Taste the love

«Какие бы испытания не готовила судьба, нужно всегда оставаться верным себе и своим принципам», - крутилось в моей голове на протяжении всей пресс-конференции. Я ёрзал на месте, устало потирая виски, никак не мог сконцентрироваться на задаваемых вопросах. Хёнвон сразу приметил моё состояние, было не трудно увидеть его то ли серьёзное, то ли грустное лицо с лёгкой ухмылкой на губах. Сложилось такое впечатление, что он на перёд знал о исходе нашей встречи. - На сегодня пресс-конференция окончена, господа, - учтиво поклонился директор нашего агентства. Фотографы ещё сделали несколько снимков и направились толпой к выходу. Я облегчённо вздохнул, эта пытка закончена, но предстояла не меньшая. Улыбнувшись краешком губ, я наблюдал, как оживлённо Михаэлла болтала с представителями другого агентства, как мило улыбалась ребятам и ощущала себя действительно на своём месте, чего не могу сказать о себе. Как же хотелось вырвать всё то прошлое, что хранилось глубоко внутри, вырвать с болью, с мясом, но не оставлять после ничего. Как же хотелось всё забыть, а самое главное – не чувствовать. Я ведь прекрасно понимал, что не смогу оставаться таким же холодным и непреклонным, стоит этим глубоким глазам взглянуть на меня, стоит ему лишь улыбнуться, и я опять пропал. Черт бы тебя побрал, Че Хёнвон. Ты себе не представляешь, насколько ненависть порой сильней всякой любви. Хёнвон стоял у черного входа возле мусорных баков и курил, прячась словно малолетка, боясь быть застуканным. Он лениво затягивался табачной дрянью, держа сигарету дрожащими пальцами. Замёрз же. - Долго ждёшь? – изначально хотел сказать какую-то колкость, но глядя на него не смог. Что-то болезненно защемило в груди при виде такого красивого, но уже давно не моего парня. - Нет, недавно пришёл. Хочешь? – парень протянул мне тлеющую сигарету, и я с удовольствием затянулся. Давно не курил. Как же это приятно: ощущать покалывающий холодок внутри. А у Хёнвона всё та же привычка: курить ментоловые сигареты. Как девчонка, ей Богу. Улыбнувшись про себя и сделав ещё пару затяжек подряд, я сбил пальцами пепел и отдал обратно. - Спасибо, - холодное и сухое, рассудок постепенно возвращался ко мне, спасибо за это. - Было бы за что, - парень сделал последнюю затяжку и, потушив сигарету, выбросил в один из мусорных баков. – Прогуляемся? - Давай, только не долго, мне нужно домой. - Я видел её, - Че горько улыбнулся, - красивая. Такая, как ты любишь. - Что? В смысле? - Ну как, темноволосая, с красивыми глазами и формами. Разве нет? - А, ты про это, - я пожал плечами, а ведь действительно, он был прав. Между Михаэллой и ним можно даже провести тонкую нить сходства: оба темноволосые, с выразительными глазами, пьяняще-милой улыбкой и светлой коже. Это клиника. Ты повернулся, Чон Дэхён. - Любишь её? - Люблю, - даже не обдумывая ответил, на что Вон только усмехнулся. - Правда? - Что за допросы, Хёнвон? Ты об этом хотел со мной поговорить? Если да, я не намерен обсуждать это, тем более с тобой, - слова резали без ножа, я чувствовал себя последней сволочью. Чтобы там не было в прошлом, у меня нет права так говорить с ним. - Нет, не об этом. Идём со мной, на улице прохладно, да и услышать могут. Известному айдолу не нужна же плохая слава, верно? – Че улыбнулся, и внутри опять что-то рухнуло, точно так же, как полтора года назад. - Идём, - я вздохнул, как можно тише, но тот ловил каждое моё движение. Каким было моё удивление, когда мы вернулись в нашу старую квартиру. И ничего не поменялось: всё те же светлые обои в мелкий цветочек, потёртый коричневый диван, мебель, наши фотографии и мои ключи, одиноко висящие в прихожей. Здесь пахло так, словно и не уходил, кофе и его любимыми ванильными булочками. Прикрыв глаза, я мысленно вернулся в то время, когда мы были вместе, как он встречал меня на пороге, весь измазанный мукой, явно пытался что-то приготовить, а потом мы заказывали еду из ресторана и валялись перед телевизором, смотря какую-то комедию. Так и засыпали, в объятиях друг друга. - Проходи, чувствуй себя… - Как дома? – перебил его я, всячески пытаясь не ухмыляться. Разувшись и скинув верхнюю одежду, мы прошли в гостиную, устраиваясь на том самом потёртом коричневом диване. Голова гудела, как после отвратной попойки, веки наливались свинцом, хотелось закрыть глаза и не открывать в ближайшие несколько часов, а потом проснуться, как после очередного кошмара. Проснуться и понять, что это был просто сон. Если бы. - Я закурю? – поинтересовался Че, вертя указательным и средним пальцами зажигалку, которую я подарил ему на День Рождения. И не выбросил же. Даже такая мелочь давит. - Пожалуйста. - Будешь? - Нет, спасибо, я всё же бросил. - Как знаешь. - Ты бы тоже не увлекался. - Волнуешься? Я не ответил, только склонился над коленями, упираясь о них локтями. Любой ответ мог хранить для него скрытый смысл. - Да ладно, забей, - поспешил добавить Че, вызвав тем у меня вздох облегчения. Парень открыл окно, впустив во внутрь поток вечерней прохлады и вновь закурил. Как же красиво он это делает. Ну точно, как девчонка. - Так о чём ты хотел со мной поговорить? – вопрос повторяется уже, наверное, третий или четвёртый раз за вечер, но, почему-то Вон упрямо не хотел на него отвечать. - Дэхён, я … Только пожалуйста, выслушай меня, ладно? Я молча кивнул. - Мне плохо без тебя, Дэ, очень плохо… - Хёнвон… - Подожди, ты обещал не перебивать. Я вновь кивнул. - Наше расставание было ошибкой. Вселенской ошибкой. Я такой дурак, я.. Я не могу без тебя жить, как бы пафосно не звучало. Мне больно дышать, горло, как раскалёнными щипцами сдавило. С тобой я был по-настоящему свободен, мне хотелось жить, с тобой я любил и был любимым. А сейчас всё не то. Я медленно схожу с ума, теряя над собой контроль. Хочется кричать от глупости и безысходности, но сил нет. Я не разлюбил тебя и не смогу. Миссия невыполнима, твою мать. Просто дай мне шанс, Дэ, дай мне шанс доказать подлинность своих чувств, дай мне шанс вернуть тебя. Обещаю, ты больше не разочаруешься. Хёнвон нервно курил, об этом говорил предательски-дрожащий голос, может быть, от вечерней прохлады, но мне хотелось верить в обратное. Он подносил зажигалку к уже второй сигарете, всё так же вертя её двумя пальцами. К аромату кофе теперь добавился – ментоловый. Это дурманило и расслабляло. - Хёнвон, понимаешь… Че докурил и уселся рядом, во взгляде было столько мольбы, что я сдался. Резко накрыв его пухлые губы требовательным поцелуем, слышал, как сердце упало куда-то в желудок, но отбивало с такой силой, что звенело даже в голове. - Дэхён, - выдохнул тот, когда мы оторвались друг от друга из-за недостатка кислорода в лёгких. - Молчи, - я вновь припал к его губам, прихватив в поцелуе нижнюю и слегка покусывая обе. До чего сладкие губы с холодящим привкусом ментола. Я схожу с ума. Чёрт, башка совсем не варит. - Но… - Я сказал, молчи. И вновь мы целовались, вновь тонули в собственном безумии, лаская друг друга языками, нежились в тёплых объятиях. Хёнвона содрогала мелкая дрожь, это не удивительно, ведь внутри меня трясло в разы сильнее. Он жался ко мне крепче, скользя холодными ладонями под футболкой. Я до боли прикусил его губу, сорвав полустон, теперь наш поцелуй обрёл металлический привкус, распаляя ещё большее желание. Кровь ядом пульсировала в венах, а от томной пульсации в низу живота становилось жарче и невыносимее. Я вновь хотел этого парня. Завалив того на спину, я припал к его шее, оставляя на ней влажные следы. Нежная, бархатная кожа сразу же покрылась мурашками. Он смущался, словно я целую его в первый раз. В какой-то степени так и было. Руки уже по-хозяйски бродили под моей футболкой и его рубашкой, ощупывая рельефные мышцы груди и сильную спину. Этого было мало. Как же мало. Ему. Как только он неуверенно положил ладонь на мой пах, меня, словно ледяной водой окатило, перед глазами появился образ Михаэллы, её притягательной улыбки и счастливо-сияющих глаз. Не смог, ведь всё то, что говорил мне Хёнвон, я мог точно так же сказать своей девушке, не ему. Да, я любил этого человека, но это было в далёком прошлом. Сейчас я другой и возвращаться к былому не намерен. - Прости, это была ошибка. Я люблю Михаэллу и хочу быть с ней. Прости, - сорвавшись с дивана, я быстро обулся, забрал с вешалки одежду и захлопнул за собой дверь. Нужно было убраться отсюда как можно быстрее. Я мчался к той, которую любил больше жизни, с которой хотел создать семью и состариться. - Скоро. Ещё немного. Подожди, милая, - шептал сбившимся голосом. Как вдруг раздался выстрел, и мир пред моими глазами померк.