Loyalty

Риз вошел в кабинет к Джеку, неуверенно улыбаясь. Все же, как бы то ни было, Джек вспомнил о нем и, несмотря на то, что отсчет дней, когда Джеку на него плевать, снова пойдет заново, Риз был этому рад. - Джек? Чем я могу помочь? Джек (кажется, впервые) ничего не говорил, откинувшись в кресле, и смотря на Риза странным взглядом, под которым тому стало не по себе. Риз не мог прочитать этот взгляд, да и молчаливое спокойствие Джека его пугало. Он привык видеть Джека в ярости, кричащим, или слишком веселым, или погруженным в работу, но все равно с маниакальным блеском в глазах. Сейчас же Джек смотрел на него почти без какого-либо выражения, но не отрываясь, и это Риза нервировало. - Джек?.. Джек усмехнулся и поманил Риза пальцем. - Подойди, детка, не бойся. Риз нахмурился, но послушно обошел широкий стол, подходя к Джеку. Тот медленно протянул руку и ухватил Риза за воротник, притягивая к себе ближе, рассматривая его лицо, словно пытаясь найти в Ризе что-то, но что, Риз даже не мог предположить. Повинуясь держащей за одежду руке, Риз наклонился к Джеку и прикрыл глаза, совершенно не удивившись, когда почувствовал губы Джека на своих. Риз знал, что так и будет, он знал, зачем идет (хотя и надеялся, что когда-нибудь секс с Джеком будет проходить в более комфортных условиях), и знал (признался себе), что хочет этого. Поэтому он только обвил руками шею Джека, когда тот притянул его к себе, усаживая на колени, целуя губы и кусая шею под тяжелое дыхание и хрипловатые стоны Риза, когда Джек слишком сильно впивался зубами в тонкую кожу. Джек признавал, что Риз, пожалуй, был чересчур сладким блюдом для него. Он слабо представлял себе, чтобы Риз орал на него в постели или угрожал свернуть шею, если Джек не будет двигаться быстрее, чем отличались некоторые его.. бывшие. И вероятнее всего, детка-Риз вряд ли расцарапает ему спину в кровь, он скорее как сейчас, будет кусать губы, и сжимать руки на спинке кресла, а не на чужих плечах… Трезвый Риз вообще был чересчур осторожен в сексе и, казалось, постоянно боялся разозлить Джека, и Джек находил это забавным. В конце концов, сладкое приедается, напомнил себе Джек. И пусть сейчас чувство насыщения еще не пришло, но рано или поздно Риз достанет его, станет скучным, так что нечего жалеть о нем, зато и привязанность, которую Джек не может себе позволить, тоже останется в прошлом. Но перед этим… Зачем пачкать мозгами ковер сразу, если до этого еще можно получить (и, судя по низким стонам и сорванному дыханию, доставить) еще каплю удовольствия? Риз недовольно охнул, оказавшись на столе, с которого опять посыпались бумаги, но Джек даже не думал обращать на это внимание, он все равно смирился с тем, что через час тут будет полно уборщиков, и офис все равно будут приводить в приличный вид. Поэтому, пока он дал себе возможность полюбоваться на чужую спину. Риз хватался руками за край стола, и пока Джек его готовил, прятал лицо в сгиб локтя, дыша ненормально-глубоко, явно стараясь расслабиться. Риз наконец-то признался себе, что хочет Джека, и, пока это возможно, собирался получать от этого максимум удовольствия, и после этого признания сопротивление потеряло смысл. Сопротивление Джеку и до этого имело мало смысла – Джек просто брал то, что хотел, но теперь Риз осознавал, что в этот раз он с Джеком добровольно, без нечеткого, сомнительного согласия, без алкоголя или угроз. Риз покусывал собственное запястье, пережидая боль и дискомфорт и жалея о выбранной Джеком позе, потому что ему хотелось видеть лицо Джека, хотелось заглянуть в уцелевший глаз, узнать, какое будет выражение его лица не в алкогольном дурмане и полутьме клуба. Прикоснуться губами, языком к шраму посмотреть – отпрянет ли Джек на этот раз? Правда, Риз не был уверен, что решился бы. Джек смотрел на худую спину, удерживая Риза за бедра, пока входил в него, и слушал длинный, протяжный стон. И это, определенно, приестся, надоест. Трезвый Риз слишком скучен, он стелется под Джека, выгибается, послушно стонет, когда Джек впивается зубами в его плечи и спину, и даже не думает сопротивляться, хотя по коже уже разбросаны следы от зубов, которые выльются в шикарные синяки и будут причинять боль еще какое-то время… Не будут, думает Джек. Через несколько минут Ризу уже ничего не будет причинять боль. Не о чем жалеть, этот парень – никто, Джек и имени-то его не вспомнит через пару недель, и Энджел забудет, рано или поздно – забудет, Джек заставит ее поверить, что Риз струсил, испугался его и компании и сбежал. Он даже скажет Энджел, что отпустил его, что он, конечно же, не будет искать Риза, и поклянется ей, что Риз может делать со своей жизнью что хочет и валить куда хочет… и Энджел забудет его. И Джек забудет. Риз скучный, не особо умный, в нем нет абсолютно ничего, что бы могло заинтересовать Джека… Совершенно не о чем жалеть. Риз кусал пальцы, стараясь не стонать слишком громко, хотя прекрасно знал, что за дверью его стонов никто не слышит. Джек был словно… Нежен с ним в этот раз, и этот медленный, тягучий секс заставлял Риза потеряться в ощущениях, не думать о том, на сколько еще дней Джек забьет на него после сегодняшнего, Риз позволил себе не думать вообще ни о чем… Риз, пожалуй, был, и правда, красивым. Не во вкусе Джека, но все же, красивым. Джек думал, что мало кто, из тех, кого он трахал, отдавались не прося, не требуя и не пытаясь играть в постели… Джеку некстати вспомнилась Мокси, обладающая потрясным телом и знающая об этом, сексуальная Мокси, которая, черт возьми, даже в постель тащила показуху и игру, которая даже во время секса всегда ухитрялась выглядеть красиво, которая умела красиво изогнуться, красиво застонать, красиво рассыпать волосы по подушке… На контрасте с этим воспоминанием Джеку действительно нравился Риз, который не умел изображать из себя порно-актера, стонал глухо или жалобно, не умел красиво изгибаться, и только что, дернув рукой, неуклюже уронил на пол лежащий на столе планшет… Но зато Риз был искренен в своих реакциях, без притворства, без игры, и когда Джек задвигался быстрее, неловко, некрасиво, но, черт подери, жутко горячо вскрикнул и прогнулся в пояснице… И шокировано распахнул глаза, когда ему в затылок ткнулось дуло пистолета. - Д-джек?.. Риз тяжело дышал, боясь пошевелиться, он не понимал происходящего и только надеялся, что безумия Джека недостаточно, чтобы пристрелить его, а потом дотрахать его еще теплый труп. Риз неуверенно повернул голову, пытаясь взглянуть на Джека, и пистолет ткнулся ему в висок, надавливая, заставляя прижаться щекой к деревянной поверхности. - Не дергайся, детка. Риз знал (и попав в пару неловких ситуаций с родителями еще подростком, прочувствовал на себе), что страх гасит возбуждение быстро и качественно, но именно сейчас, от низкого голоса Джека, от ощущения постепенно нагревающегося у виска металла, от того, что Джек, мать его, даже не подумал останавливаться, по нервам словно пустили электричество, и Риз застонал в полный голос, вцепившись в несчастный стол. Его крупно встряхивало, от движений Джека и от мысли, что пистолет действительно может уже не стоять на предохранителе, и нет никакой уверенности, что у Джека не дрогнет рука… Риз задохнулся от слишком резкого выброса слишком большого количества адреналина в кровь, дернулся, и когда Джек только сильнее вдавил пистолет ему в кожу, вскрикнул, напрягшись всем телом… Джек зарычал, когда осознал, что Риз уже кончил, когда тело под ним сначала напряглось, а потом расслабилось, словно он, и правда, уже пальнул в эту симпатичную, но такую глупую голову! И Джека, черт возьми, невероятно заводит то, что паренек ухитрился кончить под ним и под дулом пистолета, причем так, что сейчас, кажется, даже дышит с трудом, слабо реагируя на действия Джека… И Джек, плюнув, бросил пистолет на стол рядом с Ризом и потянул того за волосы, заставляя выгнуться и задохнуться, обхватывая рукой его горло, и вбиваясь в него так, что Риз тихо застонал от слишком сильно врезающегося в него края стола. Джек забыл, что собирался пристрелить его, забыл, что почти убедил себя, что ему плевать на Риза, прижал к себе худое тело и кончил, вцепившись зубами в покорно подставленную шею… Пальцы Риза подрагивали, когда он одевался и приводил себя в порядок, и он поглядывал на пистолет, так и лежавший на столе. Джек следил за ним, полу прикрыв глаза, расслабленно откинувшись в кресле. Проследил за направлением его взгляда и хмыкнул. - Немного адреналина, детка, раз уж от прочих наркотиков ты так активно отказываешься. Или скажешь, что тебе не понравилось? Риз фыркнул, но отвернулся, пряча покрасневшее лицо. - Знаешь, для таких ситуаций есть что-то вроде стоп-слова, нет? Джек засмеялся, откинув голову на спинку кресла. - Не со мной, детка, я не умею останавливаться!.. Джека прервал звонок телефона, и он снял трубку, мгновенно забывая про Риза. - Да? Нашли? Где?! Говори четко, мать твою! Ничего не делай. Я разберусь сам. Риз тихо вышел из кабинета, закрыв за собой дверь сразу после того, как Джек начал говорить, а Джек, оборвав разговор, крепко сжал телефон в руке. Роланда нашли, а он, черт подери, ждал этого слишком долго. Еще один. Он все ближе к своей мести, и пусть к Роланду, единственному из всех, он испытывает хотя бы уважение, это никак его не остановит. Джек посмотрел на брошенный на столе пистолет, и понял, что так и не пристрелил Риза. Не захотел. - Черт… - Джек скривился, но подумал, что возможность еще будет. В конце концов, Риз всегда крутится где-то поблизости… Джек взял со стола пистолет и подумал о том, что у него есть проблемы гораздо важнее Риза, и гораздо более срочные. *** Джек появился на пороге квартиры Риза без предупреждения (естественно), и с бутылкой шампанского в руке, чем шокировал Риза настолько, что тот даже пропустил его в квартиру. Риз был уже в домашних штанах и футболке, он совсем не ожидал, что кто-то (Джек!) придет к нему вечером (того же дня, когда они виделись утром на работе). У него были влажные после душа волосы, которые без геля уже завивались в смешные волны и торчали в стороны, и он ошалело смотрел на шампанское. - Эээээ?... Джек помахал бутылкой в воздухе и кивнул в сторону кухни. - У тебя есть бокалы? Доставай, живо, пока не согрелось. И Риз понял, что вряд ли добьется каких-либо объяснений. По крайней мере, пока. Он достал бокалы (для вина, а не для шампанского, но это, в конце концов, были единственные бокалы, которые у него есть) и крупно вздрогнул, когда Джек за его спиной с хлопком открыл бутылку. Шампанское было налито в бокалы, и Ризу почти силой впихнули один из них. - Джек?.. Джек поднял свой бокал и коснулся бокала Риза, напряженную тишину кухни наполнил звон. - Мы празднуем, детка. Точнее, праздную я, а ты составляешь мне компанию. Так что заткнись и пей! Риз действительно отпил глоток, Джек же выпил бокал шампанского залпом, наполнив его только для себя еще один раз. Риз оперся спиной о стену, потому что сесть, когда Джек стоит и надирается шампанским на его кухне, показалось неправильным. - Что мы празднуем? Джек поднял бокал, словно приветствуя кого-то, но смотрел при этом не на Риза, а в стену, на которой Риз не нашел совершенно ничего примечательного. - Сегодня умер один хороший человек. Риз помолчал с минуту, отпивая из своего бокала, а потом заметил: - У тебя кровь на рубашке. Джек посмотрел на него долгим, нечитаемым взглядом, а потом осушил второй бокал. - Скажи мне, детка, я могу тебе доверять? Ризу показалось, что от его ответа зависит что-то важное. Возможно, даже что-то большее, чем его жизнь. И что Джек точно, стопроцентно, запомнит то, что он ответит. - Да. Да, конечно. Бокал Риза падает на пол, не разбиваясь только чудом, а шампанское с тихим шипением пузырьков растекается сладкой лужицей, потому что удержать бокал в руках, когда Джек сгребает его за одежду и тянет на себя, Риз совершенно не в состоянии. *** Риз никак не мог отдышаться, лежа на Джеке и чувствуя его горячую руку у себя на пояснице. Ему казалось, что в его жизни, вообще, то слишком мало Джека, то внезапно слишком много. Он занимал слишком много места на его диване, в его мыслях и в его жизни. И Риз никак не мог понять, нравится ему это или нет. Он только знал, что когда Джек внезапно исчезает, ему это точно не нравится. Как раз когда Риз решал, встать ему или погреться о Джека еще немного, тот шевельнулся, проведя рукой по его спине. - Детка, у тебя вообще еда дома водится? Риз на секунду задумался, перебирая в уме содержимое холодильника. Выходило крайне печально. - Есть кукурузные хлопья… - он на мгновение замолчал, раздумывая, стоит ли продолжать. – И клубничное мороженое. Джек фыркнул, рассеяно гладя его по спине. - Кукурузные хлопья? Тебе сколько, двенадцать? Неудивительно, что у тебя нет мышц вообще. Надо тебя, что ли, хоть раз накормить нормально. Риз обиженно завозился, но Джек только крепче прижал его к себе, заставляя замереть. - Можем заказать что-нибудь… Джек хмыкнул и почти спихнул Риза с себя, усаживаясь на диване. - Не, лень ждать. Давай, тащи свое мороженое. И шампанское прихвати! По пути на кухню Риз поднял с пола и натянул на себя футболку и домашние штаны. Его удивляло, как каждый раз он умудрялся оказываться полностью раздетым, когда Джек оставался почти полностью одет. Это немного подавляло и нервировало. Риз как-то ухитрился уместить в двух руках ведерко мороженого с ложками, два бокала и бутылку шампанского, а потом донести все это и разместить на столике у дивана. Джек быстро разлил остатки уже выдохшегося шампанского по бокалам, всунул один в руки Ризу, забрал ведерко с мороженым к себе на колени, а Риза заставил привалиться к своему боку, обхватив рукой за плечи. Красавчик Джек, в рубашке, испачканной брызгами крови, и брюках, на диване у Риза, поедающий мороженое из ведерка, выглядел, мягко говоря, впечатляюще. Риз даже украдкой ущипнул себя за руку, чтобы проверить, не спит ли он. Какое-то время они молчали, Джек задумчиво смотрел в стену. Риз же боролся со своим любопытством и, кажется, проигрывал. - Ты сказал, что мы празднуем смерть хорошего человека, - Риз замолчал на мгновение, прежде чем продолжить. – Кто это был? Джек отпил из своего бокала и поболтал остатки, окончательно уничтожая пузырьки. - Один мой знакомый, - Джек улыбнулся, и эта улыбка Ризу не понравилась. – Один из тех, кто оставил мне это. Джек провел пальцем по шраму, вспоминая глаза Роланда перед смертью. Он знал, за что умирает, возможно, он даже был готов. Он не умолял отпустить его, не просил за себя. Он заговорил только один раз, посмотрев Джеку прямо в глаза. - Прошу, не трогай ее. Они оба знали, о ком он говорит. Джек только покачал головой. - Я не могу, ты знаешь. Роланд кивнул и закрыл глаза. Выстрел был настолько тихим, насколько позволял глушитель, но все равно показался Джеку громовым раскатом. От этого убийства он не получил удовольствия. Роланда поймали на очередной съемной квартире. Фактический лидер «Алых налетчиков» был один, был уставшим и замученным. Казалось, он устал бегать. Джек искал его долго, упорно. Больше, чем Роланда, он хотел найти только Лилит, но сучка слишком хорошо пряталась. Тело упало на вытертый ковер, но Джек не почувствовал ничего. Не было удовлетворения, которого он ожидал. Убийство Роланда не принесло ему того покоя, который он хотел почувствовать. Впрочем, он знал, что это сделает Лилит очень больно, так же больно, как она сделала ему, прислав любимую шляпу Ниши. И это была именно та причина, по которой он решил поехать к Ризу – пустота, которую нечем было заполнить. А детка смог – своими стонами, гладкой кожей, преданными взглядами и этим дурацким клубничным мороженым. *** Внутренний голос Риза вопил о том, что это – плохая идея, что делать этого не стоит, но все же, почти не дыша от собственной смелости, Риз протянул руку и положил ладонь на щеку Джеку, чувствуя под прикосновением неровную кожу шрама. Его тянуло, зудело на кончиках пальцев, заставляя хотеть прикоснуться. Риз сам не мог понять, почему именно, но никак не мог перестать об этом думать. Джек тут же схватил его за запястье, отставив бокал на столик, и посмотрел странным, выжидательным взглядом. Риз только потянулся и положил вторую ладонь на вторую щеку, тоже ощущая ею неровную кожу. А потом поцеловал Джека, впервые – сам. Можно было отговориться шампанским, но он так не допил и одного бокала. Скорее просто все это – то, что Джек пришел к нему (к нему, а не к кому-то еще!) после того, что сделал, то, что рассказал об этом, пусть мало, но все же несоизмеримо больше, чем Риз знал до этого… Спросить можно будет и потом, в другой раз, и Риз знал, что теперь Джек ответит, по крайней мере, появилась такая возможность. Все это сработало лучше любого алкоголя, ударило в голову, заставляя перестать быть таким осторожным, перестать слушать свой внутренний голос. Ведерко с мороженым они спихнули куда-то на пол, Риз не уследил, куда. Руки Джека внезапно оказались сразу везде, а сидеть у него на коленях оказалось неожиданно удобно. И Ризу нравилось видеть запрокинутое лицо Джека, когда он впутывался пальцами в его волосы. И очень понравилось, как вздрогнул Джек, когда он все же осмелился и провел языком по шраму, вспоминая полузабытое в пьяном угаре ощущение _другой_ кожи. Он ощущал странную, непонятную власть, ровно до того момента, как Джек уронил его на себя и не ослепил его одной из своих волчьих улыбок. - Ты сегодня смелый, детка. Мне нравится. Действуй! И Риз почувствовал, что краснеет, хотя ситуация уже и так была далеко не двусмысленная. Быть сверху оказалось иначе, более волнительно, более… Риз видел больше, а еще смог запустить руки Джеку под рубашку, ощущая на коже другие, обычно скрытые одеждой шрамы. Одежда Риза снова куда-то исчезла, как это обычно было, когда он оказывался слишком близко к Джеку. Это каждый раз выглядело как какая-то магия. После двух раз за день подготовка была ему почти не нужна, так что Риз опустился на член Джека, выдохнув сквозь зубы. Так проникновение было куда глубже, ощущалось ярче. - Ну же, детка, двигайся, не заставляй меня ждать. Ризу понравилось, насколько напряженным и тихим был голос Джека, и он начал двигаться сам, стараясь поменьше думать о том, что делает, как предлагает себя, практически без стыда. И все равно, ему нравилось видеть, как Джек стискивает зубы, как прикрывает глаза, как сжимает его бедра до синяков. Видеть, а не представлять. Это заставляло Риза гореть и плавиться в жидком огне, который Джек будто залил ему вместо крови, будто он поделился своим жаром. И в какой-то момент Джек все равно перехватил инициативу, положив руки Ризу на бока, заставляя его двигаться быстрее. Риз всхлипнул, упираясь рукой Джеку в грудь, чтобы не потерять равновесие, а потом не выдержал и провел рукой по своему члену, приближая свой оргазм… Они снова лежали на диване, Риз снова лежал на Джеке, по всей видимости, не причиняя ему неудобства. Свесившейся с края рукой, он чувствовал холодный бок ведерка с мороженым, лениво думая о том, что стоит убрать его в заморозку. Джек так же лениво поглаживал его по спине, перебирая пальцами позвонки. - Сегодня же не пятница? – голос у Джека был чуть хриплым, но отвратительно нормальным, в общем и целом. - Четверг, - Риз почувствовал, как Джек вздохнул глубже. - А если я устрою нам выходной? Риз фыркнул, чувствуя, что потихоньку замерзает. - А у тебя бывают выходные? Я думал, ты постоянно работаешь. Джек хмыкнул и слегка ударил его по затылку. - Умею отдыхать получше некоторых. И вообще, я же сказал, что мы празднуем! А значит, я могу устроить себе выходной. Риз пожал плечами, стараясь максимально залезть на Джека, который был горячим как печка. - Устраивай. Меня с работы никто не отпускал. Джек поднял голову Риза за подбородок, смотря ему в глаза. - Детка, я – твой самый-самый главный начальник. И я говорю, что завтра ты никуда не пойдешь. А еще лучше – не вылезешь из кровати, - Джек усмехнулся, наблюдая, как у Риза покраснели щеки, а потом уши. – Понял? Риз кивнул, а потом вырвался из хватки и улегся обратно Джеку щекой на грудь, слушая ровное биение сердца. Действительно, выходной – это было бы не плохо. Надо, конечно, убрать мороженое, надо хотя бы плед достать, а то становится холодно. Но Ризу было так абсолютно лень что-либо делать, что он предпочел просто закрыть глаза и отдаться на волю судьбе. *** Риз, в итоге, так и уснул на Джеке, забив на то, что стоило бы отписаться на работу, что большой и страшный начальник в приказном порядке посоветовал ему взять отгул. А наутро Риза резко выволокли из-под одеяла (как он оказался в постели, Риз не запомнил, а от мысли, что туда его перетащил Джек, становилось неловко), накормили завтраком из хлопьев и поставили перед фактом, что они с Джеком куда-то едут. Риз поперхнулся кофе и уставился на Джека, расслабленно развалившегося на стуле. - Мы куда-то едем? - Да. Что-то вроде каникул. Небольших, на пару дней. Я заслужил, и ты едешь со мной, детка. Риз выпрямился, отставил на всякий случай чашку с горячим кофе и посмотрел на Джека в упор. - Нет. Разноцветные глаза разом сощурились, а из позы ушла расслабленная лень, хотя Риз не заметил, чтобы Джек особенно шевелился. Риз понятия не имел, как Джеку это удается, но от того мигом повеяло угрозой и захотелось ссутулиться, сжаться, стать незаметней. - Прости, детка, я не расслышал или не понял – что ты сказал? - Я никуда с тобой не еду, Джек. Джек тоже выпрямился, и посмотрел на Риза долгим, немигающим взглядом. - Это с чего бы так, а, котенок? Риз глубоко вдохнул. - Мы не встречаемся, не… пара, так? Я вообще слабо представляю, что происходит, и это мне не очень нравится. Я работаю на тебя, ты приходишь… иногда. Но потом забываешь о моем существовании на недели. Я не уверен, что ты помнишь мое имя. Мы никто друг другу… И ты пытался меня убить. Я не поеду с тобой, Джек. Джек вдруг захохотал, запрокинув голову, и Ризу стало страшно обидно. - Так что, Риззи, ты обижен, что тебе уделяют мало внимания? – Риз открыл рот, чтобы возразить, но Джек не дал ему высказаться. – Ну, так вот твой шанс – я собираюсь украсть тебя на пару дней, но обещаю, уверен, что могу обещать, что не убью за это время и верну домой в целости и сохранности. Так что, ты едешь? Риз покосился на Джека – все еще во вчерашней, несвежей, испачканной рубашке, но уже снова впавшего в фазу веселости, и подумал, что, ну, в конце концов… Джек не дал ему определиться с выбором, просто дернул за руку, поднимая, и толкнул в спину, по направлению к комнате. - Короче, ты слишком долго решаешься, так что одевайся, и едем! Риз понял, что иногда просто не успевает за Джеком – ни вставить в его речь слово, ни отреагировать как-то на его действия. Так что он, вздохнув, полез доставать чистые джинсы, думая о том, что было бы, действительно, неплохо, для начала принять душ. Вону Риз звонил с неохотой, особенно неприятно было то, что Джек (все же позволив залезть в душ в гордом одиночестве) теперь таскался за ним по квартире, не оставляя одного нигде. Так что и звонить другу пришлось при нем. - Привет, бро… Мда… Нет, не то, чтобы что-то случилось, но, похоже, я к тебе завтра заскочить не смогу… А, нет, я не на работе… - Джек скривился, выразительно показывая, как ему отвратительны неуверенные отмазки Риза и то, что тому вообще нужно кому-то звонить и о чем-то предупреждать. – Нет, все в порядке, ничего не случилось… Правда, не случилось. Просто, кажется, я уеду на пару дней… Понятия не имею куда. Риз скривился, тоскливо вздохнул и покосился на Джека. - Да, с ним. Нет. Нет. Нет, не нужно. Джек заухмылялся и подмигнул Ризу, показывая, что прекрасно понимает, о чем идет разговор. Риз закатил глаза и постарался закончить поскорее. - Короче, я буду в порядке, правда! Я отзвонюсь тебе. Нет, только если не появлюсь через три дня… Да, пока! Риз с облегчением нажал кнопку отбоя, и Джек хмыкнул. - Детка, если ты не объявишься через три дня, то клянусь тебе, твое тело не найдут уже никогда! Риз убрал телефон в карман и пригладил волосы. - Это должно было меня утешить? Джек хлопнул его по плечу и потащил из квартиры. - Не, ни капли! *** Риз косился в окно, за которым мелькали деревья, поля и прочие успокаивающие пейзажи. Его они совсем не успокаивали, навевая стойкую ассоциацию с прикопанными в лесу трупами, но, тем не менее, Риз пытался хотя бы вникать в то, о чем говорил Джек всю дорогу. Несмотря на заявление о том, что это вроде как отпуск, Джек говорил о работе, и Ризу приходилось напрягаться, отвлекаясь от депрессивных опасений, копаться в памяти, потому что планшет с рабочими заметками остался дома, и отвечать Джеку, поддерживая разговор. Джек удовлетворенно хмыкал на ответы и предлагал все новые варианты улучшений, ставил новые задачи, видимо, требуя от Риза решения их прямо сейчас, желательно в уме, но непременно с разумными выкладками о возможности (или невозможности, но, по мнению Джека, такого варианта не существовало) реализации его идей. Риз подумал, что, в общем-то, в этот отпуск он уже напрягается по работе больше, чем мог бы, находясь непосредственно на рабочем месте. Наконец, Риз не выдержал: - Куда мы едем? Мы из города уже давно выехали… Джек усмехнулся. - Ты же не думаешь, что у меня есть только «Гелиос»? «Гелиос» – моя любимая берлога, но я, детка, охрененно богат. Очень богат. И очень крут. И мы едем ко мне на ранчо. Риз удивленно приподнял брови. - У тебя есть ранчо? - Ты прослушал? У меня много денег, и к тому же, была маленькая дочка. Я ответственный отец, между прочим, и ребенку был нужен свежий воздух. Так что да, детка, ранчо. Хорошее, оборудованное, уютное и комфортное, а главное – очень хорошо охраняемое ранчо! Риз покачал головой и пробормотал себе под нос: - Ранчо… Хм… И вздрогнул, когда Джек фыркнул - Чем-то недоволен, детка? И ничего не оставалось, как ответить - Нет, все окей, пусть будет ранчо. Как будто Риза кто-то спрашивал. *** Ранчо оказалось скорее загородной виллой с пристроенными конюшнями. В конюшне, как выяснилось, жила любимая лошадь Джека - Жопец? Ты, постой, ты серьезно назвал лошадь Жопец? Джек нахмурился и похлопал лошадку по шее. - Ну да, Энджел это дико злило! Риз неуверенно протянул руку и коснулся теплой, бархатистой шкуры. Он никогда не выезжал из города и был типично городским жителем, и теперь настоящая, живая лошадь его одновременно и пугала и завораживала. Она странно пахла, Риз не понимал, что она делает и почему внезапно может фыркнуть, обдав жарким дыханием лицо, но все равно выглядела… мило. Пока Джек не приобнял Риза сзади и не обжег ухо уже своим дыханием: - Спорим, ты никогда не трахался на лошади? Риз спешно отдернул руку. - И не собираюсь. Даже в теории это неудобно и звучит так, как будто я обязательно сверну себе шею. *** В целом Риз не мог избавиться от двойственного чувства. С одной стороны, все было слишком похоже на то, что его потащили на свидание, но это звучало настолько дико и бессмысленно, что Риз упорно игнорировал подобные сравнения, даже когда Джек беззастенчиво хвастался своими владениями. Тем более, что второе ощущение было гораздо больше похоже на правду – что Джек таскает его за собой, просто потому, что нуждается в слушателе. Эго Джека, было, конечно, до небес, как и склонность к пафосу и актерству, но, видимо, актерствовать с самим собой было неинтересно, и Риз заменял собой зрителей для Джека. Удивляло в этой версии то, что из всех возможных зрителей Джек предпочел именно Риза. Это вообще был день открытий. Джек умел готовить, и это была правда. Видимо, ранчо действительно было местом для уединения, потому что за все время Риз успел увидеть только пару служащих, и тех – вне дома, а в основном рядом с конюшней. Поэтому обед Джек готовил сам (хотя продукты, из которых обед готовился, были свежими, да и в самом доме была идеальная чистота, а это означало, что сюда все же заходят люди), и, Ризу пришлось это признать, готовил вкусно, настойчиво требуя восхищения в ответ. Ризу было не особо сложно это восхищение высказывать. А еще Джек был ниже Риза. Риз заметил это, когда они просто стояли на веранде рядом, и Риз, покосившись на Джека, осознал, что выше. И попытался понять, почему не заметил этого раньше, в конце концов, придя к неутешительному выводу, что не так уж часто _стоял_ рядом с Джеком, чтобы отметить эту разницу. К тому же, Джек подавлял, и Риз ловил себя на том, что сутулится рядом с ним. Наверняка, дело было именно в этом. И третье открытие заключалось в том, что, по всей видимости, Джек притащил Риза за город именно для того, для чего и озвучил – трахаться. По крайней мере, именно об этом подумал Риз, когда Джек внезапно дернул его на себя, хватая за задницу и вынуждая положить руки на плечи. Джек был горячим, слишком горячим в прохладном от кондиционера воздухе комнаты, и Риз подумал – какого черта он вообще поехал сюда? Но потом Джек поцеловал его, и Риз, уже привычно, послал логику и осторожность к чертям. Джек целовал его жадно, прикусывая губы, успевая лапать почти повсюду, и когда Риз отстранился, почувствовав, что начинает задыхаться, Джек прижался к его шее, почти вылизывая и болезненно кусая кожу. Риз был крепче, чем казался, но на шее и плечах у него слишком легко оставались метки, и Джек не мог удержаться, не раскрасив бледную кожу. Тем более, что Риз стонал, запрокинув голову и сжав руки на плечах Джека, и это, черт возьми, заводило, если бы не: - Детка, расслабься, это же не первый твой раз, какого черта ты такой напряженный? Риз не сразу смог понять смысл сказанного, смотря на Джека затуманенными глазами. Потом мотнул головой и пожал плечами. Джек подавлял, все равно подавлял своей безбашенной энергетикой, и расслабиться рядом с ним было сложно. Джек фыркнул, смотря в растерянные карие глаза и, наклонившись, закинул Риза на плечо. - Стой, что?!.. - Сиди тихо, детка, ты же сам не хотел секса в экстремальных условиях! Потом, уже после, когда Риз, уже не загнано дышащий, прижимался к теплому плечу Джека и думал о том, что нужно, жизненно необходимо выяснить у Джека, где в его доме находится душ, потому что засыпать, хотя и очень хочется, но явно не следует, ведь просыпаться в поту и засохшей сперме – это отвратительно, Риз еще и пытался понять, почему, черт возьми, он никогда не может отказать Джеку. В конце концов, он не отказал, когда Джек сбросил его на кровать, не отказал, когда Джек раздевал его, и не отказал, когда холодные от смазки пальцы проникали в него. Риз не отказал, наоборот – тянулся за новыми поцелуями, льнул к Джеку, потому что в этот раз Джек действительно был _терпеливым_. Риз уяснил себе, что секс с Джеком, вообще-то, не бывает без боли, просто она всегда забывается, теряется на фоне других ощущений, и еще до того, как Джек начал его готовить, Риз знал, что сам этого хочет. Риз знал, что поддается жару Джека, что отвечает на его поцелуи, что запрокидывает голову, подставляя под укусы шею, и что он хочет Джека, хочет, чтобы Джек заполнил его, потому что Джек, черт возьми, обязан что-то сделать с тем возбуждением, которое сам и разжег. И Риз, хоть и осознавал, что чем дольше и тщательнее Джек будет его готовить, тем лучше это для него, тем менее больно будет потом, но все равно скулил, покусывая Джека за пальцы, которыми тот зажимал ему рот. Риз не думал, что их кто-то может услышать – они, кажется, были одни во всем доме, и не думал, что Джек действительно хочет, чтобы он вел себя тише, наоборот, ему казалось, что Джеку нравится слышать его стоны и крики, но он думал, что для Джека заткнуть ему рот – просто еще один из способов показать свою силу и власть, а без этого Джек, кажется, не умеет уже даже дышать. Поэтому-то Риз нетерпеливо покусывал его пальцы, комкая в руках покрывало, потому что ему хотелось, чтобы Джек уже, наконец, прекратил возиться, потому что Ризу хотелось, Ризу очень, очень нужно было почувствовать Джека внутри – прямо сейчас! А Джек наклонился и хрипло проговорил Ризу куда-то в загривок: - Ты умеешь быть весьма развязным, детка! И от этого голоса по позвоночнику Риза пробежала волна горячего возбуждения, заставляя его дрожать. Джек вошел в Риза медленно, так, что Риз даже не думал дергаться и пытаться сбежать, он только тяжело дышал, закрыв глаза, и Джек даже дал ему несколько секунд привыкнуть, прежде чем сделал первое движение. И Риз выгнулся так, как сам не представлял, что способен выгибаться, ведь, в конце концов, Риз не особо спортивный. И, вероятно, в любое другое время, повторить подобный трюк точно бы не смог, но теперь он выгибался под Джеком, хрипло дыша, и запрокидывая голову, потому что Джек, наконец, бросил изображать из себя джентльмена и трахал Риза так, как тому хотелось в данный момент, почти проволакивая по покрывалу. Риз уже совсем не был скромным или скованным, он громко застонал, когда Джек вышел из него, чтобы развернуть к себе лицом, бросив спиной на кровать, вцепился в чужие плечи, когда почувствовал, как Джек снова заполняет его, и, сорвавшись, начал хрипло выстанывать имя Джека, отчего, кажется, у самого Красавчика Джека окончательно сорвало крышу, и он трахал Риза, до синяков впиваясь пальцами ему в бедра. Риз кончил, стоило Джеку прикоснуться к его члену, но еще вздрагивал, какое-то время, пока Джек не замер, что-то рыкнув и чувствительно укусив Риза за уже покрытое следами зубов плечо. И Риз был благодарен Джеку за то, что тот, выйдя из него, откатился в сторону, потому что Джек чертовски тяжелый, и когда он разваливается на Ризе, тому почти нечем дышать… Через вечность Риз набрался смелости и спросил, где можно найти душ, а Джек неопределенно махнул рукой куда-то в сторону. Риз сам нашел душ, а когда вернулся, понял, что ванная комната в доме явно не одна, потому что волосы Джека были влажные, и от него больше не пахло потом. Джек подозвал Риза к себе, и тот, вздохнув, забрался под одеяло, смирившись с тем, что Джек, наверное, просто не знает о том, что в его доме, наверняка, есть комната для гостей. Испачканное покрывало валяется на полу, постельное белье пахнет чем-то сладким, и под теплым одеялом, рядом с горячим Джеком, в прохладной комнате, надо признать, очень уютно. Риз уже закрыл глаза, потому что не так уж часто ему удавалось в последнее время нормально выспаться, когда Джек произнес, обращаясь, по-видимому, к потолку: - Знаешь, детка, пожалуй, я назначу тебя начальником отдела. Нда, твоего босса стоит перевести куда-нибудь, он мне надоел, но это я быстро организую. В понедельник примешь у него дела… И зайдешь ко мне, обсудим еще кое-что по мелочи. Риз приподнял голову. Было еще очень рано, даже не стемнело, но закатное солнце било в окна, окрашивая всю комнату в немного жутковатый розовый цвет. - Начальником отдела? Джек фыркнул. - Ты, все же, либо глухой, либо тупой. Я же сказал – начальником отдела! В понедельник, в восемь, будешь у меня. И постарайся это не забыть. И прежде чем Риз осмелился задать еще какой-нибудь вопрос, Джек приобнял его и закрыл глаза. - Заткнись, детка, я хочу спать. И Риз ничего не ответил. В город, к порогу дома, Джек вернул Риза утром в воскресенье, и Риз, покачиваясь от усталости, побрел к своему дому, думая о том, что ему, определенно, нужна спокойная, теплая ванна, которая, возможно, расслабит перенапряженные мышцы, ноющие бедра и саднящую при каждом движении шею. Но, тем не менее, Ризу казалось, что он хорошо провел время. И надо было не забыть позвонить Вону. И не забыть завтра прийти в кабинет к Джеку.