Осознавая монстра

Клариссе снова казалось, что она провела ночь с маньяком. Мысли о Лектере не отпускали ни на минуту, поэтому слышать с утра его бодрый голос в трубке телефона было одновременно будничным и тревожным. Напоминание о встрече с Адамом не вызвало у Старлинг восторга. Лектер ни с кем не встречался случайно, очевидно у него была весомая причина знакомить её с этим художником. Кларисса боялась одного, что этот прекрасный парень станет жертвой садистских игр маньяка, а она не сможет ничего сделать. Студия Адама Гленвуда была небольшой, но очень воздушной. Специальные потолочные окна давали много света. Адам много извинялся за стеснённые условия. Он усадил Клариссу на высокий табурет так, что её лицо находилось в самом выгодном ракурсе освещения. Лектер тихо пристроился в углу на небольшом диванчике с чашечкой чая. Кларисса, немного ослеплённая солнечными лучами, не могла отследить за кем столь внимательно наблюдал Ганнибал: за ней или Гленвудом. Но то, что он наблюдал пристально и пристрастно она почувствовала. Это не было игрой воображения уставшего от психического напряжения человека — Кларисса научилась чувствовать Ганнибала. Эти скользкие мурашки невозможно было спутать ни с чем другим. Запах масляной краски приятно щекотал ноздри. Оказалось, что быть натурщицей довольно сложная задача, но боевой опыт Старлинг внезапно пригодился. — Вы не устали? — спросил её Гленвуд, вытирая кисть о заляпанную краской ткань. — Нет, что вы. Я могу сидеть сколько попросите, — улыбнувшись ответила Старлинг. Гленвуд улыбнулся в ответ: — Вы самая прекрасная модель из тех с кем мне доводилось работать. Вы точно раньше не работали натурщицей? — Нет. А что для этого требуются особенные данные? — Обычно человеку трудно замирать без движения на длительное время. Натурщики этому учатся годами. — Просто Бель очень исполнительная, — подал голос Лектер, вальяжно подходя к холсту. — Простите, это ещё только самое начало, — словно в оправдание смущённо ответил Адам. — Хм, весьма недурно. — Мне можно посмотреть? — спросила Старлинг, уже намереваясь было встать и размяться. — О, нет, — улыбнулся Лектер и жестом остановил её. — Это невозможно, иначе не будет никакого сюрприза. Свой портрет нужно видеть только в законченном виде. — А сколько это займёт времени? — спросила Кларисса. — С такой замечательной натурщицей я думаю, что не более пары тройки дней, — ответил Гленвуд. — Только мне всё же бы хотелось внести кое-какие коррективы в этот шедевр искусства, — с этими словами Лектер направился к Старлинг. — Не возражаете, Адам? — В зависимости, что вы захотите предложить. — Уверяю, вы будете в восторге, а Бель простит мне мою маленькую шалость. Лектер оказался за спиной Клариссы, едва она успела сообразить, что дело запахло жареным. А если этому уроду приспичит запечатлеть момент убийства? До пистолета далеко — платье слишком длинное. О, поганый Лектер, он специально настоял, чтобы она сегодня надела именно это платье молочно-пастельного оттенка. Но то, что произошло дальше не ожидали увидеть ни Гленвуд, ни Старлинг. Лектер дотронулся до шеи Клариссы и, нежно проведя рукой по левому плечу, небрежно смахнул бретель платья, высвобождая маленькую аккуратную грудь с розовым соском. Адам ахнул одновременно со Старлинг. Он был настолько поражён открывшейся ему картиной, что замер без слов на какое-то время. Клариссе и хотелось бы одеться, но рука Лектера по-прежнему лежала на её плече, словно предупреждая, что любые движения бессмысленны. — Мне кажется, что так картина будет ещё более восхитительной, — тихо сказал Лектер, на что Адам, сглотнув, кивнул. Всё это время, пока молодой человек был прикован взглядом к открывшемуся виду, Лектер внимательно изучал его лицо. И увидев искомое, правой рукой дотронулся до лица Клариссы, проведя пальцами от подбородка до скулы. Старлинг едва заметно трясло. Всё время пока Гленвуд рисовал её в новом амплуа, Лектер стоял рядом за спиной, изредка дотрагиваясь до плеч, вызывая всё новые волны мурашек и при этом чувство защищённости, словно бы Старлинг была вещью под покровительством хозяина. Адам работал нервно и напряженно и, спустя несколько часов, вытер пот, выходя из-за мольберта. — Думаю… я не смогу сделать лучше. Возможно это будет незавершённый портрет, но… Лектер в несколько быстрых и неуловимых шагов оказался у холста. — Это прекрасно, Адам. Вы превзошли самого себя. На портрете угадывались властные и нежные руки на хрупких женских плечах. Обнажённая грудь открывала всю сущность Старлинг, резко контрастируя с ледяным выражением стального оттенка глаз. — Вы знаете, Адам, Бель без ума от меня. Я так мечтал подарить ей что-нибудь взамен на её привязанность и преданность. Эта картина… Она как нельзя лучше передаёт её суть. — Я рад, — ответил Гленвуд, словно треснувшим голосом. Выглядел парень не лучшим образом. Взмыленный с залёгшими под глазами тенями, он вмиг состарился на несколько лет. — По картине, давайте обсудим завтра, я очень устал. — Конечно, — улыбнулся Лектер. — Я в вас не сомневался, вы Леонардо нашего времени, абсолютный гений. Но казалось, что Гленвуд его уже не слушает. Выйдя на улицу в прохладу вечернего города, Лектер набросил на плечи дамы палантин того же цвета, что и платье. — Зачем вы с ним так грубо? — спросила всё ещё не совсем пришедшая в себя Кларисса, на что Лектер широко улыбнулся, подмечая, что Старлинг злилась больше не за своё бесчестие, а за шутку в сторону юноши. — Он слишком беспомощно в вас влюбился, но не смог понять с первого раза, что на чужую территорию заходить нельзя. — Я теперь что, ваша вещь? — Нет, Кларисса, но не думаю, что компания молодого художника будет для вас более привлекательной, хотя, был и позитивный момент: вы отметили для себя пунктик для гордости. Всегда приятно нравиться, тем более молодым и таким темпераментным. Вы же до этого считали, что привлекаете одних идиотов? Нелепых мужчин со странностями и иногда садистским поведением. Молодость быстро летит, и для женщины в тридцать да ещё с боевым опытом оперативного сотрудника впечатлить художника с хорошим вкусом — это очевидная победа. — Я не стремилась к ней. — Женщинам вообще не свойственно стремиться к победам — они прекрасны по своей природе и сути. Если женщина стремится обладать мужчиной — она проиграла. Мужчины это чувствуют. Это им льстит, но сильно убавляет охотничьих инстинктов. Вы всё время думали, что надо поступать именно как охотница, но мудрая охотница, которая не охотится явно, а просто преподносит своё естество в самом выгодном ракурсе. Однако вы никогда не охотились. Дурной опыт сковал вас, а те немногие, что считали вас простой добычей — вызывали омерзение. Для вас влюбленный взгляд молодого, подчеркну именно молодого человека, умного и талантливого — это очень интересный опыт. Могу сказать только одно: наши вкусы с Адамом совпадают. Лектер усмехнулся, а Кларисса плотнее закуталась в палантин, словно ей было зябко. Она искоса глянула на доктора и немного прибавила шаг. — Вы не понимаете, что в вас можно любить? Это трогательно и грустно, Кларисса. Но это не ваша забота. Вы прежде всего женщина, которая нравится априори, сама по себе, просто потому что женщина, а не по тому, что сумели и смогли произвести впечатление. Вспомните как вы пытались произвести впечатление на меня в самый первый раз. Зачем? Вы же знали, что идёте к сумасшедшему. Тем не менее вы пытались. Вышло забавно, — Лектер мечтательно улыбнулся, уплывая мыслями к первой встрече со Старлинг. — Вы высмеяли мои туфли и назвали деревенщиной. — Разве был не прав? — Правы, — задумчиво и не сразу ответила Кларисса. — Я много думала над этим. — Скажу сразу, вы научились строить из себя крутого босса, правда работает это не везде и не со всеми. Не забывайте всегда о двух вещах. Первое — вы женщина — это будет определять во многом отношение к вам. Второе — вы хрупкая женщина небольшого роста от которой веет состраданием и собственной болью. А вы хотите казаться суровым мужиком и своим парнем. Ваше нутро выдают глаза. Вот поэтому Адам и обратил внимание на это несоответствие. Я знал, что он обратит. Он художник — их всегда интересуют такие вещи, да и повторюсь, что вкусы у нас весьма похожи. — Я вас привлекла несоответствием выражения глаз и внешности? — Опять ваши любимые вопросы в лоб. — Ну уж простите, какие есть. Как вы там сказали, я пытаюсь быть крутым мужиком? — Я бы сказал ещё точнее. Вы примерили на себя не свойственную женщине роль, потому что те мужчины, которые должны были защищать — не защитили. Ваш отец — слишком рано умер. Ваш первый парень — вместо защиты вы получили изнасилование. Дистанцировались от мужчин, сдружились с женщиной, с ней лишь чувствовали себя комфортно. Джек Кроуфорд тоже должен был защищать, как отец — так вам казалось, но он сначала предал, а потом умер. И тогда другой влюблённый и по идее тот, кто должен защищать, так как стоит выше — и он туда же. Вы чувствовали сальные взгляды Крендлера. Да и не только от него. Потерянное чувство доверия к миру. Но вы уже не хотели быть женщиной — вы мужик, крепкий коп с пушкой наперевес. Бригем? Какая любовь! Он друг и не больше. Поэтому я и передал сообщение через Мейер — быть может лучше быть с женщиной? И снова нет. Не ваше. Не для вашей христианской морали. Но зато к вам есть особое отношение очень опасного маньяка. Впечатляет не правда ли? И самое интересное все ищут, все и даже сами вы — так что же? Что же заставляет этого умного и харизматичного злодея так интересоваться простой девушкой? — Ответ я должна найти сама? — Согласитесь, это в лучшей степени развивает человека. Когда он сам, а не по подсказке. Тем более любые готовые ответы воспринимаются как назидание и чаще отвергаются, чем принимаются. Кстати, я же обещался быть обольстительным. Как насчёт домашнего ужина? Или это всё ещё недопустимая степень сближения? Мне всё же хочется загладить вину за мою небольшую шалость. — Ответьте, только на этот раз честно, без увёрток. За нами следят? — внезапно переменила тему Старлинг, так как свербящее ощущение глаза в спину всплыло само собой. — Почему вы пришли к таким выводам? — Профессиональное, да и вы не особо долго задерживаетесь рядом со мной в общественных местах. — А вы таите надежду на спасение или боитесь словить пулю от снайпера? — Думаю, что больше второе. Если всё именно так, как вы мне разложили, то за вами ведут серьёзную охоту, очень скрытно и незаметно отслеживая. — Вот здесь вы чуть ошибаетесь. Охоту ведут действительно за мной, но следят они за вами. Лектер улыбнулся изумлённой Старлинг.