Fred and George: A History

      - Уизли, Фред!       Джордж с замиранием сердца следил за каждым шагом Фреда в сторону простой деревянной табуретки, одиноко стоящей примерно в шести футах от них. Впереди простирался Большой зал, освещённый мягким пламенем плывущих по воздуху свечей; позади застыли фигуры учеников в чёрных шапочках и мантиях, сосредоточенно молчавших, устремивших взгляды в сторону перепуганных взволнованных первокурсников. Фред с напускной важностью уселся на это неказистое седалище, быстро обернулся на Джорджа, а в следующий миг профессор Макгонагалл опустила ему на голову старую Распределяющую шляпу, скрыв под ней его рыжие волосы и сияющие озорным блеском глаза. Три секунды, разделяющие этот момент и громогласное «Гриффиндор!», показались взвинченному до предела Джорджу долгими минутами. Вот Фред, чуть помедлив у ступеней, ведущих вниз, под взрыв аплодисментов, ободряющих выкриков и свиста направился к длинному столу факультета Гриффиндор, отвешивая во все стороны дурашливые поклоны. Как только он опустился на свободное место и затихли хлопки, профессор, держа перед собой свиток, назвала имя Джорджа:       - Уизли, Джордж!       Меньше всего ему сейчас хотелось, чтобы сразу после блестящего перфоманса Фреда все заметили его волнение, поэтому он заставил себя улыбнуться и в два шага оказался у табурета, хотя в него как будто запустили заклятием ватных ног. Грубая ткань Шляпы так же, как до этого Фреду, опустилась ему на глаза, погрузив все в черноту. Вдруг он не услышал, но скорее ощутил обращающийся к нему голос, раздающийся, казалось, отовсюду, протягивающий к нему бесплотные нити, сплетающиеся в клубок в его черепной коробке:       - Так-с, так-с, ещё один Уизли? Весьма любопытно. Вижу, ты очень хочешь присоединиться к своему брату.       «Да», подумал Джордж.       - Объяснимое желание. Впрочем, вам двоим там самое место. Итак.... Гриффиндор!       Темнота сменилась потоком шума и света, и вот Джордж быстрым шагом, подгоняемый все тем же шквалом голосов и аплодисментами, шёл к их факультетскому столу, волнения и ватных ног как не бывало. Фред, до того первым вскочивший из-за своего места, стоял, перекинув ногу через скамью, и казалось, он хлопает и кричит громче всех остальных. Как только Джордж приблизился, брат одарил его широкой улыбкой, вытянув вперёд руку, и их ладони отбили звонкую «пять».       - Чего она так долго с тобой?       - Раздумывала, не отправить ли меня в Слизерин, - ухмыльнулся Джордж.       Вокруг послышались смешки, Фред закатил глаза, а сидевший рядом Перси важно произнес:       - Ребята, как ваш брат, я хочу поздравить вас с поступлением на этот факультет и выразить радость от того, что вы теперь сидите со мной за одним столом. Как вы знаете, Гриффиндор...       - Перси, во имя основателей! - взмолился Фред, но Джордж видел, что он не злится, а Перси действительно горд за них.       - А ты чего так долго торчал на ступенях? - обратился к Фреду Чарли, которого Джордж почему-то сразу и не заметил.       - Хотел подождать Джорджа.       Тем временем профессор Макгонагалл продолжала процедуру распределения. Тишина в зале взрывалась оглушительным шумом каждый раз, когда очередной новоиспечённый первокурсник поднимался с табуретки и в радостном смущении шагал в сторону своего факультетского стола. Примерно через полчаса выяснилось, что в этом году Гриффиндор получил трёх волшебников и четырёх волшебниц. Третий из них, Ли Джордан, сейчас как раз шёпотом сетовал на то, что на другие факультеты попало больше человек.       - Зато у нас девчонки симпатичнее, - заметил Фред и подмигнул сидящим напротив четырём первокурсницам. Те, как по взмаху волшебной палочки, синхронно закатили глаза.       - И то верно, - ответил Джордж и кивнул головой в сторону последнего в списке Алекса Игритта, с которым они успели схлестнуться ещё в комнате ожидания перед распределением, направляющегося к столу Слизерина. - Вон та прямо совсем страшненькая.       Одобрительный смех гриффиндорцев был просто музыкой для его ушей — до чего же приятно, когда люди смеются, особенно над твоей шуткой. Джордж поднял голову вверх и уставился на густо-синее звездное небо прямо над собой, не переставая удивляться поразительной магии этого места.

***

      - Что ты делаешь?       Джордж надкусил безе, недоуменно наблюдая за Фредом, который, в свою очередь, не мигая вперился взглядом в тёмные волосы Ли, заплетённые в дреды. Брат хранил упорное молчание.       Джордж оставил безе и бросил на Фреда сочувственный взгляд:       - Понимаю, просто ты полный идиот и сейчас занимаешься вполне естественным для особей твоего вида делом, можешь ничего не говорить.       И тут несколько дредов на голове Джордана зашевелились, медленно поднялись вверх и начали извиваться подобно салазоровским змеям. Ли ничего не замечал, жуя пирог с патокой и увлечённо болтая с их однокурсницей Анджелиной, а Фред подавил рвущийся наружу смешок и сказал:       - Очень смелое заявление для того, у кого весь нос в сахарной пудре.       Джордж не успел даже открыть рот, как Фред проворно сделал рукой выпад вперед и больно ухватил его за нос. Ойкнув от неожиданности и чуть не опрокинув стакан с тыквенным соком, он вцепился в пальцы брата, пытаясь убрать их от своего лица, и прогнусавил:       - Одбузди медя.       Фред расхохотался и выполнил эту жалкую просьбу, а Джордж со всеми проклятиями, известными одиннадцатилетнему ребёнку, схватился за саднящий и изрядно покрасневший нос.       - Зато теперь чисто.       - Фред, какого чёрта ты сделал с моими волосами?! - Ли яростно приглаживал свои дреды, пытаясь помешать их плавному движению вверх.       Фред встретил взгляд его карих глаз с истинным недоумением, и Джордж мгновенно понял, что сейчас будет. Джордан как-то сразу смешался:       - Ой, Джордж, это ты, прости, пожалуйста. Просто Анджелина указала на тебя, а рядом со мной точно сидел Фред... Или ты? Вот дерьмо, я запутался, кто из вас кто.       - Кто это научил Вас так выражаться, молодой человек? - засмеялся выпускник по имени Фрэнк, сидящий через два места от него.       - Моя бабушка, - пробурчал Ли, вызвав новый взрыв хохота, и обратил свое внимание на Джорджа. - Фред, ну пожалуйста.       - С чего ты взял, что это я? - нахмурившись, ответил Джордж.       - Анджелина видела, как ты...       - Ах, так теперь ты веришь всему, что говорит Анджелина? - Джордж подался вперёд и подозрительно прищурил глаза в сторону девочки: бедняжка беспокойно переводила взгляд с него на Фреда и обратно. - И ты называешь её Анджелина! У неё что, по-твоему, нет фамилии? А может быть, ты просто влюбился?       Эти слова возымели точно такой эффект, на который рассчитывал Джордж. Ли, ужасно заикаясь, кричал, что ничего он не влюбился, рука Анджелины Джонсон словно приросла ко лбу, а Алисия сочувственно поглаживала будущую лучшую подругу по плечу (при этом Джордж услышал, как она сказала что-то вроде «я не могу так делать, как этот рыжий»). Перси буравил их осуждающим взглядом; казалось, даже верхушка его высокой чёрной остроконечной шляпы негодующе покачивается. А Фред хохотал, уткнувшись лицом в ладони. Глядя на него, Джордж вдруг понял, почему он так волновался на распределении. Не то чтобы он был не уверен, но липкое, отвратительно холодное чувство страха, заставляющее внутренности завязываться в узел, проникло в его душу, глубоко пустив свои отвратительные корни, и прочно засело там ещё с тех пор, как им исполнилось по одиннадцать и до поступления оставалось всего несколько месяцев. Он прекрасно знал, что многие и многие поколения их семьи заканчивали Гриффиндор, и был почти уверен, что и они с Фредом обязательно поступят туда вместе. Но всё это время Джордж бессознательно боялся того, что в Большом зале, о котором они так часто слышали от братьев, он и Фред будут сидеть за разными столами, что комнату делить будут только дома на летних каникулах. Боялся, что они с Фредом попадут на разные факультеты, и вырваться этому страху наружу мешала только непоколебимая уверенность Фреда в том, что ничего подобного не может случиться. Джордж с нежностью смотрел на него, пока брат утирал слезы и что-то говорил Ли о том, что они пошутили и Фред на самом деле он. Джордж задумался, что бы он делал, не будь у него Фреда.       - То, что ты сделал с волосами Ли, было похоже на то, что ты сделал с мишкой Рона, - сказал Джордж, когда они все вместе после ужина выходили из Большого зала, чтобы отправиться в свою башню.       Фред посмотрел на него так, будто у него в мозгу была одна извилина, и тут же нахмурился.       - Нет, с мишкой Рона вышло намного лучше, ты ведь и сам знаешь. По сути, я трансфигурировал его, даже не имея волшебной палочки.       - В таком случае, ты теряешь сноровку, старик, - Джордж хлопнул его по плечу. - Сколько уже лет прошло? Пять?       - Сколько бы ни прошло, ты вряд ли достигнешь уровня моего мастерства, жалкий любитель.       - Уверен?       Джордж посмотрел вниз, вглядываясь в толпу слизеринцев в поисках Игритта, и был несказанно рад увидеть его ближе, чем он ожидал. Джордж сосредоточился, и внезапно для всех полы мантии Игритта взметнулись вверх и накрыли его с головой, посеяв смуту в рядах зелёно-серебристых змеек. Фред откровенно смеялся над красным со свекольным оттенком лицом выпутывающегося из мантии Игритта, а Джордж не мог сдержать самодовольной улыбки. Он прекрасно понимал, что этот хорёк - не единственный кретин у них в школе, однако в первую очередь разобраться надлежало с именно с ним, потому что заносчивый дохлик, признав в них с Фредом отпрысков семьи Уизли, не преминул заявить о своём презрении к ним и к количеству детей в их доме. Тогда надрать ему задницу им помешала возникшая в дверном проёме профессор Макгонагалл, но они не особенно расстроились, ведь впереди у них были ещё семь долгих счастливых лет вместе, в течение которых они с Фредом надают Игритту по яйцам столько раз, что своих детей ему считать уже не придётся.       - Ладно, готов признать, только что ты сделал крошечный шажок на пути к величию.       Джордж не успел ему ничего ответить, потому что они как раз остановились перед портретом приветливо улыбающейся дамы в розовом шёлковом платье, и староста громко объявил:       - Первокурсники, имею честь представить вам Полную даму, охраняющую вход в гостиную Гриффиндора. Чтобы попасть внутрь, вы должны всего лишь назвать пароль, а на данный момент этот пароль — "флоббер-червь".

***

      - Я должен сделать что?!       - Что слышал!       Они втроём с Ли расположились под деревом, у озера. Было четыре часа пополудни, занятия на сегодня закончились, и они решили немного побыть на улице перед ужином, тем более что погода весьма располагала к этому. А домашнее задание по заклинаниям и трансфигурации можно оставить на вечер, не такое оно и сложное. Джордж щурился на гигантского кальмара, огромные щупальца которого то появлялись, то исчезали в искрящейся солнечным блеском воде, и напряжённо вслушивался в диалог Фреда и Ли. Мягкие дуновения ветра шевелили золотисто-багровые листья над их головами и подгоняли лениво ползущие по ясной лазури неба кучевые облачка. Стоял странно тёплый день для октября.       Сегодня, после оглашения неутешительных результатов по позавчерашней самостоятельной работе по зельям (свойства и применение в зельеварении цветков ландыша — скука смертная) они, выходя из класса со своими У, заспорили о том, возможно ли вообще получить у Снейпа что-то выше У при условии, что ты студент не его факультета. Джорджу эта тема быстро наскучила, а вот Фред всерьёз разгорячился и заявил против джордановского «нереально», что следующую работу он напишет на Х.       - Не слишком ли ты много на себя берёшь? - скептически приподнял бровь Джордж, а Ли присвистнул. - Осторожнее с этим, братец, вдруг что-то пойдёт не так, и ты станешь слишком умным.       - По крайней мере, я точно буду умнее тебя.       - И не мечтай.       - Ну что, Фред, спорим? - Ли заговорщицки подмигнул и протянул ему руку.       - Конечно!       Они ударили по рукам, и Джордж поинтересовался, что там насчёт Непреложного обета, за что был награждён смехом Фреда и искренним «пошёл ты» Джордана. Ли с минуту поразмышлял, затем весь просиял и выдвинул своё условие, и теперь Джордж был вынужден уже десять минут выслушивать одни и те же повторяющиеся фразы:       - Я не буду целовать Анджелину!       - Будешь!       Джордж закинул за плечо толстую красно-золотую ленту шарфа и посмотрел в сторону сидящих у другого берега, под раскидистыми кустами, Анджелину и Алисию: девчонки увлечённо уткнулись в учебник и оживлённо о чём-то болтали, водя пальцами по строчкам. Джордж вгляделся в лицо Анджелины. Этот спор отчего-то нравился ему всё меньше и меньше.       - Кошмар, целоваться с девчонкой! Ещё и с Джонсон! - простонал Фред. - Да я лучше поцелую Джорджа!       - Эй, так мы не договаривались!       Неизвестно, что подстегнуло Фреда выполнить свою угрозу. Было ли это смешно вытянувшееся лицо их друга, или выпученные глаза Джорджа, но Фред схватил его голову, вытянул губы трубочкой и потянулся к щеке брата. Джордж и сам был шокирован не меньше, но вид побледневшего, с открытым от удивления ртом Джордана вызвал у него приступ хохота, и он, громко смеясь, всем корпусом потянулся в противоположную от брата сторону. Фред, однако, оказался сильнее, а может, Джордж сам не слишком старался, и в следующую секунду сухие губы крепко прижались к его щеке. Они оба дико смеялись, заставив Джордана в конце концов присоединиться к ним: его лицо снова приобрело здоровый оттенок, он сначала неуверенно улыбнулся, а через несколько секунд они втроём заставили сидящие неподалёку группки студентов недоумённо поворачиваться в их сторону.       Отсмеявшись, Джордж почувствовал себя так, словно наконец выздоровел после тяжёлой болезни (хотя ни он, ни Фред никогда не болели).       - А вообще, Джордан, почему бы тебе самому её не поцеловать? Я думаю, у вас много общего.       Ли не успел даже открыть рот, как Фред перебил его ещё не родившееся возражение:       - Вы ведь учитесь на одном факультете.       - И ты такой же красивый.       - И добрый.       - И умный.       - И лучший на курсе по трансфигурации.       - Джонсон точно в тебя влюбится!       Пока Ли вещал им, как сильно он их ненавидит, а Фред изображал, как тот будет целоваться с Анджелиной, Джордж пытался игнорировать какую-то болезненную радость и самодовольство, вызванные тем, что Фред предпочел поцеловать его, а не Анджелину, пусть это было и в шутку. Он очень скоро успешно справился с наваждением - чувство отступило, и Джордж наглухо запер его внутри себя вместе с остальными мыслями и воспоминаниями, связанными с Фредом. По дороге к замку, когда Фред и Ли стучали зубами под усилившимся ветром, он чувствовал странное успокаивающее тепло, но так и не признался себе, что осенняя мантия и шарф здесь вовсе не при чём.