Дочурка Тобирамы в мире пиратов.

      Я находилась в тёплом склизком и влажном месте и чувствовала себя скованной и маленькой. Где это я?        Я что, переродилась? Тогда почему я всё помню? Чуть хуже, будто прошло много времени, но помню… Думать сложно… Видимо потому, что мозг развился ещё не полностью.       Похоже что сейчас я, видимо, в утробе матери. Надо бы проверить очаг чакры и каналы, а для этого нужно впасть в транс.       Странно, но чакры во мне лишь немногим меньше, чем было в той жизни… Да если бы не медицинская чакра, которую выделял мой организм, то меня бы, наверняка, разорвало.       Исходя из того, что моя медицинская чакра на месте, то следовательно, и с контролем у меня всё в порядке. Мысленно я улыбнулась и попрыгала, с сожалением отмечая, что вряд ли смогу прыгать хотя бы до года. Даже с учётом раннего влияния чакры.       Вообще-то, в моей прошлой жизни моя мама умерла при родах. Тогда моя чакра причиняла боль и ей, и мне. Здесь же я надеюсь этого избежать, ведь медицинская чакра подправит здоровье молодой мамаши.       Мне даже интересно, какая она? Добрая, и, почти наверняка, всегда улыбается! Она будет ждать меня с прогулок и разговаривать, как с подружкой! Мы будем секретничать, а когда я подрасту, то она будет подкалывать меня насчёт парня! В прошлой жизни у меня были только папа, дядя и тётя. И все они покинули меня…       Стоп! А если они переродились? Так же, как и я? Что же, буду надеяться на это. А то дядя вынесет мозги любому богу, и на небесах его вряд ли станут терпеть. Помниться, он как-то раз пытался обучить меня этому искусству, но вмешался папа и сказал, что для такого мастерского выноса мозга надо родиться дядей и всё детство троллить Мадару. От воспоминаний о Мадаре по моей спине пробежали мурашки. Что ж, зато теперь я знаю, что после смерти есть что-то ещё.       И что мне делать всё время нахождения в животе? Я ведь и с ума сойти могу. Детство повторно я ещё хоть как-нибудь переживу, но развитие организма... Кстати, то, что у ещё не развитого полностью плода образовался очаг чакры и рабочая система циркуляции, делает меня в своём роде уникальной и позволяет развиваться не как обычные дети. У обычных клановых детей хоть сколько-нибудь функционирующих каналов чакры формируются годам к пяти. А вот из этого у меня намечается ещё одна проблема… Возобновить, а может даже улучшить, моё владение техниками можно лет за восемь, учитывая мою мелкоту. А от сюда вырисовывается, что известных мне техник больше не останется. А это значит, что если мои родители не имеют клан или имеют, но без способностей в которых я смогу развиваться… То это будет не очень хорошо… Можно, конечно, идти по пути папы и изобретать что-то своё, но тут нужен талант не меньше, чем у дяди выносить мозги. В конце концов они оба были хокаге…       Стоп! А если я не смогу стать хокаге? Или рожусь вообще не в Конохе? Чёртов Мадара! Вот найду и… снова бесславно сдохну… Эх! За такими невесёлыми рассуждениями я принялась следить за окружением при помощи сенсорики.       Так… мама — обычный человек, окружающие маму — обычные люди… Хм, а если чуть подальше? Тоже ничего. Странно, неужели я вообще не в деревне шиноби? Ну теперь вообще супер! И знания свои, в случае чего, свалить будет не на кого. Вот же гад ползучий этот Мадара! И снова мурашки по коже от одного воспоминания о нём. Так! Погодите-ка! На периферии мелькнул кто-то с сильной аурой. Странно, это совсем не похоже на чакру. Я даже не могу подобрать сравнение… Будто всё тело вырабатывает какую-то ауру, но сомневаться в силе этой личности я не могу… Стоп! Там же мелькнул кто-то с похожей аурой. Странно. Будто и нет совсем в этом мире чакры, если не учитывать природной. Вот природной то тут как раз чувствуется просто колоссальное количество. Ох чует моя интуиция, что попала я не в свой мир.       Помниться, девчонка из клана Яманака, с которой я как-то раз выполняла миссию, вещала мне о параллельных мирах, но, разве с моим то папочкой можно верить в такие глупости? Вот я и не поверила…       Интересно, как там Мито-сан и дядюшкины дети с внуками? Кажется я обещала малышке Цунаде помочь в медицинской технике… Я так и не увижу в какого прекрасного и смелого мужчину вырастет Новаки и… Никогда больше не увижу человека, забравшего моё сердце.       Папа не был бы рад, узнай он о том, что мой возлюбленный из клана Учиха, но что я могла поделать? Мне хватило ума скрыть это ото всех, и теперь я жалею, что не призналась Иназуме-куну. Пусть он бы высмеял меня, но тогда бы сердце не рвалось к этим прекрасным ониксовым очам и волосам цвета воронова крыла… Но мне нужно перестать думать об этом! Мало того, что я сейчас младенец, так ещё я в другом мире. Первая любовь самая сложная? Вот теперь я с этим согласна. А я ведь так и не отдала свой первый поцелуй того тела…       Ну не считать же за поцелуй случайное падение губами на губы девчонки Яманаки? Вот и я предпочла бы об этом забыть… Блин! Опять вспомнила!       Всё остальное время беременности матери я провела в трансе, всем телом источая медицинскую чакру. Моя жизнь протекала размеренно, я смирилась с потерей всего, что было мне дорого и решила жить новой жизнью. А потом внезапно начались роды.       Я помогала врачам как могла, а потому роды прошли легко. А потом я просто отключилась. Всё же всё это время я не спала, а находилась в полудрёме. А дальше кормление, пелёнки вместо нормального туалета и прочие радости младенца.       Что же, поздравляю тебя, Утатане, с новой жизнью. И да, новая мама дала мне имя Утатане Рицу. Я ещё не узнала, как зовут эту даму, но вид у неё был очень красивым и вполне ухоженным (подозреваю, благодаря моей медицинской чакре). Длинные рыжие локоны и голубые глаза.       При виде меня она, почему-то, совсем не улыбалась. Она хмурилась и не обращалась ко мне по имени, как обычно делают мамы. Наоборот, на её лбу образовывались складки, и она напряжённо смотрела на меня. Нет, она не раскрыла меня. Просто… Я даже не знаю что…       Я росла, шли дни и недели, мои прогнозы по поводу хождения и прыжков к году подтвердились. Деревенские жители не могли на меня нарадоваться, а мама всё так же игнорировала моё существование. Когда мне исполнилось полгода, она сплавила меня к бабушке и перестала появляться вообще. Я была разочарована и часто хмурилась, наблюдая за мамашами с их детишками.       В прошлой жизни я тоже не знала материнской ласки, но у меня был отец. Да, занятой и серьёзный, но он любил меня.       Бабушка смотрела и качала головой, но пыталась не унывать. Она рассказывала мне про устройство мира. Разумеется, в сказках и рассказах. О пиратах, дозоре, легендарном сокровище с названием Ван Пис, четырёх морях и Гранд Лайне. Она была доброй, но часто болела. Я помогала ей лечебной чакрой, но климат нашего острова её угнетал. Бабуля стремилась к зимним островам.       Удерживала её в деревне лишь я и моя мамаша. Я была не против переселения в другое место подальше от женщины, что родила меня, но годовалого ребёнка и старушку в море не отпускали сердобольные жители.       Я тренировалась в лесу, помогала бабушке, а в свободное время, с помощью стихии дерева, строила корабль на котором мы с бабушкой сможем переехать, ну или переплыть, это уже как посмотреть.       Даже не понимаю, почему бабушка так хочет умереть на зимнем острове, но раз уж это её желание… Так и летело время. Мне исполнилось три, и я, наконец, закончила кораблик.       В тот день, предварительно завязав бабушке глаза и подпрыгивая от нетерпения, я вела её к своему творению. Я смогу обрадовать единственного дорогого для меня в этом мире человека! Бабушка улыбалась и гадала, куда же её ведёт её неугомонная малышка, а потом я увидела её… — Бабушка… — глухо сказала я, снимая повязку с бабушкиных глаз. Перед нами стояла, горделиво смотрящая на нас рыжеволосая женщина. — Вот ты где, маленькое чудовище! — о, да тут все признаки алкоголизма… Я поморщилась, а бабушка поспешила спрятать меня за свою спину. — Зачем ты защищаешь её, мама? Она всего лишь жалкий монстр, пошедший в меня лишь одним глазом! — что верно, то верно, внешность у меня была не совсем обычная. Один глаз, после попадания, окрасился голубым, при этом второй глаз был, родного для меня в прошлом мире, зелёного цвета. При этом волосы были как у папы, то есть белые. Только вот… с чего она решила, что я монстр?       — Она всего лишь ребёнок! Мне тоже жаль, что она не унаследовала ничего от отца и тебя, но это не повод… — вступилась за меня бабушка.       — Я должна была умереть! — взвизгнула пьяная мамаша, — Я пила яд, резала вены и всячески пыталась покончить с собой, когда была беременна ей, но, — она усмехнулась, — Как видишь, я жива! Я всего лишь хотела отправиться вслед за любимым, но… — она чуть ли не плевалась, — Это чудовище каким-то образом меня лечило! А потом, когда она уже родилась, я видела, как в след за ней, начинали цвести растения! Она управляла деревьями, и я видела это! — моя ошибка, из-за ауры, к которой я привыкла, пока была в чреве я не заметила её, — У меня и любимого не могла родиться такая дочь! Гений? Да она чудовище! — а она всё распалялась. Однако бабушка лишь печально улыбнулась.       — Ты пьяна, Сузуки, тебе лучше поспать. — успокаивающе начала вещать она.       — Я не помешалась! Никто не верит мне, что она — мать указала на меня пальцем, — Монстр! Даже ты мне не веришь! А я докажу! — она достала нож и уверенным, но нетвёрдым шагом направилась ко мне. Бабуля преградила дорогу ей, но лишь получила удар наотмашь.       Меня это взбесило. Бабушка перестала подавать признаки жизни. Да как эта женщина, что пыталась убить себя вместе со своим ребёнком, может так поступать с бабушкой?!       — Ну, прояви своё истинное лицо! — кричала приближающая мать. Я пронзила её ледяным взглядом.       — Ты так этого хочешь? — глухо спросила я, начиная складывать печати одной рукой, — Стиль дерева! Живой дуб! — безумную женщину стали оплетать стволы, появляющиеся вокруг неё. Её плоть стала буквально сливаться с деревом, причиняя ей боль. Она орала и врастала в дерево, а я метнулась к бабушке. Пульс был, но довольно слабый. Медицинской техникой я поддерживала в ней жизнь, пытаясь бережно нести её к кораблю. Моя техника лечения никак не находила отклик в бабушке… Она просто не хотела жить.       Я отпустила её в иной мир, но всё же направила корабль к ближайшему зимнему острову, прихватив с собой еды и гроб с бабушкой. Я исполню её волю, даже если она уже умерла. Всё же ничего не мешает мне похоронить её там, где она так хотела побывать…       Я никогда не прощу таких людей, как моя мать! Она убила собственную мать и хотела убить ребёнка!       Чокнулась после смерти своего мужа? Может быть потому и игнорировала меня. А ведь если бы я сразу устранила угрозу, то бабушка была бы жива. Да, она бы увидела, как её трёхлетняя внучка убивает мать, но… Кого я обманываю? Она бы слегла с инфарктом!       Ну ничего, я ещё доведу свои техники до такого мастерства, что смогу вытаскивать даже тех, кто не хочет жить!       — Гандзю-сан, а когда мы уже подплывём? — обратилась я к человеку, которого упросила подбросить меня и бабушкин гроб на нашем же кораблике. Нужно было всего лишь попросить знакомую бабушкину команду доставить нас на остров за плату кораблём, и вот я уже плыву навстречу зимнему острову.       — С таким хорошим кораблём, мы будем примерно часов через пять. Ты точно хочешь остаться там? — нахмурился забавный старичок, почёсывающий за ухом своего кабана.       — А что? Там нет домов? — якобы удивилась я, вынуждая Гандзю-сана вздохнул.       — Утатане-чан, там есть дома, но жители давно повымирали. Если у тебя погибла бабушка и пропала мать, это не причина самой умирать в снегах, — Я пресекла его речь, хмуро посмотрев в его глаза, от чего он поспешил отвернуться.       — Я выживу и стану там сильнее, вот увидишь, старик! — Я улыбнулась улыбкой в стиле Хаширамы и величественно удалилась, оставляя качающего головой и не верящего в мои слова старика. Ну и пусть, в конце концов, на то я и Сенджу, чтобы доказывать обычным людям, что невозможное вполне возможно.