Выживание

— Извини, я погорячился, — спустя пять минут объятий, я услышала его голос. Голос того, кто совсем недавно дал почувствовать мне боль. Я же, смотря на Винсента со спины Скотта, со слезами на глазах бросилась ему на руки. Мои глаза закрывала пелена слез, из-за чего я не могла разглядеть его эмоции, но в голове у меня были на редкость его добрые глаза, которые смешивались с нотами добродушия и милосердия, — я люблю тебя.       Я ничего не могла сказать ему в ответ, так как я уже, из-за своего переменчивого характера плакать. Он не мог понять, от чего: то ли от радости, то ли от облегчения. Но нет, он ошибался. Это была просто счастливая семья, у которой произошло благополучное воссоединение. — П-пап… — я взглянула в глаза Винсенту. Он был немного ошарашен моими словами, так как я его раньше никогда не называла этим словом.

Папа.

— М-можно я погуляю? — спросила я, утерев слезы. Он же заботливо погладил меня по моим ало-рыжим волосам, а потом мягко ответил: — Конечно, — он взъерошил мои прямые волосы, а позже дал немного денег, — вот тебе деньги, с незнакомцами не разговаривай. Жду тебя дома в семь, — мои глаза устремились к часам: полшестого, у меня есть в запасе полтора часа. Я посмотрела на своих родственников: Скотт заботливо обнимал Винсента, а последний в свою очередь лизнул его шею. Я уже понимала, что они задумали, и из-за этого я решила удалиться.

***

      Я решила направиться к моему секретному месту, о котором никто, даже мои друзья не знали. Это были несколько деревьев, которые росли в одной средней, а для меня большой куче. Вместо пола там была утоптанная крапива, которую я некогда топтала, чтобы у меня не было ран из-за каждого падения на землю. А знаете, я люблю лазать…       Тогда для меня, а для моих родственников позже, был небольшой переполох: мне пришлось топтать эту несчастную крапиву, которая в ответ била своими иглами меня. Все мои ноги были «искусаны» крапивой. А когда я пришла домой, то мои отцов, по моему, был маленький кошмар: мои ноги были опухлыми, из глаз текли горячие и соленые слезы. Винсент тогда сразу бы начал меня осуждать, но Скотт вступился, сказав, что у меня шок, и мне нужен покой.       Хоть мои отцы и любят друг друга, у них бывают разногласия. Например, кто пойдет за продуктами, или же на счет приставаний к друг другу, под которые я сегодня и вышла из квартиры. Иногда бесит, знаете ли, когда рядом с тобой находятся двое мужчин, которые иногда при тебе делают намеки на это.       Дойдя до штаба, я увидела впереди три фигуры, которые приближались ко мне. Первая была похожа на фигуру парня, а две других — на девушек. Надеюсь, эти ребята просто гуляют, и мне они неприятностей не доставят. — Посмотрите, кто пришел, — я услышала знакомый лукавый голос девушки. Похоже, что это были мои одноклассники, которые старались напакостить мне и выставить за дверь нашего класса. Я вот только не понимаю этого.       Да, это были мои одноклассники — Диана и Ричард Браун, и их недавняя подруга: Клара Стивенсон. Они были самыми «крутыми» в моем классе, плюс они избивали «неудачников». Под словом «неудачники», они имеют ввиду всех.       Диана и Ричард — двойняшки, сестра и брат. У них у обоих были черные до плеч волосы, янтарные глаза. Их одежда всегда не походила на одежду своих одноклассников: то они придут как какие-то хипстеры, то как реперы, а то просто в деловом костюме. В деловом костюме, прошу заметить на праздник. На праздник в деловом костюме. Лучше бы в клоунских костюмах ходили. Они им больше подходят.       Их подруга — Клара. Сначала она была доброй девочкой, я даже с ней пыталась завязать дружбу, но двойняшки мне, да и ей, скорее всего, все испортили. Она блондинка, а глаза у не были цвета морской волны. Вот такие чудеса бывают, снаружи красивые, а внутри — агрессивные. — Что вы от меня хотите? — строгим голосом спросила я у них, пытаясь скопировать из воспоминаний взгляд Винсента, когда он меня опять ругает. Это получалось довольно неплохо, ведь взгляды этих «крутых» были чуточку слабее, чем обычно. — Да, ничего особенного, — отозвался Ричард залезая на ветку одного из деревьев моего укромного места, — мы лишь хотели забрать то, что нам принадлежит по праву. Его подруги дружно закивали. — Не позволю, бабник, — отозвалась я на такое заявление Ричарда. Да, он именно бабник. Все девушки текут только от его взгляда, таскаются за ним, а он получает дозу наслаждения от этого. — Что вякнула, малявка? — уверенно спросил парень. — Да не слушай меня. Я же не радио, хе-хе, — шутка получилась удачной. Сама пошутила — сама посмеялась. — Да, не слушай ее, — говорила ему сестра, ставя сюда их флаг, — она не радио. Тем более, мы можем заткнуть ее, не так ли? — она посмотрела на Клару, ожидая от нее положительного кивка, но девушка отстранилась в сторону, на что Диана махнула на нее рукой. — Так что, дорогая, — вежливо начал обращаться Браун ко мне, — если не хочешь неприятностей, уходи сейчас, — он развернул меня и «легонько» толкнул. Я буквально полетела на камень, но меня задержала невидимая сила. — К-клара.? — я удивленно смотрела на девушку, которая удержала меня своими руками. Ее лицо было напугано, а в глазах читался страх навредить кому-то. Ведь в ней, похоже, сохранилась частица добра, двойняшки не изуродовали ее внутренний мир.       Она поставила меня на землю, и отошла в сторону ко мне. Двойняшки смотрели на нее с неким отвращением, что было довольно заметно. Но, похоже, это были наигранные эмоции. — Ой, наша маленькая испугалась, — начала Диана, смотря на Клару, которая буквально спряталась за меня, — не хочешь ли ты, дорогая, почувствовать боль? — девушка, стоящая позади меня замахала руками, — а тебе придется.       Диана подошла поближе к Кларе, посмотрев в ее чистые глаза, которые были полны милосердия, а потом первая ударила кулаком ей по щеке. Клара упала на землю, и начала откашливаться кровью. На это было смотреть крайне отвратительно, поэтому я решила заступится за…       …подругу? — Слышь ты, — я поменяла тон разговора с этой особой, — я, конечно, все понимаю, что ты злишься на Клару, но это не повод для драки или избиения, пойми. Она тебе ничего не сделала, она всего лишь спряталась за меня! — после этих слов я подошла поближе к ней, а потом с размаху дала ей пощечину. На ее щеке будет красоваться «красняк». — Ах, значит, вот как? — она лукаво улыбнулась, и через несколько секунд, она прямо рвалась рвать мои волосы. Я попыталась отскочить, но это привело к последствиям: мой клок волос, который она крепко держала в руке вырвался. На том месте, где у меня сейчас красовались волосы, были видны капельки крови. Я поморщилась от боли, но мне было видно, что они ликуют. Но я лишь подошла к девушке и толкнула ее в крапиву, которая росла рядом с ее братом. К моему счастью она не упала, а то бы мне пришлось больше получить.       Она отряхнула свои, и без того грязные туфли, а позже двинулась на меня. Она стиснула зубы, после чего вцепилась ими в мою руку. Я же, пытаясь не кричать и ругаться, попыталась отцепить ее, но это приводило лишь к новым волнам боли.       Ее братец уже убежал, а мы продолжали драться: я легонько била ее, а она, не жалея меня и своих сил, била меня прямо по щекам, по животу, иногда по рукам и ладоням. Чувство не из приятных, скажу я, ведь эта острая, пронизывающая до костей боль приводит к последствиям. А к каким…

…я не знаю.

      В очередной раз она пронзила меня своими зубами, а я решила, что надо звать на помощь, причем срочно: ее укусы иногда пронизывали кожу, из-за чего шла кровь, которой, похоже, она была рада. Причем очень. — Помогите! — я закричала во всю глотку, не жалея собственного здоровья и сил. Помощи не наблюдалось, но было видно, как Клара пыталась помочь, но она решила, что нужно звать взрослых. Больше я прокричать ничего не успела, потому что она меня ударила кулаком по лицу. Это было пределом.       Я, взяв всю свою волю в кулак, ударила ее по зубам. Моей руке тоже было больно, но мне пришлось это сделать. И пусть меня накажут родители, пусть ее родители напишут на меня жалобу, но все же, это самозащита.       Агрессивно вдохнув воздух, она уже начала бить меня по животу. Я почувствовала, как мои нервы на исходе, а слезы начинают литься по щекам. Это было простое унижение, а на ее лице красовалась улыбка победителя. — Вот здесь! — я услышала звонкий голос Клары, показывающая на нас пальцем. Мы повернулись: на моем лице будет красоваться шрам, так как она еще впустила в свой ходу ногти, около левого глаза была царапина. У нее же дела обстояли намного лучше, ведь я ее била только слегка, да и то один раз со всей силы.       Потом я услышала шаги. Тихие шаги, как маньяк приближается к своей жертве. Я почувствовала взгляд, холодный, осуждающий, таящий внутри себя гнев взгляд. — Юная леди, — начал… Винсент?! Да, это был он! Слава небесам, он помог мне. Стойте…

…он помогает мне?

      Да такого быть не может! Он все время относится ко мне строго, агрессивно, а что случилось с тем Винсентом? Что случилось с ним, к которому я привыкла Винсентом, который все время холодный? Я положила руку себе на голову.       Через пять минут я заметила, что Диана убежала в неизвестном направлении, а я лежала на руках у Винсента. Он шел быстрым шагом, без запинок, в том же времени аккуратно, стараясь не навредить мне. — Винс.? — я услышала голос Скотта, а позже и его бег, — что случилось с ней? — Ее побили. Просто побили, — после этих слов жизнь в глазах Скотта прервалась. Но не надолго, так как в следующий момент он обнял меня и Винсента, — она пыталась давать отпор, я видел, но у нее это выходило… — далее последовало тихое молчание — Скотт прижал свой указательный палец к своему рту, а после он поцеловал своего возлюбленного.       «Нет, нет, нет, лучше бы я осталась там лежать, я не хочу смотреть на потрахушки этих двух голубых,» — я уже была в отчаянии, как вдруг я почувствовала два нежных, ослепительно добрых поцелуя в мои щеки. Это было лучшее чувство в моей жизни:       счастье.       С моих уст раздался тихий смешок:

— Он заботится обо мне. Я все время огрызалась, когда разговаривала с ним, а теперь он так отвечает мне. Извини, Винсент. Как же я ошибалась в тебе…