Иные жизни

      — Привет, Стив, — голос в трубке звучал немного невнятно, так что сразу становилось понятно, в каком состоянии говорящий. Патрик уже хотел сказать, что он никакой не Стив, но не успел.        — Я знаю, ты, наверное, не ожидал, что я позвоню, но раз взял трубку, то не перебивай…       — Но… — все-таки попробовал Патрик.       — Дай сказать, — потребовал голос в трубке. — Я знаю, что повел себя… как скотина. И сейчас мне правда жаль. Но тогда я просто не понимал и не видел всего. И того, что ты на самом деле хороший парень.       — Послушай, — предпринял еще одну попытку встрять Патрик. — Стив, — уже сердито отозвалась трубка. — У тебя есть все основания злиться на меня. Я должен был позвонить раньше. Поговорить толком, объяснить все, а не пропадать. С моей стороны это было просто отвратительно. Но я не думал, что действительно что-то для тебя значу. Знаешь…       Патрик кашлянул. Голос с той стороны звучал уже с надрывом. И, кажется, его случайный собеседник действительно очень переживал.       — Стив? — на тон тише. — Ты простишь меня?       — Прощу, — пообещал Патрик. — Но вот только я не Стив.       В трубке на несколько секунд стало тихо, потом голос зазвучал уже отчетливо сердито:       — Это значит, пока я тут, мать вашу, раскрываю душу, эта скотина и не собирается меня слушать?!       — Но… — снова попытался вставить Патрик. Безрезультатно.       — Помолчи, — велел собеседник. — Мне все равно, что ты думаешь, но передай Стиву, что если ему кажется, будто потешаться надо мной — это хорошая идея, он здорово ошибается. Раз он считает, что прошло достаточно времени… — голос снова взлетел и Патрик не мог сказать точно, чего в нем было больше: злости или обиды. — Достаточно времени, чтобы начать новые отношения… Раз он считает, что нельзя даже дать мне возможность извиниться — пусть катится ко всем чертям! И мне совершенно плевать, что он — или ты! — обо мне подумаете!       — Не сказать чтобы я встречаюсь со Стивом, — поспешил откреститься Патрик.       На мгновение повисла тишина.       — Да мне все равно, сколько раз вы спали! — сердито отозвался голос в трубке. И тут же непоследовательно уточнил: — А что, вы уже и пожениться успели?!       У Патрика голова пошла кругом.       — Нет!       — Но собираетесь? — прокурорским тоном поинтересовался тот.       — Да нет же!       — Тогда какого черта ты морочишь мне голову?! — В трубке несколько раз шумно вздохнули, потом голос проскрипел: — Дай ему трубку.       — Стиву? — глупо уточнил Патрик.       — Нет, Папе Римскому, господи прости!.. Разумеется, Стиву. И не говори мне, что он не хочет со мной говорить — о его желаниях я не спрашиваю!       — Но тут нет никакого Стива, — Патрик и сам заметил, как неуверенно прозвучал его голос. Еще немного — и он бы сам поверил, что встречается с неким Стивом.       — Хватит ломать комедию, — ему ожидаемо не поверили. — Я буквально вижу, как он сидит рядом и подговаривает тебя сказать, что не может взять трубку!       Патрик оглянулся, услышав стук по стеклу — Селин помахала ему из-за двери на балкон, жестами показывая, чтобы он возвращался в комнату.       — Мне нужно идти, — сказал Патрик. Оставлять разговор вот так, незаконченным, почему-то не хотелось.       — Эй, а как же Стив? — ожидаемо возмутились в трубке.       — Перезвони, — посоветовал Патрик. И не стал объяснять, что на второй раз, может, получится набрать верный номер. Нажал на отбой и замер, глядя на падающий за окном снег.       Мобильный в руке завибрировал, и Патрик почувствовал, как губы против воли расползаются в улыбку.       — Я не могу позвать Стива, потому что его тут нет, — сказал он, принимая вызов.       — Зачем тогда ты отвечаешь на звонки на его телефон? — снова въедливо поинтересовался незнакомец.       — Потому что это мой телефон, — снова начал объяснять Патрик, и его снова же перебили:       — Он его тебе подарил?       Патрик почувствовал непреодолимое желание побиться лбом об стену.       — Послушай… как тебя зовут?       — Он тебе и это не сказал? — сварливо поинтересовался тот.       — Он вообще ничего мне не говорил!       — Проблемы с доверием! — обрадованно заявил незнакомец. — Ну так вот сообщаю, до тебя мы с ним встречались около полугода и, должен сказать, он бегал за мной, как бестолковый щенок…       — Я не хочу ничего знать о ваших с ним отношениях, — вздохнул Патрик.       — И очень зря, — теперь голос в трубке звучал ехидно. — Потом мог бы избежать проблем сам… Он действительно совсем ничего обо мне не говорил?       На этот раз голос прозвучал так, что Патрику как никогда в жизни захотелось соврать и просто заверить собеседника в том, что тот хочет услышать. Но заметная пауза сама по себе послужила ответом.       — Понятно.       После еще одной паузы раздался неуверенный вопрос:       — А сам спрашивать станешь? Ну, про меня у Стива.       — Нет, — ответил Патрик. Кажется, в который раз говорить, что он не встречается с этим Стивом, было бесполезно.       В трубке послышался вздох.       — Ладно, я, похоже, зря переживал о его душевном состоянии — его явно есть, кому утешать.       — Ну… зато ты был очень искренним, — признался Патрик.       В трубке скептически хмыкнули.       — Серьезно! Я был бы рад, если бы кто-то беспокоился так о моем состоянии.       — Ну, от Стива-то, похоже, не дождешься, — уже менее ворчливо донеслось в ответ.       Учитывая, что Стивен и не подозревал о существовании Патрика, тот с чистой совестью согласился:       — Это точно.       В трубке на несколько секунд стало тихо, потом незнакомец негромко поинтересовался:       — Зачем он тогда тебе нужен?       — А зачем он нужен был тебе? — ответил вопросом на вопрос Патрик.       — Потому что он милый и хорош в постели.       Патрик почувствовал, как горячо стало щекам. Но за откровенным ответом последовало злое:       — Только не говори, что он снова нарвался на такого же, как я, и ты его просто используешь.       — Нет, он… — Патрик запнулся, — он понимает, что нас ничего не связывает.       Куда уж понимать лучше.       — Значит, он просто попытался забыться на время, — задумчиво протянул голос в трубке. — Тогда не затягивай — одного лишь секса Стивену всегда будет мало.       — А тебе? — не смог сдержаться Патрик.       — А почему, как ты думаешь, я с ним порвал? — хмыкнул тот. — Секс — это здорово, но когда кроме него ничего общего…       Патрик прижал трубку ухом.       — А что тебе нравится?       — Не знаю, разное, — голос звучал растерянно, будто на той стороне не ожидали такой резкой смены темы. — Гарри Поттер.       Патрик одобрительно замычал.       — Тебе тоже, да? — заинтересовался незнакомец. И снова по-прокурорски спросил: — Кто любимый персонаж?       — Рон, — не задумываясь, признался Патрик.       — Почему?       — Ну, он хороший друг. И я тоже рыжий.       — Ммм, — задумчиво промычали в трубке. — Если бы мы встречались, я звал бы тебя Уизли.       Патрик улыбнулся. Этот дурацкий пьяный разговор становился все интереснее.       — А у тебя кто любимый герой?       — А ты угадай.       Патрик сопоставил замеченные язвительность, искренность и напор и предположил:       — Снейп?       На этот раз хмыканье прозвучало явно одобрительно.       — Не только, но да.       — Драко? — предположил Патрик и услышал в ответ смех.       — Скорее нет, чем да.       — Тогда кто еще?       — А на кого еще я показался тебе похожим? — лукаво спросили его. Похоже, причины, по которым первым он предложил Снейпа, были слишком очевидными. Патрик не смог справиться с улыбкой.       — Гриндевальд?       — Снейп, Малфой, Гриндевальд… кажется, я произвожу не самое положительное впечатление на людей.       — Гриндевальд умел очаровывать, — напомнил Патрик.       — Ты считаешь меня очаровательным? — голос прозвучал заинтересованно.       На этот раз тепло коснулось не только щеки, но и свернулось где-то в солнечном сплетении. Наверняка, флиртовать с незнакомым парнем по телефону было не лучшей идеей. Но его собеседник уже задал прямой вопрос, и врать Патрик не собирался.       — Да, — выдохнул он, крепче прижимая трубку к уху.       — Что еще? — голос звучал по-прежнему четко, но при этом чуть приглушенно, будто парень на том конце шептал в трубку.       — Еще я думаю, что ты пьян, — признался Патрик.       Смешок.       — Умеешь ты убить романтику, — послышался ответ уже обычным тоном. — Даже странно — обычно этим занимаюсь я.       — А я обычно — нет…       — То есть, ты романтик?       — Думаю, да, — признал Патрик.       — Ну, тогда у вас есть шансы со Стивом, — сказали после паузы.       — Не думаю, — решительно открестился Патрик. — Я бы хотел… раз уж мы заговорили о Гарри Поттере… так, как у Снейпа с Лили.       — Предать, потерять и оплакивать до конца жизни? — что-то в голосе было еще, кроме иронии, поэтому Патрик не одернул, а просто ответил:       — Нет. Чтобы одна и навсегда.       — Если «одна» — то у нас со Стивом нет ни шанса…       — Это то, как ты обычно убиваешь романтику? — уточнил Патрик.       — Примерно, да, — с очередным смешком. — Мы слишком мало знакомы, чтобы говорить о длительных отношениях.       На этот раз в голосе как будто прозвучало опасение. Патрик раньше не задумывался, как много можно понять только по интонациям, если иметь в распоряжении только их.       — Ты еще тут, Уизли? — прозвучало немного напряженно — видимо, Патрик замолчал слишком надолго.       — Меня зовут Патрик.       — Ты случаем, не ирландец?       — У мамы вроде есть ирландские корни, — Патрик оглянулся и взглянул через стеклянную балконную дверь, через которую из комнаты падал теплый оранжевый свет. Похоже, Селин с родителями потеряли всякую надежду его дозваться.       — Не скажешь, как тебя зовут? — спросил он.       — Теперь мне не хочется, чтобы ты узнавал про меня у Стива. Едва ли он вспомнит меня добрым словом.       — Ты и сам не спешишь это делать, — заметил Патрик.       И снова ироничный смешок в ответ.       — Это только сегодня. Виски с текилой пробудили во мне невиданную искренность.       — Тогда расскажи о себе что-нибудь еще, — попросил Патрик. — Раз не хочешь называть свое имя.       Его собеседник не стал спрашивать, что именно он хочет узнать, только замолчал ненадолго.       — Ну, я вырос в Бруклине и, кажется, был самой большой занозой в заднице моих учителей, — засмеялся он. — Знаешь таких ребят, которых хочется убить или выгнать, но нет повода и приходится терпеть?       Патрик промычал что-то согласное. О да, он знал. Спасибо Селин.       — Вот это про меня. Может, поэтому никто и не может вытерпеть меня долго.       Еще одна пауза и вздох:       — А кто мог бы — тех бросаю я сам. Потому что… зачем портить жизнь хорошим людям? Правда ведь?       — И еще ты и сам не хочешь, чтобы тебя именно терпели?       В трубке послышался какой-то шум, потом наигранно веселый ответ:       — От таких откровений я едва не выронил телефон. А падать с балкона ему высоко…       — Я тоже на балконе, — сказал Патрик и зачем-то принялся оглядывать многоэтажку напротив. Окна светились много где, но балконы, как нарочно, пустовали.       — Не замерз? — голос в трубке снова понизился до громкого чувственного шепота, так что Патрику враз стало теплей.       — Я в свитере, — чувствуя себя довольно глупо, признался он. Ответ звучал еще провокационнее:       — Звучит, как начало секса по телефону. «На мне только свитер и мне в нем жарко, хочешь его с меня снять?»       Патрику и правда стало жарко. А еще в горле стало сухо, так что он с трудом сглотнул.       — Ты же не знаешь, как я выгляжу, — заметил он.       — А ты не знаешь, как выгляжу я, — услышал он вкрадчивое. — Но как-то ведь меня уже представляешь?       Телефон за время разговора даже нагрелся, словно и он не мог спокойно все это выносить.       — Я не хочу ничего представлять, — ответил Патрик. Замялся, не уверенный, что стоит заканчивать. И только когда молчание в трубке сгустилось до звенящей тишины, добавил: — Я хочу тебя увидеть.       Еще одна пауза — и смех. Сухой и как будто злой.       — Чтобы не подписаться «навсегда» на кого-то несимпатичного? Хочешь сначала сравнить — а стою ли я того, чтобы рвать со Стивом?       Тепло на щеках обернулось жгучим жаром, как от пощечины.       — Ты… — Патрик даже не сразу подобрал слова. — Не нужно так.       — Как «так»? — насмешливо спросили его. — Прямо и честно? Скажешь, что ты не спишь со Стивом и не флиртуешь при этом с его бывшим?       — Я не… — начал Патрик, но ему в который раз не дали договорить.       — А так красиво пел про чистую любовь, — парень осуждающе поцокал языком. — Стиву привет, — добавил он и сбросил звонок.       А Патрик остался стоять на балконе, хватая ртом морозный воздух. Пару раз он набирал номер, с которого звонил этот парень, так и не назвавший своего имени, но тот сбрасывал звонок и в итоге, видимо, выключил мобильный.       Может быть, Патрика и не должно было волновать, что тот о нем думает. Но он так неожиданно появился буквально из ниоткуда, смешал, смутил, заставил почувствовать что-то непривычное, но такое яркое — а потом пропал, бросив обидные и колкие — и несправедливые! — обвинения, не оставив никакого шанса объясниться.       И Патрик не собирался так это оставлять. Позволять ему просто исчезнуть. Поэтому решил попробовать дозвониться утром.       После завтрака он снова вышел на балкон с мобильным. Но набрать номер не успел — телефон завибрировал, показывая входящий звонок.       — Привет, Патрик, — раздался в трубке уже знакомый голос. — Знаешь, я наконец дозвонился до Стива.       — О, — Патрик не был уверен, что именно это значит, — я рад.       — Вот только не нужно иронизировать.       — Я не иронизирую, — Патрик постарался говорить убедительнее — не хватало только снова сказать что-то не то, что его обидчивый знакомый поймет не так, — я правда рад. Надеюсь, вы поговорили и ты сказал ему все то, что собирался.       — Ну, не все, — теперь тот говорил с неловкостью. — На самом деле, я спросил про тебя и после определенного количества оскорблений понял, что Стив тебя не знает.       — Наверно, после этого ты и сравнил наши номера, — Патрик даже не пытался скрыть улыбку в голосе.       — Не смешно. Почему ты сразу не сказал?       — Я сказал. Но ты не слушал.       В трубке послышалось сердитое фырканье.       — Ты все еще хочешь?       — Чего? — Патрик растерялся.       Голос в трубке снова стал насмешливо-провокационным:       — Увидеть меня. А у тебя есть еще варианты?       Патрик прикрыл глаза и глубоко вздохнул.       — Я хочу узнать, как тебя зовут, — начал он. — И что еще ты любишь, кроме Гарри Поттера. Хочу узнать, чем ты занимаешься. Хочу, чтобы ты позвонил еще раз, и потом еще. Хочу узнать, чего ты сам хочешь…       Вздох. И:       — Меня зовут Макс.