Какая бывает любовь

Собрание было назначено на девять вечера. Идеальное время, если хочешь остаться незамеченным. Никаких лишних ушей и нежелательных лиц. Все свои. Дверь в подземелье отъехала в сторону и пропала в стене без пяти девять. Внутри пахло тухлятиной. Подземелье было древним и сырым. А темно было, как в склепе. Пришлось воспользоваться старинной керосиновой лампой, какую обычно описывают в сказках. Свет едва помогал разглядеть лица друг друга. Два лица. Пара осмотрелась. Скудная полоса света пробежалась по одному из коридоров. Когда-то здесь прогремел убивающий взрыв, а чуть позже мощнейший обвал. Ходить по подземелью следовало осторожно, того и гляди на голову свалится кучка сочных жирных пауков или ещё хуже — с головой накроет очередной камнепад. Но эти двое не опасались сюрпризов хитрого лабиринта. Они пришли сюда поговорить, и ничего больше не имело для них важности. Уверенный в себе парень, высокий и красивый, и девушка с такой яркой белозубой улыбкой, которая, казалось, запросто могла залить светом половину подземелья. — Ажур-абажур! — сжимая мышцы на плечах парня, заговорила Алевтина. Её голос эхом отозвался в каждом коридоре, залетел в каждый, даже самый потаенный уголок. — Я не веселилась так с тех пор, как моя кузина рассказала, что по молодости случайно откусила член своему парню. До сих пор помню, как искала этот бледный маленький кусочек по всем музеям страны. — Уверен, в те времена ты улыбалась ещё шире, чем сейчас, дорогая, — похлопал её по попке светловолосый юноша. — Улыбки хлипки, Адам. — Было так тесно, что Аля вплотную упёрлась в грудь собеседника. — Если бы я была на их месте, я бы уже давно обо всём догадалась. Связь между ними настолько очевидна, что нужно быть умственно отсталыми, чтобы не раскрыть её. — Нет, моя драгоценная Алевтина, не причисляй к званию отсталых Дашу. — Любезно поправил её Адам. — Она умная. — Защита-волокита! Скажи-ка, мой драгоценный Адам, а какие у вас отношения с… Дашей? — Благодарю тебя за деликатность, — Адам поощрительно наклонился и чмокнул Алю в щёчку. — Ты знаешь, что Даша важна для меня. И с твоей стороны было глупо идти на поводу ревности и запугивать её чёрным крестиком. — Ревность-древность! — Аля выводила сердечки указательным пальчиком на груди Адама. — С моей стороны было бы глупо этого не сделать. Грех не продолжить дело Мари Петровой. Разница лишь в том, что я это делаю в здравом уме, а она нет. Сам подумай. — На этих словах она постучала Адаму по макушке. — Ты же хочешь их убить-забить, а я помогаю, огонь разжигаю. — Твоё умение создавать рифмы на пустом месте всегда вдохновляло меня и воодушевляло. — Умеем-не болеем. — Улыбаясь, кивнула Алевтина. — Почему же при выборе первой жертвы ты остановилась на Даше? — казалось, Адам уже знал ответ на свой вопрос. Просто хотел, чтобы Аля сама об этом сказала. — Попалась-не кусалась. Как ты и сказал, пошла по тропинке ревности, — пожала плечами Аля. — Ещё недавно ты называл меня своей девушкой. Дашка классная девчонка, и мне она тоже нравится. Я бы не хотела ей зла, но когда-то на первом месте в твоём сердце была я, а не она. — Ты весёлая и талантливая, моя роскошная Аля, но Даша… — Адам сморщил лоб, втянул носом пыльный воздух и задумался. — Даша добрая и решительная, волнительная и горячая, сильная и манящая, женственная и красивая, тонкая и такая непревзойдённая. — Ажур-абажур! Ты такой нежный, когда дело касается её. — С лёгкой завистью улыбнулась Алевтина. Всё-таки в глубине души она надеялась, что Адам останется с ней. А он так быстро нашёл замену. Но её нервишки это никак не затронуло. Аля оставалась ангельски спокойной. — Ей повезло. Но ты не забывай, что я с тобой с самого начала. И помни, что я никогда не отказываю себе в желаниях. — О, Аля, моя благодарность к тебе так сильна, как бесценна твоя преданность. Помнишь, как пришла ко мне полтора года назад? Как узнала обо мне всё? Ты и глазом не моргнула, когда я описывал тебе события из своей жизни. Ты стояла и улыбалась. И глаза твои были полны веры в меня. За все эти долгие дни и месяцы я так и не нашёл способа заставить тебя хоть немного удивиться или разозлиться. Эта загадка будет преследовать меня всю жизнь. Ты олицетворяешь в себе искреннюю необыкновенность. — С любовью сказал Адам. — Моменты-комплименты. — Ещё ярче заулыбалась Алевтина. — Если я необыкновенная, то почему ты не со мной? — Я хотел бы, чтобы ты взяла в толк главную истину. — Сделав паузу, Адам взял Алевтину за руки, заглянул в её блестящие карие глаза и произнёс: — Ты — та, кто знает обо мне всё. А Даша — та, о ком я хочу знать всё. — Любовь-кровь-морковь-свекровь-бровь вновь и вновь! — на языке Алевтины это означало, что девушка ругается матом. Внутри себя Алевтина чувствовала боль, но на лице продолжала расширяться улыбка. — Если я убью её, ты простишь меня? — Ха-ха, Аля, родная моя, я знаю, что ты этого не сделаешь. — Адам по-братски положил правую руку Соловьёвой на плечо. В глазах улыбчивой «сестрёнки» зрел план. — Ты слишком добра, чтобы причинить боль той, кого я люблю. Я уверен в тебе. — Р-Р-Р!!! — раздался злобный рык за поворотом. — Ох! — кинулся вглубь подземелья Адам. — Наш друг подал голос. Ему не терпится полакомиться свежей людской плотью. — Ажур-абажур! — хихикнула Алевтина. — Ты видел его лицо? Мы немного перестарались с препаратами, которые ему вкалывали. Вряд ли с такими дозами он доживёт до своего ужина. — Доживёт. — Адам был краток. — Чем дольше он там сидит, тем больше энергии в нём скапливается. — Кушать-слушать! Ты не боишься, что он ненароком слопает Дашку? — Пусть только попробует! — выпалил парень. Он серьёзно и с некой опаской посмотрел на Алевтину. Кажется, он уже думал о том, что она сказала, и сам боялся этого. — Даша не пострадает, — громко убеждал он самого себя, обращаясь к Алевтине. — И наш временный друг тоже. — Издатели-каратели. Наш друг очень ценен. Без него мы не узнаем о дальнейших планах этих мальчишек и девчонок. — Да, — подтвердил Адам. — И в наших интересах, чтобы они не узнали об этом предательстве. Когда тебя предаёт друг, это плохо. И я бы не стал хвалить этого человека. — Ажур-абажур. Они будут поражены, когда узнают. — Узнают что? — Что в наших рядах даже не один, а два их товарища. Продолжение следует… Главная пара сериала. Полтора года страданий. Двести восемьдесят серий. Они терялись и находились. Умирали и воскресали. Их похищали и возвращали. Но останутся ли они вместе? Какая бывает любовь. Приключения только начались.