Ты никогда не жил за меня

            Прикрыв глаза, я почувствовал, как поцелуй сменяется вселенской тоской и безысходностью. Когда я открыл веки, передо мной стояли еще молодые бабушка и дедушка. Не помню, как я добрался до дома. Было ощущение, что меня просто вырубило во время дороги. — Я представить себе такого позора не мог, чтобы мне звонил твой учитель и говорил, как застукал тебя целующимся с пацаном! — рычал дед, размахивая ремнем. — Кого мы воспитали? — причитала женщина. — Только бы никто не узнал о нашем горе…       Просчитав чужие слова и постаравшись не показывать своего шока, я вроде понял о чём речь. Видимо, о том самом поцелуе с Романом у раздевалки. Хотя, я уже не очень в этом уверен… — Проваливай! И пока ты не познакомишь нас с твоей матушкой со своей девушкой, какие бывают у нормальных детей, домой можешь не возвращаться! — выкинул меня на лестничную клетку «папа».       Обидно, ничего не скажешь. Всегда считал своих бабушку и дедушку понимающими родителями, но, видимо, в этой ситуации в них говорило старомодное воспитание.       Перед моими глазами встала картина, как только я запрыгнул на подоконник и устремил взгляд в окно: совсем ещё молодой отец сидит на том же месте, что я, и видит юную девушку. Не сказать, чтобы красавицу, но я бы хотел пойти в неё внешностью. Передо мной завертелись картинки: первая встреча пару дней назад, свидание, поцелуй, секс, свадьба, ребенок, развод… Всё, как оно могло бы сложиться без моего вмешательства. И я снова понимаю, что мой отец неудачник, но хотелось насолить ему ещё сильнее. Его родители хотят гетеросексуального сына? Отлично! Найду Романа и сделаю всё наоборот.        Я действительно задумался над этим до того момента, пока не увидел свою матушку. Все пришло само собой: нужно найти Романа и хотя бы совратить его.       Буквально через секунду мимо окна пробегает миниатюрная девушка с двумя косичками светлых волос. Я вижу в ней маму и лечу со всех ног за ней, чтобы взглянуть на пока ещё не родного человека. Заметив ее улыбку, я засомневался в своих действиях и подумывал уже познакомиться с мамой от лица отца так, чтобы потом она осталась с нами. — Привет! — кричу ей вслед, махнув рукой.       Девчушка оборачивается, скромно улыбается и убегает. Ровно так же, как в моём видении. Не знаю, почему папаша ноет. Не всё так плохо в его жизни, с учётом того, что я в бета-версии, в которую закинул меня мой мозг и где я уже успел нагадить.       Завернув за угол, куда убежала от меня девчонка, я столкнулся лицом к лицу с давним знакомым. Он сверлил меня злым взглядом, сжимая в руках букет ромашек. — Ты чего? — с подозрением заглянул в черные, горящие злобой глаза. — Я чего?! — вскинул брови парень, впихивая мне в руки потрепанные цветы. — Ну да, ты… — не вкуриваю, зачем мне этот веник. — Прекрати прикидываться, — отстранённо бросил брюнет, отвернувшись. И вот это «чудовище» так боялся мой отец? Хах, но я же не он! — Ты хочешь меня убить веником? — аккуратно сокращаю дистанцию между нами, прикасаясь кончиками пальцев к чужой ладони. — За что? — вздрогнул Рома, опуская голову в заметном смущении. — Я поцеловал тебя, — встаю совсем вплотную, поворачивая чужое лицо к себе. — Ты же пошутил, — нервно смеётся юноша, напрягаясь. — Нет, я давно хотел это сделать, — продолжаю стоять на своём, с интересом наблюдая за реакцией старшеклассника, который из злобного зверюги в раздевалке сдулся до размеров пушистого котёнка. — Правда? — шумно сглотнул юноша, уже добровольно опуская на меня взгляд.       Отступать не куда — позади прекрасная жизнь моего папаши, которую я обязан добить. Признаюсь ему в выдуманных чувствах и заодно получу пиздюлей не только от деда, но и от этого придурка. — Рома, послушай меня, — ласково улыбнулся я «своему возлюбленному». — Не знаю, зачем ты принес мне эти цветы, но они заставляют меня заговорить о самом сокровенном. Все годы нашей вражды я восхищался тобой. Наверное, я какой-то не такой, но меня это ни капли не смущает. Эти задирки твои так ранили меня, потому что… просто тяжело получать в свой адрес столько злобы от человека, в которого ты тайно влюблён. Не подумай, этим признанием я тебя ни к чему не принуждаю. Сейчас твои издёвки будут действительно к месту. — Ты правда считаешь, что я задирал тебя, потому что плохо относился? — расправил плечи Роман. И в этот момент я был на все сто процентов уверен, что он рассмеётся и скажет «да», но мои надежды рухнули.       Из-за угла выходит блондинка с косичками, но я не успеваю повернуться в её сторону: ко мне склоняется брюнет, вернувшись к своему нахальному выражению лица, и широко скалится. — Я не знаю, как нужно ухаживать за парнями, — неловко кивнул на ромашки Ромка. — Ну, а раз ты не ровно ко мне дышишь, я просто обязан вернуть тебе должок, — мои губы накрывают чужие, терзая их в грубом, но чувственном поцелуе, а руки Романа сжимают мои бока под футболкой так, что из горла вырывается слабый стон. Колени подкашиваются, под прикрытыми веками всё темнеет и размывается, по телу пробегает дрожь — это точно сон. Будь всё реальным, даже в чужом теле моё сознание не стало бы так реагировать на мужские прикосновения. Ну, раз я больше чем уверен, что Роман и текущая ситуация не правдива, могу себе позволить зайти дальше. Интересно же! Больной интерес у меня… — А ты горяч, — отстраняюсь от парня и, поднявшись на носочки, запускаю руку в смоляные волосы, прикасаясь губами к уху старшеклассника. — Я знаю одно укромное местечко, проводишь? — Показывай, — как дурак улыбается Рома с раскрасневшимися щеками.       Молча хватаю его за руку и тащу мимо девушки, которая неотрывно смотрит на меня. И в это мгновенье я тону в её голубых глазах, в которых плещется обида и боль. В небесном омуте проносится вся её жизнь посвящённая карьере. На втором курсе университета она напивается и в клубе встречает школьную любовь, проводит с ним ночь, по глупости оказываясь с сыном на руках, которого называет Матвеем и подкидывает биологическому отцу ребёнка, испаряясь в другой стране. Вот она, моя молодая мама, которая даже в придуманном мире не останется с маленьким Матвеем и его никудышным отцом.