By the way

      «Саката Гинтоки — ночной кошмар», думает Хиджиката, наблюдая со стороны. Он делает это не специально, просто так выходит, что он сталкивается с некоторыми вещами… например, розовым фартуком.       Потому что в голове Хиджикаты не укладываются две настолько противоположные вещи, как Широяша из отчетов и… вот это недоразумение в розовых рюшах, что ведет себя как примерная хозяйка. В принципе, Широяша и с глюкозным аддиктом с любовью к детским комиксам так себе вяжется, но Гинтоки весь состоит из противоречий. А одно из них Хиджиката находит очаровательным и великолепным — тот факт, что он может покрыть его оскорблениями на улице, а потом позвать на ужин. Иногда даже одним предложением.       Хиджиката бесится, конечно же, но не может ничего поделать с тем, как нагло растягиваются в улыбке знакомые прекрасные губы, когда произносят его имя, и как легко и безоговорочно он сдается, слыша, как Гинтоки тянет имя нараспев, перекатывая гласные во рту, словно… в общем, Хиджиката находит множество причин, почему готов это терпеть. Главным из них является знание, что говорит он все это обычно не всерьёз.       — И как я дошел до такого? — бурчит Гинтоки себе под нос, — готовить для никотинового придурка.       — Я все слышу вообще-то, — кивает Хиджиката, ловя странную улыбку на лице совершенно не домохозяйки. Не наглую, не натянутую, а обычную, что, кто бы мог подумать, окажется такой привычной, и которую он будет надеяться увидеть вновь.