Белая среди Чёрных

Всё свободное время Гермиона проводила в библиотеке за изучением старых книг по путешествию во времени. Она перечитала уже несколько десятков произведений про волшебников, которые перемещались во времени больше, чем на один день, но все случаи слишком сильно отличались от её — они перемещались максимум на неделю назад и сгорали на глазах у очевидцев, которые после их смерти и издали свои труды. Про странные родовые артефакты не было ни слова. За всё время после случая в каморке, Малфой и старший Блэк оставались наедине несколько раз.Через неделю Сириус позвал её ночью прогулять вдоль озера, на что Гермиона согласилась. Она видела, что Сириус относится к ней не как ко всем, совсем по-другому. Он всегда интересовался её мнением, самочувствием, учёбой. Блэк всегда предлагал ей помощь, заботился о ней. Никто так не волновался о Гермионе. Кажется, у неё начали просыпаться к нему чувства куда большие, чем обыкновенная симпатия. Малфой много времени проводила в компании Мародеров. Она, конечно, напрочь отказывалась учавствовать в их шалостях, но с радостью наблюдала, как они их готовят и придумывают. К тому же ей представилась возможность наблюдать за отношениями Джеймса и Лили. По началу Эванс краснела из-за обычных объятий Поттера, но сейчас, в середине весны, она не стесняясь, целовалась с ним в гостиной Гриффиндора. Люпин — голова Мародеров. Он хоть и был старостой школы, но не отговаривал друзей от шалостей, разве что от самых небезобидных. На Питера Малфой старалась не обращать внимания, так как боялась при разговоре с ним выдать очевидную неприязнь, но он и сам не рвался общаться со слизеринкой. Обычно Петтигрю сидел в стороне и с восхищением смотрел на своих друзей. Регулус знал о тёплых взаимоотношениях Гермионы и ненавистных ему гриффиндорцев. Ему было ужасно противно наблюдать, как она таскается вместе с ними в Хогсмид и смеётся над глупыми шутками Мародеров. Блэк один раз хотел запретить ей общаться с ними на правах будущего супруга, но понял, что тогда их и так неустойчивые отношения развалятся. Слизеринцу не хотелось прожить всю жизнь с девушкой, которая будет люто ненавидеть его. Сейчас Гермиона хотя бы не ходила постоянно с кислым лицом и недовольная жизнью. Пусть лучше так, чем будет скитаться призраком по замку.

***

Приближались экзамены у пятикурсников и семикурсников. Перед первым СОВ по Зельям в библиотеке сесть было некуда. Школьники судорожно перечитывала тонны книг, пытаясь хоть что-то запомнить. Гермиона вспомнила, как проходили её СОВ. Девушка прекрасно знала все предметы, но чувство страха заставляло её читать книгу за книгой, повторная материал. Все экзамены у бывшей гриффиндорки были сданы на «Превосходно». До ЖАБА у Малфой оставался ещё целый год. Она всегда мечтала сдать экзамены и пойти работать целителем в Мунго, чтобы помогать людям избавляться от недугов, как это делали её родители магглы. С ними у Гермионы были связаны исключительно хорошие воспоминания. Каждый день она вспоминала о них с улыбкой на лице. Эти люди хоть и не были волшебниками, но сделали из девушки именно того человека, каким она сейчас является. Без матери она бы не смогла так полюбить книги и учебу. Джин Грейнджер очень любила свою дочь и покупала ей парочку новых книг каждую неделю. Гермиона была очень благодарна матери, что та смогла влюбить её в чтение. Мистер Грейнджер, в свою очередь, учил дочь всегда быть сильной и никогда не сдаваться. После работы он старался проводить с ней как можно больше времени. Он сыграл огромную роль в формировании характера Гермионы.

***

Регулус и Рудольфус сидели в своей комнате вдвоём. Рабастан отсутствовал по неизвестным никому причинам. Последнее время он всё чаще стал прогуливать уроки и появлялся в своей комнате только поздней ночью, а покидал её ранним утром, когда его соседи ещё мирно спали. — Скажи, Регулус, — начал Лестрейндж, — как ты относишься к Темному Лорду? Блэк едва не подавился воздухом. Рудольфус никогда не проявлял интерес к Волдеморту, этим славился его младший брат, либо же он просто тщательно это скрывал и не хотел афишировать. — Его идеи о чистоте крови имеют место быть, но Беллатриса мне ещё летом случайно проболталась, что сам Лорд — полукровка. Руди заметно изменился в лице и больше не стал донимать Блэка.

***

— Мистер Поттер! — недовольно воскликнула Минерва Макгонагалл. — Я не могу постоянно идти у Вас на поводу и потакать вашим глупым затеям. — Ну профессор, — Сириус, стоявший рядом с ним, состроил щенячье глазки, — это наш последний год в школе. Хогвартс должен нас запомнить на хорошей ноте. Кажется, очарование Блэка подействовало даже на строгого декана Гриффиндора. Она перевела взгляд на директора. Дамблдор хитро улыбнулся и кивнул в знак одобрения. — Что же, Мистер Поттер и мистер Блэк, — Минерва сжала губы, — я даю вам согласие на проведение ваших танцев, но только никаких спиртных напитков, и всё будет проходить под моим чутким руководством. — Есть, мэм, — друзья шутливо отсалютовали декану своего факультета и поспешили покинуть кабинет директора, чтобы она не успела передумать. — Хогвартс станет совсем другим без этих ребят, — обратилась Макгонагалл к Дамблдору. — Не стоит растраиваться, Минерва. Рано или поздно их дети придут к нам, и я уверен, наведут здесь не меньше шороху.

***

Наступил день вечеринки. На неё были приглашены ученики с пятого по седьмой курс. Учеников младше решили не пускать, дабы не устраивать «утренник в детском саду» по словам Сириуса. Макгонагалл одобрила эту идею, ибо считала, что нечего младшекурсникам присутствовать на таком мероприятии. Большой Зал украшали лично Мародеры. Этот день им хотелось запомнить на всю жизнь, ведь школьные годы подходят к концу, послезавтра у них пройдет первый экзамен ЖАБА по трансфигурации. Мародеров за семь лет сплотила очень крепкая дружба, но даже они понимали, что после школы не смогут общаться, как раньше. Каждый пойдёт своей дорогой. Заведёт семью, устроится на престижную работу. Они будут лишь иногда собираться вечерами и вспоминать с грустью в глазах былые времена. Их беззаботное детство заканчивается, наступает взрослая жизнь. За стенами замка идёт нешуточная война. Все они, выйдя из этого замка, будут находиться в опасности. Но сегодня не тот день, когда стоит унывать. Сегодня все старшекурсники веселились. На столиках стояло много еды, питья. Мародеры таки ослушались своего декана и протащили пару бутылок огневиски на праздник. Макгонагалл заметила слишком веселое настроение Мародеров, но решила не портить им праздник своими нравоучениями, ведь если за годы их пребывания в Хогвартсе она не смогла их остепенить, то точно не сделает этого за один вечер. Гермиона также решила посетить прощальную вечеринку гриффиндорцев. Она танцевала и веселилась вместе с ними. Никогда её жизнь не была такой легкой и беззаботной, как сейчас. С Гарри и Роном они постоянно влезали в какие-то неприятности, времени на отдохнуть и повеселиться не хватало катастрофически. Сириус позвал Малфой на медленный танец, и она решила не отказывать ему, даже не смотря на то, что танцующих пар было немного, и на них смотрел весь Зал. Гермиона не знала, когда в следующий раз увидит Сириуса и увидит ли вообще? Блэк поделился со слизеринкой, что после сдачи экзаменов собирается уехать в дом к покойному дяде Альфарду. Всё своё имущество он завещал любимому племяннику за что получил гнев Вальбурги и даже лишился почетного места на семейном гобелене. Джеймс танцевал с Лили. Он нежно прижимал Эванс к себе и смотрел на неё влюблёнными глазами. Для этих молодых людей не существовало никого, кроме друг друга. Видел бы Гарри своих родителей сейчас. Римус танцевал с какой-то незнакомой Гермионе гриффиндоркой. Знал бы он, что его шестилетняя судьба сейчас сидит дома и играет в игрушки. Малфой невольно улыбнулась своим мыслям. Как же по-разному сложится судьба у этих ребят. — Гермиона, — нежно позвал её Сириус, — обещай, что будешь писать мне каждую неделю и иногда приезжать в гости, — он смотрел на девушку серьезно, не отрывая глаз. — Буду стараться, — заверила Малфой. В этот момент она старалась не думать ни о ком, кроме новых друзей, хотя и понимала, что Регулус вряд ли будет рад их общению и перепискам. Сириус таки сумел подавить в себе чувства к Гермионе или же просто тщательно их скрывал. В глубине душе он не переставал надеяться, что когда-нибудь он станет по-настоящему счастливым, если не с этой девушкой, то с какой-нибудь другой.