Killer Kisses

POV Охотница Эвелин

Мое сердце пропустило удар, и моя рука медленно опустилась с дверной ручки. Я повернулась лицом к приближающейся фигурой. — Пожалуйста, я… — Что ты делаешь? — Спросил он, более спокойным голосом, чем я могла ожидать. — Я думала, ты собираешься к Гарри… — я замолчала. Он посмотрел на меня сверху вниз. — Я как раз шел. Но вот я нахожу тебя, — показывает парень в мою сторону. — Найл, ты же понимаешь, что они собираются убить Гарри, не так ли? — я обернулась, чтобы видеть его полностью. Я продолжила. — Послушай, Найл, я знаю, что он относился к тебе несправедливо и ты злишься на него. Я понимаю. Но это не ты! Ты не похож на Босса или Эйса — ты лучше их! Ты хороший человек, независимо от того, сколько ты пытаешься отрицать это. Я видела доброту в твоих глазах, когда вчера ты обнимал меня, и я знаю, что это не было твоей миссией. Он продолжал смотреть на меня, его каменное холодное выражение лица, все труднее давало расшифровывать то, что он чувствовал. — Они собираются убить его, Найл! Я знаю, что ты этого не хочешь. Он обращался с тобой несправедливо, но ты не хочешь этого! Он даже не знал, что он делает, клянусь! Если бы ты только поговорил об этом с ним, все могло бы измениться. Пожалуйста, просто не обращай на меня внимания. Никому не говори, что я сбежала. Пожалуйста, Найл, я умоляю тебя, — мой голос был осипшим и болезненным. Я ненавидела такое звучание, настолько жалкое, но у меня не было других вариантов. Мои глаза начали печь от невыплаканных слез, когда я смотрела на него с отчаянием. Он уставился назад, наблюдая за мной своими большими глазами. После нескольких сердечных ударов, тишина была нарушена его резким вдохом. Он медленно выдохнул, отрывая взгляд от пола, чтобы встретиться с моим. — Спаси моего друга, Охотница. Я кивнула в знак благодарности, когда он развернулся и отступил в коридор, из которого он вышел. Когда он поворачивал за угол, я позвала его. — Найл! Он посмотрел через плечо. — Спасибо, — я смотрела на него с искренностью: — Я этого не забуду. Призрак улыбки затенял его черты лица, а затем она исчезла. Я вернулась к двери и потянулась, чтобы открыть ее, пока меня не поймают снова. Я повернула рукоятку, отталкивая ее незаметно, но неуклонно. То, что стояло за дверью, меня удивило. Это ведет к одному огромному заброшенному помещению. Освещение было тусклым, атмосфера была подозрительно жуткой. Потолок был, возможно, пятидесяти-футовым и из каждого уголка были лестницы, похожие на гигантские плетения металлической паутины. Как я и догадывалась ранее, это оказалось какой-то заброшенной фабрикой. Я резко выдохнула, когда захлопнула за собой дверь. Мои ноги наступали на бетонный пол, из-за чего по всему пространству разносилось эхо. Когда я проникла в комнату дальше, мои глаза бросились к пятифутовым бочкам, стоявшим в углу. Они были похожи на сосуды, в которых содержались токсичные отходы. Я сделала еще четыре шага и вдруг — застыла. — Где, черт возьми, она?! — Я услышала, как в коридоре раздался голос Босса. Блять. Голова вначале повернулась влево и вправо в поисках куда бы убежать. Казалось, двери внизу не было, кроме той, которая была прямо напротив меня. Я поспешила к черной, облезлой двери и распахнула ее, чтобы увидеть пустую кладовую для уборщиц. Я считала, что буду игнорировать его, и поднимусь по лестнице, но мои возможности были ограничены. Я слышала, как Босс по-прежнему вызывает суету снаружи и я почти чувствую, что он приближается. Я решила воспользоваться безопасным вариантом и прыгнула в кладовую, щелкнув затворенной дверью за моей спиной. Меня встретила тьма. Я прижался спиной к стене, соскользнув на землю, поджав колени. Крики Босса прекратились и не было слышно ни звука, кроме моего резкого дыхания. Единственный источник света был через замочную скважину, и даже это было не особенно ярко. Я подползла к нему, перебирая ладонями по земле. Я осторожно посмотрела в щель, пытаясь успокоить свое беспорядочное сердцебиение. В этот момент дверь, в которую я недавно вошла, распахнулась и ворвался Босс. Он был зол, и его лицо покраснело от ярости. Его зубы были сжаты, и, хотя я была слишком далеко, чтобы разглядеть, бьюсь об заклад, что его вены, а шее были более заметными, чем когда-либо. — Где ты, черт возьми, Охотница? — мне было так чуждо, что он обращался ко мне по имени. — Ты не можешь бежать вечно, я знаю, что ты где-то здесь, — его шея была вытянута, когда он внимательно наблюдал за тем, что его окружает. Я почувствовала, что мое сердце застыло и сдулось, как уколотый шарик, и проплыло сквозь мои ребра, когда взгляд Босса упал на дверь, за которой я пряталась. Нет, о, черт возьми, нет. Он начал приближаться к нему, каждый шаг притягивал меня ближе и ближе к смерти, как веревка Жнец. Я задержал дыхание, отступил от замочной скважины и прижался спиной к стене. Шаги становились все громче, прежде чем они и вовсе остановились. Заглушив свои крики тыльной стороной ладони, я увидела, как поворотная кнопка начала движение. — Босс! Я слышал что-то около лифта! — сказал Найл. Дверная ручка остановилась. — Хорошо, какого хрена ты ждешь? Беги за ней! — Не думаю, что я когда-нибудь слышала, чтобы Босс так сильно злился. Его спокойное, собранное самообладание, которым он обычно хорошо владеет, полностью перевернулось. Это расстраивало и, откровенно говоря, абсолютно ужасало. Я слышала удаляющиеся шаги от двери и осмелилась наклониться вперед, чтобы еще раз посмотреть в замочную скважину. Он торопился за Найлом, хлопнув дверью за собой. Все мое тело перестало быть натянутым, подобно струне, и я издала громкий вздох. Я подождала несколько секунд, прежде чем повернуть ручку и выйти. Не теряя ни секунды, я с трудом поднялась по лестнице и металлический звон, исходил из-под моей подошвы после каждого шага. Лестница привела к верхнему этажу, где была вся механика. Гигантские винтики и шестерни лежали на полу, огромные бочки разбросаны по комнате. Одна из стен была чисто из стекла, в результате чего солнечный свет просачивался сквозь цветущие тени вдоль металлических гребней. Было огромное количество платформ, зигзагов на разных уровнях выше меня, соединенных лестничными маршами, аналогичные тем, которые я только что миновала. И что теперь делать? Я совершенно не знала, куда идти дальше. Как мне выбраться отсюда? Я приблизилась к стеклянной стене, вскоре осознав, что на самом деле это было колоссальное окно. Я потянула за рычаг, чтобы попытаться открыть его, но оно было зажато. Мое тело было на высшей точке адреналина, заставляя мой мозг работать. В панической спешке я помчалась к одному из гигантских механизмов и обнаружила, что один из винтов вышел из строя — скорее всего, из-за его возраста. Я вытащила его и вернулась к рычагу. Я попыталась раскрутить его винтом, но безрезультатно. «Чёрт!» — раздраженно вздохнула я. Испробовав многие варианты, я врезала ногой в одну из стен. Штукатурка треснула и я встретилась с электропроводкой. Я вырвала первый шнур, который увидела, и использовала острую часть винта, чтобы разрезать его пополам. У меня был один конец с обеих сторон. Я дернула их за рычаг и, затаив дыхание, сжала каждый конец провода. Как я и надеялась, люминесцентная искра появилась, когда они соединились. Я держала их вместе, размещая их на щели рычага. Он начал сгорать. Рычаг ослаблялся, разрезая воздух, когда он опускался вниз. Однако, к моему абсолютному ужасу, это заставило окно подняться вверх, создавая самый оглушительный звук, ударяясь о верхнюю часть стены. Мое тело замерло, сердце пульсировало в грудной клетке. Я подождала несколько мгновений, не смея шевельнуться, когда смотрела на дверь, в которую я вошла. Ничего, кроме тишины. Пока я не услышала шаги человека, поднимающегося по лестнице. Дерьмо Было похоже, что тело наконец догнало мой разум, когда он вырвался из своего состояния, подобного трансу. Я бросилась к одной из бочек, опустившись на пол и прижавшись спиной к ней. Пока я ждала, я была на грани, чтобы разрыдаться. Мои легкие практически пылали огнем, а тщательный контроль собственного дыхания только добавлял топлива. Человек уже был в комнате. Я зажмурилась и сжала губы в надежде, что все это будет просто ужасным кошмаром, и я проснусь, чтобы снова вернуться к своей семнадцатилетней жизни, когда мои родители были живы и с ними было все хорошо. Я закричала, когда почувствовала, что мое плечо схватила чья-то рука.