Договор.

      Чонгук волнуется. Игры, в которые играет его хён, ему непонятны. Слишком сложно. Но после того, как увидел, на что он способен, охотно соглашается поучаствовать. На самом деле Тэхён не первый, ещё раньше он слышал, каким может быть Хосок, но одно дело слышать, и совсем другое — видеть. Видеть эти глаза, мёртвые, бездонные, заволоченные бешенством и жаждой крови. Видеть, как спокойный и рассудительный хён, становится сильнее в несколько раз под давлением гнева, как превращается в чудовище. Страшно. В тот вечер он швырнул его к стене, до которой было не меньше трёх метров, но Чонгук ударился так, что вывихнул плечо.       Он легко идёт на встречу, рассказывает, как всё было, соврать он не может просто физически, холодеет, когда тяжёлая ладонь ложится на его голову, поглаживая, когда хён ласково улыбается ему, а в глазах сталкиваются и разбиваются в пыль айсберги. Соглашается на все условия, делает всё как сказано. Потому что страшно. ***       Огромный особняк встречает парней ярко светящимися окнами, внутри слегка приглушённый свет, и очень много людей, на вечеринку «для своих» совсем не похоже. Тэ говорит об этом Чонгуку, но тот лишь жмёт плечами.       Что вечер будет скучным, Тэхён понимает почти сразу. Происходящее похоже на светский фуршет, а он надеялся на что-то более расслабленное, где можно было бы напиться и потанцевать. Он сидит с Чонгуком некоторое время, но тот не обращает на него, почти никакого внимания, потому он встаёт и медленно прогуливается по помещению, подхватывая бокалы с подносов шустрых официантов, разглядывая людей.       Тэхён замечает знакомую девочку — коллегу, машет и подходит ближе. Они болтают о всякой ерунде, Тэхён спрашивает, кого сопровождает, та показывает на какого-то парня, которого Тэ не знает. Но зато знает того, кто сидит рядом с ним. Хосок его не замечает, или делает вид. Впрочем, это не так уж и важно. Шампанское здесь обалденное — сладкое, с кислинкой, пузырьки ударяют в нос и очень быстро — в голову.       Тэхён подсаживается к Чонгуку и наклоняется ближе к уху: — Когда это заканчивается? — Он обводит рукой, с зажатым в ней бокалом, помещение и людей. — Прямо таки голливудский приём, — потягивается и закусывает губу, приподнимая брови. — Тебе здесь не скучно?       Чонгук нервно сглатывает, оглядывается, поворачивается к Тэхёну, уголок губ ползёт вверх: — А тебе что, не терпится?       Тэхён жмёт плечами и улыбается шире: — Ну, как хочешь.       Он снова поднимается и продолжает бродить. Играет классическая или около того музыка, мужчины в костюмах, с разукрашенными спутницами и спутниками, кучкуются, обсуждают какие-то скучные темы, потягивают напитки. Тэхён засматривается на молоденького официантика, тот улыбается, заметив пристальный взгляд и Тэ печально вздыхает, такой прелестный, а нельзя. Он узнаёт ещё несколько девочек и мальчиков, каждому салютует бокалом и подмигивает. Хмель от шампанского, проходит так же быстро, как появляется и становится совсем скучно. Он прибивается к случайной группе молодых людей и пытается вслушаться в разговор. Какой-то парень совсем не смешно шутит, но девушка, держащаяся за его локоть, смеётся слишком сильно, наигранно, даже голову слегка откидывает, хотя её спутник остаётся доволен. Тэхёну хочется разбить рукой лицо, и он торопливо отходит в сторону, чтоб случайно не сорваться на такие вольности. Не найдя больше ничего и никого интересного, возвращается к девушке, с которой болтал до этого: — Слушай, а тут что, все сопровождающие проститутки?       Девушка жмёт плечами, вглядывается в лица, улыбается и качает головой: — Все — не все, но процентов восемьдесят точно, — она тихонько смеется, прикрывая рот рукой. — Знаешь, мне отчего-то страшно. Помнишь как у Мураками, в «Токийском Декадансе»? Поотпиливают нам конечности к чёртовой матери… — Дура… — Тэхён хохочет, разбрызгивая шампанское. — Ну, а что, массовая бойня… — девушка тоже смеётся, только тише и сдержанней. — Ну, а какой ещё прикол устраивать такую вечеринку? Всё так чинно, все такие правильные, стрелки на брюках — порезаться можно. Блин, да им же даже двадцати пяти ещё нет, как так можно жить? И все пришли со шлюхами. Вон, вот тот парень вообще пугает до усрачки. Он сюда уже минут пять пялится, а глаза — жуть… Хотя заводит даже, — она прикрывает ресницы, кивает и улыбается незнакомцу. — Он отвернулся, можешь посмотреть.       А Тэхёну и смотреть не надо, он и так знает кто это: — Да хрен с ним. Пойду к своему, — подмигивает и пожимает тонкую ручку.       Пока пробирается к Чонгуку, замечает серую макушку и задерживается взглядом. Юнги сжимает талию какой-то девочки и нашёптывает что-то в маленькое ушко. — Здравствуйте, господин Мин, как поживаете? — он протягивает руку, а Юнги мешкает мгновенье, но всё-таки жмёт. — Неплохо, а вы? — Просто отлично. Хотел извиниться за то недоразумение, — сладкая, томная улыбка. Юнги нервно дёргает уголками губ: — Да ничего, я уже и забыл. — Вот и славно. Прошу меня извинить, нужно найти свою пару. — Оу, и с кем же вы сегодня? Я слышал, Хосока вы не удовлетворили и он вас вышвырнул?       Девочка в его объятьях противно хихикает и окидывает Тэхёна придирчивым взглядом. — Хм, правда? — Тэхён улыбается девушке, — Такая миленькая, — он сводит брови к переносице. — Странно, я думал, вы по мальчикам…       Юнги краснеет, и, кажется, задыхается слегка. Но Тэхён уже отходит.       Чонгука нигде нет, и Тэ слегка паникует, когда на телефон приходит смс: «Прости, срочные дела. Я оплатил полный вечер — развлекайся. Чонгук»       Тэхён шикает и раздражённо пихает телефон в карман. Развлекаться? Отличная шутка… Валить отсюда надо.       Он уже почти у выхода, когда чья-то ладонь мягко ложится на его плечо. Ему даже не нужно оборачиваться, чтоб понять, кому она принадлежит.       А вот и развлечения, да, Чонгук…