В мечту. Оковы одной души

Золотистое сияние медленно рассеялось, вновь открыв окружающее пространство. Лита поняла, что стоит в круглом зале с оранжево-коричневыми каменными стенами, которые плавно переходили в потолок и полукругом смыкались над головой. Ни ламп, ни каких-либо источников освещения не виднелось, но, тем не менее, зал был светлым, и каждый его уголок хорошо просматривался. Литу это не удивило — даже в обычном Золсере логика часто работала по немного альтернативным законам. У стен, на светлом гладком полу, стояли ровные ряды белых овальных камер с прозрачными крышками. Сквозь них виднелись люди — парящие в воздухе, мирно спящие. Самых различных возрастов — от маленьких детей до зрелых мужчин и женщин, не было лишь младенцев и стариков. Лита знала, что камер ровно сто, а одна из них пустует, потому что тот, кто должен был в ней спать, находился рядом с ней. Зал возрождения. И спящие в капсулах возрождения игроки. А еще Лита слышала стук сердца — неровный, слабый, где-то впереди. С каждым ударом по стенам пробегала едва заметная золотистая волна. Золотое Сердце было совсем рядом, и эта близость вызывала у Литы противоречивые чувства. — Мы наконец-то здесь, — счастливо произнес Ичика, оглядываясь. Он буквально лучился радостью и облегчением. Еще бы, ведь скоро его мир будет спасен. Лита хотела разделить его радость, но не могла. Ей снова было страшно. Уже так близко. Только теперь Лита ясно осознавала, что все, что должно произойти, действительно произойдет. Она войдет в смежный зал, где находится Золотое Сердце, и передаст ему свою энергию, подвергнув себя маленькому, но все равно пугающему риску умереть или навсегда потерять себя. Исполнит роль героини, спасающей мир. Возможно, посмертно. Мысли о гибели все лезли и лезли в голову, заставляя ноги подкашиваться, а дыхание — становиться прерывистым. А что, если она вообще не справится? Если сделает что-то не так, и все пойдет насмарку? Золсер не станет прежним, игроки умрут, и все из-за нее. А если умрет и она? Ни мира, ни жизни. Множество вариантов событий, один хуже другого, зароились в сознании, расталкивая мысли о смерти. Лите хотелось сесть и никуда не идти, убежать, проснуться, услышать, что это все несмешная затянувшаяся шутка. Слишком много ответственности! Слишком страшно! — Лита? — Ичика с тревогой смотрел на нее, а его пальцы крепко сжимали ее ладонь. Сколько они вообще проходили по хаотичному Золсеру, держась за руки? Знак поддержки, который, впрочем, сейчас не особо помогал. — Все нормально, — стараясь справиться со страхом, произнесла Лита. Ее била мелкая дрожь, и, судя по недоверчивому лицу Ичики, он чувствовал ее в руке подруги. — Ты снова боишься? — спросил он. — Я… просто давай пойдем, — нервно проговорила Лита. — Расправимся со всем этим побыстрей. «Я не хочу туда идти. Давай постоим еще немного, давай вообще никуда не пойдем, ну все к черту!» Как же плохо быть героем. У них всех, должно быть, стальные нервы — регулярно миры спасать и параллельно ухитряться разбираться со своими проблемами. А может, они все давно от постоянного напряжения сошли с ума. Как она сейчас сойдет, блин… «Лита, тихо. Дыши глубже. Чертовы нервы, успокойтесь… Думай о том, что с Ичикой все будет хорошо. Пусть все кончится побыстрее, ну пожалуйста». — Ну… ладно. — Бросив на Литу неуверенный взгляд, Ичика вздохнул и сделал шаг вперед. Они шли вдоль капсул возрождения, белеющих на фоне стен, и спящие лица игроков словно провожали их. Дети, подростки, молодые, зрелые. Улыбающиеся во сне, отрешенные, хмурящиеся. Это было словно заколдованное царство, с которого требовалось снять проклятие. И тогда они все проснутся, и воцарятся мир и счастье… Только Лите совсем не было легче от этих мыслей. Противоположная стена приближалась, на ней виднелось небольшое, размером с дверь, круглое отверстие, затянутое мембраной. Лита знала, что эту мембрану можно пройти насквозь, и тогда ты, ощутив мимолетное бархатное прикосновение к телу, очутишься в зале Золотого Сердца. Событие, к которому привело ее решение, становилось все материальнее и ближе. И все больше нарастал, казалось, побежденный страх. Принятие решения было лишь первой ступенью, самое сложное — его исполнение — только предстояло. А вокруг тишина, и лишь их шаги да тихий стук Сердца нарушают ее. Мир словно затаил дыхание. Наблюдал, ждал, надеялся. Как народ, смотрящий на человека, чья жизнь вскоре будет принесена в жертву неведомому богу, который в обмен остановит бедствия. И путь до мембраны стал эшафотом. И вот они уже рядом с ней. Протяни руку — и ощутишь нежное прикосновение, и ладонь пройдет насквозь, оказываясь в сердце этого мира, в зале того, что так и звалось Сердцем. И произойдет жуткое в своей тяжести последствие решения. Ичика резко остановился и положил свободную руку на плечо Литы, удерживая ее. — Ты уверена, что хочешь это сделать? — спросил он. — Потому что мне так не кажется. Лита, скажи честно: не хочешь? Лицо у него снова было напряженное, взгляд испытующе сверлил подругу. Лита опустила голову, избегая смотреть на парня. Почему это снова происходит? Почему опять начинается этот разговор? — Ты не хочешь? — повторил Ичика тише. Лите показалось, что в его голосе промелькнуло отчаяние. В хаос чувств внутри примешалось чувство вины, но тут же потонуло в этом бурлящем океане. Невыносимо… — Ичика… — прошептала Лита и поняла, что сильно дрожит, — мне страшно. И почему реальность так отличается от представлений о ней? Она-то думала, что все, преодолела себя, поборола страх, и больше он не вернется. Но оказалось, что разовая победа — это еще не все. Нужно приложить еще усилия, а к этому она оказалась не готова. Послышался грустный вздох Ичики. Да, вряд ли он ожидал такого. — Все-таки страшно? Мы можем… — Его голос зазвучал с усилием. — Если ты передумала, то… — Нет! — оборвала его Лита. — Не передумала я! Просто… просто боюсь, что все пойдет не так, — путаясь, проговорила она быстро. — Я умру, Золсер умрет… — Никто не умрет, — поспешно произнес Ичика. Слишком поспешно. — А если умрет?! — Лита сорвалась на крик и тут же ощутила стыд. — Прости, я не хотела. Просто… просто я никогда не делала чего-то настолько важного. Это… это жутко. Фактически от меня зависит жизнь сотни существ… даже сто одного, если считать Сердце. Я хочу помочь вам всем, но… это правда жутко. В какой-то степени даже страшнее вероятности умереть. Черт, я так надеялась, что больше не буду бояться, но снова это делаю!.. — У нее вырвался нервный смех. — У меня столько страшных мыслей в голове. Если бы они посетили меня раньше, нас бы с тобой такое количество жути окружило… — Хочешь сказать, ты накручиваешь сама себя? — нахмурившись, спросил Ичика. — Да, — кивнула Лита. — Просто… я же вот-вот сделаю это. Передам энергию сущности Сердцу. Раньше, похоже, я не до конца осознавала, что это произойдет, а теперь осознаю. И поэтому опять боюсь. Что что-то не так пойдет, что я опять же умру, что… В общем, вот так. — Ты не можешь опять победить страх, — утвердительно произнес Ичика. Лита кивнула. — Я хочу помочь Золсеру, — ответила она. — Очень хочу. И хочу преодолеть страх. Но не могу. Молчание. Густая тишина накрывала их. Прерывистый стук Золотого Сердца доносился сквозь мембрану. Бежали по стенам золотистые волны с каждым ударом. Умирающее царство ждало двух существ, застывших рядом с его слабеющим сердцем. Осталось так немного — и до спасения, и до смерти. Реальность дышала в лицо этим фактом, и запах из его рта был так же тяжел, как и страх. — Как люди поддерживают друг друга? — вдруг спросил Ичика. — У них есть какие-то способы, которых нет у игроков? — Э… — Литу застигли врасплох эти внезапные вопросы. — Ну… да нет вроде особых способов, — растерянно пробормотала она. — Обнимают там друг друга, говорят ободряющие слова… Ичика обнял ее. Это было настолько неожиданно, что Лита застыла, как вкопанная, и могла только ошарашенно моргать. Но объятия длились, шок постепенно проходил, а потом девушка, подчиняясь порыву, обняла Ичику в ответ. — Я не знаю, поможет ли это, — тихо проговорил игрок, — но надеюсь, что да. Ободряющие слова… черт, я не умею их говорить. — Он коротко рассмеялся. — Могу сказать, что если бы чувства можно было делить, то я бы попросил тебя отдать мне половину твоего страха. Меня бы разорвало, наверное, и справиться бы я с ним не смог, зато тебе бы стало вполовину легче. И... и я с тобой, если тебя это утешит. Пройду оставшийся путь до Сердца с тобой до конца и буду ждать тебя. И не накручивай себя. Ты сама сказала, что то, что пугает, не обязательно на самом деле такое страшное. И… — Ичика помолчал, после чего смущенно добавил: — И еще этот жест у людей тоже выражает привязанность. Поэтому… выражаю им привязанность к тебе. Надеюсь, это тоже поможет. И… и вот… Он смешался и замолчал. Наверное, нужно было ответить. Сказать: «Спасибо» или еще какую-нибудь фразу в том же духе. Но это бы не выразило того, что хотелось сказать Лите. Существуют ли вообще слова, способные выразить те странные чувства, что поднялись в ней после этого монолога Ичики? И поэтому Лита лишь крепче обняла его, ощутив, как спустя несколько мгновений то же самое делает и он. Ичика добился своего… ну, почти. Страх не ушел, но уменьшился, наполовину скрылся за завесой других, гораздо более приятных чувств. Словно они сейчас действительно разделили его пополам. И словно бы разделили так же все дни, что провели вместе, все чувства, что испытали вдвоем, и весь этот путь сюда, проделанный бок о бок. Долго ли продолжались эти внезапные объятия или нет, пришло время закончиться и им. Лита и Ичика отстранились, взглянули друг на друга. Игрок немного смущенно улыбался, и помимо этого в улыбке была заметна теплота и нечто неуловимое, как мгновение появления первого солнечного луча на рассвете. Лита же… Лита чувствовала себя так же, как в недавних объятиях. Медленно растворяющийся страх, ощущение покоя, защищенности и то неуловимое чувство, что было сокрыто в улыбке Ичики. — Помогло? — наконец нерешительно спросил игрок. Он смотрел на Литу с робкой радостью, видимо, уже догадываясь об ответе, но опасаясь, что все же ошибается. Девушка медленно кивнула. Страх еще был здесь, но больше он не крутил ее в бешеном водовороте. Притих, затаился и только осторожно скребся. — Спасибо, — сказала Лита то оставшееся, что не было досказано. Радость на лице Ичики окрепла, улыбка стала шире. Да и сама Лита ощущала улыбку у себя на губах. Как же стало легко!.. — Пойдем? — спросила она. Из глубин души поднималась решимость, что уже посетила ее сегодня в школе. Все получится. Все будет хорошо. — Пойдем, — кивнул Ичика, сияя улыбкой и глазами. И, держась за руки, они шагнули к мембране, отделяющей их от Золотого Сердца. *** Лита не особенно хорошо помнила этот момент в книге — когда сквозь мембрану шагнул главный герой «Игр». Она вообще не очень хорошо помнила книгу ввиду невнимательного прочтения из-за неприязни к упомянутому герою, в памяти остались лишь устройство мира и по каким-либо причинам зацепившие моменты. Поэтому описание зала, в котором находилось Золотое Сердце, почти выветрилось из головы, и поэтому, войдя сейчас в него, Лита практически не знала, чего от него можно ожидать. Он не был пафосным, создающим какое-то особенное впечатление, по сути, оказался копией зала возрождения, только без капсул возрождения и, соответственно, практически пустой. Все, что в нем находилось — это винтовая металлическая лестница, широкой спиралью поднимающаяся вверх. Сквозь ее витки туда же устремлялось три толстых темных стержня, сплетшихся в подобие косы. Они достигали той же высоты, на которой находилась последняя ступенька, где заканчивались тремя узкими длинными платформами, напоминающими лепестки цветка. А в середине этого цветка в воздухе висело Золотое Сердце. Оно ничем не отличалось от человеческого кроме того, что было золотистым и источало слабое сияние такого же цвета. Никаких признаков того, что это своеобразный компьютер, творение рук человеческих, никаких проводов, мониторов, клавиатур, никаких признаков того, что этот странный предмет можно как-то запрограммировать и контролировать. Просто сердце золотистого цвета, висящее над металлическими лепестками и слабо вздрагивающее от собственного биения. Не верилось, что оно возникло посредством человеческих усилий. А может, оно и в самом деле появилось не так. Лита вспомнила, что объяснения ученого в книге казались ей странными и противоречащими; возможно, он и врал о происхождении Сердца, только они уже никогда об этом не узнают. Разве что автор напишет продолжение или расскажет само Сердце. Удары его здесь слышались отчетливее, но все же по сравнению с тем мощным, несущим в себе бережную и ласковую силу стуком, что знала Лита раньше, они были очень слабы. Ритм сбивался, сердце дрожало то слишком быстро, то слишком медленно, а золотистые волны беспорядочно бегали по стенам и судорожно мерцали. Так же судорожно пульсировало и сияние Сердца, то ярко вспыхивая, то почти угасая. Нужно было спешить. — Черт побери… — вдруг прошептал Ичика. Лита уловила в его голосе панику. — Что такое? — Оторвав взгляд от Золотого Сердца, девушка посмотрела на него. Парень смотрел куда-то вверх, и в его расширившихся глазах читалась та же паника, что и в голосе. — Посмотри туда, — сказал Ичика отрывисто. Лита посмотрела. И ощутила то же самое, что и друг. В потолке зала, сияя золотистыми краями, медленно расползались знакомые черные дыры. Непроглядная тьма внутри них постепенно серела, начинала клубиться знакомым туманом, который медленно полз, стремясь вырваться за пределы темноты. Золотистые волны перестали бегать по стенам и заметались вокруг дыр, словно пытаясь затянуть их. Бесполезно — те продолжали расширяться. — Сердце, не трать энергию, мы сейчас поможем тебе! — крикнул Ичика золотистому компьютеру. — Лита, скорее! — Он дернул за собой подругу и потащил к лестнице. …Чтобы мгновением спустя они оба испуганно отпрянули назад. Прямо перед ними разверзлась еще одна дыра — именно разверзлась, настолько резким было ее появлением и настолько она оказалась большой. Чернота выплеснулась из нее, посерела и туманом скользнула к Лите и Ичике. Оба они рефлекторно сделали шаг назад, но было уже поздно — в их головах ощутился короткий укол. А затем туман заклубился, заволновался, стал густеть и принимать форму. И вот уже перед Литой и Ичикой лежало на полу чудовище, похожее на облако, которое слепили из тысячи лиц — страшных, красивых, отрешенно-спокойных, искаженных в какой-либо эмоции, страшной в своей гипертрофированности. Множество глаз открылось и свирепо уставилось на друзей алыми, словно тлеющими зрачками. Краем зрения Лита зацепила движение наверху и невольно бросила взгляд туда. Туман, выползающий из дыр на потолке, тоже менял форму, превращаясь в чудовищ. Тут были и знакомые монстры, встреченные когда-то в играх Золсера, и те, которые Лита никогда не видела, и такие, каких никогда бы не встретила точно, потому что для их создания нужно было быть или безумцем, или гениальным настолько, чтобы считаться безумцем. Чудовищ становилось все больше, и все они падали на пол, чтобы затем подняться и вперить жуткие взгляды в Литу и Ичику. Вскоре их численность стала настолько большой, что их скопление можно было смело назвать толпой. Вся эта толпа стояла неподвижно и сверлила взглядами игрока и человека — так, что Лита чуть ли не физически ощущала давление. Словно монстры хотели вытолкнуть их обоих отсюда, отогнать подальше от Золотого Сердца. И, что хуже всего, они с Ичикой были безоружны. А значит, не было и шансов пробиться сквозь монстров. Черт, если бы они успели подбежать к лестнице до появления такого количества чудовищ, как сделал главный герой «Игр»! — Если они смогли появиться даже здесь, — прошептал Ичика, — то что же с залом возрождения? С другими игроками? Неужели они?.. На секунду Литу тоже кольнул страх за сородичей друга. Что, если они уже мертвы, раз хаос добрался уже сюда? Но потом в памяти мелькнуло кое-что из книги. — Скорее всего, с ними все хорошо, — быстро проговорила Лита. — Похоже, Сердце перебросило часть оставшейся энергии на зал возрождения, чтобы спасти игроков. Поэтому его собственный и начал разрушаться. На секунду Ичика расслабленно и облегченно улыбнулся, но тут же выражение его лица сменилось на мрачное и сосредоточенное. За других игроков больше не было нужды волноваться, и эти эмоции отпали за ненадобностью, с легкостью, доступной только его расе, заменившись на другие. — Нужно пробиться сквозь них, — сказал Ичика. «Да ладно?» — едва удержалась от нервно-язвительного комментария Лита. — Но как? Их слишком много, и у нас нет оружия. Разве что… Воздух рядом вдруг замерцал, на мгновение окутался мягким золотистым сиянием. То же сияние скользнуло по Лите, облекло на мгновение Ичику. Им под ноги упали мечи, а на их телах возникли блестящие металлом нагрудники, налокотники и наколенники. — Откуда они?.. — изумленно произнесла Лита. — Сердце! — Ичика стремительно поднял меч. — Оно материализовало их для нас, чтобы мы смогли сражаться! Взгляды монстров стали еще более враждебными. Толпа двинулась — медленно, угрожающе. Лита поспешно подняла свой меч. Маленький, тонкий, легкий, больше похожий на игрушечный — видимо, Сердце не смогло создать более грозный. Да и, хм, доспехи не казались прочными. Они точно выдержат схватку с таким количеством монстров? «А выдержу ли я сама?..» — Нападем одновременно, — быстро заговорил Ичика, перехватывая меч поудобнее. Лита на секунду пожалела, что у них не сохранилось навыков владения оружием (они появлялись только в соответствующих игровых мирах и исчезали с уходом из них), но мысль была мимолетной и тут же пропала. — Будем держаться рядом друг с другом и вместе пробиваться к лестнице. Ты защищай себя, я буду защищать себя и тебя, потому что сейчас важно, чтобы ты добралась до Сердца. Как только прорвемся к лестнице, беги что есть силы по ней наверх и ни на что не отвлекайся. Я останусь внизу и буду сдерживать монстров. Ясно? — Ты уверен, что сможешь в одиночку их сдерживать? А если… — Все будет нормально, — еще быстрее и с внезапной жесткостью проговорил Ичика, не отрывая взгляда от надвигающейся толпы монстров. — Просто беги к Сердцу. Пожалуйста. Эти жесткий тон и более тихое «пожалуйста» отрезвили Литу. В самом деле, она намного лучше поможет Ичике, если быстрее доберется до Сердца. Она кивнула. Ичика коротко и облегченно улыбнулся и пристальнее взглянул на приближающуюся толпу. — Готова? — спросил он. Нет. Но разве есть выбор? Монстры приближались, бешено сверкая глазами, блестя когтями и клыками, искрясь от магии. Черные дыры расползались по залу все быстрее. Золотое Сердце судорожно дрожало. Нет, выбора не было. — Готова, — произнесла Лита, поднимая меч. Страх перед монстрами достиг пика. Она словно прыгнула в бездну и оказалась в том мгновении, когда тело, еще не падая, замирает над головокружительной пустотой. А в следующую секунду они ринулись в толпу чудовищ. И страх исчез, потому что касался лишь мига между бездействием и боем. Мир словно взорвался какофонией воплей, рыков, визгов. Вокруг завертелся ураган бесчисленных тел, клыков, когтей, светящихся свирепых глаз. Монстры прыгали на них с земли, пикировали с неба, нападали прямо и вкрадчиво кружили, выбирая удобный момент. Вокруг словно бурлил океан — свирепый, страшный, всепоглощающий. Но, на удивление, еще их не достигнувший. Мечи и подобие доспехов справлялись со своей задачей лучше, чем думала Лита. Клинки легко вспарывали бока монстров, отрубали головы, лапы, крылья. Лишь маши — и обязательно меч на кого-нибудь напорется, главное, чтобы этим кем-то не оказался соратник. Нагрудник и налокотники с наколенниками тоже успешно отражали удары. Лишь бы эти удары не пришлись в незащищенные места… Помня просьбу Ичики, Лита старалась сосредоточиться на своей защите и не отвлекаться на друга. Игроку ее помощь оказалась и не нужна: он стремительно кружил рядом, нанося быстрые удары мечом, ногами и руками, и ухитрялся защищать не только себя, но и помогать подруге. Быстро Лита перестала беспокоиться за него и полностью сосредоточилась на монстрах. Удар, еще удар! Увернуться, взмахнуть мечом, сделать шаг, снова увернуться, снова взмахнуть!.. Медленно, но верно они пробивались сквозь этот бешеный океан. Но все же медленно… Какой же далекой казалась теперь лестница! А ведь помимо сражения с оравой монстров им приходилось еще и огибать появляющиеся черные дыры, из которых тянул щупальца туман. Он лез в глаза, цеплялся за одежду, дергал, хлестал, тормозил. Словно сам Золсер не хотел спасения от хаоса. А что ему хотеть, мелькнула у Литы мысль, ведь это и есть его истинная суть… Короткая, мгновенная мысль, но оказавшаяся в бешеном ритме боя фатальной. Отвлекшись на нее, Лита не заметила, как очередное щупальце тумана обхватило руку с мечом. На девушку бросился очередной монстр. Лита взмахнула мечом… и не успела. Удар лапы с жуткими, сами выглядящими как мечи когтями, к счастью, большей частью пришелся на нагрудник. Страшная сила завалила Литу назад, и лишь чудом она удержалась на ногах. А когти пошли вбок — прямо по руке. Ниже плеча растеклось онемение, меч выпал из одеревеневших пальцев. Лапа монстра пошла бы и дальше, но внезапно брызнула кровью, отделившись от тела хозяина, а самому чудовищу секундой позже отрубил голову Ичика. Толком не успев осознать, что произошло, Лита автоматически наклонилась и подняла здоровой рукой меч. Она чувствовала, как по коже течет кровь, перед глазами мерцало. Слава богу, боль еще не пришла. Ичика ничего не сказал — бешеный ритм боя не давал времени на перекидывание словами. Снова они пробивались сквозь океан монстров, но теперь им стало труднее. Правая рука Литы висела плетью, чувствуясь чем-то посторонним и мешаясь, левая быстро устала от маханий мечом. Ичике теперь приходилось еще старательнее защищать подругу, из-за чего он почти забыл о себе. К счастью, ему везло, удары монстров если и проходили, то обрушивались на нагрудник, но надолго ли такое везение? Черт побери, почему эта лестница так далеко?! Удар, уворот, удар, чьи-то иглы, со скрежетом прошедшие по нагруднику… Вот пришла и боль, вгрызшаяся в руку гнилыми зубами. Лита спасалась от нее криками, бешено размахивая мечом во время них. Пульсировала в ране кровь, стекая по коже. Интересно, в реальном мире она бы уже умерла от кровопотери? Воздуха не хватало, телу от боя и теплой одежды было жарко, по лицу стекал пот, попадал в глаза, разъедая их. От совокупности этих чудных ощущений у Литы кружилась голова, и махала она мечом уже чуть ли не автоматически. Все чувства исчезли, девушку охватило душевное оцепенение. Единственное, чего ей хотелось — побыстрее добраться до лестницы. И наконец это произошло. Литу буквально выбросило на ступеньки, и, схватившись здоровой рукой за перила, она рывком поднялась. Неужели добрались?.. Не успела Лита толком осознать это, как ее ощутимо толкнули в спину. — Иди же! Не стой! — услышала она крик Ичики. Обернувшись, Лита увидела, что игрок стоит на первой ступеньке, энергично орудуя мечом и отбивая атаки монстров. Левая нога у него была окровавлена, он с трудом ступал и уворачивался от ударов лишь чудом. На мгновение Лите захотелось остаться и помочь: как же его оставить, он же будет один против этого яростного моря! Но тогда она совершит большую глупость. Ее задача совсем в другом. С трудом отвернувшись от Ичики, еле выдерживающего натиск монстров, Лита рванулась вверх по лестнице. От недостатка воздуха в груди кололо, тело с трудом преодолевало ступеньки. Господи, кто придумал винтовые лестницы, они же длиннее обычных! Лита подтягивала непослушное тело, здоровой рукой цепляясь за перила и волоча подмышкой меч. Быстрее бы добраться! Ей так хотелось упасть и не вставать… Но никто облегчать жизнь ей не собирался. Совсем рядом вдруг захлопали крылья, донесся пронзительный клекот. Чисто по наитию Лита пригнулась, и над ее головой пронесся рыжий грифон. Тут же, наплевав на все законы физики, он заложил немыслимый вираж, и, прежде чем девушка успела что-либо предпринять, схватил ее громадной птичьей лапой и потащил вверх. «Пусти!!!» Лита бешено задергалась — бесполезные телодвижения, учитывая то, как сильно сжимали тело пальцы грифона. Ворча, монстр тащил ее вверх, лихорадочно хлопая крыльями — ему явно было тяжело. Наконец Лита вспомнила о зажатом подмышкой мече, и, вытащив его, она полоснула по боку грифона. Существо взвизгнуло, завалилось в воздухе, и его повело в сторону лестницы. Они упали на ступеньки — Литу больно ударило в бок, — грифон вновь закричал и забил крыльями. К счастью, хватка его лапы ослабла — Лита смогла вырваться, и, подняв меч, она с размаху вонзила его в грудь монстра. После чего, как-то автоматически отметив это, выдернула оружие, перебралась через дергающееся тело и побежала дальше. Но грифон был не единственным летающим существом, обратившим на нее внимание. Бросив короткий взгляд вверх, Лита с содроганием обнаружила в воздухе полчища птиц, грифонов, драконов и существ, которым не было названия, настолько невероятно и странно они выглядели. Все они кружили над ней, выбирая удобный момент для атаки, и некоторые уже решили, что можно и начинать. Лита метнулась в сторону, спасаясь от какой-то шипастой змеи. Рванулась вперед, уворачиваясь от ядовитого плевка существа, похожего на ската. Еле смогла уйти от белого искрящегося луча из пульсирующего облака, что начисто снес часть перил позади. Она бежала, чудом спасаясь от многочисленных атак, наугад махая мечом, задыхаясь и едва находя силы переставлять ноги. Раз Лита бросила взгляд вниз, в начало лестницы, где раньше был Ичика, но не увидела его. Не увидела и нигде — под ней бушевало лишь море чудовищ, многие из которых забрались на лестницу и теперь мчались наверх. Стараясь не думать о том, что могло случиться, Лита вновь начала подниматься. Главное — добраться. Лишь бы только добраться. Да будет ли вообще конец этой чертовой лестнице?! В какой-то момент она споткнулась и упала на ступени. Лита лежала ничком, чувствуя страшную слабость; тело словно оцепенело, не реагируя на попытки встать. В боку кололо, в груди жгло, сердце бешено колотилось, дыхание с хрипом вырывалось из горла, перемешиваясь с кашлем. У Литы даже мелькнула мысль послать все к чертям и лежать тут. Пусть у Сердца кончается энергия, пусть Золсер поглощает туман, пусть, ну и фиг с ними! Лишь мысль об Ичике вызвала слабое желание идти дальше. Еле как Лите удалось приподняться, опираясь на здоровую руку. Хорошо хоть монстры любезно не нападали все это время. Может, их сдерживало Золотое Сердце… Но любезность врагов кончилась с этой удачной попыткой пошевелиться. Взглядом Лита зацепила чьи-то жирные короткие ноги и тут же, забыв об усталости, вскинула голову. Над ней нависало толстое существо, отдаленно напоминающее человека, чей рот был открыт, а внутрь него втягивались появляющиеся из ниоткуда искры. Поняв, что сейчас произойдет, Лита перекатилась в сторону. Перед глазами пронесся шар огня, спустя мгновение сзади раздался взрыв, обдав тугой волной воздуха, лестница угрожающе заскрипела и закачалась. Существо тем временем уже заносило над девушкой широкую пятерню, и Лита едва успела откатиться опять. Ладонь монстра обрушилась на ступень, продавив ее на несколько сантиметров, лестница вздрогнула. Разлеживаться дальше явно не стоило. Рывком поднявшись, Лита схватила лежащий рядом меч и взмахнула клинком, целясь в шею врага. С неожиданной быстротой монстр схватился за лезвие и дернул его на себя. Литу мотнуло. От неожиданности она отпустила меч, и инерция увлекла ее мимо существа. Лита упала, но сразу же вскочила и понеслась по лестнице дальше — черт с ним, с мечом! Сверху, словно очнувшись, снова начали атаковать летающие монстры, сзади послышался тяжелый топот. Черт с ними со всеми, бежать, только бежать! Очередной виток… И внезапное золотистое сияние. И металлические лепестки, в центре которых висело судорожно дрожащее сердце. Неужели!.. Забыв об усталости, Лита рванулась вперед. Скоро этот безумный бег и не менее безумный бой кончатся, скоро! Сверху сыпались иглы, огонь, молнии, монстры, что пытались схватить ее или атаковать в лоб. Как у нее получалось уворачиваться, Лита не знала. Тяжелый топот за спиной приближался. Только бы успеть, только бы… Внезапный рывок за ногу. Вскрикнув, Лита упала, чудом не разбив лицо. Черт побери, около последней ступеньки! Совсем рядом с Золотым Сердцем! Ну уж нет, не когда она почти добралась! Что-то бурча, толстое существо тащило Литу вниз под градом атак летающих монстров. И как они не попадают в них, слепые, что ли? Лита вцепилась в последнюю ступень и задергала ногой, пытаясь ее освободить, в ответ хватка монстра стала лишь крепче. Обернувшись, девушка увидела, что он заносит вторую руку для удара. Черт побери, она же не сможет увернуться! Завопив, Лита со всей силы дернула ногой. Секундное сопротивление — и внезапно она оказалась свободна. Ступню овеял холодок — ботинок остался в руке монстра. Мимолетно отметив это, Лита рванулась вперед, уходя из-под удара и выскакивая на крошечную площадку. Перед ней неподвижно лежали металлические лепестки, сияло Золотое Сердце. Лита сделала последний рывок. Нечто, похожее на птеродактиля, метнулось к ней, пытаясь остановить. Сердце на расстоянии двух вытянутых рук, ближе, еще ближе!.. Сильный толчок в бок, победный клекот, ощущение потери равновесия и того, что сзади — пустота. «Нет!» Но чуть раньше — упругая мягкость плоти. И свет. *** Лита обнаружила себя на холме, под ярко-синим безоблачным небом. Темно-зеленая трава под ногами шевелилась от легкого ветерка, он же ласково обдувал лицо. Ниже холма — лес, чьи деревья тихо шелестели изумрудными листьями. Пейзаж был подернут легкой дымкой, похожей на ту, что часто в кино покрывала сны или воспоминания. Все здесь дышало покоем и безмятежностью. Не верилось, что несколько секунд назад вокруг бесновались монстры. Это был своеобразный предбанник Золотого Сердца. Место, возникающее в сознании человека, пока компьютер устанавливал с ним связь, необходимую для передачи энергии. Итак… она уже здесь. Лита повернулась — ей вдруг показалось необходимым сделать это. Неподалеку от нее стояла девочка лет двенадцати. Она была одета в легкое белое платье, ветерок шевелил золотистые длинные волосы и тонкую косичку на боку головы. Черные глаза девочки смотрели на Литу с легкой робостью. Черт знает, кем она была — интерфейсом Золотого Сердца, или исчезнувшей дочерью ученого, или просто образом для успокоения. Неважно. Лита нерешительно улыбнулась девочке, и та ответила посветлевшим лицом и приветливой улыбкой. Ее рука протянулась вперед, замерев ладонью вверх. Жест, не требующий пояснений. Лита шагнула к ней, протянула руку, коснулась пальцев девочки. Улыбка той стала увереннее и радостнее, она сжала ладонь девушки — и все потонуло в белой дымке. Лита висела среди знакомого серого тумана, мягкими кольцами клубящегося вокруг. На мгновение она испугалась, что снова оказалась в хаотичном Золсере, и сейчас снова будут возникать страшные искаженные образы, но затем ее отвлекло странное чувство в груди. Лита перевела взгляд и невольно вздрогнула. В груди сияло золотистое сердце, размеренно вздрагивающее в такт ударам. Здравствуй. Легкий шепоток, почти неотличимый от собственных мыслей. Теплый, знакомый. — Где я? — машинально спросила Лита, хотя пояснений уже не требовалось: она и так все поняла. Там, где и была — рядом со мной. Прикосновением ко мне ты установила связь, и теперь наши разумы общаются напрямую. То, что ты сейчас видишь — мое восприятие Золсера. Да, точно. Сейчас у них с Золотым Сердцем происходит что-то вроде обмена мыслями. Это совершается настолько быстро, что время для Литы сейчас практически замерло. В реальности она все еще заваливается, готовясь сорваться вниз, и весь их разговор уместится в миге мимолетного прикосновения к Сердцу. Верно. Она еще и упадет после всего этого. Чудесно, ничего не скажешь. Вишенка на ложном тортике. Я создам поле вокруг тебя, которое не позволит тебе разбиться. Не волнуйся. — С… спасибо, — пробормотала Лита. Ну хоть это хорошо. Монстры, в принципе, тоже исчезнут, так что бояться нечего… Верно. — А Ичика? — торопливо спросила Лита. Жив. Девушка ощутила облегчение. Что ж, за мгновение этого разговора с ним точно ничего не случится. Мелкие проблемы были решены. И теперь… Ты согласна поделиться со мной своей энергией сущности? Что ж, вот и настал этот миг. То, чего она так боялась. То, к чему стремилась. Мгновение геройствования и маленького, но все-таки пугающего риска. — А у меня есть выбор? — с иронией прошептала Лита в пустоту. В конце концов, они оба знали ответ. Выбор есть всегда. Ты можешь отказаться и уйти. Я не стану забирать твою энергию насильно. У них это семейное (семейное?), что ли? Сначала Ичика, теперь Сердце туда же… Ирония? Прости, порой я плохо понимаю такое. В безэмоционально-теплом до сих пор голосе Золотого Сердца на миг промелькнули извиняющиеся нотки. Литу разобрал невольный смех. Это сейчас было… мило. — Можно сказать и так, — ответила она. Смех улегся так же быстро, как и возник. Лита вдруг ощутила, что ее колотит мелкая дрожь. Снова это ощущение, что она зависла над обрывом… — Каковы риски? — спросила Лита дрожащим голосом. — Какова вероятность того, что я умру или впаду в кому? Молчание. Золотистое сердце в груди Литы засияло ярче и чаще забилось; его удары отдавались в собственном сердце девушки. Источник жизни Золсера явно размышлял. Один процент вероятности — смерть, если я не остановлю процесс вовремя. Один — кома, если произойдет то же самое. Но… Это «но» очень не понравилось Лите. Но процесс извлечения и поглощения энергии сущности более сложен, чем если проделать то же самое с жизненной энергией. Кроме того, я совершу это в первый раз, а значит, у меня нет данных о том, как все произойдет на практике. Я могу лишь предполагать на основе расчетов. Возможна… ошибка при передаче. Вот как. Безопаснее, чем забрать жизненную энергию, говорите? Риск для жизни меньше, говорите? Просто давайте умолчим о возможной «ошибке» до последнего момента, да? Прости… — И чем же грозит эта ошибка? — спросила Лита резко. Я... не знаю. Слишком противоречивы мои выводы. Возможно, наши сознания просто перестанут сообщаться друг с другом, и ты сумеешь подключиться ко мне повторно. Возможно, не сумеешь — разумы будут отторгаться. Возможно... с тобой что-то произойдет. — Что? Заминка. Что-то. Это наилучшее слово, которым я могу описать последствия. Возможно, это будет что-то хорошее. Возможно — что-то плохое. Как я уже говорило, мои выводы противоречивы. Энергия сущности, в отличие от жизненной, слишком… парадоксальна. Сумбурна. Как и сама сущность отдельного человека — совокупность всего, что делает его самим собой в прошлом, настоящем, каким сделает в бесконечности возможных путей. Это не то, что можно постичь разумом. Не тем, во всяком случае, что дан людям, игрокам и мне. Это все равно, что попытаться постичь все загадки Вселенной. Что ж, это звучало… лестно. Да, можно считать комплиментом. Люди — сложные существа. В хорошем смысле. Жаль только, что хрупкие. Поэтому я и не пускаю больше вас в Золсер свободно и заменило игроками. Игроков легче спасти. Они не умрут, пока я здесь. В голосе Сердца послышалась печаль. — Ты не хочешь, чтобы кто-то умирал? — спросила Лита, вдруг поняв. Нет. Я помню, что такое смерть. В Золсере умирали люди, когда у меня первый раз заканчивалась энергия, и я не могло спасти их. Человек, что пришел ко мне до тебя, тоже умер. Я старалось это предотвратить, но не вышло. Его память сохранена в моей, а его образ послужил основой для игроков, но он умер. Я больше не хочу видеть смерть. Трудно было поверить, что это искусственный интеллект, компьютер. Сейчас с Литой говорило живое существо, познавшее ужас смерти. И почему-то именно это успокоило девушку. — Ты не дашь мне умереть? — тихо спросила она. Я сделаю все, чтобы этого не допустить. Эти слова словно дышали непоколебимой твердостью и искренностью. И Лита неожиданно для самой себя улыбнулась, ощутив вдруг, как последние остатки сомнений растворяются без следа. Нет, не было у нее выбора. И до прикосновения к Сердцу не было, а сейчас тем более. Она, в конце концов, так долго шла к этому решению, они с Ичикой проделали такой трудный путь, какой может быть выбор? Не говоря уже о том, что такие существа просто обязаны жить. — Я тоже не хочу видеть ничью смерть, — произнесла Лита, коснувшись ладонью груди и ощутив пальцами тихое тепло. — И я отдаю тебе свою энергию сущности. Все будет хорошо. Даже если ей выпадет та страшная двухпроцентная вероятность, или произойдет ошибка при передаче. Все будет хорошо. Спасибо. Она почти ощутила улыбку в этом теплом голосе. А затем сердце у нее в груди вспыхнуло, и голову Литы словно пронзила молния. Все произошло мгновенно. Миг передачи энергии сущности в чуть более длинном миге прикосновения. Но этого было достаточно, чтобы Лита увидела… …как исчезает толпа монстров в зале Золотого Сердца, затягиваются дыры в пространстве, удивленно замирает Ичика. …как отрывается от нее волна света и кругом расходится в стороны, сметая липкий туман и обнажая черноту. …как в этой черноте вспыхивает бесчисленное множество золотистых огней миров, ярко сияя во тьме. …как внутри них ползут тонкие, такие же золотистые нити, сплетаясь воедино, образуя эфемерные сияющие пейзажи. …как наливаются красками, уплотняются, обретают твердую и нерушимую реальность разноцветные небеса, завораживающие светила, фантастические пейзажи, поражающие воображение города. …как поднимают головы, нерешительно переступают ногами, трепещут крыльями люди, животные, невиданные существа — жуткие, прекрасные, добрые, злые, нужные своим мирам. …как еле заметно вздрагивают в капсулах возрождения игроки — еще не открывшие глаза, еще даже не осознавшие, что они проснулись, но уже свободные ото сна, уже живые. Это было прекрасно. Никогда она не забудет этот миг возрождения мира. И, что бы ни случилось с ней дальше, никогда не пожалеет о нем. Черное пространство и золотые огни меркли, бледнели, как старая фотография. Сквозь них проглядывали оранжево-коричневые стены, медленно заваливающийся зал. Пальцы последний раз ощутили Золотое Сердце — и соскользнули. Мир убыстрялся, а Лита падала вниз, все еще протягивая руку вверх, к отдаляющемуся сердцу в металлических лепестках. Мир расплывался, а Лита улыбалась, чувствуя, как уносит ее в водоворот беспамятства, как тащит ее в первозданную пустоту. Все было хорошо.