Глава 5
4 ноября 2016 г., 12:44
Неоновые огни не дают нам увидеть истину. Мы незнакомцы даже для самих себя.
В комнате царил лишь мрак. Ощущение пустоты и одиночества давило на голову, заставляя сжимать зубы до противного скрежета. Луна полностью захватила небо, нагло заглядывая бледными лучами в комнату. Свет хоть и был тусклым, но можно было разглядеть просторную комнату с большой двуспальной кроватью. Пол был застелен мягким ковром, а стены оклеены обоями из тонкого бамбука, что делало комнату довольно-таки тёмной в пасмурную погоду или в ночное время суток. Напротив кровати стоял большой шкаф-купе и пристроенный к нему сбоку комод. Ближе к окну располагался ничем не приметный стол и стул. Также из комнаты вели две двери в ванную комнату и в прихожую. Окно в комнате было одно, но с очень широким подоконником, где и разместилась девушка, прижав колени к груди и обхватив ноги руками. Взгляд карих глаз был устремлён вперёд и за последнее время изменился: стал тяжёлым, тёмным и безэмоциональным. Уже три дня Хартфилия находилась в замке Хвоста Фей и покорно ожидала дальнейшую свою судьбу. «Мы тщательно проверяем каждого кандидата и даём ему испытания, чтобы определить роль в гильдии. Ты уже прошла первичное и самое главное обучение в академии, но не думай, что тебя так просто примут в наши ряды и отправят на задания. Первое испытание — поединок. Если пройдёшь его, то, как только будешь готова, отправишься на своё первое задание в сопровождении более опытных бойцов. Если же нет… Что ж, будем проводить следующие испытания, дабы понять твою роль в организации». И после этих слов Макаров заселил её в эту комнату, посоветовав не встречаться с другими ребятами. «Раньше всё было строго. Нового бойца не показывали вплоть до битвы, дабы никто из соперников не оценил свои преимущества или же недостатки. Бойцы не должны сомневаться в себе и должны быть серьёзно настроены перед битвой, думая, что борются за свою жизнь. Но лишать свободы я никого не собираюсь, поэтому просто прошу не попадаться никому на глаза. Отлёживайся в комнате после длительных и изнурительных тренировок в Сибири, а время, которое ты сможешь потратить на тренировки, чтоб тебе никто не мешал, я озвучу позже». По мнению девушки, это было глупо, но ничего не сделаешь. Тянулась уже третья ночь неведения и опустошения души. Венди уже давно прошла своё испытание и заняла место в рядах медиков, сопровождающих бойцов на задания. Но чем дальше тянулись минуты, тем сильнее Люси закапывалась в себе. Проведя чуть ли не бессонные два года, где, по сути, была не одна, девушка резко для себя осталась в полнейшем одиночестве. Воспоминания и события нахлынули с головой и медленно утаскивали в пучину тьмы и отчаянья. А психологический тест только усугубил нынешнее положение. Как бы она ни сдерживала себя, сейчас так хотелось увидеть рыжую шевелюру напротив и молча уткнуться в плечо верного друга, но увы. На этот раз Люси сама виновата и сама исчезла на слишком длительное время. Она его найдёт, точно. Как только выберется из этого чертового замка. Взгляд тёмных глаз скользнул по подоконнику, цепляя взглядом кинжал, что игриво сверкал сталью в свете луны. Люси лениво скользнула взглядом ниже и поморщилась, увидев карту «Джокер». В карту был воткнут тот самый кинжал, что как будто доволен принятым ею решению, а рядом листок из вырванной тетради: «Двуличная Мразь». Именно Мразь. Не ублюдок, не сволочь. — Мразь, — прошипела девушка, озвучивая мысли, и яд, пропитавший слово, вырвался наружу безмолвным гневом, презрением и незатухающей болью. Стинг для неё давно стал той личностью, которую она хочет убить без малейших слов. Он стал неким видением и часто снился, усмехаясь, повторяя одни и те же слова. Оскорбления и уверенность в её слабости. Это не так! Люси рвано выдохнула и скользнула с подоконника, подходя к подготовленной заранее одежде. Девушка тряхнула головой, скидывая широкую футболку, и туда же отправила лифчик. Наклонившись вперёд, взяла с кровати плотный и короткий топ и сразу же надела его. Он был чёрного цвета и заканчивался чётко под грудью. Облегающая ткань сразу же сжала грудную клетку, утягивая и слегка «уменьшая» грудь, но этого эффекта она и добивалась. Далее она стянула с себя бриджи и надела спортивные штаны, такие же облегающие, но совсем не сковывающие движения. Ткань обхватила, словно вторая кожа, и совершенно не мешала движениям телу. Немного помедлив, она повернулась к зеркалу и слегка нахмурилась, подходя к шкафу. Открыв дверцу, вытащила из недр невзрачную серую маечку и быстро натянула на себя, тем самым скрыв оголившийся живот и спину. Далее на очереди шла толстовка на молнии и короткие носки, и, не останавливаясь более, девушка выскользнула в прихожую, где обула кроссовки и повернулась к двери. На миг девушка поморщилась и тихо выдохнула. — Прости, Макаров. Не сдержала я обещание. Эту фразу она произносит каждый раз. Третью ночь подряд. Так повелось, что ровно в полнолуние девушка выбирается из комнаты и идёт вверх, на крышу. Девушка прекрасно знает, что с этого часа и до утра замок мёртв. Кто-то уже спит, кто-то ушёл на задание, а кто-то, только вернувшись, сразу отправился в бар развеяться и сбросить с плеч напряжение. Мягко ступая по коридорам замка, Люси на некоторое мгновение чувствовала некое умиротворение и уверенность в завтрашнем дне. Дежавю было настолько навязчивым, что она порой вздрагивала от этого чувства, а сердце пропускало несколько ударов, сбивая с толку. Именно в эти моменты она ускорялась, убегая от неведомого тепла, и вырывалась в прохладу природы. Ступая по крыше, направляясь к краю и осматривая лес, она вдыхала полной грудью, пытаясь избавится от грязи в голове и в который раз обдумывая, возможно, глупое решение, принятое два года назад. Ровно три дня назад девушка не сдержала обещание. Ровно три дня назад отправилась ночью на крышу, чтобы осмотреть местность, где находилась и, как потом оказалось, встретить важного человека. — Опять ты ослушалась Макарова. Лисанна не была создана для ночи, а уж тем более для тени. Люси смотрела на девушку и каждый раз убеждалась в правильности своих мыслей. У Лисанны были белые волосы и ярко-голубые глаза. Кожа юной девушки была аристократически бледной и слишком хрупкой, но Штраус упрямо поднималась на крышу уже третью ночь и ожидала златовласую девушку. Они так и не поняли, как смогли сблизиться за столько короткое время, и в принципе не думали об этом. Просто Люси сидела на краю крыши, свесив ноги вниз, а Штраус обычно внаглую ложилась рядом и обязательно голову укладывала Люси на колени. В первую встречу она впервые ошиблась. Выйдя на крышу и взглянув на неожиданную гостью, она застыла в неком шоке, рассматривая золотые волосы и до боли знакомые шоколадные глаза. Лейла? Но девушка дёрнула плечами, резко отвернувшись от неё, и Лис поспешила исправится. Люси. Люси считала, что Лис слишком добрая, слишком чистая и слегка наивна для этой работы, но это лишь догадки, которые не озвучивала. Лисанна была невообразимой болтушкой с заразительным смехом и ослепительно доброй улыбкой. Она не требовала поддержания разговора и всегда болтала сама на нейтральные темы, делясь мыслями и догадками. Люси же всегда удивлялась её болтливости, но слушала подругу с удивительной внимательностью, иногда коротко отвечая на вопросы. Люси не смеялась над шутками и не улыбалась широко, как она, но уголки губ приподнимались вверх, образовывая некую полуулыбку, и этого было достаточно. Лис скрашивала одиночество и незаметно вытаскивала из сумасшествия. И Люси ни при каких обстоятельствах не отказалась бы от неё, поэтому раз за разом возвращалась на крышу, осматривая природу, наслаждаясь запахом леса, слушая вой волков и тихий голос Лис. Но сегодня Штраус угрюмо молчала. Сегодня она села около неё, смотря на луну, и даже не думала улыбаться. Хартфилия улавливала нотки отчаяния и боли, исходящие от её тела, но молчала, так как не умела успокаивать и не хотела влезать в чьё-то пространство своими вопросами. — Мастер передал, что завтра состоится твой бой, — тихий голос разрезал звенящую тишину, и Люси сама не заметила, как облегчённо выдохнула. Тишина убивала обеих девушек, которые в этот раз не знали, как начать разговор. — Всё-то знает Макаров, — лёгкий смешок. — Джерар вернулся? — Нет, с ним потеряли связь, так что Мастер решил больше не тянуть, — девушка покачала головой, проведя рукой по волосам. — Это не есть хорошо, — протянула девушка и скосила глаза в сторону собеседницы, — поделишься? Штраус хмыкнула, тряхнув головой. И вновь златовласка удивила её, с лёгкостью раскусив настроение. — Любовь потеряла, — смешок от беловолосой, знала ведь, как это глупо звучит, но тут же махнула рукой, — нет, он жив. Просто… Прошло, понимаешь? В какой-то определённый момент огонь всполыхнул очень ярко и резко погас. Шёпот был едва различим, но Люси поморщилась от новой волны боли и отчаянья. — И вроде друг друга поняли. Не было ссор, громких слов и даже слёз. Просто был тихий разговор, последние объятья и негромко хлопнувшая дверь… Но так всё пусто… Лис не успела договорить, так как рука Хартфилии взметнулась к ней, хватая за шкирку, и немного грубовато потянула на себя. Лис же не произнесла и звука, лишь покорно улеглась на её колени. Так привычно и так спокойно. Будто тут вовсе не Люси, а Мираджейн, старшая сестра. — Глупости говоришь, — у Люси был немного недовольной голос, вызвавший улыбку у голубоглазой. Волнуется. — Не пусто, а больно. Называй всё своими словами. Пусто тем, у кого никого и ничего нет. Я не умею поддерживать, так как сама нахожусь в таком же состоянии. Вот только у меня не было тихого и понимающего разговора. Были усмешки, издевательства и унижения. Резкий выдох через нос заставил Лис слегка вздрогнуть и принять сидячее положение. — Тебе пора на тренировку, завтра тяжёлый день. Лис не обернулась на Люси, даже когда та покинула крышу. Штраус лишь покачала головой, молясь всем богам, чтобы Хартфилию завтра не сильно помяли, ведь ненависть в словах была пропитана ядом, и одна Штраус не справится. Люси нужна семья. Семья, которую она когда-то потеряла. Ведь если не поспешить, Хартфилия станет потерянной для всех них и просто не выживет в этом мире.***
Дежавю… Это чувство скоро станет обыденным делом. Девушка поморщилась, чувствуя на себе оценивающие взгляды. Кто бы мог подумать, что бой будет происходить на арене под пристальным наблюдением не одного десятка людей. Кто бы мог подумать, что синеволосый придурок не успеет вернуться и лишит Люси самого главного козыря. Девушка стояла чуть в стороне от цента огромного зала, а над ней возвышались зрители, насмешливо перешёптываясь между собой. Хартфилия подняла взгляд, мельком проносясь по лицам собравшихся, отмечая, что Венди среди зрителей нет, а значит, поддержки на победу остаётся ждать только от белокурой Лисанны. Смещаясь холодным взглядом дальше, она заметила смутно знакомого рыжеволосого мужчину. Девушка вздрогнула, осматривая внимательно его лицо и понимая, что как раз-таки с ним уже имела дело. Это с ним снилась драка два года назад, и она неожиданно поняла, что именно его ожидала увидеть напротив себя, но тот лишь покачал головой, увидев удивлённый взгляд златовласки, и повернулся в противоположную сторону. Противник Люси неспешно шагнул на арену, и девушка, хлопнув глазами, сделала шаг назад. Издеваетесь? — Вернулась-таки. А я-то надеялся… — язвительный, ненавистный голос коснулся ушей, и Хартфелия сузила глаза, презрительно оценивая противника. Тот же беспорядок на голове, те же ничуть не погасшие за всё время волосы цвета сакуры. Взгляд серых глаза усмехался, а зелёный огонь презрительности всего лишь за один миг открыл девушке все намерения. Покалечит. А по возможности убьёт. Ненависть, исходящая от его тела, заставила Люси сделать ещё один шаг назад. Чёрт подери, и когда она стала такой восприимчивой к чувствам других?! Не было такого! Драгнил повёл руками в разные стороны, тем самым разводя мечи, что были зажаты в руках. Две парные полоски невероятно редкого сплава металлов, названного за свой неповторимый белоснежный цвет «ангельским». По многочисленным слухам оружие, изготовленное из него, никогда не ломалось и, что самое главное, преданно служило только одному хозяину всю жизнь. И тем сильнее выделялась их сердцевина — алая, будто свежая кровь, она не могла не приковывать внимания. Без сомнения, это были великолепные клинки, идеально подходящие такому человеку, как Нацу. Парень шагал вперёд свободно, не обращая внимания на зрителей, а усмешка в глазах заставляла Хартфилию сразу же сделать шаг назад. Свободная расхлябанная походка, скучающее лицо словно говорили — ты уже проиграла. Люси поморщилась, задетая таким поведением, и уверенно шагнула вперёд, рука взметнулась вверх за спину, доставая из ножен клинок. Ножны же она сняла резким движением и отбросила в сторону, чтобы не мешали. В отличие от Драгнила Хартфилия владела клинком из тёмной стали, что немного не вписывалось в её образ, но девушку сейчас волновало не это — без второго, родного клинка, не одержать победу. Куда там. Она даже не сможет достойно выстоять. Вот только Драгнил, скользнув взглядом по клинку, скривился, считая её оружие насмешкой над собой. Белое и чёрное. Добро и зло. Вечное противостояние. — Я повторю лишь один раз, — прогремел, подобно грому посреди ясного неба, голос Макарова. — У нас одно правило — не убивать! — Хорошо, старик, — с насмешкой откликнулся Нацу, — как скажешь. Она успела тихонечко вздохнуть, прежде чем сделать резкий рывок в сторону — противник уже яростно и азартно атаковал, метясь в район живота. Девушка хмурилась, наблюдая за парнем, который играючи атаковал, явно развлекаясь и не воспринимая её всерьёз. Девушка слышала нетерпеливый звон клинков рядом с ухом, но Нацу умело сдерживал ярость оружия и лишь отводил в сторону, не доводя атаку до конца. А Люси терпела все атаки, пригнувшись, ловко уворачиваясь, обманывая движениями и отбивая его клинки своим. Цепкий взгляд тёмных, почти чёрных глаз неотрывно следил за Драгнилом, отмечая недостатки и все косяки. Девушка умело манипулировала боем и заводила Нацу в ловушку, и Драгнил повёлся. — Что такое? — Глаза Хартфилии на миг сузились, и она поспешила закончить манёвр, пока он не разгадал этого. — У девочки закончились силы… Драгнил не успел договорить и, отвлёкшись на фразу, слишком сильно отвёл правую руку назад, девушка резко бросилась вперёд, блокируя левый клинок своим, и, насильно отведя его руку в сторону, развернула корпус тела, вскидывая правую ногу, и резким движением атаковала в живот. Впрочем, на этом всё не окончилось, и уже она решила показать превосходство — пинок, отвешенный ему в лицо, окончательно сбил с ног. — Нет, — презрительный фырок, губы растянулись в ехидную улыбку. Драгнил заскрипел зубами, едва выдерживая взгляд свысока. — Тебе не жить, шавка, — прорычал парень. Он молниеносно атаковал, даже не до конца встав с земли. Впрочем, время полумер прошло, и столь прямолинейный удар был с лёгкостью отбит, закручен и обращён против хозяина. Как итог — вновь взбитая от падения тела пыль. Пинок и на этот раз не подвёл её. Нет, Драгнил, прямолинейная атака тут не прокатит. Девушка издевательски рассмеялась, но на месте не оставалась. Её тело всё время передвигалось вокруг взбешённого Драгнила, и девушка в следующий миг едва уследила за его движениями. Кувырок назад, шаг в сторону, и выгнуться, лёгким движением вставая на мостик и отталкиваясь ногами, на долю секунды застывая на руках и резко перемещая корпус тела назад, тут же поднимаясь на ноги и отпрыгивая в сторону. Люси судорожно выдохнула, понимая, что времени на атаку попросту нет. Следующий удар заставил выветриться всё веселье. Скорость, ловкость, сила — всё скачкообразно выросло, выводя её на пик всех возможностей. Драгнил с неведомой доселе лёгкостью атаковал так виртуозно, что со стороны, наверно, выглядело экзотическим, но танцем. И под конец, как апогей всего действа, он прорвал её оборону, откинув клинок в сторону, подло ударив. Обе рукояти в его руках с огромной скоростью ударили в живот, заставив на миг замереть даже сердце. После такого мало кто смог бы удержаться на ногах. Но она смогла. Ведь она сильная. Она выдержит. Резкий выдох через нос, и Люси заставила боль сместиться по в одну точку и подавила очаг ненужной боли. — Сдавайся, Люси, — в голосе не было даже намёка на чувства. — Тебе не победить. Фраза была нагло прервана громким криком позади Драгнила, на что тот даже вздрогнул и обернулся. — ЛЮСИ! Хартфелия среагировала моментально, как только увидела знакомые длинные волосы синего цвета, и бросилась вперёд, обходя Нацу на большой скорости. Навстречу ей неслась Венди, сжимая в руках спасение. Девочка резко остановилась, среагировав на движения Хартфилии, и просто-напросто кинула недостающий клинок. Движение было отточено до автоматизма, а на тренировку этого приёма у девушек ушло больше полугода. И Люси предстояло не просто словить клинок за рукоять, но ещё и не потерять скорости, чтобы сразу же атаковать врага. Хартфилия, забыв дышать, резко прыгнула в сторону, перекладывая свой клинок в левую руку и на развороте поймав второй, что приветственно сверкнул тёмной сталью, и улыбка на миг озарила лицо девушки, которая сразу же забыла про Венди и неслась на немного опешившего Драгнила. Клинки столкнулись в яростном звоне, дрожа в руках хозяев. Люси одарила Нацу хитрой улыбкой, направляя тело, которое не успевало адекватно остановиться, вперёд, и вновь выбросила правую ногу, но вместо удара по животу девушка смогла ударить в ногу, так как Нацу спешно отпрыгнул, но от удара потерял устойчивость и упал набок чуть в стороне от девушки. Но Хартфилия уже получила нужное преимущество и насела на парня с колкими выпадами и атаками. Её танец был быстрым, смертоносным и стремительным. Её тело было более гибким, чем тело Драгнила. За счёт этого она передвигалась быстрее его. Ярость захватила оба разума, и вскоре зрители, затаив дыхание, не могли разобрать движения бойцов. Люси мешали длинные волосы, хоть и собранные в высокий хвост, они лезли в глаза и на миг закрывали обзор на бой, но девушка доверяла не только глазам, но и всем остальным чувствам. Она прекрасно слышала Драгнила. Она прекрасно ощущала его бешенство, но стоит отдать ему должное: холодная расчётливость брала вверх, и он не позволял себе вслепую идти в атаку. Они слились в смертельном танце, далеко не отходя друг от друга и не давая даже секунды на передышку. Они танцевали рядом, отбивая атаки, пытаясь достать, урвать, уколоть. На теле давно уже появились глубокие царапины, и запах крови постепенно наполнял арену, мешаясь с ненавистью и огнём, будоражащими сознание. Хартфилия резко присела, делая рывок навстречу, буквально грудью прижимаясь к Драгнилу, переворачивая в правой руке клинок и делая резкий взмах вверх, тем самым заезжая рукоятью ему в подбородок, но уйти не успела, так как сразу же получила коленом в живот и, согнувшись, по спине локтем, что заставило упасть на колени. Девушка, не задумываясь, бросилась вниз, перекатилась в сторону на лопатки и тут же была атакована сверху. Едва успев поставить блок, она скрипнула зубами, удерживая клинки на весу, ибо Драгнил в бешенстве давил своими, намереваясь проткнуть глотку ненавистной девчонки. Через силу Люси смогла направить его клинки в сторону и постараться откатиться в сторону, и Драгнил с упованием услышал сдавленный вскрик. Прядь длинных волос осталась на полу, прижатая одним из его клинков. Оба бойца одновременно вскочили на ноги и сделали шаг вперёд, вскидывая оружие. Ледяная боль заставила вздрогнуть тело, и тошнота подкатила к горлу незамедлительно. Кровь огнём ринулась вниз по левой руке и заставила девушку отшатнуться, тем самым избавляясь от клинка Драгнила. Но на удивление конца не возникло, ибо парень сделал шаг назад, поднимая левую руку, и кулаком, так как не выпустил клинок, прижался к ране на плече. Ненависть скрутила душу обоих, заставляя отступить. Мысли сошлись воедино, и, как только Драгнил ранил Хартфилию в левое плечо, она в отметку воткнула клинок ему в правое, и время на миг остановилось. Хартфелия ловила секунды передышки, прислонившись к стене. Она следила за движениями Нацу, но и тот безоговорочно принял минутное замедление, так же пытался переварить боль от полученной раны. — Они равны, — испуганно прошептала Венди, цепляясь за плащ Джерара, который не отводил внимательно взгляда от боя и даже не обратил внимания на девчонку. Парень был приятно дивлен мастерством ученицы. Он уже было почувствовал облегчение, что успел вовремя, но это чувство быстро прошло, как только он увидел взгляды ребят. Скрипнув зубами, тот вцепился в перила, наблюдая за девушкой, что сейчас пыталась справиться со своим плачевным положением в бою. Люси тихо заскулила, понимая, что левая рука потихоньку немеет, а боль от раны всё больше захватывает мозг. Нужно разжать руку, чтобы боль немного поутихла, но она не могла выпустить из рук оружие, ведь это означало поражение. Картинка перед глазами неожиданно прыгнула и слегка помутнела, и Люси резко перевела взгляд на руку, по которой вниз струилась алая кровь. Секунда, другая… Кровь потемнела. Резкий выдох, и кровь, темнея на глазах, превращаясь в некие путы, сворачивалась вокруг руки. Путы медленно изменили направление, скользя по руке вверх, подбираясь к ране, всасываясь назад, пробираясь в вены. Неведомым образом вены на руках темнели, и темнота стремилась вверх, немного блокируя боль, опутывая разум, заставляя отчётливо видеть тени, отбрасываемые предметами. Эти изменения видела только она одна. Рана превратилась в сплошной жар, распространявшийся по всей руке, и, перетекая дальше, на грудь, к сердцу, охватывала чёрными нитями, сжимая, всасываясь. Секунды разбились в вечность, а в голове был нестерпимый звон, от которого хотелось кричать до срыва горла. Сердце пропустило один удар, и из него резким рёвом вырвалось серебряное пламя, впутываясь в тени, осветляя их, и девушка, вскинув голову, сделала резкий и жадный глоток воздуха. В замедленном времени она почувствовала ток, прошедший по венам, адреналин огромной дозой пронёсся по телу, сводя его в судороге, и Хартфилия неожиданно почувствовала, как пот градом катится по вискам вниз, по щеке и к подбородку, каплями срываясь и впитываясь в ткань короткого топа. Она почувствовала, как зудят все царапины на теле, и поняла, что тело почти полностью испачкалось в крови из-за этих царапин. Неожиданно услышала, как хрипло дышит Драгнил, как кто-то из зрителей вскрикивает. Чувствовала, как непонятные нити взвились вверх холодными щупальцами, коснулись щёк и на миг закрыли глаза. Девушка зажмурилась, скрипнув зубами, и сделала уже более ровный глубокий вдох. Ненависть пробежалась по позвоночнику, вызывая в теле непонятную Силу. Тени змеями сомкнулись вокруг разума, заставляя слушаться их. Понимать их. Слушай…Слушай…
Убей!
Некий рык вернул в реальность сознание, и тело получило усиление за счёт теней, и девушка сделал шаг вперёд, резко приседая на корточки. Взгляд сфокусировался на Драгниле, который так же готовился к атаке. Девушка медленно выдохнула и плавно переместила вес на правую ногу, а левую же завела слегка назад. Также повернула корпус тела так, что правое плечо смотрело вперёд, и слегка пригнулась к ногам. Быстрым движением перевернула клинок так, чтобы лезвие лежало вдоль руки. Левая рука переместилась чуть назад, но клинок так же был протянут вдоль руки, и девушка изобразила нечто наподобие усмешки, лишь на секунду прикрывая глаза и чувствуя, как кровь бурлит по венам. Тени лениво следовали вниз, окутывая ноги, и мышцы напряглись, готовясь сделать не только резкий рывок вперёд, но и ещё резко набрать нужную для атаки скорость. Осознание пришло неожиданно. Яркой вспышкой и резким вдохом, на миг истощая лёгкие. Она была готова убить его. — Граница между женщиной и оружием размывается, — тихий шёпот с арены прозвучал впустую. Шептала миловидная девушка, ровесница Люси, прижав руки к груди, стояла позади полуголого брюнета. И если некогда она бросала на него влюблённые взгляды, то сейчас холодный и оценивающий взгляд был устремлён только на Люси. — Макаров! Они поубивают друг друга! — Как раз-таки этот брюнет не был таким спокойным, как его подруга. И он не один так думал. — НАЦУ! Не смей принимать эту атаку! — Гилдартс с широко распахнутыми глазами наблюдал за действиями, происходящими на арене. Он знал, что девушка готова. Он видел её изменения, пусть не так чётко, как Мастер, но осознавал, что эта атака далеко не показушная. Девушка была настроена серьёзно. Резкий выдох, и она сорвалась вперёд, буквально в секунду оказываясь рядом с ошеломлённым парнем, и тут же промчалась дальше. Драгнил, услышав и послушав наставника, отпрыгнул вбок и тут же зашипел от боли, ибо девушка-таки успела прочертить клинком по его животу. Неглубоко, но рана была длинной и больной. Люси же, нахмурившись, понимала, что не сможет так быстро остановиться, даже если постарается впечататься в противоположную стену. Поэтому оттолкнулась от пола и перевернулась в воздухе, также не забыв сгруппироваться. Ноги тут же не особо радужно приняли поверхность стены, на которую она смогла приземлиться. И вновь для неё секунды изменили ход и время застыло в жилах. Девушка будто в замедленной съёмке почувствовала, как сгибает ноги и прижимается ступнями плотнее к стене. Как разводит перед собой клинки, и взгляд перешёл от мечей на Драгнила, который находился в боевой готовности и ожидал возвращение девчонки. Резкий толчок вперёд, уже более мягкое приземление на пол, и девушка ринулась вперёд. Давление на разум было настолько невыносимым, а нити, которые давали усиление, стремительно пропадали. Девушка резко прыгнула и с криком атаковала парня сверху. Парень вновь увернулся от атаки, но тут же шагнул вперёд, занося клинки для атаки. Удар. Отбито. Бойцы отпрыгнули друг от друга и синхронно сделали шаг вперёд. — НИЧЬЯ! И этот крик Мастера они даже не услышали, но вот Драгнила так же, как и Хартфилию, резко схватили сзади и оттащили в разные стороны. Протестующие разъярённые крики на миг огласили помещение и тут же затихли. Перед взором Драгнила предстал Гилдартс, который вцепился в его левое плечо, дабы не тревожить правое, и с лёгкостью удерживал ослабевшего парня от атаки. Толкнув назад, тот дёрнул головой, и Нацу, зло сплюнув кровь в сторону, развернулся и ушёл с наставником из арены зализывать раны. Люси же перед глазами увидела Джерара и сверлила его невидящим взглядом. Парень как можно мягче разжал её руки, заставляя клинки упасть на пол, и от звона девушка испуганно вздрогнула, а взгляд немного прояснился. — Джерар? — хрипло спросила девушка, ощущая, как теряет связь с последней нитью силы, и завалилась вбок, смутно чувствуя, как её поймал парень и поднял на руки, унося прочь из зала. — Я не думал, что Сила начнёт так быстро пробуждаться в ней… — Макаров нахмурился, смотря, как на руках уносят Истинного Мастера.
Примечания:
Песня, вдохновившая на бой между Нацу и Люси - Celldweller – Lost in Time
