Cбитый пульс ~ remake

Кларк уверенно стучит в дверь. Она понятия не имеет, что скажет. Скорее всего, они снова поругаются, потому что злость никуда не делась — она всё ещё кипит внутри. Стучит ещё раз — сильнее. Потом дёргает дверь. Закрыто. Какой сюрприз, блять. Лексы нет у себя. Она могла, злая, пойти в свой кабинет? Вполне. Более того — она даже могла пойти на какие-то занятия. Это же Лекса — мастер подавлять эмоции и делать вид, что всё нормально. Кларк разворачивается и прислоняется спиной к двери. Сердце сильно долбит, и она чувствует, как идёт вибрация в дверь. Надо успокоиться. Хотя нет — может, не надо. Кларк в жизни не была такой взбешённой. Идти к Лексе в таком состоянии — прямая дорога к новому скандалу. Но сейчас даже это кажется лучше, чем поехать домой. Она ещё пару минут стоит, тяжело дыша у двери, а потом идёт в туалет. Умоется, приведёт себя в порядок — и пойдёт искать Лексу. Она подходит к раковине и смотрит на себя в зеркало: всё лицо красное, шея покрыта пятнами. В остальном всё нормально. В принципе, чего она там ожидала увидеть? Она же не дралась, а всего лишь вспотела от ярости. Включает холодную воду и плещет себе в лицо. На секунду кажется, что кожа зашипела от контакта с водой. Холодная вода стекает по лицу, и жар в щеках медленно отступает. Кларк делает глубокий вдох. Потом ещё один. Она смотрит на себя в зеркало. Красные пятна на шее бледнеют, но не исчезают совсем. Дыхание выравнивается. Кларк вытирает лицо бумажным полотенцем. Руки почти перестали дрожать — только лёгкая дрожь в пальцах выдаёт внутреннее напряжение. Злость не ушла, просто притихла — как зверь, который временно устал рычать, но всё ещё готов к атаке. Она поправляет волосы, расправляет футболку. Внешне — почти нормально. Почти. Достаточно, чтобы не выглядеть как психопатка. Но недостаточно, чтобы спокойно разговаривать с Лексой, не взорвавшись снова. Кларк спускается по лестнице, стараясь идти медленно и выглядеть нормально. На втором этаже она сталкивается с Рейчел. — Привет, — осторожно здоровается та, окидывая Кларк изучающим взглядом. — Ты… всё в порядке? — Отлично, — отвечает Кларк чуть резче, чем планировала, и быстро идёт дальше. У кабинета Лексы она останавливается, прислушивается. Тишина. Стучит — никто не отвечает. Пробует ручку — заперто. Блять. Она стоит перед дверью ещё минуту, раздумывая, куда Лекса могла деться, а потом разворачивается. Куда дальше? Так. Ладно. Для начала она вернётся в студию — ей нужно поднять камеру. Возвращаясь обратно на третий этаж, Кларк достаёт телефон. Замедляется, уставившись на экран. Пальцы зависают над клавиатурой. Что написать? «Вернись сейчас же?» «Вернись, пожалуйста?» «Я не договорила?!» «Отлично сбежала. Респект 👏» «Где ты, трусиха?» «Можем ли мы, пожалуйста, поговорить как взрослые люди?» Ага. Бред какой. Кларк подходит к двери студии и хватается за дверную ручку. И тут же в диалоговом окне всплывает сообщение: «Молодец 👏. Теперь снимать будем на телефон.» Кларк открывает дверь. Лекса сидит на кровати. Кларк замирает в дверном проёме, рука всё ещё на ручке. Телефон с сообщением в другой руке. Кларк медленно входит в студию. Камера лежит на полу. Кларк закрывает дверь и прислоняется к ней. Они смотрят друг на друга. Лекса сидит на краю кровати, спина прямая. На коленях — жакет, руки сложены поверх. Челюсть напряжена так сильно, что выступают желваки. Она смотрит исподлобья — и в этом взгляде столько злости, что у Кларк снова начинает ускоряться сердце. Её собственная злость, затихшая в туалете, медленно поднимает голову — и скалится. Кларк смотрит на Лексу, а та — на неё, и воздух в студии сгущается. Кларк первая разрывает их зрительный контакт. Она отрывается от двери и идёт к упавшей камере. Хруст. Под ногой — что-то твёрдое. Кларк замирает. Медленно поднимает ногу. Микрофон. Она поднимает взгляд на Лексу. Та смотрит на раздавленный микрофон, потом — на Кларк. Сложно сказать, злится ли она ещё сильнее — желваки всё ещё там же, где были. А глаза всё так же сверкают злостью. Извиняться Кларк не собирается. Возможно, если она откроет рот, чтобы сказать «извиняюсь», оттуда вылетит «мне похуй». Лучше молчать. Кларк наклоняется, подбирает микрофон и кладёт его на кровать рядом с коробочкой. Поворачивается обратно к камере. Хватается за штатив. Металл скользит в мокрых ладонях. Она поднимает камеру и с грохотом устанавливает её на место. Звук эхом разносится по студии. Она делает шаг назад, оценивая результат. Камера стоит ровно. Но вся эта возня не отвлекла от главного — они одни в комнате. Кларк медленно разворачивается. Лекса наконец шевелится — пальцы на жакете сжимаются крепче. Кто-то должен что-то сказать или сделать. Определённо. И то и другое приведёт к очередной катастрофе. Но какая, блять, уже разница? Кларк, отмеряя каждый шаг, идёт к Лексе, и та напрягается всем телом. Плечи подаются назад, челюсть сжимается ещё сильнее. Кларк подходит к ней вплотную. Лекса медленно поднимает голову, встречается с ней взглядом. В её глазах — настороженность. Кларк смотрит на неё сверху вниз. Сердце колотится в горле. Медленно тянется к жакету на бёдрах Лексы. Та не двигается — только глаза сужаются, следя за движением рук. Кларк берёт жакет за край, поднимает. Внимательно смотрит в зелёные глаза. Ведёт руку в сторону и отпускает — жакет падает на пол. Упс. Лекса смотрит на Кларк. Она ничего не говорит. Просто убивает взглядом. Кларк медленно поднимает колено. Ткань джинсов натягивается. Она ставит его на кровать — совсем близко к бедру Лексы, но не касаясь. В зелёных глазах что-то мелькает — быстро, едва уловимо. Пауза. Лекса сидит неподвижно. Кларк переносит вес и поднимает вторую ногу. Матрас тихо скрипит. Она медленно опускает колено с другой стороны от бёдер Лексы. Теперь она стоит на коленях, нависая над ней. Лекса запрокидывает голову сильнее, чтобы удержать зрительный контакт. Кларк начинает опускаться. Медленно, контролируя каждое движение. Её бёдра почти касаются бёдер Лексы. Ноги Лексы под ней напрягаются. Кларк садится, и Лекса резко втягивает воздух носом, а руки дёргаются к талии Кларк — возможно, чтобы скинуть её на пол, — но замирают. Пальцы сжимаются в кулаки. Очевидно, она теперь не знает, куда их деть, и в итоге руки просто зависают в воздухе. Кларк сидит неподвижно. Голова кружится от запаха духов Лексы. Она чувствует и видит, как сильно напряжена Лекса — та всё ещё сидит идеально прямо. Кларк изучает её лицо. Глаза, щёки, челюсть, на которой проступают желваки. Кларк медленно поднимает руку. Движение плавное. Лекса следит за ним — зрачки расширяются. Пальцы Кларк зависают у подбородка Лексы. Та чуть отклоняется назад — совсем немного. Но Кларк сокращает расстояние, и кончики пальцев касаются кожи. Лекса замирает. Кларк подцепляет её подбородок снизу, слегка приподнимая. Лекса поддаётся давлению. В её глазах — смесь злости, напряжения и чего-то ещё. Что-то мечется там, в глубине зелени, как пойманный зверь. Кларк медленно наклоняется вперёд. Совсем чуть-чуть. Лекса не отстраняется, но Кларк чувствует, как та перестаёт дышать. Ещё ближе. И Лекса начинает дышать. Дыхание касается губ Кларк — неровное, прерывистое. Кларк видит, как зрачки Лексы расширяются ещё сильнее, почти поглощая зелень радужки. Кларк отпускает её подбородок и медленно ведёт пальцами вверх по щеке. Легчайшее касание. Лекса резко втягивает носом воздух. Пальцы замирают у виска. Подушечками Кларк чувствует, как под кожей бешено и сбивчиво стучит пульс. Её собственное сердце колотится как сумасшедшее. Кларк нарушает её границы больше, чем когда-либо, и чувствует это всем телом. Видит в зелёных глазах — взгляд тяжёлый, почти дикий. Но там есть что-то ещё. Что-то, от чего у Кларк перехватывает дыхание. Собственная злость всё ещё там — тлеет углями, — но сейчас сильнее другое чувство. Что-то острое и болезненное одновременно. Не отрывая взгляда от её глаз, Кларк ведёт пальцами от виска вниз. Медленно проводит по напряжённой линии челюсти. Лекса вздрагивает, но взгляд не отводит. Кларк ведёт пальцы к уху, потом обратно — к подбородку. Лёгкие, почти невесомые касания. Останавливается там, где челюсть переходит в шею. Чувствует твёрдость напряжённых мышц. Лекса издаёт короткий выдох. Челюсть чуть расслабляется под пальцами Кларк, но тут же снова напрягается. Кларк скользит ладонями вниз по шее к плечам. Просто кладёт их туда, чувствуя тепло через ткань рубашки. Лёгкое давление вниз. Лекса выдыхает — длинно, прерывисто. Её плечи опускаются под руками Кларк. Кларк медленно ведёт руками вверх по шее. Она обводит пальцами линию челюсти. Большие пальцы поглаживают скулы. Кларк видит, как ресницы Лексы дрожат, но та упрямо держит глаза открытыми. Она проводит пальцами дальше по шее, к затылку, и зарывается в волосы. Обхватывает их. Не тянет, не сжимает — просто держит. Лекса на секунду приоткрывает рот и выдыхает, и по рукам Кларк пробегают мурашки. Кларк скользит второй рукой по щеке. Лекса моргает. Один раз. Второй. На третий раз её глаза остаются закрытыми чуть дольше. Кларк ведёт большим пальцем от скулы вниз, очерчивая контур лица. Останавливается у уголка рта. Мягко проводит подушечкой по нижней губе — и Лекса снова выдыхает. Кларк переводит взгляд на её губы — они чуть приоткрыты, дыхание неровное. Потом снова смотрит в глаза. Она наклоняется ближе. Но не к губам — к щеке. Касается губами. Лекса вздрагивает под ней. Кларк целует её щеку — почти невесомо, ведёт поцелуи к губам. Рука на затылке напрягается от желания сжать волосы. Она очень хочет поцеловать Лексу — внутри всё дрожит от желания коснуться её губ. Сердце, как очумелое, грохочет в ушах. Не доходит до губ. Замирает, чувствует дыхание Лексы на щеке. Кларк старается дышать носом. Но это с каждой секундой даётся всё сложнее. Её грудная клетка бешено подпрыгивает. Она проводит большим пальцем по щеке и увереннее целует Лексу в уголок губ. И это обрывает дыхание Лексы — она его больше не чувствует на своей щеке. Одно лёгкое движение головы Лексы — и Кларк чувствует её губы на своих. Кларк приоткрывает рот и нервно выдыхает, а потом целует в ответ. Рука Кларк в её волосах сжимается. Лекса тихо стонет ей в губы — и этот звук пробивает последние барьеры самоконтроля Кларк. Она целует увереннее, обхватывая губами её нижнюю губу. Руки Лексы мгновенно ложатся ей на бёдра и сжимаются. Рот Лексы приоткрывается, она проводит языком по верхней губе Кларк, и та, проглатывая стон, тут же отвечает. Пальцы на её бёдрах сжимаются сильнее. Лекса подаётся вперёд, сокращая и без того минимальное расстояние между их телами. Кларк наклоняет голову и углубляет поцелуй. Руки Лексы скользят вверх по бокам Кларк, останавливаются на талии. Притягивают ещё ближе. Лекса целует её уже требовательнее, кончики её пальцев ныряют под футболку. Кларк вздрагивает и тянет Лексу за волосы — не сильно, но достаточно, чтобы та запрокинула голову. Кларк целует шею — и Лекса сдавленно стонет, заставляя всё внутри Кларк пылать огнём. Ногти Лексы впиваются в спину Кларк. Кларк возвращается к губам и жадно целует. Лекса отвечает с той же интенсивностью. Воздуха не хватает, но отстраниться невозможно. Кларк задыхается в рот Лексы. Кларк хочет больше. Она чуть приподнимается, целует ещё агрессивнее. Ноги дрожат от напряжения — и Лекса тут же обхватывает её за талию, прижимает ближе, подаваясь всем телом навстречу. У Кларк срывается стон — слишком откровенный, — и она резко отстраняется. Они тяжело дышат, глядя друг другу в глаза. Кларк быстро облизывает губы. Дышит, дышит, дышит. Обнаруживает, что её дрожащие пальцы уже на рубашке Лексы, и она расстёгивает пуговицу. Следующую. Дальше. Лекса, всё так же крепко удерживая её на себе, не сводит взгляда с глаз Кларк. Губы Лексы вдруг чуть дрогнули, словно она хочет что-то сказать. Кларк тут же останавливается, напряжённо глядя ей в лицо. Она поднимает руку обратно к щеке Лексы и касается её пальцами, внимательно следя за движением губ. — Я хочу закрыть дверь, — хрипло шепчет Лекса, и её голос звучит так тихо и напряжённо, что Кларк едва различает слова. Кларк моргает, пытаясь осознать услышанное, потом медленно кивает. Она аккуратно соскальзывает с Лексы — ноги дрожат так, будто она только что пробежала километр. Медленно делает шаг назад, затем разворачивается и подходит к двери. Кларк жмёт на кнопку на ручке двери. Дёргает ручку и тянет дверь — та открыта. Она тут же захлопывает её и начинает нервно тыкать кнопку туда-сюда, не сразу соображая, что с этим делать. Где тут что-то, что можно повернуть? Там только можно нажать — а нажатие открывает. Вроде как. Всё тело трясёт, пальцы не слушаются. Кларк чувствует, как руки Лексы ложатся ей на талию. Та разворачивает её к себе лицом — Кларк резко втягивает воздух носом. Рука Лексы касается шеи, скользит к затылку, пальцы запутываются в волосах, чуть сжимают, заставляя Кларк приподнять голову. Кларк едва успевает выдохнуть, прежде чем Лекса целует её и прижимает к двери. Лекса вслепую шарит рукой по замку — и почти сразу раздаётся тихий щелчок. Кларк нет дела до деталей — она сейчас вообще мало соображает, потому что язык Лексы у неё во рту, и Кларк беспомощно стонет, цепляясь за её плечи. Рука в волосах сжимается сильнее, дёргает её голову назад. Лекса опускается к шее — тут же целует и слегка прикусывает кожу. — Блять, — хрипло выдыхает Кларк и выгибается навстречу. Лекса кусает её сильнее, до боли, и стон Кларк застревает где-то глубоко в груди. Она судорожно цепляется пальцами за рубашку Лексы, тянет её на себя. Губы Лексы быстро скользят по шее, чуть ниже, к ключице — и Кларк резко запрокидывает голову назад, ударяясь о дверь. Рука Лексы скользит под футболку Кларк, поднимая ткань. Кларк тяжело дышит, её пальцы снова цепляются за рубашку, нетерпеливо расстёгивая оставшиеся пуговицы. Закончив с этим, она тут же касается её боков, ведёт ладонями дальше — за спину, и впивается пальцами в кожу. Лекса снова прикусывает ей шею, и на этот раз Кларк откровенно стонет. Лекса тут же вздрагивает, вжимаясь в Кларк. Кларк тянет её рубашку с плеч, и Лекса помогает ей, не отрываясь от шеи. Руки Кларк начинают блуждать по плечам, предплечьям. Она замечает, что руки Лексы опускаются. — Можно? — шепчет Лекса, касаясь руками пояса джинс. Кларк быстро кивает и подаётся бёдрами — Лекса быстро расстёгивает пуговицу и тянет джинсы вниз, присаживаясь на корточки. Кларк быстро ногами цепляет кроссовки, сбрасывая сначала один, потом второй. Лекса стягивает джинсы до конца, и Кларк, поддевая их ногой, отшвыривает в сторону. Кларк смотрит на Лексу сверху вниз, хватает край своей футболки и тянет её, ловко снимая с себя. Тут же замечает, что Лекса уже стоит на ногах напротив. Грудная клетка Лексы высоко вздымается, и Кларк опускает взгляд на её грудь, на живот — и, боже мой, как же ей хочется… всё. Она хочет трогать и целовать Лексу везде. Она обхватывает пальцами пояс её юбки и дёргает на себя — Лекса тут же поддаётся и целует Кларк, пока та быстро обводит юбку спереди назад, пытаясь наощупь определить, где замок. Он ровно посередине — сзади. Кларк обхватывает язычок и тянет вниз, расстёгивая молнию. Потом тянет юбку вниз. Лекса делает шаг назад от двери, не разрывая поцелуя и удерживая Кларк за талию. Разворачивается и ведёт её к кровати. Кларк отступает, пока не задевает ногой край матраса, и сразу садится. Под пристальным взглядом Лексы ползёт выше, забираясь на неё с ногами. Лекса быстро сбрасывает обувь. Лекса залезает на кровать и медленно, как хищник, крадётся выше, пока не устраивается над Кларк. Кларк тут же тянется к её лицу, касаясь ладонями щёк, но Лекса перехватывает её запястья, поднимает их и прижимает к кровати над её головой. Она зависает сверху, тяжело дыша, глядя в глаза Кларк. — Не двигайся, — тихо, с лёгкой хрипотцой шепчет Лекса. Её голос звучит почти угрожающе. Кларк нервно сглатывает, а тело почти непроизвольно выгибается навстречу. Лекса оставляет одну руку на запястьях Кларк, а второй медленно проводит пальцами по внутренней стороне её руки — от запястья до плеча, затем ниже, по груди, вниз к животу. Потом — к ноге. Кларк дрожит под ней и не смеет отвести взгляд от её глаз. Её дыхание сбивается в короткие, судорожные вдохи. Кларк приподнимает голову и тянется к её лицу, и Лекса тут же сжимает пальцами её бедро — почти больно. Но боль смешивается с желанием, заставляя Кларк тихо застонать, выгибаясь ещё сильнее, и она опускает голову обратно на кровать. Кларк изучает глаза Лексы. Она хочет Лексу, любит её — и видит, что та не может отпустить контроль. Это не доминирование, это защита. И Кларк осознаёт это так чётко, что сердце сжимается. Рука Лексы опускается ниже, скользя по бедру, и её пальцы цепляются за край трусов снизу, со стороны бедра, легко проводя по коже под ними. Кларк резко вдыхает и дёргается наверх, пытаясь дотянуться до губ Лексы, но та сразу же отстраняется, качая головой. — Я же сказала — не двигаться, — тихо повторяет она. — Лекса, — шепчет Кларк, умоляюще глядя на неё. — Поцелуй меня. Дыхание Лексы сбивается. Она нервно выдыхает, её взгляд бегает по лицу Кларк. Она колеблется. — Пожалуйста, — добавляет Кларк. Что-то в чертах Лексы ломается. Она быстро облизывает губы, и опускается, целует с языком — жадно и глубоко. А её пальцы уверенно дразнят, обводя ткань по краю, вниз. Кларк выгибается ей навстречу, дыхание превращается в короткие стоны, которые тонут у Лексы во рту. Лекса отрывается от поцелуя и пристально смотрит в глаза Кларк, наблюдая, как та почти теряет рассудок под её прикосновениями. — Лекса, — хрипло выдыхает Кларк. Лекса наклоняется к шее, целует, медленно двигаясь ниже. А рука её продолжает гладить бедро Кларк, пальцы едва заметно скользят под ткань трусов — дразня, но не заходя дальше. Кларк тяжело сглатывает и зажмуривается. Она открывает глаза, чтобы увидеть лицо Лексы, которая приподнимает голову и наблюдает за каждой её реакцией. Зелёные глаза — тёмные и бездонные. Пальцы Лексы движутся выше, медленно обходя чувствительные места, двигаясь к животу, поднимаясь выше — по бокам, плечам, предплечьям — и, наконец, возвращаются к запястьям. Кларк слабо дёргает руками, Лекса сжимает их крепче. Кларк могла бы вырваться, применив силу, но вместо этого расслабляется и изучает глаза напротив. — Лекса, отпусти… — едва слышно шепчет Кларк. Её голос почти ломается от напряжения. Лекса отпускает запястья Кларк — слишком быстро. Кларк резко приподнимается на локтях, тут же перехватывая взгляд Лексы, в котором мелькает паника. Она мягко, но уверенно накрывает щеку Лексы ладонью. — Я доверяю тебе, окей? — еле дыша, шепчет Кларк, внимательно изучая её глаза. — А ты мне? Лекса нервно сглатывает и облизывает губы, так же внимательно изучая лицо Кларк. Кларк смотрит, пока та не кивает. Кларк тут же целует её, обхватывая нижнюю губу и осторожно прикусывая. Лекса перехватывает инициативу, углубляя поцелуй — Кларк почти теряет сознание. Кларк чувствует, как под её пальцами расслабляются напряжённые мышцы на шее Лексы. Она углубляет поцелуй, перебирая пальцами волосы на затылке, собирает их в руку и мягко тянет. Лекса тут же глухо стонет Кларк в рот, и та, сжимая волосы ещё крепче, обрывает дыхание Лексы — и вместе с этим Лекса вжимается Кларк в бедро, которое Кларк тут же участливо приподнимает навстречу. — Блять, — шепчет Лекса на выдохе. — Блять, Кларк… Лекса толкается в её ногу ещё раз. Кларк отстраняется, и Лекса жадно хватает ртом воздух. Кларк тут же крепче сжимает её волосы и, не давая Лексе ни секунды, снова целует её, ловя ртом её стон. Одной рукой сжимая волосы, второй Кларк нащупывает на её спине застёжку лифчика. Она сжимает его двумя пальцами, ловко расстёгивает — и тут же чувствует губами улыбку Лексы. Кларк улыбается в ответ, освобождает плечи Лексы от бретелек. Лекса приподнимается и помогает Кларк избавиться от него. Кларк тут же обнимает Лексу и переворачивает на спину, не встречая сопротивления. Устраивается между её ног и нависает над лицом. Изучает его. Лекса — невероятна. От её уязвимого взгляда перехватывает дыхание. Кларк опускается и целует её нижнюю губу, потом — ниже, в подбородок. Шею. Опускается ниже, целует ключицу, двигается дальше. Касается губами груди Лексы — и пальцы той тут же дрожат на её плечах, а потом впиваются в них. Кларк проводит языком по соску, и Лекса резко втягивает воздух сквозь зубы, выгибаясь вперёд и уже болезненно вжимая пальцы в плечи. Кларк слегка прикусывает, чувствуя, как быстро твердеет сосок, потом облизывает его. Лекса быстро зарывается второй рукой ей в волосы, нервно перебирая там пальцами. Кларк опускается ниже, целует живот, потом прикусывает кожу. Пальцы обхватывают край трусов. Она опускается до пупка и мягко целует, потом улыбается в него — и тут же чувствует, как Лекса сжимает её волосы. Кларк опускается ниже, и Лекса аккуратно приподнимает бёдра, позволяя Кларк снять с неё нижнее бельё. Кларк разводит ей ноги, чтобы снова устроиться между ними, и дыхание Лексы срывается на громкий, сбивчивый выдох. Кларк скользит ладонью по внутренней стороне бедра, и мышцы Лексы напряжённо дрожат под её рукой. Она устраивается удобнее и медленно целует внутреннюю сторону бедра, поднимаясь выше. Потом целует лобок — а потом ниже, доходит до клитора и… — Ебать, — выдыхает Лекса, приподнимает бёдра, подаваясь навстречу. — Кларк, блять… — голос срывается на хрип. Кларк касается языком — и не задерживаясь, опускается ниже. Там — очень мокро. Она проводит языком, собирая всю влагу, и, ей-богу, клянётся: в этот самый момент у неё в голове что-то отключается. Мозг сгорает. Всё, что остаётся, — это вкус, тепло и дрожь бёдер Лексы в её руках. Кларк одной рукой сжимает ногу, второй накрывает низ живота. А потом — скользит языком внутрь. Лекса громко стонет, приподнимаясь, и у Кларк внутри всё сводит от болезненных спазмов. Проводит языком ещё раз — медленно, глубоко, с нажимом. Язык скользит по всей длине. Лекса дышит резко, шумно, рваными глотками воздуха. Её бёдра дёргаются, мышцы живота напрягаются с каждым новым движением. Язык движется ритмично. Рука Лексы опускается ей на голову, пальцы дрожат — она судорожно ими надавливает на голову Кларк. Одна нога дёргается ближе, зажимая голову между бёдер. Кларк поднимается к клитору. Голос Лексы то срывается в стон, то глохнет на вдохе. Кларк замедляется, добавляет чуть больше давления. Лекса стонет — и этот звук становится единственным, что Кларк хочется слышать. До конца своей жизни. Она скользит рукой по животу Лексы вверх — пальцами ощущая, как напрягаются мышцы. Лекса дёргается под ней, дрожь проходит от бёдер и выше по животу. Её пальцы в волосах Кларк сжимаются, а бёдра подаются вперёд ещё сильнее. Собственное возбуждение Кларк бьёт по нервам вместе с каждым стоном Лексы. И Кларк снова и снова скользит языком, уже не думая — только чувствуя. Только слушая. Лекса хрипит — отрывисто, будто пытается что-то сказать, но выходит только: — Блять… Она выгибается, пальцы в волосах Кларк дрожат, тело вздрагивает. Кларк убирает руку от живота и опускает её ниже. Два пальца входят одним быстрым движением. И Лекса срывается на громкий, почти злой стон: — Сука… — выдыхает она. — О боже. Кларк трахает её пальцами, наращивая темп, и Лекса извивается под ней — бёдра начинают подпрыгивать навстречу, а рука сильнее прижимает голову Кларк. — Кларк, боже… Я сейчас кончу. Кларк входит в Лексу глубоко и быстро — почти грубо. Лекса перестаёт дышать, сжимается вокруг пальцев, начинается дрожь, и стон вырывается из горла Кларк. Кларк ускоряется и входит ещё глубже. Лекса кончает, выгибаясь всем телом, рука соскальзывает с головы Кларк — и та слышит, как Лекса сдавленно кричит, зажимая себе, очевидно, рот рукой. Кларк замедляется, вытаскивает пальцы и возвращает руку на живот — чувствует, как тот подрагивает от дыхания. Лекса дрожит всем телом. Кларк мягко проводит ей языком между ног, собирая влагу. Кларк поднимается, вытирает рот тыльной стороной ладони. Она ползёт наверх, нависает над Лексой, тяжело дыша. У Лексы щёки красные, грудь всё ещё вздымается рывками. Кларк смотрит ей в глаза. Глаза мутные, почти чёрные. Губы дрожат, пока она рвано дышит. Кларк наклоняется. Язык касается нижней губы Лексы, облизывает её. Лекса тихо стонет, чуть приподнимая голову. Кларк тут же глубоко целует её. Потом Кларк отстраняется. Их взгляды снова встречаются. — Как тебе твой вкус? — мягко улыбаясь, спрашивает Кларк. — А тебе? — хрипло выдыхает Лекса, притягивая Кларк ближе. Голос всё ещё ломается от напряжения. Кларк облизывается: — Мм… определенно не как соус. Лекса шлёпает её по плечу, и Кларк улыбается. Лекса не улыбается в ответ — она слишком внимательно смотрит в глаза Кларк. — Если серьезно, то он великолепен, — Кларк вгибает бровь. — Я тебя так сильно люблю, — шепчет Лекса, голос дрожит. Дурацкая улыбочка на лице Кларк замирает. А через мгновение и вовсе пропадает. Кларк судорожно облизывает губы. Она не успевает даже открыть рот, чтобы ответить — Лекса обнимает её и быстро переворачивает одним резким движением, теперь нависает сверху. Её зелёные глаза горят, волосы падают на лицо, дыхание — горячее и неровное. Она медленно целует Кларк, намеренно и грубо прикусывая её нижнюю губу, заставляя вскрикнуть. Затем губы Лексы резко опускаются вниз — по линии подбородка, по шее, и дальше — к ключицам. Там зубы больно впиваются в кожу, заставляя Кларк выгнуться и тихо, хрипло простонать. Лекса опускается ещё ниже, целует верх груди Кларк. Та быстро приподнимается, ныряя за спину и расстёгивая себе лифчик. Лекса смотрит ей в глаза, пока Кларк избавляется от него. Стоит Кларк опуститься на кровать, как язык Лексы касается соска, а зубы тут же несильно прикусывают. — Блять, да, — её голос почти неузнаваем — слишком низкий, слишком хриплый. Лекса, не отрываясь от груди Кларк, рукой стягивает с неё трусы, и Кларк снова помогает — вынуждая Лексу отстраниться. Та, тяжело дыша, диким взглядом смотрит на Кларк, пока та пытается быстрее избавиться от белья. Лекса, нависая над её лицом, раздвигает ноги коленом и устраивается между ними. Кларк разводит бёдра шире, позволяя Лексе устроиться удобнее. Лекса смотрит в глаза Кларк, и рука уверенно движется вниз по животу, скользя между бёдер. Пальцы собирают влагу, Кларк выгибается, а потом пальцы Лексы быстро и резко входят в неё. Кларк срывается на стон. Она цепляется за плечи Лексы. — Блять… о, блять… Охуеть. Кларк задыхается, всё тело пронзает током. Лекса смотрит на неё, откровенно, рывками дыша через открытый рот. Её взгляд — на грани сумасшествия. А потом Лекса начинает двигать пальцами, и Кларк задыхается. Очередной толчок пальцев вызывает громкий, глубокий стон. Лекса тут же опускается к её губам. — Лекса… — выдыхает Кларк в перемешку со стоном. — Лекса… — повторяет она, перемещая одну руку на горящую щеку. Большим пальцем касается её нижней губы. Тут же чувствует её язык — и, убирая палец, целует её. Воздуха не хватает. Кларк откидывает голову и сжимает челюсть, чтобы не заорать от желания, чтобы Лекса… — Блять… ещё… глубже… — хрипло выдыхает Кларк, возвращая голову в прежнее положение и встречаясь взглядом с Лексой. Лекса тут же подчиняется, входя ещё глубже. Кларк обхватывает её шею, чувствует влагу сзади. Не отрывая взгляда от глаз Лексы, она стонет, дышит, хрипит, задыхается — и просто умирает, пока её бёдра подпрыгивают, встречая каждое движение и желая больше. Ещё больше. — Прошу тебя, — шепчет Кларк. — Пожалуйста. Пожалуйста… — почти неразборчиво повторяет она. — Что? — Лекса ищет ответ в её глазах. — Что ты хочешь, Кларк? — Я хочу больше, Лекса… пожалуйста. Пожалуйста, трахай меня грубее, прошу тебя, — она приподнимает голову, хрипит ей эту просьбу в губы, и Лекса скулит в ответ. Кларк возвращает голову на кровать. — Прошу тебя… Лекса яростно дышит, глядя ей в глаза. Потом чуть смещается и опускается ниже, принимая более удобное положение — и, добавляя третий палец, входит грубо и глубоко. — Блять… о боже… — Кларк откидывает голову назад, выгибаясь всем телом. — Да… да… Лекса… прошу… Пальцы одной руки всё ещё на щеке Лексы. Она не в силах опустить голову, чтобы посмотреть на неё — наощупь находит её губы большим пальцем, и Лекса тут же обхватывает его губами. Кларк дёргается бёдрами. Всё тело сводит в каком-то безумии. Кларк перестаёт контролировать его — только руку, мягко лежащую на лице Лексы. Вторая рука поднимается и цепляется в ткань у головы. Кларк что есть сил сжимает её. Тело вибрирует от предельного напряжения, мышцы живота напряжены до предела, грудь поднимается и опадает с каждым бешеным вдохом. Лекса всё ещё держит темп — грубый, глубокий. Её пальцы двигаются резко, без жалости, лишая Кларк остатков контроля над собой. Щека под ладонью Кларк пылает. Вся кожа Лексы — мокрая, горячая. Она слышит надрывное дыхание Лексы. — Лекса, я… — выдыхает она, но не может договорить. Бёдра подрагивают, голос больше не слушается. Кларк убирает руку от лица Лексы и закрывает себе рот. Пальцы не останавливаются. Лекса входит до предела, чуть выгибаясь внутри. Кларк быстро возвращает правую руку вниз и ищет лицо Лексы. Резко опускает голову и ищет Лексу взглядом. — Я здесь, Кларк. Кончи для меня, детка. — О боже… Лекса… Лекса… я… я так тебя люблю… о господи… — выдыхает Кларк, накрывая её щеку ладонью. А оргазм накрывает её. Тело выгибается дугой. Руки Кларк резко опускаются на плечи Лексы. Она стонет громко, мощно, сжимая пальцы что есть силы. Всё пульсирует. Её сердце, её дыхание, её мышцы, каждый нерв. Пальцы Лексы всё ещё внутри, и они держат её там — в этом аду, в этой эйфории, не давая вернуться. Пальцы всё ещё двигаются, но теперь — медленнее. Кларк не может говорить. Только сдавленно хрипит. Только беспомощные толчки бёдрами и слёзы, которые вдруг льются из глаз. О, ёбаный пиздец. Лекса медленно вынимает пальцы. Приподнимается и мягко касается её щеки. Нависает над ней и смотрит внимательно, изучающе. Кларк смотрит на неё снизу вверх — дыхание всё ещё нестабильное. Она дрожит, как будто её только что вытащили из ледяной воды. Но внутри всё горит. Пальцы Лексы на щеке Кларк слегка подрагивают. — Всё хорошо? — шепчет она. Почти неслышно. Кларк быстро вытирает слезу, которая скатывается к виску. Лекса, не дожидаясь ответа, склоняется к её лицу и целует. Целует щеку. Выше. Кларк прикрывает глаза, и Лекса целует веко, потом бровь. Кларк прижимается к её губам. Лекса отстраняется и снова смотрит на неё. Кларк поворачивает голову, тянется, целует запястье Лексы. Потом снова смотрит ей в глаза. Кларк вдруг смеётся. Тихо, с хрипом. Смех неровный, срывается в полустон. Лекса с беспокойством продолжает изучать её. Уголки губ Лексы чуть дрожат, будто она не знает — смеётся ли Кларк или теряет рассудок. — Всё нормально, — выдыхает Кларк. Она медленно выпускает воздух через нос, прикрывает глаза, потом снова открывает. — Я просто… Лекса смотрит на неё молча. Потом мягко убирает прядь волос с её лба. Кларк поджимает губы, в груди что-то сходит с ума. Она и правда, наверное, ебанулась. Почему-то хочется смеяться, но это не смех. Это… Кларк понятия не имеет, что это. Хочется смеяться, потому что невыносимо. Хочется обнять Лексу и заорать одновременно. — Я не знаю, что со мной, — наконец выдыхает она, отворачиваясь. Лекса отстраняется всем телом, и Кларк моментально, в мгновение, чувствует себя голой — во всех смыслах этого слова. Она тут же нервно оглядывается по сторонам. Потом смотрит на Лексу. Паника начинает подбираться к горлу. Они в… в студии. На чужой кровати. Здесь светло! Нет даже одеяла, они лежат на покрывале. Кларк быстро прикрывает себя рукой и смотрит на Лексу. Вырывается истерический смешок. Боже, какой ужас. Лекса… она… Лекса быстро ложится рядом и накрывает ладонью её щеку. Взгляд Кларк дёргается к камере, потом к светильнику — или как эта хуйня называется, — потом к Лексе. — Я люблю тебя, — тихо говорит Лекса, фиксируя этими словами взгляд Кларк на себе. Кларк кивает. Губы дрожат, и она их сжимает. — Я рядом и никуда не денусь, — говорит Лекса ласково, но уверенно. Кларк резко выдыхает. Воздух выходит из неё, как будто она держала его весь этот чёртов день. — Я тебя тоже люблю, — сипло выдыхает она. — Очень. Блять. Очень. Лекса улыбается и, переворачивая ладонь, гладит щеку Кларк тыльной стороной пальцев. — Мне надо… — начинает Кларк и осекается. Не знает, что дальше. Что именно надо? Одеяло? Вода? Спрятаться? — Не надо, — шепчет Лекса. Кларк приоткрывает рот, чтобы оспорить это и сказать какую-то тупость, но тут же закрывает. Моргает пару раз, глядя на Лексу, а потом открывает рот. — Мы что, серьёзно только что трахались под софтбоксом? Под камерой? Как в порно. Провал. — Камера выключена, — мягко поправляет Лекса. — А софтбокс… ну да, он светит. Но зато я вижу, какая ты красивая. Ещё никогда Кларк так стремительно не вспыхивала — от шеи до кончиков ушей за секунду. — Лекса, — смущённо стонет она, прячась лицом в изгиб её шеи. Лекса убирает ей волосы за ухо и целует в щеку: — Я говорю правду. — пыаоывоавы, — неразборчиво бубнит Кларк, не поднимая головы, вызывая у Лексы хриплый смешок. Кларк чуть отстраняется. — Обычно после секса люди лежат в темноте под одеялом, а не… под студийным освещением. На рабочем месте. — Говорит та, кто пыталась трахать меня в коридоре. — Это другое, — Кларк быстро отстраняется и смотрит ей в глаза. Улыбка Лексы замирает. Она вздыхает. Кларк задумывается о собственных словах, и взгляд упирается в щеку Лексы. — Мне сейчас это кажется чем-то… — Кларк переводит взгляд ей в глаза. — Я больше не хочу так. — Я помню момент, когда ты перестала хотеть, чтобы было так, Кларк, — осторожно говорит Лекса. — О, ты мне будешь это до конца жизни вспоминать?! — Кларк резко отклоняется и театрально зло смотрит на Лексу. — Конечно, — Лекса улыбается, прикусывая нижнюю губу, и дыхание Кларк обрывается. Лекса тут же поддевает её подбородок кончиками пальцев. — Мой самый безрассудный способ сказать: «давай поговорим». А ты говоришь закрыть тебя в комнате, — Лекса фыркает. Кларк стонет, откидывая голову назад. — Момент, когда я поняла, что готова умереть, лишь бы поговорить с тобой, — добавляет Лекса. — Не драматизируй, — смеётся Кларк, глядя на Лексу. Лекса изучает её лицо, и Кларк быстро перестаёт улыбаться и кашляет, прочищая горло. — Прости. — За что? — тихо спрашивает Лекса, не отводя взгляда. — За то, что… — Я сама встала перед машиной, Кларк, — мягко отвечает Лекса. — Никто меня не заставлял. — Но… — Кларк, — Лекса касается её щеки. — Перестань. — Мне правда жаль, — шепчет она. — Знаю, — кивает Лекса. — Мне тоже. Они молча смотрят друг другу в глаза. — Ты выключила камеру, но не подняла её? — хмурясь, спрашивает Кларк. Лекса закатывает глаза, мычит что-то несвязное и откидывается назад, на кровать.