Стерилизатор

На военной базе, куда генералом Корсуновым был отправлено сообщение, сержант, получивший и немедленно расшифровавший его, тут же отправился с ним к командиру. — Господин капитан! Срочное сообщение от генерала, — протягивая документ, по-военному отчеканил сержант. Капитан, бегло просмотрев бумаги, сразу же отдал ему распоряжение: — Немедленно собрать всю группу «Центр». Вызвать из «резерва» двух пилотов вертолетов. На сборы ровно пятнадцать минут. Ситуация экстренная. Сержант кинулся выполнять поручение своего командира. «Ну, вот мы вам и сгодились, господин генерал, — рассуждал сам с собой командир группы „Центр“, капитан войск специального назначения. — Будьте уверены, мы вас не подведем». Ровно через 15 минут вся группа в составе 12 человек, включая двух пилотов, ждала приказа своего командира на взлетном поле военной базы… — Ребята, — по-отечески обратился капитан к своим солдатам, благо многочисленные боевые операции, проведенные с ними, давали ему такое право, — сейчас мы нужны нашему генералу. У каждого из вас есть возможность отказаться, потому что никто из нас не знает, что нас ждет… Строй молчал, продолжая внимательно слушать. — Я так и знал. В таком случае группе загрузится в «транспортник», — сказал он, отдавая пилотам координаты местности, где их будет ждать на автомобилях генерал Корсунов… … Пройдя в комнату, подготовленную Ромкой для эфира, они застали его там колдующим над компьютером. — А, вот и вы. Ну, наконец-то! У меня все готово, можно начинать. Кстати, я через спутник нашел выход, и теперь, «заглушив» телевизионный стационарный эфир, «глушилка» сработает и на радиоволны. Поэтому, то, что вы будете говорить здесь, услышат и по радио, что, несомненно, увеличит вашу аудиторию. — Это здорово! — сказала Ольга. — Говори, как нам сесть. Здесь командуешь ты. — Пап, мы будем рядом с тобой и поддержим тебя, — сказала Алина. Дарья Юрьевна кивком головы поддержала ее, не отпуская при этом руку мужа, которую крепко сжимала в своей. Ромка, восседавший за монитором, воображал из себя великого режиссера современности и с важным видом руководил процессом расстановки «актеров». Когда всех рассадили полукругом, в его центр была установлена видеокамера с прикрепленными к ней различными устройствами. В импровизированном «полумесяце», сидели Ольга, Андрей, Катя, Никонов и его семья. А учитывая то, что в любое время к ним могли ворваться гости, Игоря и Женьку Ольга отправила следить за воротами дома через окна гостиной. Игорь, извлек откуда-то, видимо приобретенный им ранее автомат, увидев который Ольга изумилась. — Откуда он у тебя? — спросила она, кивая головой на оружие. — Помнишь, мы покупали «ствол», готовя похищение Никонова? — Не очень, а что? — Да, в общем, какая разница. Кроме пистолета я там прикупил этот автомат и еще пару гранат. И как видишь, все это сейчас может нам пригодится. Отдав пистолет Женьке, он пристегнул рожок к автомату и загнал пулю в ствол. — Пошли, Жека! Нам предстоит с тобой особая миссия, — сказал Игорь, после чего они направились к окнам гостиной. — Итак, я начинаю отсчет, — сказал Ромка. — Приготовьтесь. Десять, девять, восемь… ноль… Поехали! Камера, нацеленная на Ольгу, замигала красным глазом индикатора. Это означало лишь одно: все программы прерваны и они в эфире. И теперь уже действительно ничего нельзя было изменить. Около минуты камера транслировала гнетущую озабоченность лиц сидящих в комнате людей, и Ромка начал было уже беспокоиться. Он приподнялся со стула и вопросительно посмотрел на Ольгу. Она, заметив немой вопрос в его глазах, встала и посмотрела прямо в объектив камеры нацеленный на нее. Посмотрела своим обжигающе-ледяным взглядом пытаясь проникнуть в сердца тех, кто сейчас смотрел на нее по ту сторону экрана. Ольга знала и ощущала, что миллионы невидимых глаз в недоумении вглядываются сейчас в экраны своих телевизоров, не понимая, почему и для чего были прерваны трансляции всех телеканалов. И что это за люди, сидящие в кадре с мрачными лицами которые смотрели на них и молчали… Глубоко вздохнув, она обратила свой внутренний взор в потаенные глубины своего сердца, для того чтобы извлечь оттуда то, что могло бы разбудить в людях желание вернуть себе то, что принадлежит им по праву. Вернуть вопреки страху воспитанному в них с малых лет. — Меня зовут Ольга, — с вызовом в голосе начала она свой репортаж. — Вокруг меня сидят мои друзья и те, кто решил помочь мне достучаться до ваших сердец. Не удивляйтесь тому, что сейчас происходит, а просто смотрите и слушайте все то, что мы будем вам говорить и показывать — до конца. Потому что, дослушав нас, вам предстоит сделать выбор, который предопределит не только вашу судьбу, но и судьбу ваших детей и будущих поколений. То, что мы сейчас здесь делаем, делает нас врагами номер один для государства с его прогнившей структурой управления во главе с Президентом, для которого мы всего лишь фигуры его амбициозной игры, граничащей с сумасшествием, которую он прикрывает яркими, заботливыми лозунгами. Но если заглянуть в суть того, что он делает с народами планеты Земля, то открывается вся та страшная правда его сугубо эгоистичных стремлений — поработить население, превратив их, то есть всех нас в послушных марионеток. И чтобы мне не быть голословной, да я и не пошла бы на этот смертельный шаг без серьезных обоснований, вы видите сейчас на своих экранах профессора института генетики, всемирно известного — Никонова Валерия Николаевича, а попросту говоря главного стерилизатора планеты. Потому как именно он является автором этого проекта, разработанного им по поручению Президента. Естественно, что он не пришел сюда добровольно. Мы похитили его и привезли в этот дом, и так сложилось, что в данный момент рядом с ним находится вся его семья — жена и дочь. И если нам, после того, что сейчас расскажет профессор, позволят жить, я обещаю, что они уйдут отсюда живыми и невредимыми. На последних словах Ольга повернула голову чуть в сторону и, давая понять профессору взглядом, что его час настал села обратно на свое место. Никонов, перехватив ее взгляд, с грустью посмотрел на сидящих рядом жену и дочь, и еле заметно кивнув Ольге, повернулся к камере. — Ну, здравствуйте, господин Президент! — с иронической ухмылкой на лице начал профессор. — Я обращаюсь именно к вам, да простит меня многомиллионная аудитория, но боюсь, что им мое приветствие не лестно. Думаю, что и вам оно тоже не доставляет сейчас особой радости. Я нахожусь здесь не по собственной воле, но по собственному убеждению хочу рассказать сейчас то, что случилось много лет назад и продолжается до сих пор. Это убеждение не столько внутреннее, сколько внешнее. Да, меня «убедили» рассказать все, потому как иначе моих родных людей, которые сидят рядом со мной лишили бы жизни, впрочем, как и меня самого. Но я не боюсь за собственную жизнь, я уже давно готов к смерти, ведь рано или поздно вы, господин Президент, все равно приговорите меня к ней, чтобы со мной умерли все тайны наших с вами проектов, которых в вашей смышленой голове великое множество. Но, к сожалению, к вашему сожалению, они не умрут. Потому как сейчас я раскрою все эти секреты не только для того чтобы спасти свою семью, а еще и для того, чтобы спасти всех, кто страдает от ваших фантазий, которые я вынужден воплощать в жизнь. Пусть из моих уст это звучит несколько пафосно, или даже смешно, но я говорю правду. Эти люди, которые на первый взгляд могут показаться террористами, заставившими меня говорить о том, о чем мне не хотелось, на самом деле таковыми не являются. Проведенные здесь несколько дней позволили мне понять их, и это понимание вернуло мне человеческое достоинство потерянное после нашей первой встречи с вами. Итак, уважаемые сограждане… Все началось, как вы знаете, шесть лет назад… В течение получаса в абсолютно мертвой тишине, Никонов детально излагал то, о чем рассказывал ребятам несколько дней назад. Уверенность человека, который несколько часов назад заходился в эпилептическом припадке, объяснялась присутствием любимых им людей. Ольга глядя на то, как профессор во время своего монолога преобразился, поняла, что решение пригласить сюда его жену и дочь стоило того чтобы рисковать. Внутренним чутьем она так же понимала, что начнется через некоторое время после этого эфира во всех секторах планеты. Ведь все, что сейчас видели люди, исходило из первых уст, и никаких сомнений в своей достоверности эта информация вызвать не могла. Никонов уже подходил к завершающей части своего рассказа, в которой он раскрывал тайны последнего проекта о биороботах, который собирался внедрить Президент, как в проеме двери гостиной показался Игорь, крепко сжимавший в одной руке автомат, а другой махал Ольге, подзывая ее к себе. Она незамедлительно встала и, обойдя работающую камеру стороной, подошла к нему. — Оленька, к нашим воротам только, что подъехали два армейских джипа. Похоже, началось, — обреченно, почти шепотом сказал Игорь. Он понимал, что, по всей видимости, это его последний разговор с Ольгой, потому как двум подросткам не выстоять против профессионализма военных. Но решимость довести начатое дело до конца придавало ему сил и смелости. — В общем, вы здесь заканчивайте, а мы с Женькой постараемся как можно дольше задержать их, — быстро сказал он и резко повернувшись, вышел. Глядя на уходящего Игоря Ольга поняла, что он сделал все для того чтобы эта встреча не выглядела последней, хотя они оба предчувствовали, что он пошел навстречу своей смерти. И она была благодарна ему за то, что он не позволил ей предаться сентиментальному настроению сейчас, когда ситуация требовала от нее собранности и ясного мышления. Она зашла обратно в комнату и закрыла за собой специально установленную два месяца назад, металлическую дверь, и заперла ее на ключ. Профессор продолжал излагать свой остросюжетный, обличающий рассказ, когда они услышали первые выстрелы и взрыв. Он внезапно замолчал и пристально посмотрел на Ольгу. Ему было непонятно, каким образом они сейчас выйдут отсюда живыми если где-то там, за закрытой дверью слышны страшные звуки начинающегося штурма. Она подошла к своему месту за столом, и вместо замолчавшего профессора, у которого в голове роились мысли о том, как сохранить в живых свою семью, сказала: — Ну, вот и все дамы и господа. За нами пришли. Скорее всего сейчас, после того как я выпущу отсюда профессора и его семью, нас ожидает то, что настигло и наших друзей. Смерть! Все, что вы здесь услышали, дает вам право сделать свой собственный выбор. Либо по-прежнему, зарывшись головой в песок, продолжать свое зыбкое существование, нити которого находятся в руках Президента, либо, объединившись вернуть себе и будущим поколениям право на жизнь. А сейчас, как я и обещала, семья профессора Никонова покинет этот дом. Она достала ключи из кармана брюк и протянула их Алине, на лице которой отражался неподдельный испуг. — Вы можете идти, — сказала Ольга и села обратно на стул. Алина подошла к двери и, сунув ключ в замочную скважину, повернула его. Словно ожидая именно этого момента, раздался взрыв, и комнату заволокло дымом…