Соната воспоминаний

      Место, где собралась молодежь, было обычным кафе, где они забронировали крытую комнату. Две девушки шли по отполированному полу вестибюля, когда им навстречу вышел Чанель. — Вы пришли? Идемте туда.       Парень не заметил опухшее от слез лицо ДаНа, которое замаскировала косметикой подруга. Когда они подошли к черной раздвижной двери, ДаНа почувствовала, как подкашиваются ноги и холодеют руки — она с нетерпением и трепетанием на кончиках пальцев ждала этой встречи. — ДаНа, не стой на пороге, — улыбнулся Чанель, открывая перед ней дверь.       Войдя внутрь, ее глаза сразу отыскали родные растрепанные волосы, широкие плечи; она чувствовала только его парфюм; слышала его голос. Она не видела ни машущего рукой Бэкхена, ни Тао с маленьким презентом в руках. — Малыш, ты пришла. — Сехун обернулся к ней с теплой улыбкой на лице. Он и правда изменился за эти дни без нее. — Сехун, мы можем с тобой поговорить? Наедине. — последняя фраза заставила всех присутствующих замолчать. — Да, конечно, идем.       ДаНа не знала, куда вели ее ноги, но она уверенно поднималась по лестнице, поворачивала налево и направо, а в итоге оказалась возле балконной двери. Сехун, который молча следовал за ней, наконец заговорил: — Малыш, ты хочешь выйти на воздух? — Да, хотелось бы. — Давай лучше постоим в коридоре, а то ты легко одета, и на улице уже вечер. — Нет, в коридоре шумно, пошли на улицу, — из-за необъяснимого волнения она не чувствовала холод. — Сехун, как тебе жилось у Чанеля? — Нормально. А тебе с СуДжон? — У нас все было отлично. Мы с онни смотрели фильмы, готовили кушать, секретничали. — Мы тоже смотрели фильмы, заказывали иногда еду… Короче, было весело. — Решил свою проблему? — Да, почти. — Сехун, послушай меня. Мне нужно рассказать тебе то, что случилось этим утром.       ДаНа начала спокойным голосом, но с каждым следующим предложением она теряла силу воли, часто делая паузы. А когда речь дошла до самого главного, ее голос стал иногда пропадать, а глаза неприятно щипало. — Сехун, прости меня, — ДаНа обняла парня, пряча лицо на его груди. — Весь день я не могу успокоиться. Я виню себя в том, что все твои проблемы из-за меня! Прости, прости… — Глупая, — беззлобно сказал он, хлопая по спине ДаНа. — Больше никогда, никогда, никогда, никогда не вини себя и не плачь из-за меня. Такой плохой парень, как я, не заслужил этого. — Но ведь… — Больше не будем обсуждать эту тему. И пошли скорее к ребятам: ты замерзла. — Сехун растирал ее плечи и ладони. — Я должна еще в кое-чем признаться… — поймав на себе вопросительный взгляд парня, она продолжила. — Я соврала тебе, когда сказала, что без тебя было хорошо. Это неправда. Я сильно скучала по тебе. — Тогда и я скажу тебе правду: я никак не решил эту проблему, и эта неделя была потрачена впустую. И я тоже скучал. Особенно по твоему кофе. — Может, ты вернешься? И я тогда буду заваривать кофе каждое утро, чтобы ты забыл о той проблеме. — Думаю, я так и сделаю. Пошли внутрь, ДаНа, у тебя пальцы ледяные, хотя на улице весна. — Ты иди, а я проветрюсь. Онни меня убьет, если увидит мои заплаканные глаза. Она сегодня так старалась, замазывая мое лицо. Иди. Я приду через три минуты. — улыбнувшись ему, она отвернулась, сжимая перила до онемения в пальцах.       «Я поговорила с ним. Я все рассказала. Сехун меня понял. Так почему внутри меня такая пустота, теплота и щекотка? Это от радости? Почему мои пальцы правда стали ледяными? Наверно уже пора к ребятам.» — Всем привет, — сказала ДаНа, войдя внутрь.       Она подошла к друзьям, чтобы обнять их. Чанель потрепал ее за щеки. Тао вручил подарок и спрашивал, как у нее дела. Бекхен поднял ее от земли, покружил и пожелал хорошего вечера.

***

      Вечер начался хорошо. Была уютная атмосфера встречи друзей, которые давно не видели друг друга. Парни немного выпили, а девушки секретничали между собой и с интересом наблюдали за тем, какие небылицы парни рассказывают друг другу, краснея от алкоголя. — Короче говоря, я выиграл спор, ведь та старшеклассница поцеловала меня в щеку. А мы не уточняли, куда именно. Да, да, да, я молодец. Это был первый спор, где меня должна была поцеловать девушка, которая старше меня на шесть лет. И я его выиграл, — Сехун думал, что эта история довольна веселая, поэтому рассказывал ее каждый раз, когда пропускал по стаканчику соджу. — Се, я слышал эту историю раз пять за три месяца, — возмущался Тао. — Ну ладно, Хуан, расскажи, как ты съездил в Китай? — Все началось замечательно…       Парни болтали очень долго, а ДаНа все наблюдала за ними. Что-то было очаровательное в этой беседе парней, которые превратились в мальчиков.       «Я рядом с этими ребятами уже больше месяца, но такими беззаботными вижу впервые. Они такие расслабленные, спокойные, веселые. Видеть бы их постоянно такими.» — Не может быть! — Я тебе серьезно говорю, — начал Тао. — Я играл в баскетбол один против троих и выиграл! У меня же золотые руки! Четыре трехочковых, десять двухочковых и… Это не шутки. Короче, хен, я крутой! Просто Бог баскетбола. Типа Яо Мин. Яо Тао. — Если ты второй Яо Мин, то я Моцарт, — смеялся и икал Чанель. — Я записал за одну ночь девять треков. Ну знаешь… такие бум-бум-бум и пам-пам-пум и… Официант, еще восемь бутылок соджу! Все за мой счет! — Официант, — крикнул Бэкхен, который говорил за столом меньше всех. — Шесть бутылок соджу и стакан виски. Или два стакана. Или целую бутылку. — Эй, Бекхен, все в порядке? — спросила СуДжон. — Нет, мне обидно и больно. — Бэкхен встал со своего места, направляясь к Сехуну. — Почему? — спросили все хором. — Потому что жизнь несправедлива. Она жестока по отношению к хорошим людям. — У Бэка горели глаза дьявольским блеском, а лицо застыло, словно маска. — Бэкхен, хватит нести бред и портить всем настроение. — резко сказала СуДжон. — Онни, ты понимаешь, о чем он? — удивленно распахнула глаза ДаНа. — Конечно, маленькая ДаНа. Меня поняли бы все, если бы были трезвы. — Хён, — встал Сехун со своего места. — идем выйдем на свежий воздух, проветримся. Ты пьян в стельку.       Двое парней спокойно вышли из кабинки, заставляя девушек нервничать. — Чанель, Тао, идите за ними: у меня плохое предчувствие, — просила СуДжон. — Мне тоже не совсем хорошо, — недавняя довольно странная картина в миг отрезвила и Чанеля. — Я редко видел этот бешеный блеск в глазах Бэкхена. — И что он значит? — спросила ДаНа, сжимаясь в стул. — Что он хочет кому-то врезать. — Чанель выпил обычной воды. — Этот засранец умеет применять боевые приемчики хапкидо в напряженной ситуации.       И ДаНа представила, как Сехуна бросают на асфальт, бьют по лицу, топчут ногами. У него разбита губа, окровавлен висок… Она так явно видела это, что почувствовала металлический запах крови и вязкую жидкость на кончиках пальцев, даже услышала хриплый стон Сехуна. — Оппа! Иди за ними, пока Сехуна не избили. — Эй, маленькая ДаНа, Бэкхен не ударит его, потому что он старше и умнее. Наверно. — Чанель-хен, мне тоже кажется, что надо идти. — Расслабьтесь, Бэкхен сейчас выкурит сигарету и успокоится. — Чанель, моя женская интуиция подсказывает мне, что вам с Тао стоит проверить их.       «Малыш, у меня, кажется сломан нос…» — раздавался голос Сехуна в воображении ДаНа. — Чанель! Тао! Ну пожалуйста. — взмолилась ДаНа, как маленькая. — Господа, — раздался голос официанта, открывшего дверь. — Двое парней, которые были с вами, сейчас дерутся на улице. Заберите их, пока они не испортили нам что-нибудь. — Вот же черт! Бэкхен, твою мать, что же ты творишь, идиот?! — закричал Чанель, толкая официанта и чуть ли не выламывая дверь. — Думаю, вечер окончен. — сказал Тао. — Вот моя кредитка — заплатите за ужин. А вот ключи от машины — СуДжон и ДаНа, сидите пока там, а мы вправим мозги этим двум… парням. — Тао говорил быстро, стараясь побежать за Чанелем и не отставать. — Онни, я побежала. — ДаНа оставила девушку одну и помчалась к выходу.       «Лишь бы все было хорошо. Прошу тебя, господи, пусть они не подерутся, пусть официант ошибется. Они же друзья!» — кричал голос ДаНа с каждой секундой все громче и громче.