Туман

*** Было около восьми часов утра. Уильям открыл дверь в комнату Марии, девушка всё ещё спала. Парень подошёл к её кровати и присел рядом. Он осмотрел её спящее лицо. Девушка спокойно дышала, её ресницы изредка дрожали во время сна. Уильям прикоснулся к бледно-розовой щеке девушки, убирая пряди волос. Вдруг раздался телефонный звонок. Уильям недовольно прокашлялся, стараясь всё-таки не разбудить Марию, и вышел из комнаты, поднося телефон к уху. — Я не успел соскучиться по тебе, будешь теперь мне каждый день звонить? — промычал Уильям, тихо закрывая дверь за собой. — Ты что собрался делать? — проигнорировал его Рэй. — Когда это мы успели перейти на «ты»? — Уил усмехнулся, облокотившись плечом на стену. — Ничего я не собираюсь делать, пока она сама этого не захочет. Да, я последний подонок, но и у падонков тоже бывают некие цели, противоречащие канонам, как раз я из таких. — Помнишь, мы сражались на шпагах. Тогда был только тренировочный бой, но я смог поцарапать тебя. Поверь, я могу покромсать тебя на мелкие кусочки, если ты поступишь неправильно. — Я знаю тебя, а ты знаешь меня: практически вместе выросли. Как думаешь, как я поступлю? Рэй всего лишь вздохнул и положил трубку. Уильям убрал телефон в карман и, расстегнув рубашку на рукаве, начал осматривать предплечья. На них были два шрама — их оставил Рэй, когда те были ещё детьми. В этот миг Уил будто бы почувствовал, как раны пронзает боль. Парень цыкнул и спустился на кухню — нужно было готовить завтрак. Некоторое время спустя проснулась и Мария. Девушку разбудил запах готовящейся еды. Она глубоко вздохнула, пытаясь вдохнуть лёгкими весь аромат. «Он умеет готовить? Было бы чудесно…» — подумала Мария, легко улыбаясь, но вскоре она опомнилась и слегка похлопала по своим щекам. Мария не хотела вылезать из-под одеяла, именно оно никогда не хочет выпускать тебя в этот ужасный холодный мир. Девушка пригрелась, и, если выбраться из этого тепла, — холод моментально оставит шлепок на коже. Вскоре солнце начинало светить в глаза Марии, и она была вынуждена встать. Погода в горах всегда непредсказуема: то дождь, то солнце. Девушка надела поверх ночной рубашки тёплый вязаный свитер шоколадного цвета с вышитым на животе оленем: нос у милого животного был красный. На ноги она натянула шерстяные тапки с помпонами. Мария подошла к обогревателю и выключила его, вскоре начиная потирать плечи, чтобы согреться. Окно покрылось мелкими капельками из-за контраста температур. По склонам гор медленно плывут облака, прикрывая уже серую траву, кое-где на них красовались зелёные сосны и ёлки. Редко-редко по небу пролетали птицы. Видимо, они потерялись, раз летят по такой глуши. Больше никакой живности здесь не было замечено. Практически мёртвая зона. Если Уильям хотел найти по-настоящему тихое и спокойное местечко, то это было идеальным. Мария наконец спустилась на кухню, но остановилась на последней и присела на корточки, разглядывая людей, которые сидели в большой комнате на белых диванах. Это были молодая девушка и какой-то мужчина. Они оживлённо обсуждала что-то, держа в руках белую чашку. Девушка как-то странно смотрела на Уильяма, а тот, как и всегда, раздевал её взглядом, отчего той становилось жарко. Вскоре они поспешно собрались и подошли к выходу. Мария положила руку на лоб, чувствуя себя глупым маленьким ребёнком, прячущимся от гостей. Мужчина вышел первым, а девушка шепнула что-то на ухо Уильяму и радостная вышла из дома. Парень обернулся и разглядел между перилами Марию. — Извини, ненароком подслушала разговор… Точнее подсмотрела. Слышать-то я ничего не слышала, — она поднялась со ступеньки, разгладив шерстяной свитер. — Я о таком даже не подумал, — ответил он и вернулся к кухонным делам. Мария села на белый диван. Она подложила руку под подбородок, поставив её на подлокотник, и уставилась на пейзаж за окном. Уильям в это время готовил что-то необычное — запах стоял на всю комнату. — А ты так и не закрыла дверь на ночь, — спокойно сказал парень, не отвлекаясь от готовки. Мария слегка покраснела. — Что же это… Забыла что ли? — девушка поняла, что отговорка вышла так себе, так как тот закивал, скрывая рукой лёгкую ухмылку на лице. Девушка провела ладонью по лбу, убирая волосы с него. Вскоре Мария зашла в саму кухню. Она не была очень большой: сделаешь четыре больших шага, и она закончится. У стенки стоял деревянный белый стол с тремя стульями. Напротив стола находилась кухонная утварь: тумбы, раковина, холодильник, плита, множество остро отточенных ножей, тарелки, ложки, венчики… Много-много всего. Видимо, Уильям очень любил готовить, раз кухня находилась в идеальном состоянии. Парень разложил всю еду, что приготовил, по тарелкам и поставил их на стол. Это были жаренный бекон, пара тостов, пожаренных на сковородке, яичница в луковых кольцах. Нечто схожее с английским завтраком. Пахла еда изумительно. Мария ненароком прикрыла рот рукой, чтобы случайно не пустить слюну изо рта — так всё аппетитно выглядело. — Конечно, я хотел тебя удивить, — начал Уильям, — и постичь глубины твоего желудка. Думаю, мне удалось, — мужчина довольно улыбнулся, скрестил руки и смачно хрустнул шеей, наклонив её влево и вправо. Мария взяла вилку и нож в руки и приступила к трапезе, и… Через пару мгновений еда исчезла с тарелки. Уильям, закрыв глаза, закивал, как бы подтверждая свою очередную победу. Девушка осмотрела руки Уильяма, а затем перевела взгляд на лицо парня, положив ладони на плечи и начиная растирать их. — Не знаю, чем ты думала, когда собиралась ко мне… Мой водитель свозит тебя в Канны сегодня. Займёт это около трёх часов. Там будет теплее, чем в Гапе, поэтому тебе будет комфортнее в такой одежде… У меня как раз появились неотложные дела, — Уильям убрал посуду со стола, залил её водой в раковине и, схватив куртку, висящую у входа, вышел из дома. Мария проводила его взглядом, не успев сказать ни слова. «Да что он вытворяет? Откуда в таком человеке столько заботы? А… Что за дела? Это как-то связано с теми людьми, которые приходили сегодня к нему?» — Мария прервала ход мыслей одной фразой, — «В последнее время я слишком много думаю, и это слишком странно для меня». Девушка встала со стула и скрылась в комнате. Вскоре к дому Уильяма подъехал водитель, мужчина лет пятидесяти. Машина, на которой он приехал, была чёрной. На нём были надеты белые перчатки и смокинг. Посмотрев на него, Мария почувствовала, как холодок пробежался по её телу: уж слишком легко он был одет для такого времени года. Мужчина стоял рядом с машиной, у задних дверей, и пристально смотрел на входную дверь. Мария ускорилась и быстро оделась. Вскоре вышла из дома, закрыв за собой. Мужчина осмотрел девушку, улыбнулся и поклонился. — Bonjour, madam. Je mʼappelle Roberto, — сказал мужчина, приложив руку к сердцу. Мария смутилась, поскольку совершенно не владела французским. Девушка начала быстро подбирать подходящие слова из тех, что знала. Всё-таки это же верх неприличия — не знать французский в избранном обществе. Она его знала: так, чтобы от неё просто отстали. — Je… Je ne… — кое-как Мария пыталась сформулировать фразу, однако водитель прервал её. — Dètendez-vous, je suis intellectuel comme vous, — сказал он, посмеиваясь и открыл дверь. Девушка скривила губы в нелепой улыбке, пытаясь дать понять, что на самом деле она всё поняла, и села в машину. Водитель хлопнул дверью и сел за руль. Хотя и была осень, Канны не пустовали. Множество людей наматывали круги по красивому городу. Водитель оставил девушку на одной из самых оживлённых улиц, где стояли небольшие магазинчики; он улыбнулся Марии, словно маленькому ребёнку, и сказал: «Cʼest moi endroit préféré». Она кивнула. Вскоре мужчина уехал, оставив девушку совсем одну (из-за своего страха толпы она старалась избегать больших скоплений людей; благо повезло, что сегодня был будний день). «Что ж, время для импровизации», — про себя сказала девушка и направилась в первый попавшийся магазин. Конечно, с тёплой одеждой были некие проблемы: скудновато, но всё-таки что-то да было. Но не стоит вдаваться в подробности этого дела. Набрав пару свитеров, к вечеру Мария освободилась, однако Роберто нигде не было видно. Да он и не обещал забрать девушку домой. Мария почесала затылок, обдумывая дальнейшие действия. Спрашивать что-то у прохожих по поводу автобусов было бесполезно: французский Мария знала слишком «хорошо», а балакать на английском… Французы издавна не любили англичан. И в этой ситуации импровизация не поможет. Девушка ещё раз прошлась по улице, разглядывая, что творится внутри кафешек, мимо которых она проходила. В одном она разглядела ту самую девушку, которая сегодня была у Уильяма. Она сидела одна, размешивая трубочкой какой-то коктейль. На её лице красовалась счастливая улыбка, будто бы произошло что-то хорошее. Вот именно «будто бы». Она была ненастоящей. Мария пожала плечами, она не особо разбиралась в лицах людей, в особенности — в эмоциях, вполне возможно, что она ошибалась, и пошла дальше. Сзади к девушке подъезжает уже знакомая машина и издает протяжный «би-иб». Мария оборачивается. За рулём сидел улыбающийся Уильям. В его взгляде снова таилось что-то, пытающееся раздеть девушку. Мария глубоко вздохнула от облегчения и села в машину Уильяма. — Дела? — спросила она, разглядывая щёку парня. Тот заулыбался ещё больше, но ничего не ответил. Уил вновь взглянул в глаза Марии, так, что девушка не смогла долго смотреть на парня. Она отвернулась, а её щёки покрылись румянцем. Уильям довольно улыбнулся и ускорился. Через три с лишним часа они вернулись. Уильям отнёс пакеты Марии в большую комнату, а сам ушёл в душ. Девушка села на диван с прямой спиной, положив руки на колени. Она уставилась на стенку, будто бы хотела оставить дыру в ней. Каждый вздох, каждый упавший на себя взгляд Уильяма волновали Марию, заставляя мозг отключаться. «Крики в голове… Они такие громкие. Не могу думать о чём-либо ещё. О ком-либо ещё…» — тихо произнесла Мария, а через некоторое время вновь повторила эти слова. Вскоре из душа вышел Уильям. Он осмотрел не прикрытую волосами часть шеи. — Сама с собой разговариваешь? Занятно, — пытаясь сдержать смех, сказал парень. Мария повернулась лицом к Уильяму. На его голове лежало пушистое, белое полотенце, по груди бежали редкие капли воды, спотыкаясь о шрамы. Девушка глубоко вздохнула, набираясь смелости. Она указала взглядом на место рядом с собой. Уильям сел рядом. — Расскажи мне о них, пожалуйста, — попросила Мария. Уильям засмеялся, отчего та ещё больше смутилась. — Ну на нет и суда нет! — возмутилась девушка, скрестив руки. — Я не об этом, — начал парень, — я практически не помню как их всех получил, — Уил взъерошил волосы на своей голове и положил руку рядом с бедром Марии. — Может… Тот, что на груди, мне подарил отец; пара на предплечьях — подарок друга детства, он порвал мою униформу, а дальше и так всё понятно; один на торсе — подарок… А, нет. Мы с отцом тогда пошли по горам, а я споткнулся и проехался животом по острым камням. Как же много крови было — в итоге пришлось даже зашивать. Остальных подробностей мне даже не вспомнить. Мария кивнула и посмотрела в глаза Уильяму, положив руки ему на плечи. — Я хочу поцеловать каждый шрам на твоём теле, — сказала она, не моргая. Улыбка с лица Уильяма пропала. Он явно ожидал услышать не это. Парень опустил руки на запястья Марии и резко притянул её к себе. — Тогда целуй, — холодно сказал Уил. Девушка улыбнулась и едва-едва прикоснулась к губам Уильяма. Парень не изменил выражение лица — он лишь смотрел на то, что собиралась сделать Мария. Губы девушки не отрывалась от кожи Уила. Они легко скользили по его шее, добираясь до первого шрама. Также Мария опустилась и к предплечьям парня, а затем добралась и до торса, медленно сползая с дивана на пол. Уильям осторожно взял её за волосы и направил взгляд на себя. — Сейчас ты заставляешь думать меня вовсе не о безобидных вещах. Каким же плохим я хочу быть сейчас… — парень хитро улыбнулся, проведя большим пальцем по нижней губе девушки. Мария поцеловала его палец. — Я же говорила тебе: «Всё, что угодно», — напомнила она. — Не мог поверить. — Так поверь мне. После этих слов Уильям резко притянул лицо Марии к себе и поцеловал её в губы. «Не жди от меня ничего хорошего», — пршептал он сквозь поцелуй. Мария хотела было ответить, но не смогла: её разум был полностью поглощён этим безумным парнем, и всё, что ей оставалось, — лишь отдаться ему полностью. Уильям опустил девушку на кофейный столик, задрав её блузку на спине, и тут же по её телу пробежались мурашки от холодного стекла. Он навис над Марией, начиная вглядываться в её глаза. Девушка глубже задышала. Она облизала обсохшие губы и на мгновение прикрыла глаза, чтобы приготовиться к продолжению. «Тебе понравится», — усмехнулся Уильям. Парень не стал церемониться уже с ненужной одеждой — он порвал блузку и провел рукой по оголённому животу, добравшись до хрупкой веточки ключиц. Большая ладонь обхватила тонкую шею Марии. Уильям прикоснулся носом к щеке девушки. Он вдыхал её запах, который медленными шажочками приближался к родному запаху. «Даже сейчас не получается, как бы сильно я этого ни хотел», — подумал Уил и улыбнулся.  — Мари, — вдруг заговорил он. Девушка посмотрела на шею Уила, стараясь прийти в себя. — Мне нравится, — засмеялся он. — Это такое странное чувство, когда становишься другим с каким-то человеком. Оно мне нравится. Мария снова хотела ответить, но Уильям заткнул её рот поцелуем, дав понять, что отвечать на это не нужно. Девушка закатила глаза и скользнула рукой по его спине. Уил довольно заулыбался и ловко проскочил рукой в синие брюки Марии, начиная натягивать уже влажное нижнее белье, держа его двумя пальцами за резинку. Тут же сердце девушки бешено заколотилось. «О боже… Да как такое могло вообще приключиться?» — задала себе вопрос Мария. Однако ответа он не требовал. Всё происходящее жаром отдавалось по её телу, и этот жар был слишком приятен: до покалывания в кончиках пальцев и в пятках. Уильям тем временем опустился языком по шее девушки, провёл им до самого пупка, начиная легонько щекотать его. Мария обвила дрожащими от возбуждения ногами прекрасное тело парня. Почувствовав дрожь, Уил нежно погладил бедро девушки, медленно переходя на внутреннюю часть, ближе к нижнему белью. — Ты ничего не боишься? — спросил он, всё так же хитро улыбаясь, будто задумал что-то. Не в состоянии ответить что-то внятно, Мария лишь помотала головой. Уильям прикоснулся губами к лобку, начиная целовать его прямо через трусики девушки. Мария схватилась за голову, убирая с лица мешающие пряди волос. На её лбу выступили капельки пота. Ей казалось, будто бы она выдыхает пар — так жарко ей было от всего происходящего. Уил медленно отодвинул трусики Марии и, пристроив её ноги на своих плечах, начал медленно входить внутрь. Девушка сильно зажала губу зубами, в внешних уголках глаз показались мелкие кристаллики слёз. Уильям опустился к лицу Марии и нежно поцеловал её в виски, стирая тем самым солёные капли. Он медленно двигался внутри, прижимая горячее тело девушки к себе. Мария хотела было оттолкнуть его из-за той сильной боли… Но с каждым мгновением она начала отступать, а на смену ей пришло нечто, срывающее крышу, и до неприличия приятное, отчего девушка больше не сдерживала сладкие стоны. Уильям шептал ей что-то на ушко, словно хотел поскорее совсем избавить Марию от неприятной боли. Именно в этот момент девушка почувствовала какое-то странное, ещё не совсем понятное, чувство счастья. И с каждой секундой оно становилось яснее.