Нас бьют - мы летаем

Каждый город скрывает в себе другую, непривычную для простых людей сущность. Ту самую сущность, от которой хочется бежать как можно дальше и быстрее. Лишь бы не попасть в ужасный капкан темной стороны нашего мира. И здесь нет исключений, ведь даже самый мирный городок скрывает в себе что-то омерзительно страшное. В таких местах только одно правило: сильнейший выживает. И если не обладать силой и властью, то очень быстро можно оказаться в самом страшном положении, где смерть покажется самым лучшим выходом. И этот город не исключение… Леонардо Фиоре, будучи живым, позаботился о том, чтобы его любимая дочурка познала всю грязь этого мира. И к четырнадцати годам подросток перестала видеть красоту в людях, а на прекрасные пейзажи и внимания больше не обращала. И встречаясь с очередным незнакомцем, она видела только омерзительные, гнилые вещи. И идя по бедному району некогда родного города, она и не удивлялась, когда на глаза попадались продажные копы, пьющие пиво и издевающиеся над женщинами, насилуя их и избивая. Не было ничего удивительного, что очередной наркоман колется прямо посреди улицы, в экстазе закатывая глаза. Беатриче больше всего презирала именно наркоманов. Один их вид заставлял сморщиться и с трудом подавить рвотные рефлексы. Тощие, с бледной кожей, имеющей странные пятна по всему телу, расширенные зрачки. И это не говоря о поведении. Видя таких людей, хотелось только достать пистолет и напичкать их дурные головы свинцом. На самом деле, юная Фиоре презирала всю эту грязь. Выращенная в богатстве и имеющая всё, что захочет, ей было противно даже пройтись по улице такого района. И сейчас, краем глаза следя за окружающими куртизанками, пьяницами, наркоманами, барыгами, большинство из которых такие же подростки, как и она, вызывали только одно желание — сжечь все дотла и упиваться криками боли и страдания. Детский плач вырвал итальянку из раздумий, заставляя остановиться и посмотреть на другую сторону улицы. Там, спеша со всех ног, бежала женщина с коляской. Ребенок, судя по коляске, еще младенец, громко плакал, пытаясь обратить на себя так нужное ему внимание матери. Но женщина, казалось бы, совершенно его не замечает, идя как можно быстрее. Вот она остановилась около одного мужчины неприятной наружности с папиросой в зубах. Она протянула ему деньги, взамен получая наркотики. Несколько махинаций, и вот она вкалывает эту убивающую химию в руку, расслабленно падая на землю. Её не волновало, что ребенок плачет. И плачет так громко, что очередной барыга презрительно поморщился от громкого звука и, достав пистолет, сделал два выстрела. Плач прекратился… А мамаше плевать. Беатриче на автомате положила руку на свой пистолет и дернулась в сторону, с ужасом смотря на эту картину. Но тяжёлая рука, что легла на её плечо вразумила её. — Не стоит привлекать внимания, — Канда, что видел ту же самую картину, повернул голову так, чтобы не видеть коляску, — с такой мамашей — это лучший вариант для того ребенка. Пошли. Девушка зажмурилась и мотнула головой. Да, он прав. С такой матерью для этого ребенка самый лучший вариант умереть. Быстро и безболезненно. Нагнав Канду, идея сжечь это место стала более привлекательной, чем до этого. Особенно если принять тот факт, что здесь все контролируется семьей Фиоре. Перед глазами уже стояла картина, как люди заживо сгорают в ярких языках пламени, очищая этот город от грязи. — И какого черта мы пошли сюда вечером? — японец косо посмотрел на итальянку, что очень подозрительно улыбалась. Уж больно довольной она выглядела, — тч. Откуда столько счастья? — А? — девушка слегка вздрогнула и натянула капюшон пониже, — да вот, представила, как все эти мрази будут гореть в огне. И вообще, вечером проще слиться в толпе, а утром мы привлекли бы куда больше внимания. Парень хмыкнул и завернул за угол. Он знает эту девицу всего ничего, а её мышление уж очень ему понравилось. Не успел он развить мысль, как мимо пробежал человек, а после послышался вскрик и глухой удар. Резко развернувшись, он заметил, как какой-то подросток развалился прямо на Беатриче, повалив ту на холодный и твердый асфальт. Видимо она поздно заметила его и не успела отойти, а этот белобрысый незнакомец просто не ожидал, что из-за угла кто-то выйдет. — Ой, простите, — незнакомец слегка поднялся на одной руке, второй потирая ушибленный лоб, и посмотрел на человека, которого снёс. — Твою же… — Фиоре, потирая свой ушибленный лоб, с которым очень «мило» познакомился лоб будущего трупа, тоже посмотрела на незнакомца. Их глаза встретились, а мир остановился. Она смотрела в серые, как сталь её катаны, глаза и просто терялась в них. Никогда не любила серый, он всегда ей казался слишком тусклым, неприметным, скучным. Но цвет этих глаз был прекрасен. Он смотрел в голубые, как ясное небо, глаза и тонул в них. Никогда не считал небеса прекрасными, да и не смотрел на него. Но цвет этих глаз очаровал его. Странное, незнакомое доселе никому из них тепло разлилось по телам, давая маленькие, почти незаметные трещины на возведённых вокруг себя стенах. Послышался топот и громкие голоса мужчин, что приближались всё быстрее. Беатриче вздрогнула, а странное помутнение рассудка прошло, оставляя после себя какую-то странную пустоту. Канда, быстро оценив ситуацию, за шкирку схватил незнакомого парня и закинул его в мусорный бак. Из переулка выбежали несколько мужчин с оружием в руках. — Эй, вы не видели седого паренька? — один из мужчин, что остановился ближе всех к парочке, взглядом окинул двоих непонятно откуда взявших людей, — вы не местные? — За товаром пришли, — голос Беатриче слегка охрип по непонятным ей причинам, но это было только на руку, — а этот ублюдок туда побежал. Девушка стала медленно подниматься, слегка пошатываясь, показывая своим видом, что «не здорова». Мужчина как-то непонятно хмыкнул и, махнув своим ребятам рукой, побежал в том направлении, куда показала девушка. Как только они скрылись из виду, Беатриче цокнула языком, стукнула бак ногой, давай понять, что преследовавшие паренька преступники убежали. Стоило седому только вылезти, как эти двое уже отошли на довольно-таки большое расстояние. — У неё очень красивые глаза, да, Тим? Незнакомец продолжал смотреть ей в спину, как из-за пазухи вылетел золотой шарик с крыльями и длинным хвостом. Он покружил над седой головой и схватил одну прядь зубастым ртом, сильно тяня в сторону. — Да иду, Тим, иду. Ох, учитель опять недоволен будет, что так долго. Они никогда не забудут эти глаза.

Многие-многие года я не встречала того незнакомца с прекрасными глазами. Да и столь мимолетная встреча быстро вылетела из головы. Но не его глаза. И если бы я знала, что этот парень принесёт в мою жизнь, я бы уже тогда вцепилась бы в него и не отпускала. Но тогда наши дороги разошлись. И только спустя девять лет я смогу вновь увидеть те глаза, что навсегда запали в самый потаенный уголок моей души…

— Это здесь? Канда смотрел на маленький магазинчик антиквариата. Стекло на витрине было всё грязное, пыльное. Сама дверь была довольно старой, а краска на ней в некоторых местах потрескалась. В магазине ещё было яркое освещение, а старик, видимо работник, мыл полы перед закрытием. Беатриче только кивнула и, не теряя времени, зашла в магазин. Она-то была здесь не в первый раз, и немного беспокоилась, что её могут узнать. Дверной колокольчик звякнул, предупреждая хозяина о новых посетителях. Старик, что являлся владельцем маленького магазинчика, оторвал взгляд от пола и посмотрел на поздних гостей. Молодой парень, судя по внешности, азиат, был не намного выше спутницы и одет в потрепанные старые джинсы и черную ветровку. Короткие иссиня-черные волосы слегка доставали до плеч, а синие глаза с безразличием осматривали товар. Про себя хозяин подметил, что парню лет шестнадцать от силы, значит можно что-то продать за более высокую цену, правда, наличие японского меча прикрепленного к поясу, настораживал. По виду второго гостя было сложно понять, какого он пола, однако узкие темно-синие джинсы выдавали тонкие длинные ноги, обутые в черные тенниски. Темно-серая кофта на молнии была широкой и, возможно, на размер больше, а лицо скрывал капюшон. Только прядь черных длинных волос показывалась из-под «укрытия». И такой же японский меч на поясе. — Вы что-то желаете? Мы скоро закрываемся, — старик доброжелательно улыбнулся, в уме подсчитывая, что и за сколько можно продать. — Информация, — Беатриче спокойно проходилась мимо прилавков, разглядывая всякий, по её мнению хлам, — аркобалено Реборн. Где он? — Я не понимаю о чем вы, — хозяин магазина нахмурился и прошёл за прилавок, где стояла касса. Незаметно он дотронулся до ружья. Но когда перед ним с глухим хлопком упала пачка денег, перевязанная канцелярской резинкой, — с этого и стоило начинать, — он довольно улыбнулся и почесал свою бороду, после принялся считать сумму, — но боюсь, этого мало. Все-таки вы спрашиваете о том, кто связан с Вонголой. Вы же понимаете, как я рискую? — Не испытывай моего терпения, мусор, — Беатриче одним движением вытащила пистолет и направила дуло прямо на старика, — я знаю твои расценки. И Вонгола тебя не останавливает, когда ты разглашаешь о ней информацию не тем людям. Где Реборн? — Уберите пистолет! Я всё расскажу! — старик выронил деньги на пол и поднял руки вверх, отходя назад и врезаясь спиной в стену, роняя какие-то статуэтки на пол. Он весь задрожал от страха. Девушке понравилась такая реакция, и она улыбнулась, смотря на тот ужас, что поселился в темных глазах хозяина. Он такой же продажный, как и все. Стоит навести пистолет, как сразу начинает дрожать от страха и как крыса сливать информацию, — известно только то, что аркобалено обучает Десятого босса в Японии! Вонгола хорошо засекретила эти данные, поэтому ничего не известно! Пожалуйста, не убивайте! — Десятого босса Вонголы? — Фиоре немного нахмурилась, уточняя интересующую её вещь. Сейчас она припомнила, что месяца два назад к ним приезжал Тимотео, и он рассказывал что-то о своем приемнике. Черт, знала бы, что всё так получится, так подслушала бы! — Да-да! — старик закивал головой как болванка. Девушка фыркнула и убрала пистолет, резко поворачиваясь боком. В свете лампы блеснули ножны, привлекая к себе опытный взгляд. Хозяин антикварного магазина сразу приметил тонкую работу. И когда гости молча покинули его магазинчик, он трясущимися руками достал телефон и набрал только ему известный номер. — Сеньора Лукреция? У меня информация, которая сможет вас заинтересовать. Но сначала цену…

***

— И что теперь? — Канда вопросительно выгнул одну бровь, с интересом смотря на девушку, — собираешься перерыть всю Японию? — Издеваешься? — Беатриче раздраженно фыркнула. Даже будь у неё такое желание, оно просто невыполнимо. Черт, иногда так плохо, что Вонгола так умело скрывает сведения! Она резко замерла, строя в голове только известную ей цепочку, — точно! Она щелкнула пальцами и стала оглядываться в поисках телефонных будок. Найдя такую будку через дорогу, она сразу же рванула туда, на бегу выискивая центы. Набрав нужный номер, она стала слушать длинные гудки, нервно постукивая ногой по асфальту. — Врооой! Кому там не спится в пять утра? — Беатриче резко отпрянула от телефонной будки, морщась и проклиная такой громкий голос. — А нельзя потише, Скуало? Я так оглохну! — Мелкая, ты что ли? Какого хрена звонишь? — Я это, я. Мне нужен Реборн. Ты же знаешь, где он? — Зачем тебе этот чертов аркобалено? — по голосу было понятно, что мужчина напрягся. — Долго рассказывать. Да и не телефонный разговор. Скуало, пожалуйста. — Врой! Чертова девчонка! Да что случилось? Где твои долбанный брат и защитничек? — Умерли. — Япония. Намимори. Дом Савады. — Спасибо, Скуало. Я тебе говорила, что ты — лучший? — Врооой! Не подлизывайся, мелочь! И допроса тебе не избежать! Идешь на порт в Палермо, там найдешь моряка по имени Фред. Он поможет. И он бросил трубку. Беатриче вздохнула и повесила трубку. Только она собиралась что-то сказать, как послышался визг тормозов. Из-за угла вылетели две черные машины, из которых сразу же начался обстрел. Канда, среагировав быстрее, чем девушка, схватил её за шкирку, и они оказались в переулке. Не думая, сразу же побежали дальше. Выскочив из машин, убийцы семьи Фиоре пустились в погоню, пытаясь подстрелить на ходу наследницу. Беатриче достала пистолет и стала наотмашь отстреливаться, потому что останавливаться и прицеливаться — не было времени. Завернув в очередной переулок, они столкнулись с другими мафиози. Канда моментально вынул катану из ножен, очищая путь. Быстрыми и точными движениями меча он валил врагов одного за другим, а Фиоре только и успевала, как прикрывать его спину от вражеских пуль и перепрыгивать через мертвые тела. Оставляя за спиной трупы людей, они выбежали из переулка, оказываясь в людном месте. Громкая музыка заглушала выстрелы, а пьяная молодежь даже не обращала внимания на происходящее вокруг действие, отдаваясь алкоголю и разврату. — Сюда! Беатриче рванула в самую гущу толпы, мешая преследователям себя поймать. Канда не отставал от нее, но в такой толкучке было сложно передвигаться. Но его зоркое зрение мечника помогало не упустить из вида черную макушку, с которой во время беготни слетел капюшон. Но мафиози тоже не отставали, упорно разбрасывая пьяных людей по сторонам и продвигаясь вслед за беглецами. У них приказ поймать девчонку и привести домой живой. Почему новый босс передумала убивать свою дочь — никого не интересовало. Видимо, она что-то нашла в документах покойного мужа. Выбежав из толпы, Канда и Беатриче рванули в следующий переулок, с трудом успевая перепрыгивать такие препятствия, как спящие люди. Но как назло они оказались в тупике. С одной стороны высокая стена, с другой человек десять из семьи. — Ну что, попалась, принцесса? — самый большой из мафиози вышел вперед, держа пистолет наготове, — побегали и хватит. Босс желает тебя видеть. — Босс? — девушка сощурила глаза, делая шаг назад, — быстро же вы променяли отца на эту ведьму, — смотря прямо на них, в душе зарождался противный червячок страха. И безнадежность. Почему-то сейчас она подумала, что никогда не освободится от оков своей семьи. Даже если ей и удастся сбежать сейчас, они все равно будут её искать. До тех пор пока она не сдастся и не придет сама. И во время этой погони будут страдать невинные. Но ненависть к стоящим перед ней людям была сильнее, чем что-либо другое, — вы ничтожны. — И это говоришь ты? На себя посмотри! — мужчина противно рассмеялся, а Канда подумал, какого хрена они тут «лясы точат», — гляжу, тебя всё на японцев тянет, да? А своего обожаемого Рю забыла уже? Да ты без него — ничтожество! Беатриче сжала пистолет, а после сделала два выстрела. Две пули, покрытые фиолетовым пламенем, размножились. И теперь уже четыре пули оказались в своих целях. Четыре мужчины замертво упали на землю, а Канда удивленно смотрел на эту картину. — Черт! У девчонки пламя облака! Не теряя и секунды, Юу молниеносно устремился вперед, нанося смертельные раны своим верным оружием. Беатриче достала второй пистолет и в мгновение ока все преследователи оказались мертвы. Парень не спешил убирать катану в ножны, но кровь стряхнул, после чего перевел взгляд на итальянку. — Какие-то они слабые. — Она избавляется от ненужного мусора, — девушка убрала второй пистолет и прикусила ноготь большого пальца, — они самые слабые в семье, неудивительно, что мы смогли так легко с ними разделаться. Два зайца одним выстрелом, да? — Хочешь сказать, это только начало? — японец недовольно нахмурил брови, представляя в какую жопу он с Алмой ввязался. — Сначала в расход пойдет мелкий мусор, как они. А потом уже более сильные и опытные киллеры, — она тяжело вздохнула, печально смотря на парня, — я ведь предупреждала. Они не оставят меня так легко. — Тч. Пошли уже.