперь приосанился и радостно обсуждал что-то с Пиппином. Русые волосы Боромира поблескивали на беззаботных солнечных лучах, и тот счастливо улыбался. Раскрытые глаза Леголаса, казалось, блуждали невесть где - он был погружен в далекие эльфийские грезы. - Почему же ты меня не видишь, Леголас?- еле слышно прошептала я и устремила свой взор на него. Эльф меня не замечал. Я с тоской отвернулась, заставляя себя думать о чем-то другом. День сменился вечером, а мы все так и не достигли Лориена. Высоко в небе пролетело с криком несколько птиц, облака окрасились в алый и оранжевый цвета. Солнце заходило, и место дневного тепла заняла приятная прохлада. Отряд остановился. - Больше не будем идти дальше, нам нужно переночевать,- с этими словами Арагорн бросил на землю котомку. Я не спеша последовала его примеру. - Нехорошо, что мы расположились у самой дороги,- сказал Боромир, оглядываясь вокруг. Тракт был пустым, но это еще больше внушало страх и подозрение. - Может, нам поступить по примеру галадримов и переночевать на деревьях?- предложил Арагорн. - Да, так было бы намного надежнее,- отозвался Боромир. Отряд согласился с предложением, и мы снова собрав все котомки и мешки, свернули с обочины и углубились в чащу леса. Позади осталась дорога, и река Серебряная. Мы продвигались вдоль русла Нимродели, чтобы не заплутать в лесу. Совсем рядом до уха доносилось тихое журчание воды. В глубине росли деревья с более толстыми и крепкими серыми стволами. Леголас вызвался забраться на одно из них, чтобы проверить его пригодность для ночевки отряда. - Это меллорны, весной они цветут золотыми листьями, я не раз слышал о них в песнях и сказаниях, но никогда еще мне не доводилось видеть их собственными глазами,- с этими словами он легко вспрыгнул и, ухватившись за нижнюю ветку над его головой, в миг оказался на дереве. - Вот и спи там, если тебе так нравится,- буркнул Гимли.- Я то уж точно не собираюсь туда карабкаться, чтобы потом во сне упасть. - На шесту я спать не умею, говорю сразу,- скрестил руки Пиппин. Леголас свесился с ветки и засмеялся: - И что же ты тогда будешь делать? Советую тебе вырыть норку, учитывая то, что вы оба в этом прекрасно разбираетесь. Но, если на нас нападут орки, то вам придется попотеть, чтобы остаться невидимыми для них! Я решила вступить в спор, потому что спать на деревьях, по-моему, было уже слишком. Честно говоря, я бы лучше в землю зарылась – так, если не орков, то свернутой шеи можно было бы избежать. - Тогда, я надеюсь, ты будешь меня поддерживать на руках, чтобы я ненароком не свалилась и не сломала себе позвоночник?- ехидно спросила я. Лицо Леголаса исказилось то ли от удивления, что я вдруг оказалась способной на наглость, то ли от раздумий о том, как меня поудобнее устроить. Он раскрыл было рот, чтобы что-то мне ответить, но чей-то громкий, властный оклик раздался в ветвях того же дерева. Я застыла как вкопанная. - Даро!- сказал голос. Леголас в страхе отпустил ветку и едва не упал. - Тихо! Не шевелитесь!- шепнул он нам и вскарабкался наверх, к источнику голоса. Послышался звонкий смех и второй голос сказал что-то на эльфийском. Я не разобрала ни слова. И это после двух месяцев, проведенных в Ривенделле! - Кто это там?- поинтересовался Мерри. - Эльфы – понятное дело!- ответила я. - Да это они,- подтвердил Леголас.- И говорят, что вы дышите так громко, что вас можно и в темноте подстрелить. Мерри испуганно прикрыл рот, а я возмущенно ахнула. Эльфы, хоть и были самыми мудрыми и прекрасными существами в Средиземье, все же на колкости не скупились и щедро сыпали шуточками в адрес менее «развитых», таких, как я, например. - Поднимайтесь наверх,- раздался тем временем голос Леголаса.- Вам нечего бояться. - Если только не синяков!- парировала я, но, кроме Гимли, кажется, меня никто не услышал. Вокруг совсем стемнело, деревья потонули во тьме и различить их можно было лишь по черным силуэтам, поэтому и вскарабкаться сейчас было опасно для отряда. Эльфы были зоркими и ловкими, и им не составляло никакого труда проделать это хоть с перевязанными глазами. Я была уверена в этом. К нашему всеобщему облегчению, сверху спустилась тонкая веревочная лестница, серебристая, словно паутина, но такая же необнадеживающая. Но, немного поразмыслив и придя к выводу, что эльфы нам плохого не предложили бы, я неуверенно ухватилась за тонкую нить и полезла наверх. Веревка все время покачивалась, заставляя мое сердце каждый раз уходить в пятки. Через некоторое время ветви разошлись и образовали некую корону, а над головой внезапно зачернели деревянные доски. Лестница уходила наверх, в округлое отверстие в деревянном настиле, и я протиснулась внутрь. Эльф в сером одеянии, которого я едва смогла разглядеть в темноте, помог мне выйти наружу. На настиле уже стоял Леголас, беседующий о чем-то с двумя другими эльфами, Фродо и Сэм жались в стороне. Вскоре подоспели остальные члены Братства, и тогда эльфы, приютившие нас обратились: - Добро пожаловать!- заговорил один из них.- Нам уже известно о вашем походе – разведчики Ривенделла, проходившие через долину Димрилл зашли и к нам с вестями. Мое имя Халдир, а это мои братья Румил и Орофин. Вам придется ночевать здесь, на дереве. Сколько вас? - Девять,- ответил Леголас.- Я, четыре хоббита и трое людей. - С вами девушка?- удивился эльф.- Не доводилось мне видать женщин в таких походах! Да еще такая юная. Я приподняла бровь: мой пол, значит, не позволял мне путешествовать и совершать подвиги? Признаюсь, ничего героического я еще не выдавала, но у похода была цель, а я была представителем своего мира, как и все остальные являлись представителями своих народов и стран. Хотя, для Халдира, возможно, это было довольно странным видеть девушку среди восьми мужчин. Эльфы любезно предложили нам сытный ужин, и мы жадно принялись его есть, ведь наши запасы почти истощились еще в Мории. Затем, плотно укутавшись в эльфийские меховые плащи собственные одеяла, мы улеглись спать. Но это не удавалось никому: Фродо без конца ворочался, а Мерри и Пиппин беспокоились из-за отсутствия перил. - Как бы мне отсюда не свалиться во сне,- озабоченно пробурчал Мерри. - Согласна,- отозвалась я. – Будет страшно проснуться в полете, или того хуже – вообще не проснуться. - Бр!- поежился хоббит. Разговор долго не протянулся, потому что Мерри все же смог уснуть. Я же то глядела на звездное небо, но кидала взгляд на тихо переговаривающихся между собой эльфов. Среди них был и Леголас. При упоминании его мне все так же становилось больно и пусто, словно меня предал самый близкий и родной человек. Но раз я ему была не нужна, то так тому и быть. Теперь же я знала, как себя вести в Средиземье: требовалось лишь забыть Леголаса, забыть родной дом, и сделаться тверже. Все теплое и близкое сердцу здесь мне начинало причинять боль. Рано утром меня разбудил Халдир, и все, ежась от зябкого тумана, собрали вещи и пустились в дорогу. Лориен по-прежнему меня не звал, да и я к нему не тянулась. Я была довольна, что мы потеряли несколько дней в пути, оттянув тем самым наш приход в Лориен. Настроение совсем упало, когда я услышала разговор Арагорна и Леголаса о будущих планах. В Лориене нам предполагалось остаться с неделю, а, может, и больше, причем мы были обязаны представиться Владыкам. Мы шли целый день, почти без остановок, привалов было лишь два. Эту ночь нам пришлось провести тоже в лесу. На следующий день мы проснулись, неспеша позавтракали и двинулись в путь, уже медленно и спокойно. По мере продвижения разговоров становилось все больше и больше, и у спутников моих заметно поднялось настроение. - Что это со мной стало? Я будто забыл счет времени и только и делаю, что смеюсь!- дивился Сэм. - Вы ощутили на себе действие Владычицы,- объяснил Халдир, улыбаясь. Румил и Орофин вели развогоры только с Леголасом, потому что они не знали Всеобщего Наречия. Лориен мне перестал казаться таким недружелюбным и непостижимым, наоборот – это был, наверное, наш второй домашний приют после Имладриса. Халдир частенько интересовался у меня, откуда я и чем занимаюсь. Его доброе юное лицо и широкая гостеприимная улыбка скрашивала мне путь и не давала себя чувствовать одиноко. В отличие от большинства эльфов, у Халдира волосы были по плечи: прямые и светлые, словно пшеница на солнце, они небрежно рассыпались на пряди и колыхались вслед за бодрыми кивками. - Так тебе всего шестнадцать?- удивился он, вскинув верх брови. - Да. Наверное, я младенец по сравнению с тобой, так ли? - Скажем так: мой возраст повергнет тебя в ужас. Хотя ты, возможно, уже знаешь о возрасте эльфов благодаря рассказам Леголаса. - Да, ему самому больше двух тысяч лет...- протянула я. Ах, вот почему он не замечает меня, ведь между нами разница не в несколько десятков лет, а в несколько тысяч. - Прекрасный рассказчик он, да и певец отменный,- не к месту сказал Халдир, а затем, радостно встрепенувшись добавил:- Гляди! Это холм Керин-Амрот виднеется впереди! Я подняла голову и застыла в немом восхищении. Впереди стоял круглый холм, увенчанный двумя кольцами деревьев: первое состояло из белоснежных безлистых стволов, а второе – из серебряных меллорнов, увенчанных золотой короной листьев. Трава зеленела, как в первый майский день – она была такой свежей, благоухающей, изумрудной и молодой. Весь холм был усыпан цветами: белыми, синими, золотыми, розовыми и они искрились на беззаботных солнечных лучах. От холма веяло теплом, ласковым и обволакивающим. Мы, не сговариваясь, бросились в мягкую траву. Ах, до чего же это было дивно! Намного прекраснее, чем Ривендельские сады! Казалось, вокруг нас ничего не было: только бескрайнее безоблачное небо и сверкающие блики лепестков цветов. В воздухе витали перья одуванчиков и щекотали нам дыхание. Время застыло, а счастье здесь никогда не кончалось. - Земля такая горячая!- восторженно воскликнул Боромир. Халдир улыбнулся в ответ и предложил нам взойти на флет и увидеть с вершины холма столицу Лориена – Карас-Галадон. Мы последовали за ним, дивясь волшебству этого места. Прохладный мягкий ветерок легонько вздымал наши волосы, и каждый заметил, что наши иссохшие и исхудавшие в пути лица наполнились жизнью. Халдир подвёл нас с Фродо к южной стороне флета. - Взгляните-ка вон туда. Это и есть Карас-Галадон. Впереди нашему взору предстал еще один холм, гораздо более высокий, чем тот, на котором мы находились. И колец деревьев, обрамлявших этот холм было еще больше. Еле заметное сияние исходило от Карас-Галадона. Но за ним, далеко на горизонте, заканчивались владения солнца, и начинались туман и унылая серость. - Почему же солнце туда не доходит?- спросила я у Халдира. - В той стороне находится крепость Дол-Гулдур, давнее пристанище зла. Там скрывается враг, и над местом часто нависают черные тучи. Тьма и свет борются здесь, но тьме еще не удалось проникнуть сюда, да и не удастся, думаю. - Жаль, что хорошее даже здесь должно быть чем-то подпорчено,- сказал Фродо. - Я бы тебе посоветовал не думать об этом. Давайте спустимся и продолжим путь. Осталось совсем немного до столицы,- улыбнулся Халдир. Когда мы спустились к подножию холма, я заметила Арагорна, стоявшего в одиночестве и держащего в руке золотой цветок. Его глаза блестели, а на губах застыла легкая улыбка. Я без слов взяла его под руку и мы последовали за остальными.