Отмена.
25 марта 2016 г., 16:29
По лестнице с угрюмым видом спускалась Юля. На плече у неё висела походная сумка, а в сумке прятался спальный мешок. Это был полдень субботы, и Юля, прихватив с собой самую счастливую улыбку, несказанно обрадовалась, увидев, что у дверей «Логоса» её дожидается Даша. Подойдя к подруге, девушка хотела пуститься в пляс от обрушившегося на неё счастья, но, увидев в окне на улице Владу, которая за что-то отчитывала сторожа, блондинка поняла, что в таком положении танцы были бы для неё незначительным спасением. Даша и Юля по-дружески обнялись, одаривая друг друга теплом понимания и поддержки, а затем обменялись вежливыми улыбками.
— Ты уверена, что осилишь этот поход? — поинтересовалась Даша. — Хоть ты и не робкого десятка, но твоя мама будет стеной загораживать тебя от Майка.
— И не говори, — закатила глаза Юля. — Думаю, я не выживу. Захлебнусь кровью после их жаркой схватки или повешусь на дереве. Всё лучше, чем делать ставки на чью-то победу. Вряд ли у Майка есть шансы.
— Бедный Майк наверняка подготовился, — закивала Даша. — Не физически, но морально.
— Кстати, а почему ты здесь? Кого-то ждёшь или… — с надеждой спросила Юля, начиная что-то понимать. — Ты хочешь пойти с нами? Да? ДА? Ура! — Самойлова с обожанием накинулась на Дашу. — Ты моя самая лучшая подруга. Я так рада! Я даже готова поделиться с тобой своим спальным мешком, а ещё мы можем сходить за ягодами или… я не знаю, что растёт в это время года. Может, цветы. Да это и не важно. Главное, что ты идёшь! Спасибо, что защитила меня от мамы.
— Мне жаль, но ты ошиблась, — виновато поглядела на Юлю Даша. Казалось, стоит Самойловой недовольно цокнуть, и Даша не сможет отказать ей ни в чём. — Я действительно ждала тебя, но не ради пикника в лесу. — Даша залезла в карман своей пушистой белой кофты и протянула Юле жёлтый конверт. — Жанна просила передать. Остальным я уже разнесла. Майк и Макс давно прочли эти письма, а Лиза наотрез отказалась заносить чёрный цвет в комнату и попросила меня вкратце рассказать ей о содержании.
— Что это? — Юля залезла пальчиками внутрь конверта, подцепила кончик письма и вытащила чёрный листок, красные буквы которого гласили:
«Вы официально приглашены на встречу всех заинтересованных лиц в понедельник, десятого марта сего года в двадцать часов тридцать пять минут в библиотеку, где пройдёт собрание относительно школы «Логос», нашего в ней положения и нашего к ней отношения. Там же, в читальном зале, пройдёт обсуждение всего, что связано со словом ПЛАСТ и другими неясными вещами, с которыми мы имели честь столкнуться за всё время нашего здесь пребывания. Я жду вас и надеюсь на ваше присутствие. С уважением, Жанна Черных».
— Прочитала? — заждалась читательницу Даша.
— Наверное, бедняжка всю ночь просидела со словарём, выискивая умные понятия, — скривилась Юля, глядя в послание. — Меня не впечатлило, но я приду. С детства обожаю цирк.
— Решай сама, — Даша оставила конверт в руках Самойловой и отправилась в сторону столовой. — Я пойду на полдник, а тебе удачных выходных. — И, заметив целеустремлённо летящего в столовую Ваню, Даша поспешила вслед за ним. — Эй, проказник, стой, вместе пойдём.
Юля обречённо опустила голову. Она встала посреди холла, сбросила с плеча сумку и кое-как запихнула в наружный карман наскучившее ей письмо, не забыв перед этим хорошенько смять его. Оставив послание Жанны в списке недобрых воспоминаний, Юля, осмотревшись по сторонам, быстро уронила ручку в карман весеннего коричневого пальто. Снова оглядевшись, Юля вытянула руку обратно. Пальцы сжимали две крохотные пилюли, которые мигом улетели в распахнутый рот Самойловой. И вот не прошло и минуты, как в крови забурлило безразличие, тело расслабилось. Юля ощутила внезапную любовь ко всему живому, и настроение вмиг стало самым лучшим, а улыбка как никогда искренней.
Наслаждению не было предела, уровень счастья взлетел до сотни, Юля окунулась в мир вечной эйфории и покоя. От ванильных мыслей девушку отвлекали только шаги. Две пары ног. Кто-то впереди и кто-то сзади. Влада вернулась с улицы как раз в тот момент, когда по лестнице, заручившись каплями храбрости, спускался Майк. Влада тут же выхватила из рук Юли сумку и, словно играла с собачкой и косточкой, откинула её в сторону Майка, чтобы он поймал. Парень не оплошал, и уже через секунду сумка как ни в чём не бывало качалась на его среднем пальце.
— Смотрите, Влада Андреевна, как я ловить умею, — Майк показал женщине средний палец и сумку, что умиротворённо покачивалась, повиснув на нём.
— Береги палец, а то отвалится и не найдём потом, — съязвила Влада. — Ты готова, дорогая?
— Нет, — Юля вспомнила о недавней сцене на улице. — Мама, а почему ты орала на сторожа?
— Я дала ему чёткие указания, а он их не выполнил, — объяснилась Влада.
— Какие указания? — с интересом спросила Юля. — Помыть твою машину?
— Поймать змею, — холодно протянула Влада. — Цирковая труппа возвращалась с гастролей. Они проезжали по нашей дороге. Метрах в ста отсюда, — каждое слово почему-то сопровождалось у женщины дрожью. — Не знаю, как такое могло произойти, но по дороге выпала клетка с кавказской гадюкой. Змея сбежала.
— Влада Андреевна, — Майк, побросав сумки на пол, схватил Юлю за руку. — Мы не можем пойти в лес, зная, что где-то в кустах ползает ядовитая змея.
— Миша, за кого ты меня принимаешь? — поразилась его словам Влада. — Я не стану рисковать дочерью и отправлять её в берлогу к этому чудищу, поэтому я за тем и пришла, чтобы отменить нашу прогулку. Укус этой змеи смертелен.
— Мама! Иногда ты становишься моим любимым кумиром! — Юля бросилась к перепуганной женщине и чмокнула её в щёку. — А что это с тобой? Погоди-ка… неужели ты до сих пор…
— Да, дорогая, все мои страхи остались со мной, — обратив внимание на недоумённый взгляд Майка, Влада пояснила: — Миша, у меня офидиофобия.
— Это боязнь змей, — добавила Юля.
— Влада Андреевна, я думал, что вы ничего не боитесь, — с сочувствием произнёс Майк.
— Не беспокойтесь за меня, дети, — отмахнулась Влада. — Я буду успокаивать себя мыслью о том, что в школу эта тварь не приползёт.
Юля моментально выудила из сумки помятое письмо Жанны и затрясла им вверх-вниз перед носом Влады, стараясь привести в себя безутешную мать. А пока Юля занималась успокоительными процедурами, а Майк помогал девушке, обмахивая её мать руками, в дверях «Логоса» что-то закопошилось. В чуть приоткрытое отверстие просунулась краснокирпичного цвета голова, которая изучающе вгляделась в обсуждающих её людей. Как они посмели сплетничать о ней? Как они могли? Широкая голова и длинный язычок не прощают таких негодяев! За это полагается наказание. За это их нужно… хорошенько укусить.
Продолжение следует…
