Стерилизатор

Генерал Корсунов прибыл к месту, где находился оперативно-поисковый штаб Талича состоявший из двух микроавтобусов, в которых находились техники осуществляющие координацию поисков. Увидев, что из одной из подъехавших машин вышел Руководитель Конфликтной Группы Службы Безопасности Военного отдела — генерал Корсунов, сказать, что они были изумлены, значит не сказать ничего. Выбежав из своих автобусов, и выстроившись в ряд, все встали по стойке смирно. Подошедший генерал, спросил: — Кто здесь старший? — Я, господин генерал, — ответил ему лейтенант, стоящий с краю. — Докладывайте, — сухо бросил Корсунов и приготовился слушать. — Поиски в заданном районе осуществляются согласно заданному плану. Но результатов, следуя информации из сообщений командиров поисковых групп, пока нет. После получения из центра информации о телефонных переговорах госпожи Никоновой Алины Валерьевны, полковник Талич при поддержке пятерых бойцов отправился проверять данные, полученные из этого сообщения по указанным в ней координатам абонента. Если желаете, я могу вам предоставить связь с группой полковника Талича. — Связь мне не нужна, давайте мне координаты. Я поеду и увижусь с ним лично. Пора бы нам уже встретится не в уютном кабинете, а так сказать, на поле брани. Над полем, где располагался оперативно-поисковый штаб, появились два вертолета, один из которых начал осуществлять посадку недалеко от стоящих автомобилей. После того как винты остановились, десять бойцов спецназа во главе с капитаном покинули вертолет и направились в сторону генерала. — Господин генерал, по вашему приказанию группа «Центр», в полном составе прибыла. Генерал смотрел на Сергея. Последний раз они виделись с ним года полтора назад, когда он приезжал с проверкой на военную базу, где и располагалась группа «Центр», созданная генералом тайно, для решения особых вопросов. Сергея Вязова он знал с раннего детства. После того как его родители погибли в автомобильной катастрофе, Корсунов дал воспитание этому парню и помог с карьерой на военной службе в честь памяти об его отце, который был хорошим другом генерала. И когда Корсунов предложил Сергею возглавить группу, тот дал свое согласие и подобрал отличных бойцов. — Я рад тебя видеть, Сергей. Грузитесь в те автомобили, — сказал он, показывая на два «Джипа», — а водителям в них скажите, что они остаются здесь. — Взрывчатки с собой много? — Стандартный набор, где-то около двух килограммов. — Этого должно хватить, — сказал сам себе генерал и направился вместе с Сергеем к машинам. Остановившись возле них, он подозвал к себе лейтенанта. — Сообщи всей поисковой группе, чтобы возвращались на базу. На сегодня достаточно. «Стрекозы» поисковиков пусть тоже отправляются на свои аэродромы. — Так точно. Все будет сделано, господин генерал. Сев в машину рядом с Сергеем Корсунов протянул ему координаты того места куда им предстояло ехать. — Это минут пятнадцать езды отсюда. Минут через пять, остановишь, построишь группу, и я объясню, что от вас требуется. Отдай приказ «стрекозе» сопровождающей нас, чтоб держал нас в курсе того, что происходит вокруг. Через пять минут, Сергей, остановив колонну, приказал своим бойцам построиться. Генерал, глядя на них, спокойным и рассудительным голосом разъяснил им их задачу, и Сергей понял, что сегодня их ждет серьезный переворот, который произойдет во всем мире… … Подъехав на двух армейских джипах к Ольгиному дому, Талич еще раз посмотрел на сетку координат указанную в распечатке. — Так, по-моему, это здесь. Сержант, останови. Свяжись с ближайшей «стрекозой» пусть покружат над этим домом, и сообщат нам, что там за забором. Сержант включил рацию и по инерции начал передавать в эфир позывные. — «Стрекоза — 215», ответьте «Скорпиону». Но из рации вместо привычного: «на связи», он услышал знакомый голос: — … люди, вакцинированные на изменения генетической структуры, не будут жить более десяти лет… — вещала рация голосом профессора Никонова. Талич, услышав профессорскую речь из рации, тут же скомандовал водителю: — Ты остаешься здесь и охраняешь машину. Все остальные за мной. Приготовиться к штурму. Подбежав к воротам дома, один из бойцов, прикрепил на них взрывчатку. Взрыв… И створка ворот повисла на петлях, образовав проход. — Вперед! — скомандовал Талич. Но первый боец, попытавшийся пролезть в образовавшуюся от взрыва дыру, тут же был сражен пулей, выпущенный кем-то из ребят, которые открыли беспорядочную стрельбу после начала штурма. Прижавшись к забору, спецназовцы перегруппировались. Снайпер под шквальным прикрытием огня пулеметчика заставившего стволы ребят замолчать, выбрал удобную позицию. Пулеметчик убрал палец с крючка. Внезапная тишина спровоцировала ребят снова показаться в окне. Выстрел профессионала был точен. Женька, в страхе вжавшись в стену, смотрел как жизнь, вместе с кровью, вытекающей из раны, покидает его друга. — Продолжаем штурм! — снова выкрикнул Талич, и бойцы двинулись вперед. Дверь… Взрывчатка… Взрыв… — Вперед! — Группа двинулась по коридору первого этажа дома. Дверь… Взрывчатка…. Взрыв…. — Вперед! — Шаги бойцов застучали по лестнице, ведущей на второй этаж. Дверь… Взрывчатка… Взрыв… Войдя в комнату, под обломками двери и горой штукатурки он увидел трупы двух подростков. — Добей их, — бросил он на ходу одному из бойцов. Два глухих выстрела сказали Таличу о том, что в головах этих ребят зияли дыры. Подойдя к очередной двери, он услышал голоса людей. Голоса из рации, которая оставалась включенной все это время и висела у него на камуфляже, указывали ему на то, что люди за этой дверью продолжают вести, свой обличающий эфир. И понимая, что впереди ему предстоят объяснения в верхах, он предложил им сдаться добровольно. — Я предлагаю вам прекратить ваши противозаконные действия, открыть дверь и если у вас есть оружие — сдать его! — кричал через закрытую дверь полковник Талич. Но с другой стороны двери все его призывы были проигнорированы или просто не услышаны, из-за слишком толстой стальной обшивки. И Талич поняв, что ему не откроют и добровольно никто сдаваться не собирается, приказал одному из своих бойцов: — Цепляй взрывчатку, но заряд поставь послабее. Они нужны мне живыми. — Господин, полковник. Ваша задача мне ясна, но я не могу дать гарантии того, что после взрыва все, кто находятся за этой дверью останутся живы, — ответил тот, прикрепляя взрывчатку к косяку двери. — Заканчивай поскорее, а то они, итак, слишком много наговорили, — торопил Талич. — Все готово. В укрытие… Остатки косяка вместе с дверью, после взрыва рухнули прямо в комнату, где минутой ранее Ольга и вся ее компания до последнего вели прямой эфир. — Вперед! — скомандовал Талич, и вслед за своими бойцами вошел в комнату. Зрелище, которое предстало его взору, доставило ему огромную радость. «Враги», которых он искал, были повержены, и победа окрылила его душу ощущением превосходства над кучкой людей, которая сейчас лежала возле его ног, оправляясь после последствий взрыва. Ольгу, взрывной волной отбросило к стене. Ударившись головой, она потеряла сознание и сейчас лежала неподвижно. Андрей, благодаря своей собранности в момент взрыва, выглядел гораздо лучше, чем Ольга. Его всего лишь контузило, и он, озираясь по сторонам, пытался понять, что происходит вокруг. Дарью Юрьевну отбросило прямо на мужа. Они вместе упали со стульев, и сейчас постанывая, пытались подняться. Ромку, сидевшего за импровизированным пультом, завалило обломками аппаратуры, где он сейчас и оставался. И лишь Алина, к которой так сильно спешил Талич, лежала с неестественно вывернутой шеей. Кусок металлического осколка, отлетевший от двери, перебил шейные позвонки девушки… Профессиональный взгляд полковника, зацепился за знакомые очертания той, с кем этой ночью ему было очень хорошо. Бледно-мертвый вид ее лица сказал ему обо всем, но он, несмотря на явный факт того, что она уже мертва, подошел к ней и присев на корточки, небрежно взял ее за волосы, приподняв голову. — Ну почему ты сдохла именно сейчас? — с сожалением в голосе спросил Талич у безжизненного тела Алины, и не получив ответа от мертвой девушки, со злобной яростью, словно пытаясь вновь причинить ей боль, отшвырнул ее от себя. Голова, ударилась об пол с глухим стуком, и тело осталось лежать неподвижно. Профессор, приподнявшись, увидел, как полковник, держа его дочь за волосы, задает ей какие-то вопросы, а вокруг стоят люди с оружием. Присмотревшись к действиям Талича и услышав глухой стук падающего тела, Никонов понял, что его дочь мертва. Прилив ярости добавил немолодому профессору сил и с диким ревом, словно раненый зверь он попытался кинуться на полковника, выставив вперед руки. Но в одно мгновение был сбит ударом приклада. К потерявшему сознание профессору подбежала Дарья Юрьевна, и злобно глядя на солдат, закричала: — Что вы делаете? Это ведь профессор Никонов! Его взяли в заложники, вы ведь наши спасители, а не убийцы! Талич, с издевательской ухмылкой, подойдя к Дарье Юрьевне, ударил ее кулаком в лицо, от чего женщина, увидев яркую вспышку, мгновенно потеряла сознание и упала прямо на своего мужа. Солдаты, стоявшие вокруг, молча, наблюдали за всем. — Разоралась тут, тварь! — выругался Талич. Потирая разбитый кулак, полковник, увидел, как Андрей помогал подняться пришедшей в чувство Ольге. — Так значит, это ты все устроила? — спросил он, подойдя к ним. — Да, я — сказала Ольга с безразличием в голосе. — А я вижу, ты не боишься, девочка? А зря! — распалялся Талич. — Ну-ка растащите их! — приказал он. Подошедший к Андрею солдат ударил его в живот прикладом автомата, после чего схватив, согнувшегося от боли Андрея за шею, опрокинул его на пол. Ольга осталась стоять одна. Ни тени страха не было в ее глазах. — От того, что ты нас убьешь, ты все равно ничего уже не изменишь, ублюдок, — цедя слова сквозь зубы, как раскаленный металл, сказала Ольга. — Ты меня еще и пугать вздумала? Меня?! Полковника Военного отдела?! Да кем ты себя возомнила, шлюха?! — яростно закричал Талич и, схватив ее за волосы, потащил в соседнюю комнату. Закрыв дверь ногой, и ударив девушку в поддых, он мгновенно подавил ее сопротивление и бросил на стоявший в комнате диван. Ольга задыхалась, а Талич подойдя к ней, ударил ее дважды по лицу. Кровь брызнула из разбитого носа и губ Ольги. — Значит, ты говоришь, что я не могу ничего изменить? — буквально орал Талич ей в лицо. Сквозь боль и кашель Ольга, разбитыми в кровь губами плюнула в лицо орущего Талича: — Да пошел ты, на х… ублюдок! — вновь обозвала она его. Яростный гнев Талича перерос в гневную истерику. — Ах ты, сука, — орал он, нанося ей удары кулаком. — Сейчас я сделаю с тобой то, что намеревался сделать с твоей подружкой… — Господин, полковник! Прибыл генерал Корсунов со своей группой, — сказал вошедший в комнату солдат. Талич на мгновение замер и отдышавшись от захлестнувшей его ярости, достал платок и, стерев кровавый плевок Ольги со своего лица, схватив лежащую девушку, лицо которой после его ударов, напоминало месиво, за волосы, он словно тряпичную куклу потащил за собой к выходу. Дотащив до середины комнаты, в которой уже находился Корсунов со своей группой, бросил ее на пол. — Развлекаешься полковник? — спросил Талича Корсунов. — А ведь я приказал тебе — проверить, а не штурмовать. — Пока бы я проверял, неизвестно, чего бы они еще нагово… — Талич повернувшись, увидел ствол пистолета, упирающийся практически ему в лоб… — Что за ху… Он не успел договорить… Выстрелы спецназовцев группы Корсунова, которые, только зайдя в комнату, тут же разобрали цели, в виде солдат Талича, оборвали их жизни одновременно. Корсунов задержался, но лишь на мгновение. Ему хотелось увидеть страх в глазах Талича, и он его увидел. Палец генерала привычным движением нажал на курок…. Пуля девятого калибра, оставив внушительное отверстие в голове полковника, вонзилась в стену. Полковник рухнул рядом с истекающей кровью Ольгой. Кровь, пульсирующая из сквозных ран на шее солдат Талича, заливала комнату, окрашивая ее в багровые тона. Генерал огляделся. — Давно я не видел такого, — сказал он вслух. — Какие будут дальнейшие указания генерал? — спросил его Сергей. — Приведите в чувства гражданских, а этих, — сказал он, показывая на трупы, — растащите по всему дому. Прикрепите к ним взрывчатку, а заодно поколдуйте с газовой трубой. Я хочу, чтобы от этого дома остались лишь одни воспоминания. И не забудьте того, кто остался лежать снаружи, их автомобили загоните во двор. Корсунов отошел к окну и закурил… — А, что делать с телами гражданских? — То же самое, что и с другими, и пусть потом эксперты головы свои ломают, о том, кто здесь был. Все приступайте и побыстрее, — закончил генерал. Ромка все это время находившийся под грудой обломков аппаратуры, которых было так много, что его не было видно под ними, лежал и дрожал от охватившего его страха. «Скорей бы они закончили и ушли, я бы тогда смог выбраться и свалить отсюда», — думал он. Но когда услышал, как Корсунов приказал все взорвать, инстинкт самосохранения взял верх над его страхом. — Подождите не взрывайте! — крикнул он и стал выбираться наружу. Корсунов резко обернувшись, направил в его сторону ствол своего пистолета, но увидев, что это всего лишь напуганный парень, он, убрав пистолет в кобуру, спросил: — Ты один из них? — Да, — неуверенно ответил Ромка, и, выбравшись, подошел к генералу. — Не бойся, я пришел сюда не для того, чтобы причинить вам вред. Иди, помоги солдатам привести твоих друзей в порядок. Ромка, услышав слова генерала о том, что вреда им не причинят, воспрял духом и, подойдя к солдату, который при помощи нашатыря привел-таки в сознание Ольгу, присел рядом с ней и начал обтирать ее лицо. Катя помогала привести в чувство профессора и его супругу, а Андрей просто сидел, облокотившись на стену, и приходил в себя после нанесенных ему ударов. — Господин генерал, приготовления подходят к завершению, — доложил подошедший Сергей. — Отлично, — Корсунов огляделся и, увидел, что все заговорщики пришли в себя и смотрят на него выжидающе. Он еще раз обвел всех взглядом, и устало выдохнув, сказал: — Я — генерал Военного отдела. Меня зовут — Денис Корсунов и, как бы это несуразно сейчас ни звучало, но я здесь для того, чтобы спасти вам жизни. Остальные объяснения потом, а сейчас я прошу вас всех, без лишних вопросов и всякого рода ненужных действий, пройти вот с этим человеком на улицу и сесть в стоящие там автомобили. Они доставят вас к вертолету, на котором вы доберетесь до военной базы. Там вы будете в безопасности, я вам это гарантирую. А когда пройдет немного времени, будет видно, что делать дальше. Но, если кто-то не согласен с моим предложением… — генерал достал из кобуры пистолет, и, взяв его за ствол, протянул рукоятку, сидящим напротив него. — Я предлагаю не ждать, когда вас отвезут в камеры подвалов Службы безопасности, где вы через сутки пребывания там, обязательно захотите покончить с собой, лишь бы прекратить то, что там будет с вами происходить. Так вот… Я предлагаю не ждать, а сделать это прямо сейчас. Те же, кто хочет и намерен жить, могут идти и занимать места в ожидающих автомобилях. Ну? Есть желающие пустить себе пулю в лоб? — Зачем вам все это? С какой стати вы нам помогаете? — нарушила тишину Ольга. — Почему мы должны вам верить? — Я ведь просил! Не задавать сейчас никаких вопросов. Зачем вам мои объяснения? — генерал сурово оглядел всех. — Все очень просто: хотите жить — идите. Нет — вот вам пистолет — застрелитесь, и мы уйдем без вас. — Ольга, да какая разница? Этот человек нам помогает, и у него могут быть на это свои причины, — сказал Ромка, посмотрев на нее. — Он прав, — поддержал его Андрей. — Дайте мне пистолет, — вдруг неожиданно сказал Никонов. — Я останусь здесь рядом со своей погибшей дочерью. Дарья Юрьевна услышав сказанное мужем, снова заплакала. — Коля! Ты нужен мне, — сквозь слезы причитала она. — Алину уже не вернуть, и мое сердце, тоже разрывается на части. Но неужели ты сейчас хочешь оставить меня совсем одну? Ведь это ты во всем виноват, — ударив его кулаком по плечу, она закрыла лицо руками. — Вот только разборок ваших мне здесь не хватало! И чтобы как-то выправить ситуацию и убраться восвояси, генерал решил объясниться с этими людьми: — Вы хотели знать, почему я это делаю? Хорошо я отвечу, но думаю, правда вам вряд ли понравиться. Но, тем не менее, другой правды у меня нет, — генерал на несколько секунд замолчал, словно собираясь с мыслями, и посмотрев на вошедшего в комнату Сергея, продолжил. — Президент — мой друг, и я принимал в свое время активное участие в том, против чего вы боретесь. Пока однажды не осознал то, насколько это все неправильно. И сейчас следуя голосу своей совести, я поставил на чашу весов все, что у меня есть, включая и собственную жизнь, ради спасения ваших. Вы, в данное время — преступники номер один. И даже, несмотря на то, что мы сейчас все здесь взорвем, вас все равно будут искать. Единственное место, где вы можете быть в относительной безопасности — это военная база, которая находиться в моем ведении. Там вам предоставят все необходимое. Вы храбрые люди, и я, чисто по-человечески, благодарен вам за то, что вы сделали. Потому что сам я этого не сделал бы никогда, даже с учетом моего сильного желания. Вы услышали все, что хотели услышать, а сейчас пора ехать. Генерал во избежание новых вопросов резко развернулся и вышел из комнаты. Все остальные последовали за ним. С трудом разместившись в армейских джипах, они выехали в направлении того места где их ждал вертолет. Но проехав немного, остановились. — Даю подтверждение, — сказал в рацию обязательную для таких ситуаций, фразу, генерал. Сергей, находившийся в другом автомобиле, нажал кнопку детонатора. Мощнейший взрыв потряс близлежащую к Ольгиному дому округу. От дома, в котором недавно они собирались все вместе, плакали и смеялись, шутили и спорили, готовились к тому, чтобы вернуть людям то, что было у них отобрано, осталась лишь груда обломков, полыхающая в огне. Там же остались и тела ее друзей, которые так неистово и самозабвенно помогали ей во всем, и которых она, несмотря на свой резкий и суровый характер так беззаветно любила. Ольга беззвучно плакала, и слезы, бегущие по щекам, оставляли черные дорожки, которые она размазывала по лицу. Даже Ромка, всегда ищущий повод пошутить над кем-нибудь, сейчас молчал, и лишь пристально смотрел на Ольгу, и был не в силах, по каким-то, одному ему ведомым причинам, оторвать от нее взгляд. Добравшись без затруднений до места, они погрузились в транспортный вертолет. — Сергей, оставь мне одного солдата, а сам отправляйся вместе со всеми на базу. Поселишь их в подземном боксе. Ближе к утру я буду у вас, если в резиденции Президента со мной ничего не случится, — сказал генерал, похлопав Сергея по плечу. — Генерал, может мне поехать вместе с вами? — озадаченно спросил Сергей. — Но если я не вернусь, — проигнорировав вопрос Сергея, продолжал генерал, — действуй по ситуации, главное сделай все, для того, чтобы сидящие в вертолете люди, как можно дольше оставались живыми и свободными. Понял? — из-за шума винтов вертолета последние слова, генералу пришлось практически кричать. — Я приложу все усилия, но уверен — вы вернетесь, — сказал напоследок Сергей и закрыл люк…