Сделка с Дьяволом

Габриель неподвижно стоял над длинным письменным столом из черного дерева, стараясь не дышать холодным воздухом, который уже несколько часов как гулял по кабинету. Бесполезно. От этого он только сильнее задыхался. Казалось, что в воздухе до сих пор висит едкий запах крови, хотя кабинет короля несколько раз отмыт до блеска и проветрен до маленького озера дождевой воды под окном. Дождь то усиливался, то прекращался, то переходил в грозу, то в мелкую морось. Воздух был просто пропитан влагой, хотя Габриеля не волновало то, что от лужи под столом старое дерево может вздуться. Это, вообще-то, было последним, что его должно волновать сейчас. Стена была пустой. Она, впрочем, никогда особо не пестрила полотнами, портретами, коврами и чучелами, как другие помещения Альма Аркила. Балор не любил лишние элементы декора в месте, где он работал. Но сейчас она была слишком пустой. Лишь два торчащих штыря из рельефной кладки камней. И никакого меча, уготованного ему с рождения. Дрожащие пальцы сжались в кулаки, и парень позволил себе вобрать в легкие чуть больше воздуха. Чуть не задохнулся от тошнотворного стального запаха. Габриель развернулся спиной к столу и лицом к двери. Кабинет чистый, будто в нем не лежало три окровавленных трупа еще утром. Теперь он принадлежит ему. Полностью. Сколько лет он этого ждал, сколько лет готовился… а когда получил его, то он не может в полной мере ощутить этого. Какая-то преграда стояла между ним и этим местом. Габриель коснулся пальцами золотой короны на столе, ощутив подушечками рельеф холодного металла. Она еще не полностью его. В голове мерзким паразитом засели мысли: а прав ли он? А верные решения ли он принял в своей жизни? Он отгонял их от себя. Разумеется, верные. В любом случае, колебаться уже поздно. План воплощается в жизнь, и нет времени медлить и сомневаться в своих решениях. Он вздрогнул, когда в помещение без стука вошел высокий мужчина. Незнакомцу за его неопрятный вид нельзя было простить бесцеремонное поведение — можно было лишь прогнать бесстыдного попрошайку, который неизвестно как пробрался аж в кабинет короля в Альма Аркиле. Мужчина перед ним был худ и бледен, а новый, явно чужой пиджак был ему не по размеру и свисал, как бесформенные черные пакеты. Галстук не завязан, между короткими для его роста брюками и развязанными туфлями сияли бледные тощие щиколотки, напоминая куриные лапки. Впрочем, его одежда не была самой небрежной деталью его образа. Бесцветные волосы — жесткие, как солома — свисали на худое лицо, и по виду можно было сказать, что они не видели расчески уже месяц. Но лучше уж растрепанная солома на голове, чем вид его лица целиком — область глаз была исполосована белыми шрамами, а меж розоватых век с бесцветными ресницами на Габриеля смотрела пустота белка. Точнее, он знал, что радужка и зрачки у мужчины есть, просто совершенно обесцвеченные до легкой красноты, но издалека казалось, что на месте глаз у него были пустые белые глазные яблоки. Незнакомец закрыл за собой дверь и тонкими паучьими пальцами потянулся к развязанному галстуку. Габриель тут же опустил голову и приложил руку к груди, кланяясь перед вошедшим. — Отучивайся кланяться, Габриель. Ты без двух дней король, — ухмыльнулся мужчина. — Прошу прощения, Замэлл, — парень чуть покраснел, но выпрямился. Несмотря на свой потрепанный и неопрятный вид, мужчина двигался ловко и изящно, быстро завязывая галстук привычными движениями и расхаживая по кабинету короля. — Ужасные условия у вас в темницах. Кормили бы хоть регулярно… — Это — темницы для преступников, ожидающих допроса. Разумеется, их не станут уподоблять шикарным апартаментам… — Могли бы и сделать исключение, — усмехнулся Замэлл. Его пустой взгляд скользил по ценным артефактам, лежащим на столах и полках, но ни один из них не вызывал у него интереса. Наконец он перевел его на Габриеля, который тут же напрягся. — Никаких известий от разведчиков? — Ничего важного. Трое, что догнали Михаила, упустили его, а один из них получил серьезные травмы головы, так что вместо поисков им пришлось срочно отнести его к лекарям. Подозрения, что хранитель Тени утонул, не оправданы — его видели вместе с Михаилом в паре километров от замка. — Ну конечно, как эти тупицы могли подумать, что хранителя Тени убьет вода, — Замэлл чуть нахмурился, но это было слабо заметно на его исполосованном шрамами лбу. — А тех троих, что упустили Михаила, следует немного отчитать за неисполнение приказа… — Да, господин. — Значит, ты был прав. Эти двое действительно могут быть в сговоре, — продолжил мужчина, сложив руки на груди. — Вот уж чего я не мог ожидать… Габриель напряженно наблюдал за тем, как Замэлл задумчиво расхаживает вдоль стола для переговоров. Он был готов вслушиваться в каждое слово, произнесенное этим мужчиной, ждал новых указаний, но в то же время боялся его торопить. — А это может быть интересно, вообще-то, — вдруг заулыбался Замэлл. — Но придется кардинально поменять наши планы… — Какими будут ваши указания? — Пока что… ничего особого. Все по-старому, — он развернулся к Габриелю. — Желательно избавиться от твоего брата поскорее, чтобы он совсем не порушил наши планы. — Избавиться?! В смысле… — ужаснулся Габриель. — В прямом. Очевидно, что Свет по какой-то причине предпочел его тебе. Мы не можем начать гадать, почему это произошло, но логично, что если других вариантов не будет, то Свет перейдет к тебе. Так? — Так, но… — Понимаю, что Хранителя убить сложновато… но ведь не невозможно. — Но ведь… — Габриель нервно фыркнул, догоняя Замэлла. — Я понимаю вашу позицию, но не стоит быть столь категоричными. Я знаю его лучше. Да, Михаил дурак, но преданный дурак. Он не пойдет против своей семьи. Он нам не преграда, я даю слово. — И что ты предлагаешь? — Я хочу поговорить с ним. Я уверен, он все поймет и перейдет на мою сторону. Да это проще простого, ведь он верит, что демоны вырезали его город и мать… Михаил не станет их защищать, я уверен. — Ну смотри мне, — Замэлл прищурил свои бледные глаза. — Сейчас факт остается в том, что он сбежал вместе с Хранителем Тени, и никто не знает, что может выйти из их союза. Может, Михаил похитил демона, а может, демон его похитил. Мы не знаем. Но так уж и быть, оставлю на твое усмотрение методы решения этой проблемы. — Благодарю вас… — Но помни: мальчишка должен быть на нашей стороне. Он забрал то, что принадлежит тебе, и ты должен это вернуть. Любой ценой. Ты меня понял? — Да, господин. — Надеюсь, ты не дашь слабину в последний момент, — фыркнул мужчина. — Сентиментальность — совсем не то, чего я ожидал от нашего будущего короля. Габриель почувствовал жар в щеках, но не ответил ему. Вдруг из-за двери выглянула голова стражника. Габриель кинул на него раздраженный взгляд, но вдруг заметил, как напуган был человек, и что одежда его была частично порвана. — Господин! Мы нашли того самого демона! — выдал он. — Хранителя! Габриель посмотрел на Замэлла с явным испугом и удивлением, будто бы тот мог объяснить ему, как это произошло. Неужели стража все же работает исправно? Мужчина лишь слегка приподнял брови. Но затем он повел рукой в сторону двери. — Иди. Выполняй свою работу, король Солеон. Габриель кивнул, ответственно распушив крылья. Он тут же застегнул камзол и потянулся к висящей мантии на стуле. Но вдруг его рука дрогнула: воротник из соболиного меха был чуточку испачкан в крови. По плечу прокатилась слабость. Преодолев ее, он крепко схватил мех, накинул на себя мантию и быстро вышел из кабинета. В центре тронного зала на коленях стоял знакомый демон. Впрочем, стоял — слишком грубое слово. Демона окутывали цепи из святого металла, руки были связаны за спиной и цепью крепились к крупному ошейнику на его шее. Он шипел, извивался, бранился и рычал, пытаясь подняться на ноги, но его то и дело дергали за одну из четырех цепей, чтобы он терял равновесие и падал обратно на пол. Судя по порванной одежде и кровавым ссадинам на стражниках, которые его окружали — им вовсе не просто далось заковать демона. Габриель снисходительно фыркнул. Как же преобразился демон от того, что его приперли к стенке. Горделивое выражение на его бледном лице сошло, уступив место яростной гримасе. Черные волосы растрепались, одежда порвалась и пропиталась кровью — непонятно, его или чужой. Демон окатил грязной бранью стражника, который достал из углей раскаленный прут, и поджал хвост, готовый к боли. Вот и открылось истинное лицо короля Хазамы — не зря в народе его нарекают Дьяволом. Солеон поднялся по ступеням к престолу. Но над позолоченным креслом он задержался. Почему все ощущается таким… неправильным? Трон был пуст, но его не покидало ощущение, что на нем сидит кто-то другой. Габриель раздраженно качнул головой, отгоняя странные мысли, и решительно опустился на трон. Демона перед ним полоснули раскаленным прутом, отчего он наконец затих. На Габриеля уставились два пронзительно-зеленых глаза, пронзая его насквозь, будто булавка бабочку. Парень оправил крылья и откинулся на спинку. — Миедо Эри Акиро. Король Хазамы, Хранитель сущности Тени, — Габриель пренебрежительно фыркнул, будто с несмешной шутки. — С самого начала ты произвел впечатление высокомерного лицемера, который вознамерился воспользоваться простодушием Балора, чтобы воплотить в жизнь свои низкие темные планы. Как же хорошо, что теперь тебе некого водить вокруг пальца. Лицо Тецу исказил ироничный оскал. — Согласен. Что толку таскать за собой трупы Солеонов? — прохрипел он. Габриеля охватило такое отвращение к словам этой твари, что в глазах потемнело от ярости. Он сжал пальцами подлокотник трона. Сглотнул слюну и взял себя в руки. — Ты мерзкая тварь… — прошипел он сквозь зубы. — И как ты еще не понимаешь, за что вас так презирают?! Накажите его! Демона тут же притянули за цепь и полоснули раскаленным прутом. Шипение демона слилось со звуком шкварчащего мяса на спине, и Тецу с силой дернул цепи. Габриель старался держаться прямо на троне, несмотря на все отвращение к происходящему. Когда, наконец, демон затих, он вновь вобрал воздуха в легкие. — А теперь отвечай мне прямо. Где Михаил, и что вы задумали с моим братом? — прищурился он. — Михаил… Солеон? — демон скривился. — Мне откровенно насрать на какого-то беглого мальчишку. — Ох, неужели? — протянул парень, чуть наклонившись вперед. — А вот мне так не кажется. Вас видели сбегающими из замка вместе. К тому же, ты общался и с Эвелин до того, как ее увезли в замок Эмбарго Роус — значит, у вас и с моей сестрой есть какие-то секреты? И только не пытайся отрицать, что вы все вместе проводили все время, пока отсутствовали мы с отцом. Как раз достаточно, чтобы ты успел набить голову моего наивного младшего брата своим мусором. Если бы не ты… он бы не вел себя так глупо. Тецу слегка удивленно приподнял брови, выслушивая самозванца. — А теперь отвечай: в чем ваш план? — настоял Солеон. — Наш план? — протянул Тецу, хитро прищурившись так, будто знает он больше, чем собирается сказать. — Как наивно, Солеон… — Не уходи от ответа! Где ты покинул Михаила? Или это он тебя прогнал? Куда вы направлялись? Или же вы просто сбегали? Какие у вас отношения с моей сестрой и о чем вы говорили тогда, перед церемонией? Тецу нарочито медленно урчаще рассмеялся, растягивая тишину и довольствуясь тем, что его слушает каждый в этом зале. Габриель напряженно вцепился взглядом в его лицо, дожидаясь, пока демон переведет дыхание и произнесет: — Ты должен быть полным идиотом, чтобы не понимать, что благородный Солеон отправился спасать свою младшую сестру, — снисходительно отозвался Тецу. — Это у вас в крови — принцесс спасать из замков… — Хватит фамильярничать! — воскликнул Габриель. К демону вновь поднесли прут, но Габриель движением руки остановил их. — Получается… Михаил сам, добровольно, без нашего сопровождения… Просто отправился прямиком в логово охотников? Тецу поиграл бровями. — Таки он правда идиот, — вдруг рассмеялся парень. — Ты уверен? — Думаешь, я в той ситуации, чтобы лгать тебе? — Кто вас знает, демонов… — Габриель задумчиво опустил взгляд в пол. Он уже вобрал воздуха в легкие, как вдруг на его плечо опустилась рука Замэлла. — Отправляйтесь в замок, — тихо попросил он. Густые брови Габриеля вскочили. — Что? Но разве я не должен оставаться тут и исполнять свой долг короля? — прошептал он. — Ты пока еще не король, — напомнил мужчина. — Но будешь. Если сделаешь так, как я тебе говорю. За Альма Аркилом есть кому присмотреть. Габриель был глубоко поражен просьбой Замэлла, но он не стал спорить. Он уже убедился в великолепном стратегическом мышлении главаря охотников, и потому глупо будет ему противоречить в столь сложных вопросах. — Уведите демона в темницы, — приказал он. — И найдите ему перевозку покрепче. В чем вы там обычно возите пленных демонов? Подготовьте самую лучшую из них, облейте водой пообильнее, да найдите ему стражу поопытнее — желательно, если кто-то из них будет магом. Вас отвезут в замок Эмбарго Роус в кратчайшие сроки. И с вашей стороны будет разумным не выказывать никакого сопротивления. Возможно, наш господин даже проявит милость и согласится сотрудничать с Вами… — Какая же это честь, — изрек демон с ядовитой иронией, оскалив зубы. Его тут же дернули за цепи. Габриель же презрительно прищурился. — Возможно, для Замэлла вы — весьма важная персона, — прошипел он сквозь зубы. — Но в моих глазах вы, демоны, все одинаковы. Не может быть высших или низших — вы все падшие твари и не заслуживаете иного обращения, — он кивнул, и Тецу вновь полоснули раскаленным металлом, на этот раз с особой жестокостью. Демон зашипел и попытался отстраниться, но его дернули обратно, и металл скользнул по его коже через всю его спину. Запахло жареным мясом. — Знай свое место, урод. Демон с ненавистью смотрел на Солеона из-под нависших на лицо длинных волос. Его вновь дернули, вынуждая подняться на ноги, но он потерял равновесие и шлепнулся на пол. Кто-то отдавил ему кисточку хвоста. Габриель откинулся на троне, видимо, наслаждаясь своей властью над демоном. Наконец его вывели из тронного зала. Оказавшись за дверьми, Тецу наконец выпрямился и откинул волосы с лица. Стражники шли впереди, ведя его следом за собой вниз по лестницам, иногда дергая за цепи, чтобы демон ускорил шаг — хотя он и не отставал. Он медленно и тихо вздохнул, смакуя вкус собственной крови на языке и сладкий привкус везения. Губы сами собой растянулись в ликующем оскале. Все идет просто отлично.

***

На следующее утро два охотника спускались по лестнице вниз в темницы. Шли они молча, погружаясь в сырость и темноту все глубже. У любого бы в душу закрался ужас в этот момент, особенно зная, что ждет его в глубине темницы — но только не у них. Один из охотников тащил на спине колодки с цепями, а у второго за пояс была заткнута бутылка с водой. — Я все же понимаю, вы для этого задания отбираете самых лучших, вы несомненно разбираетесь в этом и понимаете, но… Вы уверены, что она компетентна? — вдруг неуверенно подал голос охотник, что позади тащил на себе колодки. Голос прокатился эхом по узкой винтовой лестнице. — В конце концов, она была здесь еще во время правления Балора, и нельзя рассчитывать на ее верность… Она может захотеть отомстить за своего короля. — Я тебя умоляю, Том! — расхохотался мужчина, который смело первым ступал в темноту. — Это же ведьма, а у них нет такого понятия, как верность. Она и нам не будет верна, уж поверь. Но она будет нас бояться. Она будет знать, что, если что-то нам не понравится в ее работе, ей мало не покажется… А это намного надежнее, чем какая-то верность королю! — Ладно уж, — нахмурился Том. — Я вам верю. Они наконец достигли какой-то комнатки — еще не темницы. Тут проводили свое время стражники, играя в карты между сменами. Стены были увешаны доспехами и оружием. Но, вопреки ожиданиям, вместо стражников тут находилась одна-единственная ведьма, облаченная в черное платье и зеленую накидку с цветами. Помимо нее на своих постах не находилось ни одного охранника — что, впрочем, и не было необходимым, так как половина пленников была освобождена, а другая половина — сбежала через разрушенную стену. Ведьма отвлеченно поправляла свои короткие медные волосы, не обращая внимания на вошедших, и старательно подводила черным карандашом большие глаза. — Эй, ведьма! Следуй за нами, — окликнул ее стражник. Девушка скользнула по ним своим острым взглядом и вновь опустила его к зеркальцу. — У меня вообще-то есть имя, — напомнила она, продолжая подводить глаза. — Не очень культурно с вашей стороны так обращаться к женщине. Говорю это в последний раз: мое имя Сая, и если вы продолжите обзывать меня «ведьмой», ваш пленник случайно сбежит ночью и перережет вам всем глотки. — Ха-хах, какая смелая! — фыркнул стражник. — Если демон «случайно сбежит», то мой топор «случайно соскользнет на твою шею». Сая, сглотнув, все же закрыла зеркальце и положила его в сумку на бедре. — Будешь приглядывать за демоном. И чтобы без глупостей, ладно? А то прошлая ведьма припахала крыс сторожить пленника, так они его и сожрали с потрохами… — Без проблем, — улыбнулась девушка, последовав за стражниками. — Так… где же этот ваш демон? Жду не дождусь встретиться с настоящим Хранителем Тени… Вы себе представить не можете, как долго я ждала подобной чести! — Болтай поменьше, — посоветовал стражник. Шли они еще минут десять, пока не достигли самой глубины подземелья. Тут находилась лишь одна дверь. Охотник остановился у стальной двери, нашел ключи и открыл ими дверь. Он впустил ведьму первой. Девушка осторожно переступила через порог, привыкая к потемкам и чуть щурясь. Стражник поторопил ее, впуская за собой второго стражника с колодками. В подземелье все камеры были разрушены. Кроме одной. Из нее на ведьму сверкнули два зеленых хищных глаза. — Демон! Это твоя новая стражница, Сая. Привыкайте друг к другу, что ли, — сказал один из охотников. — С ней тебя сторожить по пути буду я, Валис и Ричард. Пленник в глубине своей клетки мурчаще усмехнулся. — Ах, мне так приятно наконец познакомиться со своими стражами, — сладко протянул демон, поднимаясь с места и приближаясь к решетке. Он буравил ведьму взглядом так, что на несколько секунд в ее мире перестало существовать абсолютно все, кроме этих двух зеленых огоньков в темноте, разрезанных острым зрачком. — Ну как жизнь… — он прильнул к решетке, — Сая? Ведьма сглотнула, попятившись обратно к входной двери, но ее впихнули обратно. — Это… немного не то, чего я ожидала… По взгляду демона она читала: одно лишнее слово, и он со связанными руками вытащит ее хребет. — А что ж ты думала? Котенка послушного тебе вручаем? А нет же! Этот тебе легко глотку перегрызет, поэтому позаботься о том, чтобы не умереть самой, не дать ему навредить другим, и не убивай пленника! — И как я это сделаю? — возмутилась ведьма. — Не моя забота. Ты сказала, что компетентна для этой работы, так позаботься о том, чтобы выполнить все правильно. Никто не говорил, что будет просто, — на пол опустили тяжелые колодки с цепями. Взгляд демона скользнул по ним с опаской. — Обездвижь его! Ведьма сглотнула. Что ж — она сама напросилась…

***

Скромный, молчаливый и неуютный отряд путников в тишине пересекал просторное пустое поле. Под ногами еще мерзко шлепала слякоть от растаявшего снега, по краям поля, под соснами, еще лежали грязные сугробы. Сильный ветер проносил клочки облаков низко у земли, а солнце редко показывалось из-за быстро несущихся туч, и приходилось то щуриться, то вновь привыкать к полумраку. Над путниками временами проходили островки дождя, но они были настолько короткими, что они даже не доставали дождевики — от этого одежда и волосы у всех успели чуть намокнуть. Уже несколько часов перед глазами висела лишь унылая картинка грязи под ногами, а влага проникала под одежду и, казалось, под кожу. Путники уже были утомлены, но не поступало еще ни одного предложения остановиться и передохнуть. Как и, собственно, любых других предложений, вопросов и слов. Ворон пронесся над их головами несколько раз. Он то опускался на плечо демона, то вновь рассекал небо. Но наконец, устав от птичьего облика, Рей опустился на землю, присоединяясь к унылым ходокам. — Вы молчите уже последние километров двадцать, — вздохнул Рей, шагая задом перед ними. Михаил поднял на него тяжелый взгляд из-под бровей, желая, чтобы ворон как можно скорее вернулся в свою молчаливую форму. — Даже с одним Мидори было более увлекательно путешествовать, чем целой толпой! Блэк неловко переводил взгляд с Мидори на Михаила и обратно, шагая посередине. — Давайте лучше поговорим, — любезно предложил он. Никто не отозвался, и поэтому Рей выровнял ход и сравнялся с Михаилом. — Мы с тобой еще плохо знакомы. Как дела, ваш’высочство? Одного хмурого взгляда парня хватило, чтобы описать все его отношение к данной ситуации. — Я так и не понял, кто ты такой вообще, — сказал Михаил, поправив рюкзак на плечах. — И почему ты должен с нами идти. — Я Рей! Мы с Мидори вместе путешествуем с самой Хазамы. Верно, братишка? — демон никак не отозвался. — Он скромный тихоня, не обижайся. — Это мне ничего не говорит. — Мое имя Рюзаки Рейвен, детство я провел в пригороде Хазамы, затем съехал и обустроился в Сэнтуме, где учился, бросил учебу и разбогател. Люблю лапшу с овощами и говядиной и острые крылышки, любимый цвет — красный, любимый сериал… — Это не… — Михаил в замешательстве глянул на парня и качнул головой. — Забей. — Как ты свое состояние заработал, не хочешь пояснить нам? — Мидори вдруг подал голос, в котором сквозила странная насмешка. — Большим трудом! — И незаконным путем, — демон фыркнул и остановился на краю склона, окидывая взглядом просторы перед ними. Остальные следом за ним остановились. — Точнее — вор? — спросил Михаил, скривившись. — Эй, что за выражение лица? Я на тебя посмотрю, когда у тебя кончатся карманные денежки, — снисходительно отозвался Рей. — Я никогда не буду пользоваться награбленным, — возразил тот. — И вообще, я умею экономить. — А ты когда-нибудь путешествовал беглецом? — Ну… — парень стушевался. — Нет. — Вот и не зарекайся. Михаил вдруг нервно усмехнулся. — Докатились! Путешествую с демоном и вором… что дальше? Блэк, ты ничего не скрываешь? Мальчик неловко порозовел и не ответил. Пока пернатые препирались, Мидори отошел к краю склона, откуда открывался отличный вид на их путь. Он вобрал в легкие свежий, по-весеннему сладковатый воздух — не морозный, но еще и не греющий — и медленно выдохнул, позволяя ветру трепать его распущенные волосы. Далеко по левую руку шла широкая дорога для транспорта, но они не решались к ней приближаться во избежание случайных встреч с охотниками и стражами. Правее лес становился гуще, поднимаясь вверх в гору почти до самых каменистых вершин, все еще покрытых легким снежком. В зеленых пушистых складках между холмами местами поблескивала бурная река, наполненная талым снегом. Однако никаких деревень или отдельно стоящих домиков он не смог высмотреть вдали, что несколько угнетало. Значит, придется ночевать на улице. — Куда дальше? — поинтересовался Блэк, подойдя к Мидори. Демон оглянулся на мальчика, на препирающихся пернатых за ним, на пройденный путь, и тяжело перевел дыхание. — Мы прошли не очень много, рано расслабляться, — он окликнул Рея и Михаила. — Хватит ругаться, пока я говорю! — Ты говоришь тихо, как тебя можно было услышать, — недовольно буркнул Рей, подходя к нему. Мидори окинул его раздраженным взглядом и снял рюкзак с плеч, выпрямив ноющую спину. — Я предлагаю остановиться где-нибудь у реки, чтобы я смог сменить повязки на крыле Михаила. Можно будет пополнить запасы питьевой воды. Думаю, мы отошли достаточно далеко от Элгрина, и посреди леса нас могут и не заметить, — Мидори оглянулся через плечо. Замка уже давно не было видно за горизонтом, но все равно было неприятное ощущение, что за ними следуют по пятам. — Мы еще не знаем, где следующая деревня, и было бы неплохо, если бы кое-кто слетал и разведал. — С каких это пор ты вообще тут главный? — недовольно высказался Михаил. — Почему ты все говоришь, что нам делать? Мидори непонимающе развел руками. — С тех пор, как я знаю путь до нашей цели? — предположил демон. Парень недовольно пробормотал себе что-то под нос, но не продолжил жаловаться. Не услышав иных пререканий, Мидори утвердился в своем плане, закинул рюкзак обратно на плечи и принялся спускаться по каменистому склону.

***

В лесу они нашли наиболее удобное место у реки, где можно было развести костер и спрятаться от мороси. Рей, чуть передохнув, вновь перевоплотился в ворона и понесся изучать местность. Блэк, скинув сумку, отправился за сухим хворостом, попросив кого-нибудь раздобыть огонь к моменту, как он вернется. В накаленной тишине и в неуютном одиночестве у реки остались Михаил и Мидори, которому не хотелось спешить и подступать к враждебно настроенному парню, чтобы перевязать тому крыло. — Ну так что? — нарушил неловкую тишину между ними Михаил. — Ты там вроде повязки хотел поменять, или нет? — Точно, — отозвался Мидори, довольный, что ему не пришлось самому об этом говорить. Он поставил рюкзак на землю и принялся искать в нем аптечку. Михаил опустился на ствол упавшего дерева и принялся подготавливать место для костра. Мидори молча достал аптечку, расположился рядом на бревне. Как же странно, что еще неделю назад у них с Михаилом было столько тем, на которые они могли поговорить — без презрения и недоверия, без пассивной и активной агрессии, без этой всей неловкости. Могли просто обсуждать книгу. Или чай, или завести еще один разговор о сути мира. Сейчас же, когда демону понадобилось попросить парня приподняться, ком встал в горле, и он не смог издать ни звука. Мидори молча положил ладонь на раненое крыло, отчего Михаил тут же дернулся и выпрямился. — Больно, — буркнул он. — Я знаю. Демон взял ножницы и аккуратно разрезал старые повязки. Кровь частично успела свернуться, но еще не полностью. Красное пятно растекалось по перьям цвета меди, безбожно портя красивые крапчатые узоры. Мидори попытался отмыть кровь, но это было бесполезно. — Можешь как-нибудь ускорить заживление раны? — Могу. — Сделаешь? — Нет. Михаил недовольно подпер голову рукой, терпя, пока демон менял повязки. Он попробовал развернуть крыло в надежде, что слова о серьезности его ранения были ложью — но его тут же пронзило болью до самого плеча, и парень болезненно втянул воздух сквозь зубы. — Хватит дергаться. Лучше продолжай разводить огонь, — посоветовал Мидори, промывая рану, которая от движения Михаила вновь начала кровоточить. — У тебя сквозная рана — ты думаешь, так легко отделаешься? Скажи спасибо, что крыло не потерял — через пару часов было бы уже поздно. Не отвлекайся! — Да я пытаюсь, — отозвался Михаил. — Как мне развести костер, если вы не дали мне ничего, чем это можно сделать? — Природные материалы тебе на что? — Они сырые! Мидори пропустил мимо ушей его жалобу, продолжая перевязывать крыло. Сделать это сейчас оказалось намного сложнее, чем когда Михаил был без сознания — парень постоянно мельтешил, двигался и жаловался, что демон делает ему больно. На мгновение Мидори даже подумал снова вырубить его, чтобы он не мешал перевязывать рану. Идея, конечно, неплохая. Но нельзя этим злоупотреблять. Наконец, он закончил свою работу. Мидори пару раз проверил, все ли он сделал правильно, вылил в реку воду и вымыл окровавленные руки. — Тебе еще минимум неделю ходить с этими повязками. Следующие три дня я буду менять их каждые четыре-пять часов, — оповестил он, отряхивая руки. — Так что наберись терпения. — Ну раз надо… — выдохнул парень. Мидори вернулся, сложил аптечку и положил ее обратно в бездонную сумку. Рука вдруг наткнулась на что-то холодное и твердое. Он опустил взгляд — прямо в лицо ему отражал свет золотой меч Серафима, выглянувший из недр. Мидори перевел взгляд на Михаила, который сосредоточенно разглядывал деревяшку в своих руках. Затем вновь на меч. Выдохнув, он застегнул рюкзак. Мидори показалось странным то, как Михаил уже минут десять вертит в руках один и тот же кусок дерева, смотря на него так, будто пытался просверлить его взглядом. Демон некоторое время наблюдал за странными попытками парня развести огонь к ужину, но наконец-то решился у него спросить: — Если ты думаешь, что сверля взглядом дерево, ты сможешь вызвать достаточно трения, чтобы оно загорелось, то у меня для тебя плохие новости, — он опустил рюкзак и посмотрел на парня с любопытством. — Да я знаю. Я просто пытаюсь… сделать то же самое, что во время нашего побега с гобеленом, — напряженно пояснил Михаил, крепко сжав в руке деревяшку. Кусок дерева будто бы не оценил усилий парня. — Ах, вот оно что, — хмыкнул Мидори, вспоминая чудом загоревшийся гобелен во время их побега. Он провел рукой по плечу, где еще не прошел ожог от руки. Демон помолчал, боясь лезть не в свое дело, но испытывая острую необходимость в этом. — М-м-м… позволишь? — Что? — нахмурился парень. — Покритиковать, — прежде, чем он услышал разрешение, Мидори бросил свое дело и опустился на пень перед Михаилом. Тот в замешательстве уставился на демона. — Я вижу, что ты никогда в своей жизни не имел дела с магией. Понимаешь ли — магия не требует физического усилия. Так же, как ты можешь, например, натренировать свои мышцы, ты должен натренировать и… — Стой-стой, — оборвал его Михаил, отрезая его монолог поднятой рукой. — С чего ты вообще взял, что можешь учить меня? Ты вообще понимаешь, что это? — Ну разумеется, демоны же поголовно маги, — фыркнул Мидори, подняв ладонь, на которой заполыхал маленький и аккуратный зеленый огонек. Михаил округлил глаза. — Я знаю, о чем говорю. — Так чего же ты меня отправил огонь разжигать, если ты сам умеешь это делать! — А потому, что этим огнем не греются, — приподнял бровь демон, протянув руку с огоньком. — Потрогай — он холодный. — Хах, отлично придумал — предлагать потрогать зеленый огонь, — Михаил опасливо отстранился от него. — Получается… ты еще более бесполезный, чем казалось. — Эй, проявляй больше уважения к магии, которая исцелила твои раны, — оскорбился Мидори и сжал кулак, потушив огонек. — Я ей буду проявлять столько уважения, сколько нужно, если она залечит мое крыло. — Хитрый какой. Сам регенерируй, — фыркнул демон. Михаил расстроенно замолчал, продолжая вертеть деревяшку в руке. — Так что ты там говорил? Что-то про… качай свои мысли? — Поздно. Я предложил тебе помощь, а ты отказался, — отрезал Мидори и встал с места, вернувшись к сумкам. — Теперь разбирайся сам в том, как пользоваться своими новыми силами. — Да я ПЫТАЮСЬ! — выкрикнул Михаил, вспылив. Как оказалось — буквально. Деревяшка в его руке вдруг загорелась бурным пламенем так, что сам парень в ужасе подскочил. Пламя взревело прямо в его руке, а бедный кусок дерева обуглился прямо на глазах. — Ты что творишь! — вскинулся Мидори и подбежал к напуганному Михаилу. Он ловко вышиб деревяшку из его рук так, что она влетела прямо в озеро. Некоторое время пламя сопротивлялось воде, и жидкость даже успела вскипеть за пару секунд в борьбе с огнем, но через полминуты победа все же осталась за ледяным озером и пепел унесло течением. Мидори выдохнул, когда пламя потухло. Но, не расслабляясь ни на секунду, он обернулся к Михаилу со своим самым разъяренным видом, на который он только был способен. — Как в твою голову вообще могла прийти мысль, — свистяще прошипел он, — что зажигать пламя Света, которым ты совершенно не умеешь управлять, посреди леса, полного дерева и сухих листьев — это хорошая идея?! Михаил только сейчас осознал всю серьезность произошедшего. Он виновато побледнел, растерявшись. — Я… не… — Ты понимаешь, что ты мог устроить пожар континентального уровня, ведь ваш Элгрин — это сплошные леса, да деревянные домишки? — продолжал отчитывать его демон. — И огонь-то никто не может погасить! Кроме тебя! Тебя, неопытного и зеленого, который даже не знает, как ЗАПАЛИТЬ это пламя! Ты еще не осознал разрушительную мощь свой силы, так не пытайся делать это хотя бы посреди чертового леса из гребаных деревьев!!! — Да откуда мне знать было? Я понятия не имел, что пламя Света так трудно потушить! — попытался оправдаться парень, зардев. — Да и ты сам видел, что я пытаюсь зажечь огонь, так почему не остановил меня? — А потому, что я был все равно уверен в том, что без должной подготовки и тренировок, шансов у тебя нет, — прямолинейно ответил ему Мидори. — Но смотрю, теперь ты обрел способность подгорать буквально… — Да как ты смеешь! — прорычал парень. Внезапно со стороны чащи послышался шорох, и они заметили, что Блэк с Реем уже вернулись с доброй охапкой хвороста. — Воу-воу, а вас на весь лес слышно! — хохотнул Рей, неся горсть поменьше. — Я так и знал, что вас нельзя оставить даже на пять минут вдвоем… — Я-то что? Это он первый начал, — оправдался Мидори, скрестив руки на груди. — Что?! Я? Ты первый поднял на меня голос! — вспушился Михаил. — Да потому, что ты чуть лес не подпалил! — Откуда мне знать было! — Ох, чувствую, это будет весело, — заулыбался Рей. Он достал зажигалку из внутреннего кармана, распалил пучок сухой травы и кинул ее в хворост, принесенный Блэком. Михаил понуро опустил крылья, раскрасневшись. Они наконец развели костер и тесно собрались вокруг него, просыхая и греясь. Блэк в это время искал в сумках котелок и питьевую воду. Рей вдруг подскочил к Мидори. — Хочешь услышать новости? — Давай. — А вот и попроси! — Рей, — Мидори посмотрел на него с усталой злостью в глазах, обозначая, что он не намерен играть в его игры. — Ладно, этого хватит, — сказал парень. — Так вот. До ближайшего города дойдем только завтра к вечеру. Он так далеко, что крылья онемели, когда я только увидел его на горизонте. Но по виду, это не захолустная деревня, а нормальный город с каменными домами, — отчитался он, ухмыльнувшись. — Докатились… Каменные дома — верх технологий… И как Хазама сосуществует с таким на одной рыбе? Мидори раздосадовано выдохнул, прикидывая дальнейшие действия. Стоит ли еще пройти сегодня часть пути, или путники уже достаточно утомились? Нужна ли им еда, или они еще поголодают? Нужен ли им сон? Может, они хотя бы могут ускориться? Как же сложно заботиться о нуждах членов его группы, будучи бессмертным демоном! Блэк тем временем уже поставил на костер котелок с водой и вытаскивал из рюкзака порошки с супом. Михаил вдруг спохватился. — Вы хотите сказать, что эта химия — это все, чем мы будем питаться? — с отвращением спросил он. — А Ваше Высочество чем-то недовольно? — протянул Рей. — Эх, сразу видно, не знал ты выживания в студенческие годы на пять золотых в месяц! — А по тебе видно, что здоровой еды ты с рождения не видал, — парировал Михаил. — Но мы не студенты. К моменту важного сражения мы будем истощены и проиграем еще до начала боя. А вокруг нас — целый лес животных, да и кошельки не пустые. — А ты умеешь охотиться и разделывать дичь? — приподнял бровь Мидори. — Ну… нет, — неловко проговорил он. — Но я могу ее готовить вкусно. — Сообщи нам, если найдешь кусок свежего мяса, — насмешливо фыркнул демон. — И вообще, много ума надо, чтобы мясо на огонь положить… — Вообще-то, — посчитал нужным возразить Михаил, — мясо домашних животных готовить легко, но дичь жесткая, поэтому намного сложнее сделать ее... — Ну предположим, — громко перебил его Блэк, боясь очередной перепалки, — я умею охотиться и разделывать добычу… Все удивленно обернулись на большеглазого мальчика, который неловко покраснел под их взглядами. — Что? Меня охотники заставляли им свежее мясо добывать, — оправдался мальчик. — Если мы добудем лук или арбалет, то я смогу для вас охотиться. Нож у меня уже есть. — Отлично, — Мидори довольно вильнул хвостом. — Значит, Михаил, предлагаешь свою помощь в готовке пищи? — Да! Но через раз, чтобы сильно много продуктов не расходовать. — Ну хоть какая-то польза, — фыркнул демон. Уже было обрадовавшийся Михаил вновь обиженно вспушился после его слов. — Лук и некоторые ингредиенты мы можем купить в ближайшем городе, как дойдем. Так же, как и карты. У меня имеются только подробные карты Лифенсоула и столицы Элгрина, а также общие — всего Междумирья, но этого нам недостаточно. Мы должны знать все дороги, реки и леса, чтобы можно было в случае чего обогнуть поисковые отряды охотников. А такие будут, не сомневайтесь. А пока мы идем вслепую, по лесам, подальше от оживленных дорог. Нам еще неизвестно, как быстро распространяются слухи по Элгрину, но в любом случае Михаилу не следует светиться у всех на глазах. — Будет затруднительно его спрятать, — ухмыльнулся Рей. — Не с моим плащом, — возразил демон. Он пошарил рукой в бездонном рюкзаке и с трудом нашел на ощупь знакомую шерховатую ткань. — Ничего себе, ты собираешься ему отдать его? — округлил глаза ворон. — Что это? — настороженно поинтересовался Михаил. — Мне кажется, он Михаилу сейчас нужнее, — проигнорировав парня, произнес Мидори и расправил плащ. Он был широким, бесформенным и безразмерным, без рукавов и с одним лишь капюшоном, который обозначал, где верх. Но все равно демона одолели сомнения, сможет ли Михаил его надеть. — Это плащ для отвода глаз. Поясняю: он делает тебя практически невидимым для посторонних и незнакомцев. Но не фактически. Тебя увидят в тот же миг, как ты кого-то коснешься или издашь слишком громкий звук, но в остальное же время взгляд человека не способен на тебе задержаться. Если ты сможешь надеть его хотя бы наполовину — уже будет замечательно. Брови Михаила чуть приподнялись в удивлении, пока он слушал объяснение демона. Он с любопытством коснулся края плаща и чуть расправил его. — С плащом я летать не смогу, — вдруг понял он. — Будешь ходить аккуратно — тебе и не придется, — сказал Мидори, хотя понимал, что сейчас просит Михаила делать невыполнимое. На земле он неповоротлив и неловок, как медведь на задних лапах, которому на спину приделали двухметровые пуховые подушки. — Но выбора нет. Твое лицо знает весь Элгрин. — А как же ты? — вдруг поинтересовался Блэк. — Я? На демонов всего лишь охотятся и продают в рабство, — пожал плечами Мидори. — Но моя жизнь не будет под угрозой, если у меня будет хозяин. Он посмотрел на Рея, который продолжал слушать его с отсутствующим и максимально незаинтересованным видом. Но когда до него дошло, что Мидори сказал, его лицо медленно расцвело. — То есть, — хихикнул он, выпрямляясь, — предлагаешь мне… стать твоим хозяином? — Фу, Рей, — нахмурился Мидори. — Но это единственный выход. — Как я могу отказаться от такого предложения! Хах! Это полностью стоит нашей сделки! — расхохотался он. — Собственный демон в подчинении, это ж надо! Скажу браткам из пригорода — в жизни не поверят… будь они еще живы, конечно. — Сделки? — вдруг поинтересовался Михаил, переводя взгляд с Рея на Мидори. — Это личное, — холодно отозвался Мидори. — Ага, сделка с демоном! Обмениваю душу на то, чтобы лицезреть его путешествие из первого ряда, — радостно оповестил парня Рей. Демон устало положил лицо на ладонь. — И вещи становятся интересными! — В чем смысл вообще? — Михаил в замешательстве приподнял бровь. — Того же самого можно было достигнуть, увяжись ты хвостом за ним в облике птицы. — Так не интересно, понимаешь, — подмигнул Рей. — Будь я птицей, сейчас мне бы не поступило предложение стать хозяином высшего демона, правда? Михаил фыркнул, явно не убежденный в позиции Рея, но не желающий продолжать с ним спор. Мидори выпрямился, окинув ворона осуждающим взглядом. — Ладно. Ешьте, а потом пройдем еще несколько километров, пока не стемнеет, — сказал им демон. — Жаловаться на усталость вам еще рано.