Уроки поцелуев

Поцелуй меня снова, Я не хочу уходить, Хочу остаться здесь, И я хочу, чтобы Ты снова меня поцеловала. The Drums — Kiss Me Again

— Окей, Хосок, я просто собираюсь рассказать тебе и покончить c этим… Я была угнетена своим недавним разрывом, и я медленно забываю его, но я все ещё не оправилась. Я думала, тебе нужно знать это, — призналась я с сожалением. Он вздохнул. Думаю, это застало его врасплох. — Я так понимаю, ты думаешь, что вы снова сойдётесь? — Сомневаюсь. Он в Японии и встретил другую девушку, — я нахмурилась. — Это были отношения на расстоянии, и я не видела его около 4 месяцев. — Ох, мне жаль это слышать. — Итак, теперь, когда я рассказала тебе, ты всё ещё хочешь услышать мой ответ? — я закусила губу. — Конечно. — Это было не только ради момента, но пока… друзья? — Хорошо. Я просто хочу, чтобы ты дала мне второй шанс. Я знаю, это было немного странно. Моё отношение к Суран и всё это с твоей мамой… Но давай дадим этому немного времени и посмотрим? — Хорошо, но как друзья. — Ничего больше не говори, — он улыбнулся.

***

— Хэй, малышка, как прошёл твой Новогодний вечер? Малышка? С каких пор Юнги стал называть меня малышкой? Теперь я понимаю, как он меня воспринимает. Я сидела в баре 20 минут, чтобы подготовиться к своей ночной смене. Я достала несколько брошюр, которые сразу же просмотрела. — Нью-Йорк, Вашингтон, Сан-Франциско… Бостон? Ты действительно изучала кулинарные школы? — Юнги сказал, что это интересно. — Я отправила свои заявления в Сан-Франциско и Нью-Йорк, — сказала я без колебаний. — Значит, ты собираешься пройти сертификацию, а потом вернуться и работать на меня в качестве шеф-повара? — подмигнул он. — Если я не получу лучшего предложения, — засмеялась я. Внезапно Юнги наклонился и обнял меня. — Исыль, я горжусь тобой, ты живёшь жизнью моей мечты, и я могу больше не волноваться за тебя. Хотя для получения моей сетификации потребуется 2 года, я планировала пойти по программе кондитерских и хлебобулочных изделий. Десерты — это моё слабое место, и я ничего не могу с этим поделать. Но, благодаря Юнги, Суран и Чонгуку, я наконец поняла, какую карьеру я бы хотела построить. — Кстати, ты не говорил мне. Кого ты поцеловал в полночь? — спросила я. Юнги уже не казался таким радостным. Серьёзность вдруг отпечаталась на его лице. Я сказала что-то не так? — На самом деле — никого. — Серьёзно? Что стряслось? — Я не мог найти никого, кого мог бы тогда поцеловать…или того, кого хотел бы в любом случае… А куда ты пропала? — Я вышла на улицу. — О, мне бы хотелось, чтобы я знал это, — разочаровано сказал Юнги Окей, минутку, почему он хотел, чтобы он «знал» это? Он искал меня? Я думала, что он и Сора… — Так кто же поцеловал Сору? Вы виделись? — Чез. — Другой бармен? — спросила я, чтобы удостовериться. — Ага, это то, что я видел. — Это так странно… сначала я подумала, что Сора и Хосок точно поцелуются, но затем он вышел на улицу, чтобы найти меня… — Хосок поцеловал тебя? — оборвал меня Юнги. — Да… — я вздохнула, и в моей голове снова прокрутилось всё произошедшее — Значит, тебе нравится этот парень? — Пожалуйста, не начинай вести себя как старший брат. Он отличный парень. Кроме того, вы не очень хорошо обошлись с ним. — И что? Мне не нужно дружить с парнями, с которыми ты встречаешься. — Мы не встречаемся. Мы просто друзья, как и мы с тобой — просто друзья. — Оу, ты его не привлекаешь? — протянул Юнги с сочувствием. — Я явно его привлекаю. Почему тебе он не нравится? — Я не знаю. — Но ты так дружелюбен со всеми. Я впервые вижу тебя таким. Юнги просто пожал плечами и обошёл вокруг барной стойки. Почему он был таким странным? Может, его отношения с сестрой ухудшились? Я не видела, чтобы Чимин так поступал, но он был больше похож на брата, чем был Юнги. Кстати о Чимине. Я действительно могла бы использовать его совет прямо сейчас. — Успокойся, Исыль. Самобичеванием ничего не решить. Тебе нужно быть честной со своими чувствами, начиная с честности перед самой собой, — рассуждал Чимин. — Хорошо, Ганди, что мне делать? — я рассмеялась в телефон, чтобы скрыть своё замешательство; казалось, это уже является нормой. — Я не скажу тебе. Я здесь, чтобы дать тебе совет, а не решать твою проблему, — раздражённо произнёс его голос. — Это несправедливо! Почему я не могу просто узнать, кто является моей родственной душой, и всё ли чёрное и белое? Это просто! — Потому что жизнь не так проста. И будет ли она тогда весёлой, если мы будем знать всё наперёд? — Чимин казался мудрее обычного. — Так продолжай… — Ну, для начала, Юнги — удивительный парень… Сначала он напоминал мне Чонгука, пока он не помог справиться мне с моим разрывом, и я начала видеть больше его сладкой личности, поскольку Чонгук медленно стал…размытым, но он на 8 лет старше и просто хочет дружить. Он относится ко мне, как к своей младшей сестре. И он сказал, что хочет, чтобы отношения с следующим человеком, с которым он будет связан, были серьёзными… как брак. — Что имеет смысл. Посмотри на нас с Чжеми, — согласился Чимин. — Я не закончила…, но теперь, похоже, я чувствую немного его ревности, когда говорю с ним о Хосоке, — заключила я. — Хммм… — И вдруг — Хосок. Таинственный и горячий морской пехотинец. Правильный, джентельмен и в форме, настолько отличный от многих наших парней. Поскольку он в армии, он часто путешествует. Значит…это приведёт к другим отношениям на большом расстоянии? Ты знаешь, как я к этому отношусь, по ясным причинам. Мы говорили на днях… и он спросил меня, интересуюсь ли я им. — И что ты ему ответила? — Ну, я думала, что я «увлеклась», как ты сказал. Я имею в виду, что он такой интересный и другой. Он определённо моложе Юнги. Я не хочу быть несправедливой, поскольку я всё ещё пытаюсь отойти от своего разрыва с Чонгуком… Просто пни меня и скажи что я должна делать, Чимин! — Хорошо, Исыль, во-первых, я никогда не буду пинать тебя. Во вторых, я думаю, что ты уже оправилась от Чонгука, раз чувствуешь что-то к двум парням. И, в-третьих, хорошо… подумай, что идея этого нового парня с опасной военной карьерой просто застала тебя врасплох, и тебе понравилось, но я думаю, что тебя больше толкнули в этом направлении, потому что Юнги сказал, что он хочет быть просто друзьями. Поэтому, позволь спросить тебя, до того, как Хосок поцеловал тебя и перед речью Юнги… с кем ты действительно хотела поцеловаться в эту ночь? — С Юнги… по крайней мере, это то, что я себе представляла, но теперь я знаю, что мне нравится Хосок, — призналась я. — У тебя, очевидно, было время познакомиться с Юнги и позаботиться о нём. И тот факт, что ты пожертвовала небольшим количеством своих чувств, чтобы потенциально связать его с Сорой, говорит много… да, я узнал у Суран. — Вы двое стали хорошими друзьями, это может плохо для меня обернуться. — Нет, твои сумасшедшие* идеи опасны для тебя. Просто прими даже тот новогодний поцелуй за то, что это был просто удивительный поцелуй, и все. Оставайтесь друзьями, кроме того, если ситуация с твоей мамой и мистером Чоном действительно обостряется, то у меня есть ощущение, что это будет настоящий бардак. И что касается Юнги… он отличный друг, солидный парень, и я понимаю, из чего он исходит, желая серьёзных отношений. И да, может быть, он защищается, и ты путаешь это с ревностью. Не разрушай вашу с ним дружбу. — Так что, ты говоришь, просто дружить и не выбирать? — я попросила разъяснений. — Ты хотела услышать моё мнение — я тебе его высказал. — Это удручает. По крайней мере, раньше у меня была одна возможность, но сейчас её нет, — вздохнула я. — Тебе нужно прекратить прыгать и выяснить, чего ты действительно хочешь, Исыль. Кроме того, это даст тебе время, чтобы сосредоточиться на дружбе. Сора действительно может использовать хорошего друга. Я имею в виду, что у неё будет малыш… не важно. Чимин был прав. Я ненавидела признаваться в этом. Не то, чтобы я использовала Сору как отвлечение, но она была прекрасным человеком. Ей нужен был кто-то, ей нужна была я. — Когда ты стал таким мудрым? — В этом виновата Чжеми, — усмехнулся он.

***

Я рада, что была честна с Хосоком в тот день. Он должен был знать это, правильно? И, честно говоря, не похоже, что это его смутило. Я должна была встретиться с Суран у неё дома после моей утренней субботней смены; мы должны были написать вместе один документ. Я подошла к углу её дома, но не увидела её машины. Я немедленно позвонила ей, но ответа не последовало. Может, она уехала куда-то, кто знает? Я обошла и заметила, что дверь её гаража была открыта. Когда я подошла ближе, всё, что я увидела — инструменты, разбросанные по полу, и шина, снятая со старого мотоцикла. Неожиданно Хосок встал с другой стороны мотоцикла. — О боже, ты напугал меня! — ахнула я — Прошу прощения, — усмехнулся он. Он вытер свои перепачканные маслом руки об тряпку, когда стоял там… очень без рубашки. Я изо всех сил старалась держать зрительный контакт, но как только он отвернулся, я наконец взглянула на это тело. Раньше я видела атлетические тела сёрферов, но они были не такие, как он. Он был просто прекрасно сложен и… как вообще возможно не смотреть на эти объёмные мышцы? Среди мелких капелек пота я также наблюдала множество татуировок, которые украшали его тело в самых прекрасных местах: его руки, правая сторона груди, боковое ребро и спина. — Суран здесь? Мы должны были встретиться, чтобы работать над заданием. — Нет, я не видел её с тех пор, как приехал сюда. — Над чем ты работаешь? — продолжила я. — Просто заменил масло и установил новые тормозные колодки. Это был мотоцикл моего отца, он был передан моему брату, а теперь перешёл мне. Я чиню его, чтобы отвезти обратно в лагерь, — объяснил он. — О, круто, — я тупо смотрела на этот кусок металла, потому что никогда раньше не встречала никого с такими. — Ты когда-нибудь ездила на мотоцикле? — О нет, — я нервно усмехнулась. — Я нахожу их пугающими. — На самом деле, это не так. Всё зависит от того, насколько ты доверяешь водителю, — ответил он, устанавливая заднюю шину на своё место. — Ну, я должна пойти найти Суран, чтобы мы могли начать… — сказала я в то время, когда зазвонил мой телефон. — Кстати о Суран. — Это она? — Эй, Суран, где ты? — У меня был бранч с Джебомом, и Намджун попросил меня о помощи с одной девушкой. Извини, Исыль, я не смогу сегодня вечером. — Всё в порядке, поймаю тебя позже. Ну, теперь я была свободна. — Ита-ак… Прокатимся на мотоцикле? — Хосок выстрелил в меня своей сногсшибательной улыбкой и приподнял брови. Горяч, чертовски горяч! — Конечно. — Отлично. Дай мне только вымыть его и самому помыться. Можешь подождать 25 минут или около того? — Ладно, я просто подожду на кухне и почитаю, — сказала я, заходя в дом. Я так сильно отвлеклась, записывая заметки и небольшие комментарии в своём блокноте, что потеряла счёт времени. Но запах его одеколона сделал свой ход прежде, чем я услышала его шаги. Я наблюдала, как он медленно входил в кухню, словно в замедленном моменте в фильме. Я уставилась на его тёмные коричневые сапоги, а затем на синие джинсы и бордовую фланель с подвёрнутыми рукавами, под которой была белая футболка. А он точно настоящий? — Ты готова? — спросил он, держа коричневую куртку. Я кивнула, будучи ошарашенной. — Ты тоже модель? — пробормотала я, но в моих словах не было ни намёка на шутку. Он усмехнулся, открывая для меня дверь. На мне были джинсы и кожаная мятная куртка, но я не уверена в том, что у меня что-нибудь потеплее. Снаружи его мотоцикл весь сиял, выглядя полуновым (минус несколько тусклых пятен). Я больше нервничала, чем ощущала возбуждение перед поездкой… Мне не хотелось умирать, ведь это был такой прекрасный день. По бокам были установлены две седельные сумки, в одну из который я положила свой кошелёк после того, как сняла очки. Посмотрев на Хосока, я обнаружила, что на нём уже были серебристые летчики. Конечно же, он носил авиаторы, и это не могло быть ещё больше похожим на Top Gun, как бы я не пыталась этого отрицать. Это был один из любимых фильмов моей мамы. Он протянул мне свою куртку, чтобы усесться на стального коня. О БОЖЕ, мы сидели очень близко. — Всё в порядке, я безопасный водитель, — заверил он меня и притянул свою руку. Речь шла не столько о безопасности, сколько о моих дрожащих во время обхватывания его вокруг талии руках. Но я могла бы предовратить это. Я села сзади, стянув волосы в конский хвост, и нашла небольшую ручку в задней части моего сидения. Всё шло прекрасно, пока он не ударил на газ на второй передаче: меня тряхнуло, и я ухватилась за его бока, почувствовав, как его тело задрожало от смеха. Всплыли подозрения, что он знал, что я так сделаю. Я не имела понятия, куда мы едем, и меня это не сильно волновало. Для меня это был новый опыт, поэтому мне было плевать, куда мы напрявлялись, да и вид на океан был потрясающим. Я бы сказала, что это был отличный первый опыт, если не брать во внимание то, что ветер задувал в мои глаза и свистел в ушах. Мои руки немного замёрзли, поэтому я по очереди меняла их: одной держалась за него, а вторую прятала в куртке. Это, безусловно, был сон, и, когда он коснулся моей руки своей тёплой ладонью, я упала с его мотоцикла. Я надеюсь, он не почувствует капельки слюны, которые текли из моего рта. Да, на этот раз я была тем, кто пускал слюни, чего не было с тех пор… ну, вы можете это представить. По мере того, как поездка продолжалась, я чувствовала себя более комфортно в обществе Хосока. Я положила голову на его спину, уже не напрягаясь. Он повернул голову и улыбнулся мне. Да, я могла бы привыкнуть к этому. Через несколько минут мы подъехали к ресторану с прекрасным видом. Я сняла куртку и попыталась распустить и поправить волосы. У этой деревянной лачуги была отличная атмосфера с байкерами и серфингистами, которые просто окалачивались тут без дела. Я слишком застенчива, чтобы поесть тут одной, но теперь это не так, ведь со мной Морской пехотинец. Мы вошли, и они быстро поздоровались с ним. Я думаю, он регулярно бывал здесь. Они разговаривали про его брата; Хосок шутил, что скоро он женится. Скоро женится? Он считал, что между мистером Чоном и моей мамой действительно что-то завяжется? Было ли всё это серьёзнее, чем я верила? Мы сидели на балконе ресторана лицом к океану, и я просто была ошеломлена… этим всем. — Что ты думаешь о первой поездке? — сказал он, улыбаясь. — Ох, мне понравилось! Это было потрясающе! — призналась я — Я знал, что тебе понравится. Не так страшно? — Нет. Думаю, я переборола свой страх, — улыбнулась я, играя с салферткой. Я больше не боялась, но всё ещё нервничала. Почему я не могла чувствовать себя нормально? Трудно было в полной мере держать зрительный контакт. Солнечный свет отражался от его глаз, находившихся в плену светло-карих омутов. Я узнала это смутно-тревожное чувство, и, если честно, я не ожидала, что снова смогу в полной мере испытать его. Чимин говорил мне, что сначала я должна определиться со своими желаниями, прежде чем вступать в отношения с кем-то. В этот самый момент я была почти уверенной, что хочу продвинуться в этом плане именно с Хосоком, но мне показалось, что я не могу доверять своему сердцу. Может, моя медлительность была бы самой безопасной ставкой. Но это не значит целоваться! Хотя я уже знала, каковы были ощущения от поцелуя с Хосоком, и это оставило на мне неизгладимое впечатление. Это было тем, что пугало меня. Это могло омрачить мои мысли и просто промыть мне мозги… Или я снова передумала? Мы озвучили свои заказы. Я оставалась на удивление спокойной, за исключением моего живота. Глупые бабочки никогда не дают девушке перерыв! — Как тебе здесь? — серьёзно спросил он. — Тут весело, я хорошо провожу время. — Ты уверена? Ты, похоже, нервничаешь, — сказал он, глядя на мои руки на столе. Я и не заметила, как разорвала салфетку и скатала её в бумажные шарики, словно бы выстроив их для битвы. Я рассмеялась и оттодвинула их в сторону, сложив руки на коленях и пытаясь их контролировать. — Почему я тебе нравлюсь? — выпалила я. — Я имею в виду… я не видела ни одного намёка с твоей стороны. — Извини, меня иногда трудно читать. Думаю, это военное. Сначала я не мог сказать, понравилась ли ты мне как человек, но потом я увидел изменения в твоём взгляде той ночью. — Оу, ты заметил, — мне показалось, что все мои чувства были выставлены напоказ. — Да, — усмехнулся он. Я чувствовала, как запылало моё лицо — я покраснела. Хосокова ухмылка смягчилась. — Я должен сказать… — он выглядел восхитительно-взволнованным. — Ничто не привлекает меня больше красивой девушки, щёки которой горят от смущения, — признался он. Теперь мы оба пытались наладить друг с другом зрительный контакт. Ха-ха! Его щёки тоже порозовели! Как глупо мы выглядели со стороны; оба были смущены из-за своих чувств до предательски горящих щёк. И к чему это всё приведёт? Вскоре нам принесли наши блюда; мы ели и с удовольствием общались на отвлечённые темы. Днём было так же хорошо, как и утром, только немного прохладнее. Я застегнула куртку Хосока, и мы поехали обратно. Я увидела милое местечко с красивым видом и позвала Хосока, указывая. Он выровнял мотоцикл, и я вынула телефон. Я не знаю, почему не сделала этого раньше. Мне нужна была фотография с ним и этим замечательным фоном. Я включила фронтальную камеру и указала на неё. Мои руки были слишком короткими, чтобы захватить нас двоих полностьою, поэтому телефон взял Хосок. Мы стояли очень близко, когда просматривали получившиееся фотографии, и я почувствовала, что он медленно теряет интерес к снимкам. Я снова занервничала, ведь расстояние между нашими лицами было совсем небольшое! Сейчас план не целовать его казался мне смешным. Почему я должна упускать такую возможность только из-за моего глупого соглашения с самой собой? Что же мне делать, если он стал моей слабостью? — Хорошо, теперь мы можем идти. Не глядя на него, я подошла к мотоциклу и положила свой телефон в сумку. Он улыбался, принимая мой отказ как настоящий солдат. Я чувствовала себя ужасно; мои чувства, кожа и губы требовали только поцелуя. Моё сердце целенаправленно затуманивало мой разум, оно кричало мне «иди и сделай это!», пусть мой мозг и твердил мне: «Не будь глупой, придерживайся плана!». Моим оправданием было то, что до девятнадцати мне оставалось несколько месяцев, и я всё ещё могла себе позволить совершать глупости. Он забрался на мотоцикл и собирался надеть солнечные очки, но я, собравшись с духом, подошла и поцеловала его. Он пересел на заднее сидение и позволил мне прижаться к нему. Ему было трудно обнимать меня руками, потому что я была в его громоздкой куртке, и он обхватил своей большой ладонью моё маленькое лицо. Мы сильно увлеклись, хоть и слегка отвлекались на гудение проезжающих машин. Смех заполонил пространство, и мы поняли, что пора уходить. Я села позади него и обхватила его талию. Заходящее солнце позади нас, вернувшихся в дом Суран, было прекрасным окончанием случайного свидания.