Сироты

      После того как Оливии взяли достаточно крови на анализы и провели все возможные процедуры, девушке велели отдыхать. Но несмотря на дикую усталость, ей совсем не хотелось спать: она по-прежнему практически не ощущала собственного тела, а в голове творился настоящий бедлам. Целый месяц комы. Как такое вообще могло произойти? И почему за это время её ни разу не навестил Нейт? Хотя всё правильно. У него теперь своя семья. Медисон носит его ребёнка, и скоро Нейт станет отцом. Они всё так же остались лучшими друзьями, но теперь Нейту нужно думать о своей семье. Оливия самыми разными способами пыталась оправдать своего друга, но сердце всё равно предательски подрагивало от осознания того, что Нейт мог её бросить.       За своими бурными размышлениями девушка даже не заметила, как в палату вошёл доктор Морено.       - Так-так и почему ты не спишь? Между прочим, на дворе уже глубокая ночь, - слегка улыбнувшись, обратился к девушке доктор.       Оливия улыбнулась мужчине в ответ и сиплым голосом ответила:       - Мне совсем не хочется спать. Месяц беспробудной комы отогнал от меня всякий сон.       - Понимаю, но отдыхать тебе всё равно нужно. Как ты себя чувствуешь? Больше не происходило никаких изменений? - сев на стул рядом с кроватью Оливии, спросил доктор.       - Нет, всё по-прежнему. Я слабо ощущаю своё тело, и в голове постоянно что-то гудит.       - Это нормально. Не буду тебе врать, Оливия. Восстанавливаться придётся долго, но ты всё преодолеешь, ты очень сильная девушка.       Если бы лицо Оливии не было мертвенно бледным после месячной комы, на её щеках сейчас бы появился румянец.       - Мне бы очень хотелось погулять на улице. Увидеть небо, солнце, звёзды, луну, - мечтательно улыбаясь, сказала Оливия. Ей всё ещё было трудно говорить, но она не хотела молчать. Сейчас больше всего на свете ей хотелось именно говорить.       - Не волнуйся, прогулки будут возможны уже совсем скоро. Я, конечно, не обещаю, что ты пойдёшь на собственных ногах, но подышать свежим воздухом точно сможешь, - с улыбкой сказал доктор. А затем добавил: - Солнце, к сожалению, уже покинуло горизонт, но на луну и звёзды, думаю, мы можем рассчитывать.       После этих слов Логан сделал свет в палате немного слабее, а затем подошёл к окну и поднял жалюзи. Перед взором девушки открылся прекрасный вид на ночное небо. Как же было прекрасно снова видеть золотой ореол луны, который местами обрамляли тёмно-синие облака, миллиарды сияющих звёзд, которые преданно оберегали свою неизменную спутницу.       - Спасибо вам огромное, доктор Морено. Вы даже себе не представляете, что только что для меня сделали, - не отводя взгляд от окна, восхитилась Оливия.       - Я не сделал ничего такого, за что бы меня стоило благодарить.       - Неправда. Вы спасли мне жизнь. Дважды. Я знаю, что именно вы меня оперировали и снова завели моё сердце, когда оно перестало работать. Мне Сара всё рассказала. А ещё я знаю, что вы каждый день наведывались ко мне в палату. И даже когда уже никто не верил в моё пробуждение, ваша собственная вера была непоколебима.       Логан слегка улыбнулся и, кажется, даже смутился.       - Ох уж эти медсёстры, болтают без умолку.       После слов доктора наступило молчание. Оливия больше не стала ничего говорить и снова перевела свой взгляд на звёзды. Логан решил больше не смущать девушку своим присутствием и тихо направился к выходу.       - Я не буду опускать жалюзи. Возможно, хотя бы глядя на звёзды, ты сможешь уснуть. Я сегодня дежурный врач, так что если что-то будет нужно, можешь смело меня вызывать, - уже перед выходом из палаты сказал Логан.       Оливия повернула голову к доктору и слабо улыбнулась.       - Спасибо, доктор Морено. Спокойного вам дежурства и доброй ночи.       Логан не смог сдержать улыбки. Как же искренне звучали её слова.       - Сладких снов тебе, Оливия, - мягко сказал Логан, а затем покинул палату девушки.       Дежурство доктора прошло легко и спокойно. Несколько раз за ночь он заходил к Оливии, но девушка уже сладко спала. Утром, когда Логан уже собирался уходить домой, он решил ещё раз заглянуть к Оливии.       - Доброе утро, Оливия, - войдя в палату к девушке, поздоровался Логан.       - Доброе утро, доктор Морено, - просияла Оливия.       - Как прошла ночь, ты смогла хоть немного поспать?       - Да-да, всё отлично. Вы были правы, я уснула, когда смотрела на звёзды.       - Вот и славно. Сон в выздоровлении пациента играет очень важную роль. Оливия, моя смена уже закончилась, и сейчас я иду домой. Сегодня к тебе придёт массажист, он будет возвращать тебе чувствительность тела. Процедура массажа у тебя будет каждый день. Постепенно ты сможешь шевелить верхними и нижними конечностями. В конце недели, если всё пойдёт хорошо, ты уже будешь сидеть, и тогда сестра Робертс вывезет тебя на прогулку во двор больницы. Завтра утром я обязательно загляну к тебе. А сейчас мне действительно пора идти. Поправляйся, Оливия, - улыбнулся доктор и похлопал девушку по руке.       - Спасибо, доктор Морено, хорошего вам выходного.       После слов девушки Логан покинул палату. Заметив сестру Робертс, он тут же направился к ней.       - Сара, я ухожу. Мой телефон ты знаешь - если что-то не так, сразу же звони мне. Жалюзи в палате Оливии не опускай, ей нравится смотреть на небо. И ночью тоже, - затем мужчина посмотрел женщине прямо в глаза и добавил: - И присматривай за ней, хорошо?       - Конечно, Логан, можешь на меня положиться, - ответила сестра и слабо улыбнулась доктору.

***

      Нейт сидел на лавочке в уютном дворике реабилитационной клиники и смотрел в одну точку. В голове всё ещё что-то постоянно гудело, а перед глазами всё плыло, но парень отлично осознавал, где именно он находится.       - Нейти, поверь, так будет лучше. Тебе нужно отдохнуть, - поглаживая парня по спине, замурлыкала Медисон.       - Я должен быть в офисе компании, Медисон, а не в психушке.       - Это не психушка, а реабилитационная клиника. Нейти, за последнее время ты слишком многое пережил...       - У меня нет депрессии, Медисон! Я не псих, и я отлично знаю, что чувствую: да, мне больно из-за гибели Оливии, да, все эти кошмарные воспоминания терзают меня каждый день, но я вовсе не собираюсь накладывать на себя руки. Почему вы все поступаете так со мной? Ты, миссис Бенсон.       Медисон обхватила лицо Нейта ладонями и заглянула парню прямо в глаза.       - Потому что мы любим тебя, малыш. Мы не считаем тебя психом. Просто тебе нужно немного отдохнуть.       Нейт высвободил лицо из ладоней девушки и упёрся взглядом в землю.       - Что бы сейчас обо мне подумал мой отец...       - Он бы поддержал тебя, потому что во всём, что сейчас с тобой происходит, твоей вины нет, - осторожно сжав ладонь парня, сказала Медисон.       - Я должен быть в офисе компании, - пробормотал Нейт, чувствуя, как по его телу снова начинает распространяться ненавистная дрожь.

***

      Спустя неделю активных массажей Оливия уже смогла сесть в кровати. Постепенно к девушке возвращалась чувствительность рук и ног, а также исчезла постоянная головная боль. Каждый день доктор Морено заходил к Оливии в перерывах между операциями и интересовался самочувствием девушки. Оливии очень нравился доктор: она чувствовала, что может полностью ему доверять, и от этой мысли ей становилось спокойнее. С каждым днём разговоры между доктором и его пациенткой становились менее официальными, а к концу недели и вовсе стали напоминать болтовню старых друзей. Логан постоянно веселил Оливию забавными историями из хирургической практики: несмотря на серьёзность данной профессии, весёлых моментов в ней тоже хватало. А сама Оливия с интересом слушала доктора и порой задавала интересующие её вопросы. Но о себе девушка совсем ничего не рассказывала. Логан понимал, что выпускнице приюта вряд ли захочется вспоминать о своём нелёгком прошлом, поэтому никогда не донимал её ненужными расспросами.       Также Оливия подружилась с сестрой Робертс. Сара старалась всегда присматривать за девушкой. Если рядом не было доктора Морено, за всеми процедурами всегда следила сестра Робертс. Вот и сегодня ранним утром женщина зашла к Оливии, чтобы помочь ей умыться. Она вооружилась небольшой губкой и осторожно обтёрла тело девушки. Поначалу Оливия немного смущалась, но постепенно начала расслабляться: она прекрасно понимала, что сама ещё не в состоянии принять ванную или сходить в душ, и в такие моменты девушка была очень благодарна сестре Робертс за её заботу.       - Ну, вот и всё. Теперь ты у нас не только красивая, но и чистая, - поправляя на девушке больничную рубашку, сказала сестра.       - Спасибо, Сара. Ты столько всего для меня делаешь, - улыбнулась Оливия.       - Это моя работа, малышка, - улыбнулась в ответ женщина. Затем она положила руку на ладонь Оливии и слегка её сжала. - Ничего, совсем скоро ты сама сможешь делать все эти процедуры. А однажды мы с тобой сходим куда-нибудь вместе и поедим мороженого.       - Звучит просто замечательно, - просияла Оливия.       - Значит, договорились, - подмигнула девушке сестра.       - О чём это вы здесь договариваетесь? - поинтересовался только что вошедший в палату доктор Морено.       - О том, что как только Оливия встанет на ноги, мы обязательно сходим куда-нибудь и поедим мороженого, - ответила Сара.       - А меня с собой возьмёте? - глядя на Оливию улыбнулся Логан.       - Конечно, - засмущалась Оливия, - как же мы без вас.       - Вот и отлично. Дамы, у меня есть небольшой сюрприз. Погодите секундочку, - сказал Логан и быстрым шагом покинул палату. Через несколько секунд мужчина вернулся и привёз с собой инвалидное кресло. - Оливия, так как ты уже у нас можешь сидеть, я решил вывести тебя на прогулку во двор.       - Серьёзно? Я смогу погулять? - воодушевилась Оливия.       - Ну, конечно! - доктор Морено поднял руку и посмотрел на наручные часы. - Сейчас у тебя нет никаких процедур, а у меня операций. Так что у нас есть примерно минут сорок.       После этих слов мужчина подошёл к Оливии и убрал в сторону одеяло, затем осторожно взял девушку на руки и пересадил её в кресло.       - Ну, как? Удобно? - спросил Логан.       - Немного непривычно сидеть в кресле, а не в кровати, но мне очень удобно, - с готовностью ответила Оливия.       Сестра Робертс подошла к девушке и накрыла её ноги пледом.       - Теперь езжайте. Хорошо вам погулять, - открывая дверь палаты, сказала женщина.       - Спасибо, Сара, - хором сказали Оливия и Логан. Дружно засмеявшись, доктор и его пациентка направились на прогулку.       Когда Логан вывез Оливию на задний двор клиники, девушка непроизвольно ахнула. Здесь было очень солнечно и зелено. Оливия не могла надышаться свежим утренним воздухом, которого ей так не хватало всё это время. Её щек игриво касался летний ветерок, а кожу приятно ласкал тёплый, но пока ещё не изнуряющий солнечный свет. Логан молча возил Оливию по улочкам небольшого дворика, позволяя девушке насладиться столь долгожданной прогулкой.       - Ты себя хорошо чувствуешь? - сзади послышался уверенный голос доктора.       - Да, я уже давно не чувствовала себя так хорошо, как сейчас, - воодушевлённо ответила Оливия.       Доктор улыбнулся, а затем остановил коляску возле уютной лавочки, на которую следом сел сам.       - Я очень рад, что ты так быстро идёшь на поправку, Оливия. С завтрашнего дня ты вместе с Сарой начнёшь писать, - глядя на Оливию, сказал Логан.       - Доктор Морено, я как раз хотела у вас кое-что спросить. Сейчас я уже могу немного шевелить пальцами, но что-то держать у меня всё ещё не получается. В будущем я ведь смогу держать в руках карандаш?       Мужчина улыбнулся и взял руки девушки в свои ладони.       - Разожми ладони, - мягко приказал доктор.       Оливия медленно разжала ладони прямо в руках доктора.       - Видишь? Многие, кто получил те же травмы, что и ты, даже на такое не способны. Я же говорю, что ты довольно быстро идёшь на поправку. С завтрашнего дня Сара будет развивать твою моторику, и уже очень скоро ты не то что карандаш будешь держать в руках - ты легко сможешь вышивать.       Оливия мелодично засмеялась.       - Спасибо, но с меня хватит и карандаша.       - Любишь рисовать?       - Очень. Рисование мне помогает забыть обо всём на свете. Когда я рисую, то словно живу другой, отдельной от этого мира жизнью, - мечтательно улыбаясь, рассказывала Оливия.       - Это же замечательно, Оливия! Ничто так не стимулирует к выздоровлению, как любимое дело. Завтра я занесу тебе бумагу и карандаши. Разумеется, сразу ты не сможешь что-нибудь нарисовать, но главное - не сдаваться. День за днём, попытка за попыткой, и вскоре ты полностью вернёшься к своему любимому делу.       Оливия просияла. Она всегда была жизнерадостной и практически никогда не унывала. Даже в самых ужасных и, казалось бы, безвыходных ситуациях, девушка всегда находила что-то хорошее и доброе. И сейчас новость о том, что она когда-нибудь снова сможет рисовать, словно подарила девушке вторую жизнь. Больше Логан и Оливия не говорили о больнице и предстоящем лечении девушки. Доктор рассказал Оливии, что когда-то очень давно тоже мечтал научиться рисовать, но у него так ничего и не получилось. Оливия же пообещала, что когда снова сможет рисовать, то обязательно научит этому ремеслу своего доктора.       Дальше девушка начала рассказывать о том, что больше всего она любит рисовать, затем разговор плавно перешёл на приют, но о Нейте Оливия всё же предпочла умолчать. Они ещё много о чём говорили, напрочь забыв о времени и даже не замечая, что ладони Оливии до сих пор лежат в руках доктора.

***

      Медисон сидела в гостиной и, потягивая дорогое красное вино, наслаждалась полнейшей тишиной и спокойствием. Нейт уже неделю находился в клинике и, благодаря стараниям Джека, ещё долго не сможет оттуда выйти. Врач продолжал кормить миссис Бенсон байками о том, насколько силён недуг бедного парня, а наивная женщина с готовностью верила каждому сказанному слову этой очередной пешки в игре Джека Марли. Сам же Нейт был в сознании и порой даже осознавал, что из него пытаются сделать ненормального, но затем ему вкалывали новую дозу препарата, и все здравые мысли снова накрывало волной головной боли, дезориентации и ужасной тошноты. Тем временем Джек умело управлял компанией. Сейчас, когда Нейт был обезврежен, мужчина не спешил сливать акции компании. Сначала ему нужно было войти в доверие к совету акционеров и усыпить их бдительность.       Медисон допила вино и хотела уже собираться к Нейту, как вдруг в двери кто-то позвонил. В полной уверенности, что это миссис Бенсон, девушка пошла открывать дверь. Но когда Медисон увидела, кем был её гость, она просто застыла в ступоре. На пороге стояла молодая женщина лет тридцати. Она была одета в дорогой строгий костюм, а её каштанового цвета волосы были собраны в высокий хвост. Женщина носила очки в толстой оправе, которые отлично подчёркивали её выразительные карие глаза. Гостья Медисон была немного ниже самой хозяйки, но этот факт совсем не убавлял привлекательности и женственности данной особы.       - Здравствуй, Медисон, может впустишь меня? - сдержанно поздоровалась женщина.       - Валяй, входи, Моника. Если ты сама меня нашла, значит, дело не терпит отлагательств, - ухмыльнулась Медисон, и впустила женщину в дом. - Извини, выпить не предлагаю, надеюсь, ты ненадолго, - усаживаясь в кресло, беззаботно сказала Медисон.       Лицо женщины было всё таким же невозмутимым. Она окинула Медисон кратким взглядом, а затем, не дожидаясь приглашения хозяйки дома, села на диван.       - Наш отец болен, Медисон. Очень болен, - опустив взгляд, сказала Моника.       - И что я должна сделать? Исцелить его?       - Медисон, у него рак на последней стадии, ему осталось не больше месяца.       - Моника, скажи честно. Он сам попросил тебя приехать за мной, или это исключительно твоя инициатива?       - Медисон...       - Отвечай на вопрос! - настояла Медисон.       - Это было моё решение, но я уверена, что перед смертью отец был бы рад увидеть тебя.       - Соболезную твоей утрате, Моника. Но у меня уже давно нет отца.       - Меди, я понимаю, что ты злишься...       В этот момент Медисон не выдержала. Она резко вскочила на ноги и громко закричала:       - Не смей меня так называть! Мы уже давно выросли, и со времён нашего детства много воды утекло.       После слов Медисон Моника тоже встала с дивана и подошла в упор к сестре.       - Да, Медисон, со времён нашего детства многое изменилось. Но вот ты, дорогая сестра, осталась прежней: тебя всё так же больше ничего не интересует, кроме себя самой. Я летела с другого континента в надежде, что мы, наконец, сможем разрушить эту многолетнюю вражду между нами. Что болезнь отца сможет хоть как-то на тебя повлиять. Но видимо, твоя чёрная ненависть слишком глубоко пустила корни в твоём сердце.       - Не нужно делать вид, Моника, что моя ненависть необоснованна. Ты прекрасно знаешь, почему я так себя веду. Однажды отец отказался от меня, а ты даже не попыталась помешать этому.       - Значит, я зря приехала?       - Получается, что так.       - Что ж, извини за беспокойство. Теперь можешь жить так, как твоей душе будет угодно. Больше я тебя не потревожу.       После этих слов, женщина круто развернулась на каблуках и быстрым шагом покинула гостиную. Крепко сжав кулаки и до крови прокусив нижнюю губу, Медисон ещё долго стояла возле дивана и смотрела в одну точку. Затем она резко сорвалась с места и, взяв со стола ключи, направилась к выходу. Сев в машину, девушка до отказа надавила на педаль газа. Через двадцать минут Медисон уже была на месте. Молодой курьер тут же узнал девушку и, приветливо улыбнувшись, проводил её к лифту. Войдя в кабину лифта, Медисон нажала кнопку пентхауса.       Тем временем Крис вернулся из Бомонда и по приказу Медисон мог пока отдыхать. Когда парень открыл входную дверь, на него тут же набросилась Медисон. Она обхватила его лицо руками и страстно поцеловала. Крис тут же ответил девушке на поцелуй и, не отстраняясь, повёл её в спальню.       - Медисон, я, конечно, тоже рад тебя видеть, но с чего вдруг такая страсть? - слегка отстранившись от девушки, ухмыльнулся парень.       - Просто сейчас ты мне очень нужен, - глядя парню прямо в глаза, сказала Медисон.       - Что ж, ваше желание для меня закон, моя леди, - сказал Крис и стащил с девушки блузку. Гладя ладонями тонкую талию Медисон, парень остановился на бёдрах, а затем одним резким рывком стащил с девушки юбку. Взяв Медсион на руки, он бросил её на кровать, а сам снял с себя футболку. Расправившись с джинсами, Крис моментально оказался над девушкой.       - Может, всё-таки расскажешь, что случилось? - задержав свои губы прямо над губами девушки, начал дразнить её парень.       - Ох, Крис, да заткнись ты уже, - сказала Медисон и, обхватив шею парня руками, снова его поцеловала.