Особой важности

POV Лекса.

День третий.       Мы проснулись где-то к одиннадцати этим утром. Долго валялись в кровати, без какого-либо желания нарушать нашу маленькую идиллию, да и вообще выбираться из комнаты. И, наверное, если бы не волшебный — пряный, с отчетливо выделяющимися нотками корицы, медово-яблочный запах, крадущийся с кухни вверх по лестнице и заползающий прямиком в узкую щелку двери нашей комнаты, — мы бы так и не вышли отсюда. Но, лишь учуяв его, мы с Кларк единогласно приняли решение спуститься к завтраку и совершенно не пожалели! Мама любезно накормила нас своей восхитительной шарлоткой и предложила посидеть сегодня с внуком, предоставив нам время для себя. Немного пораскинув мозгами и отбросив несколько вариантов, мы наконец решили, чем займёмся сегодня ближе к вечеру: прогуляемся тут, по окрестностям. Что-то вроде экскурсии для Гриффин, почему нет? Погода сегодня выдалась отменная, для человека, который всё лето торчал в дождливом Чикаго: палящее солнце, от которого не спасают даже широкие кроны дубов и гикори, сплетающиеся меж собой в лишь им понятных узорах; тёплый ветерок, сбивающий яркокрылых монархов с тянущихся к кристально-голубому небу синеватых стеблей распространенных здесь злаков и крошечных, нежнейшего цвета фиалок, которые, к слову, тут чуть ли не на каждом шагу; разносящиеся по полю стрекотание насекомых и звонкий щебет красных кардиналов, обитающих в этих лесах. В общем, день обещает быть хорошим! — Скажи мне, — слегка раскачивая её руку своей, поинтересовалась я, — почему ты так редко носишь платья? — Хм… я катаюсь на байке! — Ну, — протянула я, — у тебя его больше нет… — Ауч! — блондинка усмехнулась, проходя чуть вперёд. — Наслаждайся, пока можешь! Позволив поддерживать её за руку, она сделала несколько оборотов вокруг себя, придерживая при этом кружевную юбку сливочно-белого платьица, оканчивающегося чуть выше колена, за подол, а после вернулась на своё место справа от меня. — О, я наслаждаюсь! — прищурив искрящиеся на солнце глазки, девушка пристально вгляделась в моё лицо и через несколько секунд вновь залилась смехом. — Знаю, о чём ты думаешь! Даже не надейся! По крайней мере не в доме твоих родителей, — сжимая мою ладонь своими пальчиками, она повертела головой. — Не-а! — Так вот какого ты обо мне мнения? — игриво вскинув бровь, поинтересовалась я. — Не смотри на меня так, — воскликнула Кларк. — Тут и без того жарко! — запрокинув голову назад, она выпустила тяжкий вздох и, вернувшись в нормальное положение, добавила: — Дожди! Вот за что я люблю Чикаго. — Любишь быть мокрой? — слова слетели с языка прежде, чем до меня дошла вся двусмысленность моего вопроса, и, заметив удивленный взгляд на себе, я поспешила исправиться: — Я имела в виду, тебе нравится, когда ты намокаешь? — наблюдающая за мной блондинка крепко сжав губы отчаянно старалась сдержать смех, пока я, снова с опозданием, улавливала смысл сказанного. — Боже… не в том смысле, Кларк… Больше не в силах удерживать это в себе, девчонка взорвалась хохотом, вгоняя меня в краску и заставляя смущенно прикрыть глаза рукой, которую она, спустя пару минут, отдёрнула, потягивая на себя. Пробежалась пальчиками вверх до плеч и в улыбке накрыла ладонями щеки. Мягко провела большими пальцами по коже, вглядываясь в мои глаза. И, Господи, как она смотрит на меня… Её восхитительные небесно-голубые глаза будто светятся, подобно северному сиянию. Она сама вся сверкает, словно только что выпавший снег в солнечный зимний денёк. Застываю в её объятиях с бешено колотящимся сердцем в груди и буквально теряю способность дышать, когда она касается моих губ своими. Она целовала меня не раз и, я уверенна, что этот — не последний, но, Боже... Она делает это так нежно и ласково. Вкладывает в это действие всё, что имеет, отдаёт мне всю себя. И, чёрт, ещё бы чуть-чуть и по моим щекам наверняка бы покатились слёзы, потому что я так до невозможности влюблена и так безумно счастлива с ней. Но девушка, будто слыша мои мысли, аккуратно отстраняется, снова заглядывая мне в глаза. Опять этот взгляд. Знаю, что он значит, но не мне трактовать её чувства. Она откроется, когда будет готова, а пока, я буду молча наслаждаться такой близостью. Кларк какое-то время безмолвно рассматривает меня. Её левая рука всё так же покоится на моём лице, а правая неспешно опускается вниз, соприкасаясь с моей. Белокурые пряди шёлком прижимаются к щеке, приятно щекочут кожу шеи, а тёплое дыхание касается мочки уха. Она шепчет: — Да, — кратковременная пауза и ещё один горячий выдох в моё ухо. — Во всех смыслах. От её откровенности у меня пересохло в горле, и я нервно сглотнула, как только девушка, с кокетливой ухмылкой на тонких губах, отдалилась. Она молча схватила мою руку, утягивая на узкую тропинку, ведущую в глубь леса. Я и без слов понимаю, что она собирается делать, но, уточнить стоило: — Куда ты меня тянешь? — спросила я, продолжая тащиться за Кларк. — Лекса, я знаю тебя достаточно, чтобы быть уверенной, что твоя «экскурсия» включает в себя какое-нибудь уединенное местечко в глубине этого леса, — она приостановилась на развилке, поворачиваясь в мою сторону. — Я права? — За кого ты меня принимаешь? — возмутилась я, строя удивлённую гримасу. Закатив глаза, девушка цокнула. — Так куда мне идти? — вздохнув, я кивнула в сторону правильной дорожки. — Направо.       Не успели мы пройти и пары метров, как я, услышав своё имя, доносящееся из-за спины, машинально обернулась к источнику звука, тут же застыв на месте, будто увидела призрака. Легкой, неспешной, я бы даже сказала модельной походкой ко мне направлялась высокая, подкачанная девушка на вид лет двадцати пяти. Кудрявые, шоколадного цвета волосы едва ли касались плеч, развиваясь на ветру, а смуглая кожа, казалось, отливает золотом под нежными лучами солнца. Кремовая мешковатая футболка, ещё сильнее подчеркивающая цвет её загорелого тела и чёрные, слегка потрёпанные, дизайнерские шорты, открывали потрясающий вид на стройные, гладкие и длинные ноги, с надетыми на них кедами классической расцветки. На груди красовалась парочка золотистых кулонов; тонкие пальцы левой руки украшают несколько аккуратных колец, а на правой поблескивает цепочка явно недешевого браслета. Дополняли весь этот ошеломляющий образ круглые солнцезащитные очки, которые девушка любезно приподняла наверх, открывая доступ к её медовым глазам, с высока, но с каким-то странным свечением во взгляде, рассматривающим нас с Кларк. — Это…? — еле слышно произнесла блондинка, вставая рядом со мной. — Мг… — Но это же… — Именно. — Чёрт, ты не говорила, что встречалась с моделью! — уже громче воскликнула она. — Да? — вмешалась девушка, останавливаясь в паре футов от меня. — И почему же, Александрия? — Потому что это не так… — не сводя с неё глаз, проговорила я. — Я встречалась с обычной девчонкой. Только потом ты превратилась в это... — Это? — усмехнулась она, вскидывая пышные брови. — А ты изменилась… — шатенка выдержала недолгую паузу, осматривая меня с ног до головы. — Скучала по мне? — Ты серьёзно? — Идём, Лекс, — блондинка робко потянула меня за руку, в надежде сдвинуть меня с места, но тщетно. — Лекс? Пфф, — засмеялась вторая. — Ты терпеть не можешь, когда тебя так называют! — Как ты уже заметила, я изменилась, — девушка хмыкнула, делая шаг мне навстречу. — И правда… что, мальчики снова не привлекают? — заметив, как поморщился мой нос, она опять ухмыльнулась. — Хах, похоже, что так! Скажи… — подходя ещё ближе, продолжила она, — ты вспоминала обо мне? — Кларк крепче сжимает мою руку за спиной. — Потому что я — да. О, я представляла тебя на месте каждой девушки, с которой когда-либо была близка, — я молча сглатываю. Чувствую, как блондинка начинает закипать, потому что ещё немного, и я буквально перестану ощущать ладонь. — Мм… никто не делает это так, как ты… — простонала она, прикрывая глаза. — Как думаешь, может нам стоит вспомнить былое? — шатенка натягивает кокетливую полуулыбку. — Что скажешь, милая? — Может тебе стоит… — шипит Гриффин. Она вспыхивает, словно брошенная в сухую траву искра, но я шиканьем прерываю её, вызывая удивленный и даже шокированный взгляд, адресованный мне. Она смотрит на меня продолжительное время. Её глаза горят в раздражении, но затем… Чем дольше она вглядывается в меня, тем сильнее я замечаю, как выражение её лица постепенно изменяется… она становится растерянной. Пятится назад, выпуская мою покрасневшую ладонь из своей крепкой хватки. Мотает головой и отводит взгляд. — Боже, прости… — пытаюсь вернуть её обратно, обхватывая её запястье, но девушка вырывается. — Да пошла ты! — выплевывает она, разворачиваясь и быстрым шагом удаляется в глубь леса. — Кларк, постой! — я срываюсь с места, не могу позволить ей уйти, но она даже не думает оборачиваться. — Малышка, я не хотела… — чужая ладонь хватает меня за руку, светловолосый образ скрывается в чаще. — Малышка? — слышу удивленный голос из-за плеча. — Ты никогда не называла меня так… — Какого чёрта ты делаешь?! — резко разворачиваюсь к шатенке, а она, явно не ожидая такого, отшатывается назад. — Хотела позлить меня? Что ж, — я как-то странно усмехнулась, — у тебя получилось! А раз так, слушай меня внимательно, — кровь в венах начинает неистово бурлить, я слышу стук собственного сердца в висках, чувствую, как вчера подстриженные ногти больно впиваются в кожу, сжимающейся в кулак, ладони: — Те десять лет, что я провела вдали от тебя — были лучшими в моей, чёртовой жизни! Я скучала по тебе? Первое время, возможно… — Так скучала, что аж закрутила с тем белобрысым парнишкой-профессором… — Это была ты! Ты оставила меня, Костия! — я срываюсь на крик. — По-твоему, я должна была рыдать в углу и дожидаться твоего возвращения?! Может ты и не замечаешь, но мир не вертится вокруг тебя, мисс «все вокруг мне должны»! Так что да! Да, чёрт возьми, я «закрутила» с ним, как ты выразилась, потому что… может я и не ангел, но я заслуживаю, чтобы со мной обращались как с человеком, а не как, мать его, с куклой, которую можно выкинуть и подобрать спустя какое-то время! — Я не… — Блять молчи! Слушай меня! В этой жизни есть вещи, о которых я жалею, но, боже: послать тебя, когда ты чуть ли не на коленях умоляла меня вернуться, — точно не входит в этот список. Так что, милая, сейчас ты развернёшься и уйдешь, и я больше никогда о тебе не вспомню… Плевать сколько плакатов или журналов с твоим лицом на обложке я увижу — меня это никак не заденет. Ты — моё прошлое, и я больше не собираюсь ворошить его, — закончив свой небольшой монолог, я блаженно выдохнула, наблюдая за остолбеневшей шатенкой, с испугом в глазах смотрящей на меня. — А теперь, — я легко улыбнулась, вспоминая не столь давний момент с Кларк, произошедший где-то полторы недели назад в Чикаго, — мне нужно найти… надо найти свою девушку.       Как найти человека в лесу, если он в первый раз видит эти места, и ты не имеешь ни малейшего понятия, куда он мог пойти? Я задавалась этим вопросом уже где-то в течении часа, расхаживая туда-обратно под густым полотном — едва начавших изменять окрас своих листьев деревьев — в поисках Кларк. Не первый раз, когда она предпочитает побыть одной, но, Боже… Ладно, когда ты запираешься в другой комнате или просто уезжаешь домой, но… сбежать в незнакомый лес… серьёзно? Я порядком привыкла к таким внезапным срывам и… к слову, за последний месяц их было… эм… кажется, я сбилась со счёта. Была бы психологом, наверняка сказала бы, что она порой теряет контроль над переполняющими её эмоциями и просто выпускает их так, как может, но не мне её судить… У всех нас бывают заскоки, не так ли? В любом случае, в своих одиноких скитаниях я провела не больше двух часов, в итоге заметив искомый силуэт блондинки, сидящий, прислонившись к дереву спиной, на обрыве — футах в десяти от небольшого водопадика, с плещущимися звуками, стекающего на скользкие камни, и продолжающего своё движение вниз по течению. Солнце потихоньку спускалось ближе к горизонту, отбрасывая абрикосовые блики на бурлящую реку и массивные стволы местных старожилов — дубов, заставляя тёмную кору искриться под его лучами. Подходя ближе, я сделала один неосторожный шаг и, хрустом ветки, привлекла к себе внимание девушки. Делать было нечего, пришлось начать разговор: — Ты в курсе, что тут водятся волки? — Да? — почти безразлично поинтересовалась она. — Тогда… надеюсь, ты знаешь, как отсюда выбраться, потому что я — без понятия! — услышав мой тихий смешок, девушка улыбнулась, наконец поворачиваясь ко мне. — Как ты? После нескольких минут молчания, спросила я, присаживаясь рядом с Кларк. Девушка долго наблюдала за тем, как помятый армейский жетон скользит меж пальцев, а затем, собрав его в руке, взглянула на меня: — А ты? — риторический вопрос, поэтому Гриффин, не дожидаясь ответа, продолжила: — Я снова сделала это… — Ты снова сделала это, — повторила я. — Признай, я ведь тебе порядком поднадоела? — её глаза расширились в ожидании ответа. — Мне порядком поднадоело то, что ты пачкаешь все вещи, которые я тебе даю. Осмотрев кремово-белое платье, в котором она сидела на грязной земле, я недовольно нахмурила брови, снова вызывая у неё эту блистательную улыбку. Смеясь, Кларк уложила голову на моё плечо, на что я отреагировала лёгким поцелуем в светлую макушку. Она медленно скользнула рукой вниз по моей ноге и ласково приподняла мою ладонь в своей, нежно сплетая наши пальцы между собой. — Прости меня, — шепнул хрипловатый голос. — Всё в порядке, — я устало прижалась щекой к её волосам. — Я послала тебя, — с её губ слетел сдержанный смешок. — Можно подумать, это впервые, — напомнила я. — Прости-и… Тянет она, а затем, обхватывая руками мою голову, начинает покрывать тёплыми поцелуями щёки, скулы, губы, вплоть до тех пор, пока я, от сильного напора, смеясь не заваливаюсь боком на землю, падая (слава богу) на толстый слой густого мха. Девушка нависает надо мной, с головой погружая меня в свои бездонно-голубые, искрящиеся и просто удивительные глаза, а затем накрывает мои губы в таком же восхитительном поцелуе…       В середине ночи меня разбудил скрип половиц в коридоре и я, встав с кровати не обнаружила на ней Кларк. Я решила, что она, наверное, вышла в уборную и, почувствовав жажду, тихой, насколько это было возможно, поступью спустилась на кухню. Налила в стакан прохладной воды из, стоящей в холодильнике бутылки, и сделала несколько небольших глотков — именно тогда я услышала знакомый голос, доносящийся с улицы:

«Прошу тебя, Джон! Мне нужно с ней поговорить…»

Я приоткрыла занавеску, чтобы убедиться в своей правоте: сидя на крыльце, девушка держит трубку телефона у уха и с кем-то беседует. Странное занятие в… я взглянула на часы, висящие на стене. В 3 часа ночи:

«Она ненавидит меня, я понимаю, но…» «Я никогда не чувствовала себя так паршиво… У меня едет крыша!» «Тебе знакомо чувство, когда боишься взглянуть в зеркало, потому что, каждый раз, когда ты смотришь в него, за своей спиной ты видишь собственных демонов? Угадай, кого вижу я…» «Именно. Ох… что я наделала, Джонни? Зачем я позволила этому случиться? Почему я спустила курок…?» «Да плевать мне на его желания! На кой чёрт мне вообще сдалось его место?! Я бы пристрелила его, при первой же возможности!» «Да знаю я… мы должны быть осторожны…»

Она молчит, лишь изредка кивая и подкуривая сигарету, похоже её собеседник рассказывает что-то длинное.

«Я понимаю… мы не можем рисковать, но, Джон, мне нужна стопроцентная уверенность, что она и малыш будут в безопасности…»

«Хорошо. Просто… просто выбей мне ещё немного времени, ладно? Я…»

Её голос подрагивает, словно она вот-вот заплачет.

«Я ещё не готова. Я не могу сделать это сейчас…»

Девушка делает небольшую паузу и в её голосе я слышу улыбку.

«Не скажу… потому что понятия не имею, как это назвать! Я никогда в жизни не чувствовала ничего подобного, но… что, если да?»

День четвертый.       Я не решилась говорить с ней об услышанном... С утра, я застала Кларк на кухне, готовящую завтрак с моей мамой и предложила им провести день вместе, на что они обе с охотой согласились. Так как Крис и мой отец сегодня пошли на озеро, и я вполне могла не беспокоится о нём, я решила всё же дойти до своего небольшого лесного укрытия в виде серебристого трейлера, стоящего в самой глуши. Тут я могу обдумать то, что слышала и придти к хоть какому-нибудь выводу... День пятый.       Боже, у меня столько вопросов, и так мало ответов... И почему я так боюсь поднять эту тему перед ней? А если она втянута во что-то опасное...? Чёрт, у меня маленький ребёнок, я не могу так рисковать. Мне придется сделать что-то, чтобы принять решение. Я поговорю с ней. Позже. А сейчас, мы едем домой...