Жизнь НЕ в заточении

– Хоть кто-нибудь в этом замке может отправить два несчастных письма? – возмутился Отто, потрясая одним из них. Подумать только! Столько страданий и мучений, чтобы собрать мысли и слова в кучу и разродиться приличествующим письмом, как – вот, пожалуйста! – весь замок на ушах: принцесса Анна пропала, королева Эльза – ведьма, королевство проклято… Какие уж тут письма?  – Хоть голубиной почтой отправляй или сам снаряжайся гонцом, честное слово. Да где это видано!? – поддержал брата Франц, который тоже был очень недоволен, что его муки творчества, судя по всему, не то что не дойдут до правителей Короны в ближайшее время, а даже не покинут Эренделл. Морские пути сообщения, например, приказали долго жить. Ещё некоторое время бесцельно побушевав и посотрясав воздух, грозя карами никчёмной прислуге и (тут уже вполголоса) ведьме-королеве, Вестергорды, наконец, угомонились, рухнули в кресла и потребовали горячительного.  – Только не «горячего», слышишь меня, девчонка!? «Го-ря-чи-тель-но-го»! Чай принесёшь – и упаси Господь твою душу! Служанка кивнула и, присев в книксене, поспешила удалиться, молясь всем богам, чтобы высокородные гости поскорее отбыли восвояси. «Дай благоразумия нашей королеве не выходить ни за кого из них замуж, – подумалось служанке. – Пропадём ведь!» В гостиную к Францу и Отто широкими шагами вошли двое братьев, которые были не заняты поисками принцессы Анны, потому что лелеяли надежду послужить крепким плечом королеве – Фриц и Густав.  – Слышали!? Слышали!? – воскликнул Густав, задыхаясь и согнувшись пополам, опершись ладонями о колени. Отто цокнул языком и закатил глаза.  – То, как ты дышишь, слышит весь этаж. Продышись, а потом уже говори. Или тут пожар? Густав только отмахнулся и посмотрел на стоявшего рядом брата. Тот хмыкнул и пояснил:  – Нет никакого пожара. Принцесса Анна вернулась… и прихватила с собой какого-то деревенщину.  – А Руди и Руно – полные неудачники, – подхватил отдышавшийся Густав. – Тоже в поисках участвовали и даже словом с принцессой Анной не перемолвились. Позорище! И на что они рассчитывают?  – Что эта тараторка любит молчаливых, как видно, – хмыкнул Фриц. – Идёмте, поприветствуем принцессу и её… гостя. И Вестергорды шумно зашагали в холл, где уже и без того собиралась толпа.

***

 – Эльза, задушиш-ш-шь, – хрипела Анна, которой безусловно было приятно спустя столько лет чувствовать, что сестра не игнорирует её и что ей не всё равно, но если так продолжится, недолго ей радоваться, потому что она банально задохнётся. Фриц, во главе подоспевших островных принцев, тихонько присвистнул от этой сцены. Ничего себе, а королева умеет быть эмоциональной!  – Боги всемогущие, как я рада, что ты в порядке! – воскликнула Эльза, отстранившись от раскрасневшейся сестры. Та неловко улыбнулась. – Где ты была?  – Я слегка заблудилась, а потом здорово замёрзла. К счастью, мне помогли. Это, – она махнула рукой в сторону парня, на которого Эльза толком не успела обратить внимания, – Кристофф Бъоргман. Он меня, можно сказать, от смерти спас. И привёз бы обратно, если бы по дороге мы не встретили поисковый отряд. Я пообещала ему щедрую награду. Эльза кивнула и подошла к Кристоффу, который, судя по всей его внушительной фигуре, начинал чувствовать себя всё неуютнее.  – Рада знакомству, господин Бъоргман. Примите мою искреннюю благодарность за спасение и возвращение моей сестры. Как я могу отблагодарить Вас?  – Да я… – промямлил Кристофф, который совершенно не ожидал, что ему буквально с порога придётся лично беседовать с королевой. Он-то рассчитывал передать принцессу заботам других её провожатых и отправиться восвояси, но всё начинало выходить из-под контроля. Тут вклинилась Анна, у которой с разговорами дела обстояли не в пример лучше:  – Разумеется, это будет внушительная сумма денег, еда для Свена, – это олень, который запряжён в сани снаружи, – пояснила Анна, глядя, как бровь сестры ползёт вверх, – и… – неожиданно её прервало громкое урчание в желудке, – и, конечно, сытный горячий ужин. – Она улыбнулась и поймала тёплую улыбку Рапунцель: – и приглашение на свадьбу Рапунцель и Юджина. – Эльза выглядела по-настоящему ошеломлённой. Анна пожала плечами. – А что? Надо же мне туда с кем-то пойти, – и она смерила принца Ханса, стоявшего неподалёку, самым ледяным взглядом, на который была способна. «Пора это прекращать, пока она не пообещала этому юноше свою руку».  – Конечно-конечно, – как можно более тактично Эльза взяла сестру под руку. – А сейчас прошу всех пройти в столовую. Ужин будет подан с минуты на минуту. – Она обернулась и взглянула на застывшего соляным столбом Кристоффа. – Вас это тоже касается. – И она тотчас щелкнула пальцами (почти беззвучно, так как снова была в перчатках) ближайшему слуге, на котором остановился её взгляд. – Проследите, чтобы всё было исполнено: позаботьтесь об олене, отмерьте достаточное вознаграждение из сокровищницы… Вы далеко живёте? – Она так внезапно обратилась к Кристоффу, что он от неожиданности ответил прежде, чем успел задуматься:  – В лесу. Где-то послышался безуспешно прикрытый кулаком смех одного из Вестергордов. Все сделали вид, что ничего не заметили. Эльза кивнула и снова повернулась к слуге:  – И приготовьте ему покои и сменное платье. Мистер Бъоргман, если пожелает – наш гость вплоть до свадьбы моей кузины.  – А… – начал было Кристофф, но тут вступила Анна:  – Ох, это же чудесно! Чем больше гостей, тем лучше! И не вздумай отказываться! Это меньшее, что мы можем сделать!  – Мы уже сделали достаточно, – мягко, но настойчиво, вполголоса проговорила Эльза, жестом отпуская слугу, и двинулась вперёд, неумолимо вынуждая Анну следовать за ней. – Увидимся за ужином, господа.

***

 – Объясни мне, что происходит. – Это было первым, что сказала Эльза, стоило ей оказаться с сестрой в первой попавшейся небольшой пустой комнатке и плотно закрыть дверь. Анна скрестила руки на груди.  – То же самое могу спросить и у тебя. Может быть, ты в курсе, что творится с погодой? – Анна моргнула, сама удивившись тому, что говорит. И с чего она вообще взяла, что Эльза знает об этом? Эльза от неожиданности отступила. «Воспоминания всё равно проступают! Подумать только!»  – Я расскажу, если… точнее, когда ты объяснишь, почему убежала. Анна вздохнула и опустилась в ближайшее кресло. Эту комнату не отапливали, так что девушка поёжилась, пусть и была теперь одета не в пример теплее.  – Потому что я была глупа и наивна. Я-то рассчитывала, что Ханс станет моим прекрасным принцем, мы поженимся… Эльза застонала.  – Господи Иисусе! Да вы общались суммарно меньше суток! Какая любовь? Какая свадьба? Ему же корона нужна, и он дал это понять очень чётко! – Эльза оглядела несчастное выражение лица Анны, подошла и присела рядом на подлокотник, положив руку сестре на плечо. – Ты заслуживаешь лучшего, а не политического брака без любви. Не спеши выходить замуж. Это – далеко не главное в жизни.  – Но что если я хочу замуж? – спросила Анна, с удивлением поняв, что говорит правду. Ей действительно хотелось пережить любовь, выйти замуж… Может быть, это – то, для чего она создана? Эльзе дано всё для того, чтобы править королевством, хоть в одиночку, хоть бок о бок с кем-то, а Анне вполне достаточно выйти замуж и… посвятить свою жизнь семье.  – В этом нет ничего плохого. Единственное, о чём я тебя прошу: не выходи замуж лишь бы выйти. Найди не просто принца, наследника или нет; найди того, кто будет принцем лично для тебя и будет относиться к тебе как к принцессе. Понимаешь? Тогда велика вероятность, что когда ты выйдешь замуж, ты действительно будешь жить долго и счастливо как в сказке. Анна почувствовала, что готова расплакаться от нахлынувших эмоций. Она не привыкла к такому объёму впечатлений. Эльза сама не заметила, как оказалась заключена в объятия и, кажется, теперь сестра всхлипывала ей в плечо. «Надеюсь, я поступила правильно».  – Ну-ну, всё хорошо. – Она погладила Анну по голове и подождала, пока она немного успокоится и отстранится. – Что ж, а теперь, думаю, настало время кое-что тебе рассказать…

***

 – Что!? – хором воскликнули Рапунцель и Юджин. Герцог Варавский воинственно распушил усы и сверкал на них очами. Первыми на глаза герцогу и сопровождающей его страже попались Рапунцель и Юджин, поэтому он, недолго думая, направился прямиком к ним с требованием указать ему, где королева, чтобы заточить ту в башню по обвинению в колдовстве.  – Именно то, что я сказал. Королева Эльза обвиняется в колдовстве, в том, что прокляла собственное королевство, а это недопустимо, тем более, для королевы, которая должна защищать своё королевство, а не погружать его в ледниковый период!  – Какие у вас есть доказательства? – нахмурился Юджин.  – Да хотя бы начальник стражи, которого я встретил бегущим по улице в ужасе, а за ним тянулась стремительно леденеющая улица и самая что ни на есть снежная буря! В июле! Всё, что мог выдавить несчастный – это «Королева… королева…», поэтому я не стал медлить, собрал стражу и пришёл сделать то, что должен.  – Позвольте, разве магия в королевстве запрещена? – Это была уже Рапунцель, чьё спокойствие только выводило уже распалившегося Варавского ещё больше.  – Это всё проделки Сатаны! Колдунью нужно казнить!  – Да что Вы говорите? Тогда, может быть, и меня заодно казните? Герцог поперхнулся очередным гневным возгласом.  – В-вас, Ваше Высочество? Но Вы-то здесь при чём?  – Неужели Вы, господин герцог, не слышали историй обо мне и моих волшебных волосах? О том, как я долгие годы даровала матушке Готель молодость, о том, как исцелила своего жениха Юджина так, что на нём и шрама не осталось? Неужели Вам об этом ничего не известно?  – Ну… – неожиданно стушевался герцог, – об этом всем известно. Рапунцель удовлетворённо кивнула.  – Именно. А что это, скажите, если не магия? Сама по себе магия не несёт вреда. Дело в том, как её использовать. Неужели Вы искренне полагаете, что королева Эльза хочет погубить собственное королевство? Себя? Родную сестру? Неужели Вы так и не поняли, что королевство замёрзло, потому что королева глубоко переживала пропажу родной сестры, а магия реагирует на эмоции? Но теперь, к счастью, принцесса Анна вернулась домой в целости и сохранности, так что в ближайшее время королевство должно прийти в норму. Герцог, не ожидавший такой пламенной речи, поражённо моргал и так и застыл с приоткрытым ртом. Юджин готов был зааплодировать. «Невероятно!»  – И я, разумеется, уверена, что Вы, герцог, не собирались вершить здесь самосуд, а суд присяжных, полагаю, придёт к такому же выводу, что и я. Мы все здесь, надеюсь, цивилизованные люди, иначе вряд ли представители целых трёх присутствующих в этом замке королевских семей одобрят Ваше нахождение на территории королевства. Варавский смотрел на Рапунцель так, словно только сейчас в полной мере осознал, что беседует не просто с юной прелестной девушкой, а с будущей королевой целой страны, кузиной королевы Эренделла, которую она собирается ревностно защищать. Юджин же просто наслаждался разворачивающейся сценой. «Тысяча благодарностей педагогам королевской семьи. Они бы сейчас гордились такой способной ученицей. И её родители гордились бы. Хотя они наверняка и так каждую секунду ей гордятся, и ведь есть, за что».  – Но если королева Эльза не вернёт лето в ближайшие дни, я вернусь, и буду требовать заточения в башне вплоть до решения суда. Если королева не может обуздать собственную магию, то как она собирается править страной? Рапунцель кивнула.  – Я Вас услышала, пусть это и не Вам решать. Спокойной ночи. Герцог и хотел ещё что-то сказать, но по обеим сторонам вдруг словно из-под земли выросли дворцовые стражники, и он вынужден был удалиться, продолжая гневно сверкать глазами по сторонам и топорщить усы. Стоило ему скрыться, Рапунцель протяжно облегчённо выдохнула. Юджин зааплодировал.

***

Его Высочество принц Франц Вестергорд, только что обильно отужинав, шёл по коридору в сторону своих покоев, но стоило заприметить идущего куда-то слугу с подносом, как тот тут же был остановлен.  – Стоп-стоп-стоп, милейший. Теперь, надеюсь, раз принцесса Анна снова с нами и замок обрёл мир и покой, я всё-таки могу поручить хоть кому-нибудь отправить эти два небольших письма. Слуга понятливо кивнул и взял протянутые конверты. Для отправки сегодня уже было поздновато, но завтра утром, почему нет? Тем более, он слышал, уже налаживают сообщение по заледеневшему морю на санях, как это делали в особенно суровые зимы.  – Будет исполнено, Ваше Высочество. Франц благосклонно кивнул, вложил в руку слуги вместе с конвертами несколько монет и зашагал по коридору, бодро насвистывая. Вот теперь можно спать спокойно. На сегодня он сделал всё, что мог.