Hope and...

Хоуп быстро идёт по не очень знакомой улицы Атланты, почти бежит. Она слишком долго ждала этого дня, и теперь не намерена терять ни минуты. С тех пор, как Кол съехал от них, они видятся только летом, когда Клаус отправляет её погостить к своему брату. Она взбегает на крыльцо, не сбавляя темпа. Поднимает коврик у входа и, обнаружив там ключ, ухмыляется, думая, что Кол мог бы придумать что-то более оригинальное и непредсказуемое. Одно незамысловатое действие и она уже внутри дома. Хоуп расстегивает ремешки на бежевых босоножках, поднимает сначала правую ногу, затем левую, освобождаясь от обуви и уже босиком ступает по паркетному полу. – Я здесь, милая, – доносится знакомый голос с заднего дворика и она бесшумными шагами пересекает комнату по направлению к стеклянной раздвижной двери, ведущей в сад. Вампир узнал её по одним шагам – она не сомневается. Распахивает дверь и выходит на улицу. Теплый ветер приятно щекочет разгоряченную кожу и играет золотистыми локонами. Кол сидит за небольшим белым столом в центре сада. Он читает книгу, Хоуп уверена в этом, хотя тот и повернут к ней спиной. Она делает шаг вперёд и мягкая трава приятно касается босых ног. Её движения тихие, осторожные, почти невесомые. Однако их достаточно, чтобы привлечь внимание первородного. Кол оборачивается и ненадолго задерживает на ней задумчивый взгляд. Светлые волосы свободно струятся по её изящным плечам и спине, на лице лёгкий румянец, должно быть вызванный жаркой погодой, а рот чуть приоткрыт в улыбке. Хоуп видит, как темно-карие, словно шоколад, глаза дяди блуждают по её фигуре. Скользят по широкому вырезу майки, обнажающему выступающие вперёд ключицы, по коротким светло-голубым джинсовым шортам, подчёркивающим её длинные ноги. Его глаза внимательно изучают каждый сантиметр её тела, будто силясь сохранить прекрасный образ в памяти навечно, не упустив ни единой детали. Кол смотрит на неё и не может налюбоваться: такая живая и лёгкая, словно лесная нимфа. Его собственная нимфа. Его маленькая девочка, заставляющая оживать давно переставшее биться сердце вампира. Её чистые небесно-голубые глаза глядят прямо в его. Для него смотреть в них – подобно глотку из холодного ручья в жаркий день. – Скучал по мне? – игриво спрашивает девушка; тонкие губы расплываются в улыбке, а на щеках появляются миловидные ямочки, совсем как у её отца. – Даже не представляешь насколько, – молниеносно отзывается первородный, порываясь встать, но девушка подступила уже вплотную, и его попытка пресекается в зародыше. – Поэтому ты не звонил мне? – иронично усмехается ведьма, после чего притворно надувает губки; она не обижается, просто ей нравится дразнить и цеплять его. – Я не мог. С тобой всегда кто-то рядом: Ребекка, Элайджа... Ник, – добавляет он после недолгой паузы. – Если кто-нибудь узнает о нас, то огребём себе проблем по самое не могу! – В его голосе звучат поучительные нотки, отчего девушка начинает несдержанно хохотать. Кол Майклсон и нравоучения – это что-то новенькое. – Ты же знаешь, что это небезопасно, – всё также серьёзно говорит он, когда та умолкает; его чертовски удручает необходимость скрывать свои истинные чувства от остальных. – Знаю, – сдаётся светловолосая и согласно кивает; она наклоняется и сзади обнимает его за плечи. Чувствуя прикосновения её теплых рук, Кол успокаивается и улыбается. – Но тебе всё равно придётся загладить свою вину, – шепчет она ему на ушко, слегка задевая губами мочку. – И как же мне это сделать? – расплывается в улыбке Кол; ему не требуется ответ на этот вопрос, он просто подыгрывает своей малышке. – Ну, даже не знаю, – задумчиво тянет блондинка. – Иди уже сюда! – не выдерживает Кол и, привлекая её к себе, садит на колени. Хоуп разражается звонким, почти детским смехом, а влюблённый первородный вампир покрывает всё её лицо поцелуями. – Моя малышка, – нежно шепчет он, когда их взгляды вновь встречаются. – Твоя, – так же нежно отвечает Хоуп, утопая в бездонных глазах своего дяди.