Not like everyone else

      Глаза медленно закрываются и ты наполняешь лёгкие прохладным воздухом. Листва на деревьях кажется тусклой, а закат не розовым и романтичным, а мрачным и на столько сейчас не нужным, что в душе разливается такая боль. Ощущение, что в любой момент ты закричишь, но тебя никто не услышит. Ты спрашиваешь себя: «А хочу ли я, чтобы меня услышали?». И сама же отвечаешь на свой вопрос. Тебе нужна поддержка, но ты привыкла отталкивать людей, чтобы они не делали тебе больно. И вот спустя пару лет ты чувствуешь, что не хочешь отталкивать, но уже поздно.       Я открываю рот в немом крике, но мне кажется, что я кричу так громко, что разбужу весь дом и папа с мамой вот-вот прибегут ко мне в комнату, начав свой расспрос, от которого мне ещё больше захочется разрыдаться, исчезнуть из этой жизнь, кому я нужна? Родителям, друзьям. Я дура, если думаю о самоубийстве, но сейчас когда я сижу на полу, прижав колени к груди, а голову откинув на стену, то только такие мысли посещают меня. Окно раскрыто настежь, поток холодного воздуха обдаёт меня, но я не чувствую. Я вообще ничего не чувствую. Я устала. Кендалл МакКолл всегда была сильной и независимой девочкой, добилась популярности в школе, но кто знает меня настоящую? Никто. Даже моя лучшая подруга, хотя теперь я и в этом сомневаюсь, не знает обо мне ничего. Хочется закрыть глаза и плакать всю ночь. Издаю глубокий вздох и прикрываю глаза, мысли в голове в полном беспорядке, руки трясутся, веки дрожат, ноги затекли ещё час назад, но я продолжаю сидеть и трястись от холода, которого не замечаю. Моё тело продрогло, но я сижу. Моё тело уже спит, но я сижу. Мои мысли перемешались, а я всё сижу.       У всех был тот период, когда ты просто понимаешь, что устал. Сил больше нет, но всё не может закончится просто так. Одиночество поглощает тебя, медленно, изнутри, делая в разы больнее.       Судорожный вдох и одинокая слеза скатывается по моей бледной щеке, за ней следует вторая, третья. И чувства, которые я так тщательно скрывала выплёскиваются с такой силой, что мне становится страшно и моё тело начинает дрожать еще сильнее. Я чувствую себя маленькой девочкой, которая ничего ещё не понимает в этой жизни, возможно так оно и есть. И я сползаю по стенке, моё маленькое тело лежит на полу и содрогается от слёз. Никто не видел меня в таком состоянии. Я и сама не знала, что так может быть. Час, два или три. Я не знаю, не слежу за временем. Мои глаза опухли, кожа на щеках стягивается от слез, но я плачу и плачу уже без влажных дорожек на лице.       Я потерялась в этом мире, я не знаю кто я и что тут делаю. Всё что я хотела раньше кажется мне таким мелочным, жалким и не нужным; хочу просто друзей, с которыми могу гулять до утра, смеяться и чувствовать себя свободной, но я понимаю как зависима от людей и от их мнения, от этого становится ещё хуже.       Медленно переворачиваюсь на спину, но продолжаю лежать на полу. Из окна на меня падает лунный свет, в животе неприятно пусто, губы онемели от постоянных покусованний, тело ломит от неудобной позы. Но что я могу сделать в этот момент? Ответ приходит так же быстро, как и вопрос. Ничего. Я просто не смогу, я больше не могу и от этого снова хочется разрыдаться, но слёз больше нет, сил тоже.       Я пробегаюсь взглядом по комнате, но не задерживаю ни на чём внимание. Пить. Я медленно встаю и тут же опираюсь о стену, ноги ужасно сводит, голова кружится, а руки продолжают трястись, меня мутит. Когда чувствую, что уже могу идти, делаю неуверенный шаг и второй. До кухни я шла около пятнадцати минут, из-за той бесконечной боли, что пронизывает моё тело.       Холодная вода наполняет стакан, и я делаю жадный глоток. Морщусь, когда чувствую, как вода течёт по моему горлу наконец-то даря хоть малейшую энергию. Собираю последние силы в кулак и начинаю подыматься на второй этаж, придерживаясь за стены.       Больно. Помогите. Я не справлюсь.       Раз.       Два       Три       Сколько я ещё смогу? Когда упаду?       Падаю.       Четыре       Пять       Качаюсь кубарем по лестнице от чего мои кости и мышцы сжимаютя с такой силой, что я слышу хруст.       Ребро.       Шесть       Семь       Физическая боль ничто в сравнении с душевной.       На грохот прибегают родители, из глаз мамы текут слёзы, а я не могу ничем пошевелить, я просто смотрю и ничего не понимаю.       Восемь       Девять       Десять       Веки наливаются свинцом и я больше не могу этому противостоять. Я сдаюсь и проваливаюсь в бездну собственный страхов.       Я совершенно одна в пустой комнате. Никого и ничего рядом и я лишь сжимаюсь в клубочек.       Облезлые бетонные стены и одинокая лампочка, которая светит, но не освещает. Такая тонкая грань и я её чувствую. Грань между реальность и бессознанием.       Словно через толщу воды слышу своё имя и прикосновение к руке. Ничего не могу сделать. Я не чувствую своего тела, я не чувствую себя. Я давно потерялась, но отказывалась в это верить. Кто я и что тут делаю?       Я не знаю кто я, как меня зовут, сколько мне лет. Я просто сижу одна в серой комнате без дверей и окон. Мне холодно и одиноко. Я понимаю, что именно так я чувствовала себя всю свою жизнь. Но я не помню её. Я не помню ничего. Неужели Бог дал мне второй шанс? Начать жизнь с чистого листа?