Cбитый пульс ~ remake

Кларк сидит на кровати, обложившись стикерами. Она просматривает уже десятую визитку девушек с сайта и выписывает понравившиеся фразы — и движения тела, или мимику. Это слишком сложно. Для всех этих девушек наверняка было просто — включили камеру и записали. Ну, возможно, кто-то подготовил слова заранее. Но она почти уверена: со словами у них не возникло проблем. Марго сказала, что Кларк должна посмотреть все визитки и набросать текст для своей. Они, в свою очередь, тоже подготовят варианты. Визитка — это важно. От неё зависит, зайдёт человек на твой стрим или пойдёт дальше. Кларк нужно сосредоточиться на этом. Но это проблема. Она не видела Лексу неделю. Судя по слухам, та взяла отпуск или что-то вроде. Кларк ни у кого напрямую спросить не могла — сам вопрос звучал бы странно. Да и какое ей вообще дело. Джесс знает, что Кларк скучает. Потому что от Джесс Кларк и узнала про отпуск. И это было не что-то вроде «этой суки давно не видно», а «ты не знаешь, куда Лекса пропала?». Дело даже не в самом вопросе, а в том, каким тоном Кларк его задала. Они часто с Джесс ругались в первые дни после того разговора в переговорной. Но после вопроса о Лексе Джесс почти перестала с ней разговаривать. Она видит всё по-своему. Видит всё правильно — с точки зрения человека, который имеет только ту информацию, которую услышал. Кларк ей не давала никакой другой, хотя Джесс пыталась понять. Дело в том, что если бы Кларк начала объяснять, это превратилось бы в оправдания Лексы. Кларк пока не готова к такому разговору. Визитки, да. Кларк пишет заметку на стикере: «Не думать о Лексе». Приклеивает его поверх другого стикера, на котором написано: «НЕ ДУМАТЬ О ЛЕКСЕ». Надо начать готовить свою речь. Она берёт блокнот и ручку.

***

Утро начинается с визита к Питеру. Кларк уже заходила к нему несколько дней назад — попросила подготовить договор, какой он захочет, чтобы дальше все существовали на работе, как он выразился, «в безопасности». Она стучится в дверь и, после приглушённого «войдите», открывает её. Проходит, садится напротив. — Привет, Кларк. — Здравствуйте. — Как ты? Кларк едва заметно дёргает плечом. — Давайте без неловкой вежливости. Сразу к делу. Вы подготовили договор? — Да, подготовил, — он подвигает к ней папку. Кларк открывает папку, касается листов. Их четыре. Даже любопытно, что он туда добавил ещё. — У меня есть условия, — выпаливает Кларк заготовленную фразу, но гордится тем, как ровно звучит её голос. — Ну конечно, — он натянуто улыбается. Улыбка выглядит так, словно её нарисовали на лице маркером. — Это справедливо. Слушаю тебя. — Я заберу прочитать домой. И я бы хотела, чтобы вы подготовили ещё контракт на работу, — она делает паузу, глядя ему в глаза. — У меня есть мысли, что после того, как я подпишу ваши бумажки, вы просто избавитесь от меня. Питер моргает. — Это… справедливое предположение. И просьба тоже. Конечно. Я подготовлю контракт для тебя. Что-то ещё? — Нет. Кларк берёт папку и встаёт. Она уже почти у двери, когда Питер прочищает горло: — Лекса брала несколько выходных. Сегодня она вернулась к работе, но я хочу, чтобы тебя это не беспокоило. Она будет избегать мест, где ты занимаешься. Чтобы тебе было комфортнее. Кларк замирает с рукой на дверной ручке. Медленно оборачивается. — Нет. — Её голос ровный, но в нём слышится напряжение. — Мне будет комфортнее, если все будут вести себя обычно. Как ни в чём не бывало. Потому что с особым вниманием и избеганием ни о каком комфорте речи быть не может. — Она делает вдох. — Пожалуйста. Я хочу, чтобы всё было обычно. — Обычно, — повторяет Питер, словно пробует слово на вкус. — Хорошо. Пусть будет обычно. Я поговорю с ней. Кларк кивает и выходит, аккуратно закрывая за собой дверь. В коридоре она прислоняется к стене и делает несколько глубоких вдохов. Обычно. Как будто после всего произошедшего возможно какое-то «обычно». В раздевалке уже полно народу. Кларк машинально здоровается, получая в ответ приветственные кивки и пару улыбок. Нормально. — О, Кларк! — Рейчел машет ей. — Ты видела новое расписание? Марго добавила ещё одну тренировку по средам. — Супер, — отвечает Кларк, запихивая папку в шкафчик. — Как будто мои ноги недостаточно ненавидят меня. Рейчел смеётся. Обычно. Всё обычно. Кларк переодевается быстро, стараясь не думать о том, что Лекса где-то в здании. Вернулась к работе. В зале Марго уже раскладывает коврики. Джесс стоит у окна, делает вид, что растягивается, но Кларк видит — она смотрит в телефон, который лежит на лавке. — Привет, — говорит Кларк, подходя к ней. Джесс поднимает взгляд. Секунду молчит, потом кивает: — Привет. — Ты ушла без меня. — Да. У меня были ещё кое-какие дела, — отвечает Джесс, медленно поднимая колено к груди, а потом вытягивая ногу. — Я была у Питера, — тихо говорит Кларк. — Взяла договор. — И? — И всё. Прочитаю, подпишу. Джесс хмурится, явно хочет что-то сказать, но тут Марго хлопает в ладоши: — Так, девочки! Начинаем! Сегодня у нас кардио, так что готовьтесь потеть. Прекрасно. Для Кларк кардио — это режим пота поверх пота. Кларк встаёт на своё обычное место. Джесс — рядом. Всё как обычно. — Начинаем с разминки! Прыжки на месте, поехали! Кларк начинает прыгать. Раз-два, раз-два. Дверь открывается. Кларк продолжает прыгать, глядя на Лексу, которая входит в зал, уткнувшись в телефон. Ну конечно. Конечно она пришла именно на кардио. Почему бы не увидеть Кларк в момент, когда из неё выходит вся влага. Сердце начинает колотиться в два раза быстрее. Кларк плевать на Лексу. Она не будет на неё смотреть. Кларк фокусируется на движениях. Раз-два. Раз-два. Не смотреть. — Список на следующую неделю, — говорит Лекса, подходя к Марго. — Ты говорила, будет готов. — Да, прости, забыла занести, — тихо отвечает Марго. — Я сейчас сбегаю, продолжишь пока? — Конечно. Кларк чувствует, как все мышцы напрягаются. Конечно. Ну конечно… Но ей плевать. — Переходим к наклонам! — командует Лекса. — Ноги на ширине плеч! Кларк послушно расставляет ноги. Наклоняется. Выпрямляется. Старается дышать ровно, хотя воздуха катастрофически не хватает. Лекса отходит назад, к стене, и прислоняется к ней. Она снова смотрит в телефон. Кларк не смотрит. Она наклоняется. Раз. Два. Раз. Два. Лекса с кем-то переписывается. Переписывается и не смотрит на Кларк. То есть на них. На всех. Это хорошо. Кларк тоже не смотрит. Потому что ей плевать. Вообще насрать на присутствие Лексы. Лекса, кажется, улыбается, что-то печатая. С кем она переписывается? — Теперь выпады! Правая нога! — командует Лекса, не поднимая взгляд. Кларк делает выпад. Потом ещё один. И ещё один. Она смотрит на Лексу. Ладно. Но Лекса не смотрит — и это хорошо. Хорошо ведь? — Теперь левая нога! — командует Лекса. Кларк меняет ногу. Лекса точно улыбается. Снова её пальцы двигаются по экрану. Лекса переписывается с кем-то. И улыбается. Она… Кларк быстро пытается вспомнить, улыбалась ли Лекса раньше? Кларк не помнит. Да и плевать вообще. Кларк замедляется. Выпады теперь и не выпады вовсе. А потом Кларк просто останавливается. Она таращится на Лексу. — Кларк? — тихо зовёт Джесс. Кларк не реагирует. — Кларк, — уже чуть громче зовёт Джесс. Кларк слышит Джесс. Она должна… Так, а что она делала? — Серьёзно? — раздаётся за спиной раздражённый голос Ким. — Неужели… трахалась… смотрелась… Кларк выходит из транса, улавливая слова Ким, и оборачивается. — Извини, что? — Я говорю, что мы все работаем, а ты стоишь столбом, — повторяет Ким, скрестив руки на груди. — Ким, не надо, — тихо пытается вмешаться Оливия. — Почему не надо? Правила для всех одинаковые или нет? — А какие именно правила я нарушаю? — спрашивает Кларк. — Правило делать то, за что тебе платят, — отвечает Ким. — Вместо того чтобы… — она многозначительно кивает в сторону Лексы. Ей вообще-то ничего не платят за это. — Что происходит? — раздаётся голос Лексы. Кларк быстро разворачивается и начинает снова делать выпады. — Всё нормально, — быстро отвечает Лив. — Кто-то считает себя особенной и может просто стоять на месте, — говорит Ким. — Так ты особенная, значит? Кларк уверена, что Ким единственная, кто сейчас стоит на месте. — Ой, давайте не будем делать вид, что речь сейчас обо мне, — нагло заявляет Ким — да таким тоном, что сердце Кларк прыгает в горло. Не к добру это. — Что ты сейчас сказала? — голос Лексы становится опасно низким. Она подходит к ним ближе. О боже. Кларк сглатывает, у неё открывается второе дыхание, и она начинает делать выпады активнее. Главное — молчать. — Я сказала то, что все думают. Что правила работают избирательно. — Правила? — Лекса повторяет слово с холодным удивлением. — Какие именно правила, Ким? — Ну… что все должны заниматься одинаково… — А где ты видела эти правила? — Лекса делает шаг ближе. — Хочу их посмотреть. Кларк слушает, что ответит Ким, но слышит только синхронное пыхтение вокруг себя. — Я тебя спрашиваю, Ким. Покажи мне эти правила, — голос Лексы становится жёстче. — Это… ну, это же понятно… — Ким заикается. — Понятно? Мне непонятно. Объясни. — Вы всем делаете замечания, когда они ошибаются… — И? — А ей — нет. — И что из этого следует? Кларк очень хочется повернуться, чтобы посмотреть на Лексу. Раз. Два. Раз. Два. Пот затекает ей в глаз и начинает щекотать веко. — Что… — выдавливает из себя Ким. — Ким, ты — никто. Ты здесь работаешь, потому что я позволяю. Пауза. — Ты на контракте, где чётко написано, что ты работаешь, пока мы позволяем тебе. — Это… — Заткнись, — отрезает Лекса. — Твоё мнение меня не интересует. Ещё раз позволишь себе разговаривать со мной в таком тоне — вылетишь отсюда. Поняла? Ким молчит. — Я спросила — поняла? — Да, — едва слышно выдавливает Ким. В этот момент дверь открывается, и возвращается Марго со списком в руках. — Что здесь… — начинает она и замолкает. Кларк не знает, что именно видит Марго на лицах всех в зале, но на её лице точно отражается что-то вроде «ПИЗДЕЦ ПИЗДЕЦ ПИЗДЕЦ». Если Кларк раньше просто недолюбливали, то теперь её будут ненавидеть. Кларк — единственная в зале — продолжает делать выпады и осознаёт это. Её ноги дрожат, но она не может остановиться. Она слышит шаги Лексы, а потом та оказывается напротив её лица, и Кларк замедляется. Или её ноги отказывают, и она сейчас рухнет. Главное — не на Лексу. Она быстро трёт пальцами глаз. Хотя первой мыслью было — встряхнуть головой, как мокрая собака. Но это, пожалуй, было бы даже хуже, чем упасть. Кларк замирает и задерживает дыхание. Лекса смотрит слишком долго. В глазах Кларк начинает темнеть — потому что, оказывается, после физнагрузки нельзя внезапно изображать спокойствие. — Когда закончишь, — Лекса прочищает горло, — зайди ко мне в кабинет. Кларк моргает. Или теряет сознание — не совсем понятно. Потому что, когда она снова смотрит, Лекса уже идёт к выходу с бумагами в руках. Дверь за ней закрывается. В зале повисает гробовая тишина. — Ну что, довольна? — тихо, но ядовито спрашивает Ким. Кларк не отвечает. Она чувствует на себе взгляды всех остальных. — Девочки, — голос Марго звучит напряжённо. — Продолжаем заниматься. Когда занятие заканчивается, Кларк первой идёт в раздевалку. Она берёт полотенце и гель для душа из шкафчика, закрывает его — и тут же встречается глазами с Джесс. — Кларк… — Не надо, — тихо говорит Кларк. — Но… — Джесс, пожалуйста. Не сейчас. — Кажется, у нас в коллективе появилась крыса, — напевает женский голос за шкафчиками. Кларк вздыхает. — Кажется, кому-то просто надо было держать язык за зубами, — отвечает Джесс. — Ой, Джесс, хватит, — раздаётся голос Лив. — Мы все видели, что произошло. Ким унизили при всех. — Ким сама напросилась, — холодно отвечает Джесс. — Напросилась? — Лив выходит из-за шкафчиков. — За что? За то, что сказала правду? — За то, что полезла не в своё дело. — Не в своё? — Лив смеётся. — Джесс, мы все здесь работаем. Все видим, что происходит. Кларк медленно поворачивается к ним. — Что именно тебе не нравится, Лив? — спрашивает она спокойно. — Мне не нравится, что ты получаешь то, чего остальные не могут себе позволить. — Что именно я получаю? — Особое отношение. — Тебе сколько лет, Лив? Пять? — Пошла ты, — рычит Лив. — Просто отъебитесь от меня все, ладно? А если не получится — я пожалуюсь Лексе. И да, возможно, после этого ваши претензии станут обоснованными. Но знаете что? Мне абсолютно насрать. Она идёт в душевую. — И кому из нас пять? — кричит Лив ей вслед. Кларк стоит под струями воды дольше обычного, пытаясь привести мысли в порядок. «Пожалуюсь Лексе»… Боже, она серьёзно это сказала? Какой пиздец. Но слова уже сказаны, и отменить их нельзя. Теперь они будут ненавидеть её ещё сильнее. Кларк направляется к кабинету Лексы. Останавливается у двери. Здесь так тихо. Слышно, как грохочет её сердце. Она стучит в дверь. — Входи. Сердце уже колотится где-то в горле. Ей всё равно. Она медленно открывает дверь и заходит. Смотрит на Лексу, которая сидит за столом. Лекса печатает что-то на ноутбуке, не поднимает глаз. Кларк закрывает дверь. Она остаётся стоять у входа, спиной прижавшись к двери. Прекрасно. Теперь они заперты в одной комнате. Что может пойти не так? Но ей похер на Лексу. Всё под контролем. — Садись, — Лекса кивает на кресло напротив стола, всё ещё не поднимая глаз. Кларк на ватных ногах идёт к креслу и медленно опускается на него. Руки сами собой сжимаются в кулаки на коленях. Похер, похер, похер. Клац-клац-клац. Пауза. Лекса медленно закрывает ноутбук. Кларк втягивает носом воздух. Ей похуй. Ей похуй. Ей похуй. Пожалуйста. Лекса поднимает взгляд. И Кларк перестаёт дышать. Зелёные глаза смотрят на неё — хочется отвернуться, отвести взгляд, но Кларк выдерживает. А ещё было бы неплохо начать дышать. Медленно. Выдох. Отлично. Вдох. Прекрасно. Надо так продолжать. Кларк дышит, но воздух кажется плотным, тяжёлым. — Что это было? — спрашивает Лекса ровным голосом. Обычным. Деловым. Равнодушным. Холодным. Кларк ненавидит этот её тон. Отличный вопрос. — Ничего, — звучит сухо. Она молодец. — Не твоё дело. — Всё, что происходит с сотрудниками, — это непосредственно моё дело. А эта ситуация касалась меня напрямую. Кларк сжимает челюсть, заставляя себя смотреть в глаза Лексы. Какая же Лекса красивая. Как же сильно она её ненавидит. — Знаешь, — Лекса облизывает губы, — женский коллектив может быть очень токсичным. То есть… — пауза, она подбирает слова, — может быть очень тяжело. Кларк едва сдерживается, чтобы не закатить глаза. — Ну вряд ли они меня толпой запинают в раздевалке. С остальным я справлюсь. Лекса… — имя жжёт язык, — какое тебе дело? Лекса чуть дёргает плечом. Почти незаметно. — Я хотела бы быть уверена, что с этим не возникнет проблем. — Проблем какого рода? — Кларк не понимает. — Ты не тот человек, который даст себя в обиду, — пауза. — Кларк, — имя звучит осторожно. — И поэтому проблемы могут возникнуть… разного рода. То есть проблема не в том, что её третируют, а в том, что она может дать сдачи?! — А, поняла. — Кларк откидывается на спинку кресла. — То есть ты просишь меня молчать? — Нет, то есть… — Лекса замолкает, хмурится. — Успокойся, Лекса, — резко говорит Кларк. — Я не собираюсь делать всё хуже, чем есть. И знаешь что? — голос становится жёстче, — всего этого бы не было, если бы ты просто вела себя как обычно, а не игнорировала меня при всех. Потому что для них это выглядит совсем не как игнор. Лекса резко выдыхает. Она ничего не отвечает. Просто смотрит. Воздух гудит. — И что, — Кларк прочищает горло, — ты действительно можешь уволить её? Просто так? А как же контракт? — Мы заключаем контракт на определённый срок. Со своей стороны мы предоставляем: помещение, оборудование, платформу, техническую и административную поддержку, а также обучение — как базовое, так и специализированное. Это наше вложение. И, естественно, нам важно, чтобы оно окупалось. Для этого и существует контракт. Но по условиям — мы можем прекратить сотрудничество в любой момент. Кларк хмурится, переваривая информацию: — То есть ты можешь просто выкинуть её, когда захочешь? — Без объяснения причин и уж тем более без компенсаций. — Тогда… — Кларк начинает и замолкает, не зная, как сформулировать следующий вопрос. — Что тебя интересует, Кларк? — Лекса наклоняется чуть вперёд. — Ничего, — быстро отвечает Кларк, отстраняясь, и её голова врезается в спинку. Конечно, это не ускользает от Лексы. Она смотрит пару секунд, а потом тоже откидывается на спинку кресла. Они снова молча смотрят друг на друга. Лекса медленно проводит пальцами по подлокотнику. — У всех контракт разный. Кого-то я не могу просто взять и уволить. Но Ким к ним не относится. — Я не хочу вылететь отсюда, когда подпишу бумагу, которую дал мне Питер, — говорит Кларк. — Какую бумагу? — спрашивает Лекса, и в голосе появляется острота. — Договор, Лекса. — Ты… — Лекса запинается. — Какой договор? Он тебе дал НДА или… — Да. Я сама попросила. Лекса хмурится, и Кларк не даёт ей времени обдумать это. — Я тебе ещё нужна, или я могу идти? — Ты уже подписала? — голос Лексы звучит напряжённо. — Что? Нет. Забрала. Прочитать. — Я хотела бы прочитать тоже. — Это не твоё дело, Лекса, — Кларк произносит имя сквозь зубы. — Кларк. — Я могу идти? — Кларк встаёт. — Если тебе нужны гарантии, то они прописываются в контракте, — говорит Лекса, игнорируя вопрос. — Это не проблема. Питер знает, зачем ты его просишь, и, думаю, учтёт это. — Ясно. Хорошо. Так я могу идти? — Кларк. — Лекса, я могу идти? — В голосе Кларк появляется раздражение. Лекса медленно встаёт. И Кларк испытывает лёгкую панику. Потому что… почему Лекса встаёт? Почему она обходит стол? Паника. Паника. ПАНИКА. Кларк отступает и врезается бедром в кресло. Лекса тут же останавливается. Она внимательно изучает лицо Кларк. — Я пойду с тобой. Мне нужно показать тебе студию, в которой ты будешь работать. — Ясно, — Кларк кивает. Лекса словно хочет что-то ещё сказать, но вместо этого идёт к двери и открывает её, придерживая для Кларк. Кларк проходит мимо. Она чувствует запах. Запах её духов. Желудок сжимается. Её начинает тошнить. Шикарно. Они идут по коридору молча. Размеренный стук каблуков Лексы и более тихие шаги Кларк в кроссовках. Кларк идёт позади, и шлейф духов долбит ей в нос, продолжая вызывать стойкую физическую реакцию, и именно поэтому она старается держаться подальше. Лекса оглядывается. Кларк понимает, что отстала слишком сильно. Лекса стоит на второй ступеньке и ждёт. — Иди вперёд, — как можно мягче шипит Кларк. — Всё нормально? — Да, меня просто тошнит от твоих духов. Лекса дважды моргает. А потом Кларк останавливается в метре от неё и смотрит снизу вверх. Кларк слышала, что сказала. Лекса тоже это слышала. Технически — это правда. Просто не вся. Полную версию лучше не озвучивать. Там слишком много чувств и ни одной капли достоинства. Кларк молчит. Лекса просто кивает, разворачивается и начинает подниматься. — Студия на третьем этаже, — говорит Лекса, звуча как обычно. Она ждёт, пока Кларк поднимется. — Понятно, — коротко отвечает Кларк, ступая на последнюю ступеньку. Лекса показывает ей жестом идти вперёд по коридору. Кларк идёт. — Тебя и раньше тошнило? — спрашивает Лекса. Кларк не отвечает и продолжает идти, не имея ни малейшего понятия, куда. Лекса молча махнула рукой — вперёд. А вперёд, по прямой, — только окно в конце коридора, и сейчас оно выглядит как единственное логичное направление от Лексы. Кларк останавливается у окна, оборачивается и смотрит на Лексу, которая стоит у двери в метрах трёх от неё. Лекса кивает головой на дверь. Кларк подходит к ней. — Нет. Но восприятие меняется при отравлении, — отвечает на вопрос Кларк (не удержалась) и быстро отводит взгляд, чтобы не видеть реакцию, делает шаг и дёргает ручку. Дверь закрыта. Провал. Она стоит слишком близко к Лексе и не смогла запрыгнуть в комнату. Ну камон, серьёзно? Кларк медленно переводит на Лексу взгляд. Грудная клетка Лексы медленно поднимается на вдохе, но она не отвечает. Только коротко кивает, затем тянется в карман и выуживает ключ. Кларк старается не выдёргивать его из её пальцев, когда та его протягивает. Она копается в замке. Блядские руки дрожат. Лекса всё ещё стоит слишком близко. И всё ещё пахнет. — Давай я, — предлагает Лекса и, не дожидаясь ответа, пытается забрать ключ из рук Кларк, обхватывает её пальцы. Кларк отдёргивает руку и отскакивает на шаг. Лекса замирает. А потом начинает дёргать ключ в замке. — Блять, — теперь тянет ключ на себя. Кларк часто дышит, глядя на то, как Лекса борется с замком. — Господи, просто открой эту чёртову дверь, — выдыхает Кларк. — Я пытаюсь, — рычит Лекса и, наконец, выдёргивает ключ. Она копается снова в кармане. Достаёт другой. Кларк отворачивается от неё и дышит. Она слышит, как проворачивается замок. Лекса толкает дверь и входит первой. Щёлкает выключателем. Кларк прикрывает глаза, медленно выдыхает и оборачивается. Заходит в комнату. Дверь за ней закрывается. Студия стандартная — кровать, камеры, освещение, кресло в углу. Как и ожидалось. Ничего особенного. И они снова в замкнутом пространстве. — Техника новая, — отмечает Лекса. — Понятно. — Она всегда новая. — Логично. — Когда студия новая и когда… когда её оборудуют. Всё новое. — Да. Это… звучит логично. Господи, что происходит?! Кларк оборачивается и встречается взглядом с Лексой. И видит в её глазах… что-то. — Кларк, — произносит Лекса с интонацией, которая предупреждает о попытке перейти на личное. В груди у Кларк срабатывает аварийная сигнализация. — Мы здесь закончили? — быстро спрашивает Кларк. — Кларк, мы можем поговорить? — Нет. Нет, то есть… То есть нет. — Код красный. Код красный! — Мы закончили? — Кларк, мы закончили, но… — Тогда я пойду, ладно? — Кларк смотрит ей за спину и, не дожидаясь ответа, уже идёт. — Кларк… Все нейроны Кларк хором кричат: «БЕГИ!» Лекса просто могла ей вручить ключи и отправить к нужной комнате. Это… это ловушка! Ноги несут её к двери с решимостью человека, убегающего от пожара. Поговорить. Лекса хочет поговорить. Кларк прекрасно знает, чем заканчиваются их разговоры. Потому что что бы Лекса ни сказала — Кларк всё равно не готова это услышать. Не сейчас, когда от одного запаха её духов все внутренности завязываются в узел. Не сейчас, когда она едва держится на ногах от простого «Кларк» с этой… интонацией. Нет уж. Спасибо. Её эмоциональная броня держится на честном слове. Кларк выходит и захлопывает дверь. Разворачивается и хватается за ручку. Она серьёзно держит ручку двери?! Три секунды. Пять. Десять. Господи, хорошо, что двери открываются внутрь. Иначе бы она сейчас получила дверью по лбу — и это было бы заслуженно. Кларк чувствует, как ручка дёргается. Ебаный стыд. Они это уже проходили. — Кларк, что ты делаешь? — приглушённый голос Лексы звучит… озадаченно? Раздражённо? Кларк не может разобрать — через дверь и грохот собственного сердца. Она отпускает ручку так быстро, словно та раскалилась. Делает шаг назад. Потом ещё один. Ручка поворачивается, и Кларк делает единственное разумное в этой ситуации — разворачивается и бежит по коридору к лестнице. Достоинство? Какое достоинство?