Наследница молчания

      Склады на окраине города Люмо днём представляли из себя оживлённый муравейник. Алин, Олетарфэ и Дайхель рассматривали внушительную территорию с однообразными зданиями и крупными железными коробками с борта вонави. Рабочие разных рас развозили грузы, разгружали и загружали бесконечное число ящиков.       - В письме было сказано, найти тайный склад, куда приходила настоящая руда. О нём знал маг земли, которого ты допрашивала, но точное местоположение скрывали даже от него, - Дайхель следила взглядом за обливающимися потом грузчиками, мотающимися по раскалённому асфальту. Свои роскошные рыжие волосы она убрала в тугую косу, которая теперь свешивалась с края борта узкой летучей лодки. В самой лодке было свежо и прохладно. – Интересно, он защищён магией?       - Тот маг земли говорил о работе на кана Рантоше. Это довольно известный предприниматель. Нам надо узнать, какой склад связан с ним, - предложила Алин.       Она подозревала, что нужный склад уже нашли. Уж точно это не составит труда ни для стражей, ни для жрецов. Но наследнице молчания надо было тренироваться. Марентиму с телохранителями Хенджином и Литокрис приходилось порой неделями работать в Варварских Землях. Алин не успела узнать у дяди о его первых годах работы «консультантом» у Жречества. Видимо, ему тоже доверяли несложные задания вроде допросов и разведки. Пока это походило на игру. Всем трём девочкам пришли по почте одинаковые письма с инструкциями. Дата, место, цель задания. Дайхель сказала, что за ними будут приглядывать. Если возникнут проблемы, она вызовет жрецов. Однако она думала, что особых опасностей в первом задании быть не должно.       - Возможно, надо покопаться в документах? – предложила Дайхель.       - Это слишком долго. Лучше дождаться вечера и допросить сторожа.       - Нет-нет, это вызовет шум, - запротестовала Дайхель.       - Я не буду выворачивать ему мозги, как на том допросе, - успокоила Алин. – Мы просто поговорим, и он выложит всё необходимое.       - Хм, - Дайхель не стала больше протестовать. – Гурангия советовала мне говорить на заданиях, чтобы на тебя не обращали внимания.       - Так ты и будешь говорить. Думаю, так лучше с твоими формами.       - Что? – нахмурилась Дайхель.       Олетарфэ, державшая парящую вонави, захихикала, отчего летучая лодочка закачалась. Девочка прочистила горло, и судно пришло в равновесие.       - Э-э, - Алин посмотрела в небо. – Ты очень представительно выглядишь. Спроси о прошедшем дне, о его работе, чем он занимается на вахте. Поболтайте минуты две, чтобы он расслабился. А потом спроси, есть ли тут склады, принадлежащие кану Рантоше. Затем я его отвлеку, а Тарфэ всех нас скроет.       Дождавшись темноты, девочки приступили к выполнению плана. Сторож был ещё и молодой. Отвлечь его внимание с помощью Дайхель оказалось проще простого.       - Рантоше? Да, ему полностью принадлежит строение 1/4а. Кирпичное одноэтажно здание. А у тебя есть парень? – взгляд сторожа совсем затуманился. Алин несколько перестаралась, и сторож уже ни о чём не мог соображать, елозя взглядом по фигуре школьницы. – У тебя такая красивая грудь. Тут никого нет, ты могла бы зайти…       Когда его откровенно понесло, Дайхель строго посмотрела на Алин, уже стоящую за спиной бедолаги. Менталица хлопнула сторожа по плечу, он обернулся, но никого не увидел. А когда повернулся к Дайхель, то пропала и она.       - Что за шкерч?! Что произошло? – сторож схватил отставленный арбалет и скривился от внезапной головной боли. – Как я мог такое нести? Что это было? – повторял парень, паникуя и суетливо оглядываясь. Хоть ему и нравились школьницы, он никогда бы не стал говорить подобное вслух. Не привиделось ли ему это всё?       А школьницы уже зашли на территорию склада. Поплутав среди специфических обозначений, они нашли строение 1/4а.       - Проще металл раздвинуть, чем возиться с замком. Заходим? – спросила Олетарфэ, остановившись перед запертыми металлическими воротами.       Алин огляделась, прислушалась к окружающим эмоциям сонных усталых администраторов, рабочих и нескольких охранников. На складе оставалось меньше десятка людей и несколько гремлинов. Невидимость, наведённая Олетарфэ, делала их незаметными для глаз, но шум мог привлечь внимание.       - Все достаточно далеко. Если и отреагируют на шум, мы успеем войти. Действуй, Тарфэ, - скомандовала Алин.       Олетарфэ сделала мощные жесты, характерные для магов земли. В металлических воротах появился небольшой треугольный проход. Девочки быстро проникли внутрь, и стихийница вернула металлу прежнюю форму, находясь уже в здании.       - Шум привлёк внимание, - Алин, держась за шероховатую стену в темноте, прислушивалась к эмоциям немногочисленных обитателей складов. – Они могут зайти сюда, заметив неровности на воротах, – девочка достала пробирки со светящимся зеленым напитком. – Не зря Лилар задал мне приготовить зелье виденья в темноте.       Алин раздала пробирки Олетарфэ и Дайхель и сама выпила обжигающее зелье со вкусом цитруса. Оно начало действовать через десяток секунд. Глаза защипало, зато зрение стало невероятно чувствительным. Сначала выделились контуры окружающего. Через минуту в бывшем непроглядном мраке девочки могли разглядеть каждую деталь.       Снаружи зашумели сторожа. Уже знакомый молодой голос говорил с кем-то:       - Ты слышал скрежет металла?       - Ага, откуда-то отсюда, - отозвался мужской голос постарше.       - Пошли, - прошептала Алин. Они прошлись внутрь обширного помещения мимо крупных ящиков.       Олетарфэ принюхалась:       - Здесь одна руда.       Алин остановилась и снова прикрыла глаза.       - Сторожа ничего не заметили и ушли. Теперь надо искать тайный ход. На виду ничего компрометирующего и не должно быть. Тарфэ, сможешь найти?       - Запросто.       Стихийница стала прохаживаться вдоль стен, касаясь их ладонью. Раньше магия земли, требовавшая усидчивости и упорства, давалась ей тяжело. Олетарфэ приложила немало усилий, чтобы исправить это. Она часами медитировала, прислушиваясь к земле, камням и металлам. Теперь она могла изучить структуру здания намного быстрее, чем даже Алин с её дальним взором.       - Здесь три подземных этажа, но я не уверена, тайник ли это?       Лестница в подвал не была спрятана. В первом подземном этаже тоже находились ящики с рудой. Чтобы проникнуть дальше, пришлось искать скрытый люк.       - Всё ты верно придумала, Алин, - ухмыльнулась Олетарфэ. – Тайник именно здесь. Проход спрятан под теми здоровыми ящиками в углу.       Создав воздушную подушку под этими ящиками, Олетарфэ бесшумно сдвинула их с люка.       - Думаете, надо лезть? – со смутным дурным предчувствием спросила Алин.       - Конечно, наше дело – разведка, - Дайхель первой прошла к люку.       Она даже не успела коснуться ручки, как люк с лязгом раскрылся. На Дайхель прыгнуло худощавое, покрытое шипами существо с единственным крупным круглым глазом. Девочка смогла увернулась от удара когтистой лапы. Затем быстро присела и сделала подножку. Существо рухнуло, но успело взмахнуть другой лапой, из которой наугад вылетели десяток игл. Одна из них попала в грудь Алин.       - Ай! – быстро выдернув тонкую иглу, Алин с ужасом почувствовала, как вокруг укола начинается онемение.       Дайхель отпрыгнула от чудища, и Олетарфэ направила на него руду из окружающих ящиков, заставив их с грохотом попадать. Руда облепила пытающегося встать стража склада Рантоше и приковала к полу. Существо пыталось вырваться, и Олетарфэ сделала оковы твёрже.       - Какое же сильное, - стихийница сжимала кулаки, концентрируясь на магии земли.       - Что это такое? Пока оно не задвигалось, я даже не улавливала его присутствия, - Алин с опаской смотрела на заключённое чудовище.       - Всё это слишком для первого задания. Я вызову жрецов, - Дайхель коснулась виска и послала зов.       Алин была так ошеломлена, что не могла даже уловить их разговора. Вдобавок разрасталось онемение.       - Кажется, в меня попала одна из игл.       Олетарфэ обеспокоенно оглянулась, но не могла отвлечься от сдерживания врага.       - Они будут через несколько минут, - Дайхель открыла глаза.       Алин ожидала пару жрецов, но на помощь пришли целитель и четыре инквизитора с эмблемами-пятиугольниками на плечах. Они прибыли буквально через пять минут. «Вот это поддержка», - борясь с тошнотой, подумала Алин, поддерживаемая Дайхель. Инквизиторы обезвредили закованного стража точными умелыми атаками магии металла. Целитель сразу взялся за рану Алин. Девочке становилось всё хуже. Один инквизитор стал изучать подвал, в который так и не сунулись подростки. Ещё двое стали расспрашивать подробности у Олетарфэ и Дайхель.       - Всё оказалось куда сложнее. Мы думали, Рантоше – крупный, но не особо опасный аферист, а он оказался связан с Чернокнижниками Ткаюса. Вы, девочки, возвращайтесь в академию. Этот механический страж стал для нас неожиданностью. Мы их называем големами. Возможно, вы их ещё встретите. Старайтесь найти сердечник и бить по нему. Он обычно находится на уровне живота. В голову не цельтесь. Если эту штуку обезглавить, она становится сумасшедшей.       - Я ввёл противоядие, но яд ещё будет ослаблять тебя в течение суток, - предупредил целитель, когда светящаяся вода с лекарствами впиталась в кожу Алин. – Верните наследницу в академию и обеспечьте покой на следующий день, - он обратился к Олетарфэ и Дайхель.       - Сделаем, - пообещала Дайхель.       Алин еле доковыляла до выхода и почти уснула в полёте, хотя с борта вонави открывался чудесный вид на ночной Люмо. Огни неспящего города превращали его в сверкающую драгоценность. В мутнеющем взгляде Алин они стали двигаться и собираться в незнакомые замки, потом в лица, смешивались со звёздами. Потом выстроились в лицо Нарии Весудо и снова беспорядочно рассыпались.       Ввалившись в свою комнату на двадцать втором этаже через окно, Алин добрела до кровати и рухнула, засыпая на лету.       - Отдыхай, Алин. Завтра не выходи на занятия, я устрою, чтобы вопросов не было, - с видом большой начальницы сказала Дайхель, проходя мимо к двери. Если бы дело не касалось Алин, Тарфэ бы съязвила о привилегированных аристократах, но сейчас промолчала.       Когда Дайхель закрыла дверь в комнату Алин со стороны коридора, Олетарфэ немного расслабилась.       - Что за дрянь поранила Алин? – негромко спросила девочка, не надеясь на ответ, но Дайхель оказалась осведомлена в этом вопросе.       - Это технологии, возрождённые Чернокнижниками Ткаюса. Ты слышала об этой стране? – Дайхель облокотилась спиной о стену, скрестила руки под грудью и посмотрела на Олетарфэ в тусклом ночном освещении. Когда та отрицательно покачала головой, Дайхель продолжила: - Это одна из варварских стран за Стеной. Как и во многих западных странах, там веками был хаос. Власть переходила из рук в руки. Тиран сменял тирана, изредка были справедливые правители. Только полвека назад там установилась стабильная власть. Для варварских земель неплохой срок. Власть захватили учёные, называющие себя Чернокнижниками. Весьма странно для варваров. Ведь у них прежде всего ценится сила. Наши разведчики смогли установить, в чём дело. Чернокнижники смогли возродить технологии Тёмной Эпохи, с помощью которых свергли очередного тирана и смогли удержать власть. Мы сами мало знаем о том, что тогда творилось. Но артефакты воевавших тогда богов находят до сих пор. Видимо, Чернокнижники нашли не просто артефакты, они смогли возродить саму технологию.       - Ничего себе, варвары. Так этот страж или голем, как его назвали инквизиторы, создан Чернокнижниками? Как попали эти технологии на городской склад?       - Понятия не имею, - пожала широкими плечами Дайхель. – Возможно, сами руфранцы-контрабандисты в обход закона завезли. Возможно, замешаны алимиты. Ещё вариант, это диверсия Ткаюса. Хотя такая маленькая страна вряд ли что-то может противопоставить Империи. Я больше склоняюсь к отдельной группе преступных предпринимателей.       - А ты неплохо разбираешься в политике.       - Я поговорю сутра с Лиларом, - Дайхель оторвала спину от стены, не глядя на Олетарфэ. – Он в курсе того, кем является Алин. Пускай она отдохнёт.       Они разошлись по своим комнатам. По крайней мере, относительно Алин разногласий у них не возникало. Обе вели себя так, будто никакого признания при первой встрече не было, и никакие метки на руках их не связывают. Олетарфэ это устраивало.

* * *

      После нападения голема Алин заснула за пару минут. Ей даже раздеться было лень. Ботинки пришлось снимать Тарфэ. Об очищении мыслей и речи не могло идти. Едва девочка уснула, её двойник снова устремился к Нарии. Осознать происходящее менталица смогла, только когда двойник уже заглядывал в чужое окно. Нария Весудо работала над чем-то, сидя за столом. От её глаз исходило белое свечение. Такое бывает только у некромантов. Нария поднялась, взмахнула рукой, и стоявший на столе цветок мигом завял. Это уже явно был приём некромантов. Девочка подняла руки над безжизненными листьями, и растение ожило. Алин видела, как чёрные нити тянулись от тонких длинных пальцев к цветку. Нария выглядела довольной. Собрав вещи, она направилась к выходу из комнаты, хотя в это время выход был уже запрещён. Ноксмит грозился штрафом в сто аф, если обнаружит учеников вне общежития в ночное время.       Алин тянуло подсмотреть за Нарией, отправившейся на ночную прогулку, но менталица уже овладела собой. Она не хотела больше подсматривать и узнавать чужие тайны от нездорового любопытства. Вернувшись в своё тело, Алин задышала ровно, очистила мысли и приказала себе просто спать. Через некоторое время менталица уснула крепким сном без сновидений.       Проснулась она, когда уже прошла половина занятий. После сцены с Ноксмитом Алин не сомневалась в силе слов Дайхель Унве на работников Академии, и неспешно привела себя в порядок, не боясь выговоров и штрафов. От яда голема организм избавился, но слабость ещё оставалась. Позавтракав в почти пустой столовой, Алин пошла прогуляться в таких же пустынных аллеях, зевая и разглядывая окружающее. В Академии порядки относительно учёбы были свободнее, чем в монастыре. Никто не расспрашивал редких гуляющих студентов, почему они не на занятиях. Но самой Алин стало любопытно, когда она заметила быстро идущую одноклассницу Гифаэ Весудо. Её светлые волосы растрепались ещё больше, чем обычно. У девочки была привычка почёсывать голову. Вот и сейчас она скребла темя на ходу с весьма озадаченным видом.       - Гифаэ! – окликнула Алин. – Ты что-то ищешь?       - Привет, Алин. Как ты? Дайхель сказала ты приболела.       - Отравилась, - почти честно ответила Алин. – Вчера гуляли с Дайхель и Тарфэ, попробовала экзотической пищи.       - Сочувствую, вид у тебя не очень. Откуда отравленная экзотика была?       - Из Ткаюса. Варварская страна, - пояснила Алин, видя, что название ничего не говорит Гифаэ. Жители Империи Руфран мало знали о странах за Стеной Запада. О них говорили на уроках, но учителя не требовали запоминать весь калейдоскоп варварских государств. В первую очередь, потому что названия и границы менялись чуть ли не каждое десятилетие.       - Я бы не рискнула, пробовать деликатесы от варваров, - поёжилась Гифаэ.       - Так что ты ищешь? – прищурилась Алин.       - Откуда ты знаешь, что я что-то ищу?       Алин могла бы ответить, что это зелёные кристаллы, которые Гифаэ выращивала месяц в тайне ото всех в заброшенной кладовке, нужные не ей, а её приятелям. Но выкладывание чужих мыслей – не слишком хорошая идея. Это Алин поняла ещё в детстве. Она хотела подружиться с Гифаэ. Сводная сестра Нарии Весудо знала её лучше, чем кто-либо.       - Я менталица, улавливаю чужие мысли и эмоции, могу увидеть прошлые события. Чувствую, ты что-то потеряла. Если хочешь, могу помочь с поиском.       - Правда? – тёмно-карие почти чёрные глаза загорелись интересом. – У меня пропали кристаллы, которые я оставила расти в заброшенной кладовке Старого корпуса. Я думала, там никому до них не будет дела, но сегодня там оказалось всё убрано, а уборщики ни о каких кристаллах не знают. Одни швабры и тряпки, - расстроенно объяснила Гифаэ.       - Покажи, где они были. Я попробую узнать, кто их мог взять.       Гифаэ с радостью согласилась. Эксперименты над кристаллами её очень интересовали, но она не могла уместить их у себя в комнате. Да и могли возникнуть вопросы у коменданта Ноксмита.       - Ты уже видела этого изверга? Для него порядок важнее всего остального. Если бы он узнал о зелёных кристаллах, то начал бы допытываться, зачем они, а это… не его дело, - Гифаэ замялась, и Алин закончила:       - Чтобы сделать талисманы для клуба стихий? Опробовать их усиливающее действие?       - Ты действительно, - Гифаэ выглядела восхищённо. – Да, я хотела сделать подарки для ребят-стихийников. Только сначала их надо будет испытать.       - Мне говорили, усиливающие артефакты маги не одобряют, - с сомнением сказала Алин, пока они шли к Старому корпусу. Так называли главное восьмиэтажное здание Академии, в котором не так давно девочка писала вступительные экзамены.       - Это серьёзные маги. С потенциалом на седьмую ступень и выше. В Чаше таких мало. Это же академия алхимиков, - со смехом напомнила Гифаэ. – Я, наверное, и на низшую двенадцатую ступень ни одну стихию не сдам, но мои друзья из клуба стихий вполне дотягивают до десятой. Эти кристаллы могли бы их усилить, - увлечённо объясняла девочка. – Дольше летать, делать более точные приёмы, мастерить. Как я иногда завидую магам!       - Алхимия может заменить практически любую магическую способность.       - Ненадолго, - с унынием заметила Гифаэ. – И не забывай о побочных эффектах. Поэтому меня так заинтересовали кристаллы. Они, не давя на организм, могут усилить в разы природные способности. Я не знаю насчёт твоих ментальных способностей, но даже продвинутые стихийники иногда ими пользуются. Почему и нашему клубу стихий не попробовать?       Как поняла Алин, в «клуб стихий» входили студенты Академии, которые хотели развить в себе небольшой от природы потенциал к магии стихий. Гифаэ говорила, что есть там и несколько сильных магов, но это скорее исключения. Большинство магов шли в специальные учебные заведения, вроде Парящего Акамаса, куда мечтала попасть Олетарфэ.       Добравшись до злополучной кладовки, Алин принялась к воссозданию недавних событий. Эту технику она развивала все годы с тех пор, как коснулась Памяти Пларфа. Далеко в прошлое заглядывать Алин больше не решалась, но увидеть недавно произошедшие события удавалось достаточно легко. Только к точной дате видения не всегда удавалось привязать. Приходилось пользоваться вспомогательными фактами.       Под любопытным взглядом Гифаэ Алин прошлась кончиками пальцев по идеально чистым полкам с моющими средствами. Перед её взглядом были пыльные полки с десятками банок, внутри которых поблескивали зелёные вытянутые кристаллы.       - Неудивительно, что уборщики не в курсе. Их забрали до их работы, - после нескольких минут исследований сказала Алин.       - Я всё проверяла ровно неделю назад, - обескураженно сказала Гифаэ. – Они были здесь.       - Значит, в эту неделю их забрал гремлин.       - Гремлин? Ты сможешь его найти?       Алин таким ещё не занималась. Но это было интересно.       - Я не видела его вживую, только в видении прошлого. Боюсь, установить связь не удастся. Но мы можем найти его по описанию, - предложила Алин. Гифаэ восхищённо смотрела на одноклассницу. Она рассказала, где в основном обитают гремлины, и повела к техническому зданию Академии, из которого исходил мерный гул.       - Это обитель наших гремлинов. Одна из общин поселилась здесь ещё при первой волне переселения их расы, - Гифаэ и Алин подошли к зданию, рядом с которым спорили о чём-то группа гремлинов. Все были одеты в одинаковые светло-голубые комбинезоны, футболки и кепки.       - Это он, - подняла брови Алин. – Извините, вы взяли зелёные кристаллы?       Дёрнув крупными ушами, маленький, как человеческий ребёнок, гремлин удивлённо посмотрел на учениц огромными глазами.       - Так и есть. Мы о них говорим, кстати. Это весьма ценная вещь! – ответил невысокий гремлин низким хрипловатым голосом.       - Они мои! Я их месяц растила, - возмутилась Гифаэ, нависая над гремлином. Присмотревшись к девочке и узнав в ней дочку директрисы, он стушевался, большие уши поникли, а глаза забегали.       - Мия Весудо, я понятия не имел. Они стояли в заброшенной кладовке. Я думал, они никому не нужны.       - Видно же было, что недавно поставили, - проворчала Гифаэ и любопытно спросила: - А как вы их хотели использовать?       - О, такие кристаллы мы используем в деталях многих машин.       Заинтересовавшись, девочка попросила показать их. Любознательность в ней была сильнее собственничества. Поблагодарив Алин за поиски, она отправилась с гремлинами в технические отделения. Непосредственная юная учёная понравилась Алин. Она была прозрачнее и чище любого кристалла. «Прямая, как палка», - вспомнились слова Лилара.       Посмеиваясь, Алин направилась в общежитие. По дороге она почувствовала зов и, присев на лавку, коснулась виска.       «Алин, как ты себя чувствуешь? Ты долго спала», - зов от Дайхель был приглушённый. Наверное, от того, что она антимагиня и не могла полностью подавлять свою способность рассеивать магию.       «Вполне нормально. Только слабость небольшая. Спать и сейчас хочется. Занятия уже закончились?»       «Да, подойди в библиотеку, перепишешь конспекты, и я отдам тебе задания», - распорядилась Дайхель. Став старостой, она отвечала за подобное.       «Я сейчас подойду», - пообещала Алин. Оборвав височную связь, она почувствовала, как вспотели ладони. В библиотеке наверняка будет и Нария. В голове вспыхнуло воспоминание видения, возникшего после действия яда. Её лицо, собранное из звёзд и огней города. Алин смущённо зажмурилась, вспоминая красивую и странную картину.       Зайдя в общежитие за тетрадями, Алин поспешила в библиотеку, всё сильнее волнуясь. С облегчением и некоторым сожалением она не нашла Нарию в библиотеке. Зато Олетарфэ и Дайхель как ни в чём ни бывало сидели рядом и делали домашнее задание. У Дайхель блузка теперь немного отличалась. Старостам форму выдавали отдельную, добавляя чёрным рубашкам и блузкам белую окантовку.       - Много я пропустила? – Алин села рядом с Дайхель, вытаскивая из наплечной сумки тетрадь.       - Ничего серьёзного, - Дайхель с убранными в высокий хвост рыжими волосами дала свои конспекты и задания. Писала она чётко и аккуратно, так что переписывать было одно удовольствие.       Перерисовывая лекции, Алин поглядывала на Олетарфэ. Та вела себя совершенно нормально рядом с Дайхель, не излучая былой неприязни, иногда задавала вопросы, внимательно слушала подробные объяснения. Будто и не было злополучной сцены с предложением пожениться.       - Я так понимаю, - Алин понизила голос, - в следующий раз задание придёт через неделю?       - Необязательно, - тоже тихо ответила Дайхель. – Письма из Жречества могут прийти в любое время. Нам надо проверять почту утром и вечером. Ты точно в порядке? Вид, честно говоря, бледноватый.       Алин заверила, что уже в норме, хотя чувствовала себя довольно паршиво.

* * *

      Закончив переписывать конспекты и приступив к домашнему заданию, Алин почувствовала зов от Фэрники. Оставив Олетарфэ и Дайхель, она поспешила к сестре. Фэрника ждала её у входа в здание школы при академии рядом со статуей Безымянного Стража Стены. Увидев Алин, она подбежала и крепко обняла сестру. Младшая немного смутилась.       - Фэрника, со мной ничего страшного не случилась. Неужели ты бросила университет, чтобы прибыть сюда?       - Нет, - отпустив сестру, Фэрника облегчённо рассмеялась. Она заметно выделялась белоснежной формой Анцейского университета среди учеников, одетых в одно чёрное. – Я воспользовалась порталом. Оказывается, это не так уж и страшно.       Один из древних порталов находился в самом центре столичного города Анцеи в дворцовых садах. Воспользоваться им мог любой. Точнее, попытаться воспользоваться. Портал оказывал угнетающее воздействие на магические способности, мог не сработать, а также перенести неизвестно куда. Естественно, мало кто решался им воспользоваться, хотя учёные-храмовники убеждали людей, что при выполнении инструкций вероятность неправильного перехода минимальна.       - Как тебя только отпустили? – подняла брови Алин, беря сестру за руку и ведя к свободной скамейке.       Фэрника замялась, и младшая сестра прищурилась.       - Ты убегала от них?       Девушка вздохнула и кивнула.       - Отец теперь может удвоить охрану, но я хотела убедиться, что с тобой всё нормально. Что вообще произошло? Мне говорили, ты будешь помогать при допросах и немного в разведке. Откуда отравление?       - Жрецы сами не ожидали, что задание окажется опасным, - ответила Алин, присаживаясь на скамейку напротив статуи солдата. – На складе оказался голем каких-то Чернокнижников Ткаюса. Дайхель его повалила, а Тарфэ обездвижила. В меня попала отравленная игла. Целитель обезвредил яд, только сказал, что будет слабость в течение суток.       - Ткаюса? – нахмурилась Фэрника. – Как они сюда добрались?       Алин пожала плечами. Ей было слишком плохо, чтобы глубоко задумываться над произошедшим.       - Понятно, что ничего непонятно, - старшая сестра откинулась на спинку скамьи, немного расслабившись. Она присмотрелась к статуе перед ними. Прицеливающийся крепкий арбалетчик в мундире на фоне, имитирующем кусок Западной Стены. – Рада, что ты в норме. Красивая статуя, только зачем памятник пограничнику в академии алхимиков?       - Учитель Лилар говорил, что в воспитательных целях. За серьёзные провинности студентов могут отправить в военное училище.       - Вот оно в чём дело. Нас этим тоже пугали, - Фэрника рассказала о своём университете. В главном вузе Империи наследница училась, как остальные студенты. Она призналась, что преподаватели её побаиваются, и это напрягает. Алин было хорошо с ней просто так болтать. Но раз сестра рядом, надо поговорить о Нарии.       - Фэрника, мне кажется, я встретила человека с такой же меткой, - Алин подняла запястье с «родинкой».       Старшая сестра мигом забыла о своих университетских делах и настороженно посмотрела на Алин.       - Ты уверена, что это он?       Отчаянно нуждавшаяся в совете Алин робко кивнула.       - Знаки очень похожи и появились в один день. Только это не он, а она. Её зовут Нария.       От Алин не укрылось сожаление Фэрники. Хоть однополые браки признавались аристократами, к ним относились с жалостью. Алин раньше относилась к «таким» людям так же, но сейчас почувствовала смутный протест.       - Значит, не он, а она, и никакой не принц, то есть, не принцесса? – мягко уточнила Фэрника.       - Она приёмный ребёнок. Быть может, она действительно принцесса, украденная младенцем, как в сказках, - Алин неловко усмехнулась. – Правда, её отец жив и содержится в доме для умалишённых. Наверное, и в этом астролог ошибся.       Алин создала иллюзию Нарии – голову и плечи. Спокойное тонкое лицо с кудрявой чёлкой и чёрной косой, лежащей на плече. Алин сама удивилась, как легко, быстро и точно у неё это получилось. Объёмный портрет ещё и немного мерцал. Сказывалось видение после отравления.       - Её зовут Нария Весудо. Её удочерила семья директрисы. Мы учимся в одном классе, - Алин, чувствуя смущение, рассеяла иллюзию.       - Она красивая, - Фэрника сочувственно посмотрела на сестру. – Алин, хоть тебя вычеркнули из рода, ты часть нас. Ты аристократка и имеешь обязательства перед семьёй. Поэтому должна объясниться перед Нарией.       - Сделать ей предложение? – краснея сильнее, спросила Алин.       Фэрника прочистила горло. Она тоже была смущена, но в своих словах не сомневалась:       - Ты должна дать понять, что твои намерения серьёзны. Даже если Нария не поймёт. Отношение к паре должно быть схоже с отношением к семье, - Фэрника осеклась, понимая, как это нелепо звучит для Алин, от которой отказались собственные родители. Но младшая сестра не обиделась. Она пыталась понять, как поступить.       - Опять «должна-должна».       Как и Дайхель Унве, Фэрнику это немного задело, но она постаралась всё объяснить сестре:       - Я не в восторге от того, что супруга мне определили в четыре года, - призналась девушка. – Если Диор-Гао будет мне совсем противен, я могу не согласиться на брак или расторгнуть его впоследствии. Но это ударит по всему клану Арно. Внешне аристократ не может скрыться от мнения общества, пристального внимания ко всем сторонам своей жизни. А внутренне, ты ведь должна видеть - Фэрника выделила последнее слово.       - Я понимаю о чём ты. Астрологи находят пару, жизнь с которой обогатит род. А распутство или отказ от пары будет разъедать всех, кого связывает род. Я это вижу.       - Знаешь, эти знаки, - Фэрника показала своё запястье. Её отметина походила на солнце с двумя вырывающимися протуберанцами в сторону ладони. – Прежде всего означают связь. Астрологи смогли научиться её устанавливать, но не определять, что именно свяжет отмеченных. Это может быть любовь, великое дело или даже вражда и соперничество. Говорят, одинаковые знаки были на запястьях новой императрицы Руфрана и только взошедшей на престол королевы Ажакура, когда между странами шла самая страшная война.       - Она же закончилась вечным миром, а их дети поженились.       - Видишь, как бывает. Сами женщины едва знали друг друга, но их связывала одна судьба. К счастью, они сделали правильный выбор и помирили свои народы.       Фэрника хотела продолжить, но её прервала неприметная женщина в рабочем комбинезоне. Алин с первого взгляда поняла, что эта незаметность – маска.       - Мия Арно-меро, - к принцессе подошла толстая с виду обычная уборщица со спутанными серыми волосами. Морщинистая и неухоженная, впечатление она создавала отталкивающее. – Вам надо вернуться домой. Вы поступили безрассудно. Ваш отец ждёт вас с объяснениями.       Фэрника и Алин обменялись последними взглядами.       - Прости, Алин, я обязательно ещё приду к тебе.       Под сверлящим взглядом «уборщицы» первая наследница Руфрана отправилась к Храму Перехода, скрытому среди каменных разноцветных деревьев.       - Я слышала ваш разговор, - полная женщина села рядом с напрягшейся Алин.       - Подслушивали, точнее, - глядя исподлобья, поправила девочка.       - Это не важно, - настроение женщины, работавшей на Жречество, не менялось. – Ваша сестра права. Если встретили свою пару, то исполните свой долг. Вы по-прежнему связаны с родом Арно. Не забывайте о чести. Покажите ваше запястье.       Алин, чувствуя нарастающее раздражение, протянула руку. Внимательно изучив запястье, женщина кивнула.       - Если всё верно, то вам следует скрывать свои отношения. Общество не одобряет однополые браки, считая их причудами аристократов.       Алин покраснела и посмотрела по сторонам. К счастью, никто их не услышал.       - Может, представитесь? – Алин с родной сестрой неудобно было говорить, а перед равнодушной служительницей Жречества вообще не хотелось развивать эту тему.       - Меня зовут имиль Ованэ. Ты, наверное, уже догадалась, что я работаю в Жречестве. На самом деле, я некромантка четвёртой ступени.       Алин сглотнула. Она чувствовала мощную ауру у «уборщицы», но четвёртая ступень – это один шаг до звания Великой. Значит, этой женщине около века.       - Я охраняю Академию Чаши Весудо уже очень давно, - продолжала Ованэ. – Это стратегически важное место. Лучший алхимический вуз на континенте. Близость Храма Перехода. Идущие здесь исследования и, конечно, выдающиеся учёные и студенты. Всё это делает Академию целью амбиций алимитов.       Алин внимательнее посмотрела на Ованэ. Её тусклая тёмная аура с проскальзывающими алыми искрами и прожилками была похожа на тлеющий уголь, который может в любой момент вспыхнуть, разлиться лавой и сжечь всё вокруг. Алин встряхнула головой. Изучение сильного мага походило на столкновение с бурной стихией. Пока разберёшься, что к чему, тебя просто сметёт.       - Алимиты уже нападали на Чашу? – «Чашей» называли Академию сами её обитатели.       - Открытых нападений с жертвами и свидетелями не было уже десятки лет, а по-настоящему крупные происходили больше века назад. Однако их незаметная деятельность постоянно разъедает общество магов и учёных. Мы выявляем алимитов регулярно среди учителей и студентов. Последние зачастую становятся марионетками первых. Это наша основная здесь работа – выявлять беспредельщиков. Ты тоже будь внимательнее.       Алин кивнула. Она надеялась, что Ованэ оставит её в покое, но жрица под прикрытием опять вернулась к Нарии:       - Нария Весудо может покинуть Академию, поэтому вам лучше поторопиться с предложением.       Алин хотелось провалиться сквозь землю. Она сжала ладони в кулаки и постаралась держать себя в руках.       - Почему Нария Весудо может уйти?       - Её таланты в смертной магии впечатляющи. Работая здесь, я всегда присматривалась к детям с такими же талантами, как у меня. Нарию ещё в начальной школе хотели перевести в школу некромантов. Это был бы лучший для неё вариант. Но она хочет остаться среди алхимиков. Наверное, чувствует долг перед удочерившей её семьёй Весудо. Это всё, что я знаю о Нарии. Я могу собрать больше материала.       - Не надо! – быстро ответила Алин. Но потом вспомнила об отце Нарии. – Лучше узнайте о её отце.       Ованэ пообещала узнать, что возможно, и оставила, наконец, Алин в покое.       Девочка озадаченно чесала голову, неосознанно копируя жест Гифаэ Весудо, с которой недавно вела расследование. Алин не хотела делать предложение. Она чувствовала некоторое влечение к Нарии, но они едва знакомы. Предлагать встречаться и уж тем более жениться из-за долга перед родом Алин не собиралась.       Желая отвлечься после тяжёлого разговора с Ованэ, девочка стала прогуливаться по аллеям Академии. Проведя здесь чуть больше недели, она ещё плохо знала территорию. В большинстве корпусов, отведённых тому или иному факультету, девочка ещё не бывала. Построенные в разные десятилетия и даже века они сильно отличались друг от друга, имели множество пристроек и соединительных переходов. Одной там слоняться было не слишком интересно, и Алин направилась в оранжереи. В академии алхимиков они занимали весьма внушительную территорию, находясь за основными зданиями. Это было царство травников и фей. Здесь росли редкие растения, собранные со всего мира. Фэрнике бы тут определённо понравилось. Обстановка была умиротворяющая, в воздухе витали ароматы множества незнакомых цветов. Расслабленная Алин встрепенулась, почувствовав рядом ауру Нарии. В оранжереях студентов почти не было. Сюда регулярно ходили во время занятий, поэтому просто так, а не по делу ученики заглядывали нечасто.       Лентум Целле из восьмого «А» и Нария Весудо из «Г» были здесь именно по учебной надобности. Лентум – невысокий очень красивый парень с длинными до середины спины золотистыми кудрями. Как и другие аристократы, коих в Чаше училось не так много, он прекрасно выглядел, учился, имел безупречные манеры и привлекал много внимания, особенно противоположного пола. Лентум и Нария были одними из лучших учеников на всём потоке и много занимались дополнительно. Но говорили совсем не об учёбе.       - Принцесса, тебе определённо нужен свой принц. Твой знак очень похож на мой, - воодушевлённо говорил Лентум.       - Как-то не очень, - без энтузиазма отозвалась Нария.        «Всё-таки она узнавала об отметинах», - взволнованно думала Алин, подкрадываясь к одноклассникам. Нарии Лентум явно надоел, но парню она очень нравилась, и он с закатанным рукавом чёрной рубашки старосты с белой окантовкой продолжал утверждать, что их знаки похожи. Алин попыталась разглядеть их за зарослями, но густая листва скрывала практически всё.       - Действительно похоже! – не унимался Лентум.       - Круг у тебя справа, подставка прямая, и тут ещё кружок с хвостиком, - скептично заметила Нария.       - Это мелочи, - неуверенно ответил парень.       - Забудь, Лентум. Мне просто стала любопытна эта ваша нелепая традиция. Зачем ты опять о ней заговорил? Ладно, я уже сделала задание, так что пойду в общагу. Лентум, с тобой всё нормально? – Нария напряжённо посмотрела на одноклассника с остановившимся взглядом.       - Пускай, они не похожи. Я бы отдал и честь, и имя за одну ночь с тобой!       - Ты обкурился?! – отшатнулась Нария и резко развернулась.       От шока она пошла наугад. Не в сторону выхода, а на дорожку, где затаилась Алин. Менталице пришлось отвлечься от фокуса над сознанием ни в чём не повинного Лентума Целле. Видимые только Алин нити отцепились от его головы, и паренёк удивлённо замотал головой часто моргая.       - Нария? Где ты? Чего-то голова кружится.       - Больной ублюдок, - пробормотала покрасневшая от гнева Нария, проходя мимо Алин. К несчастью для последней, Нария заметила менталицу. – А ты что тут делаешь? – вопрос прозвучал несколько грубо.       - Я тут просто, - Алин смущённо прочистила горло. – Гуляю.       - Просто? - Нария отвернулась, метнув косой, и ещё быстрее ушла прочь.       - Нария! – дезориентированный Лентум попытался пойти следом, но от головокружения споткнулся и рухнул, ломая зелень и сам царапаясь.       «Надо бы ему помочь», - виновато подумала Алин. Это она высвободила его подсознание, раздражённая приставаниями к Нарии.       - Ты как? – девочка помогла пареньку, облепленному листьями, подняться.       - Голова внезапно закружилась. Не пойму, что произошло, спасибо, - ещё немного покачиваясь, Лентум зашагал к выходу.       - Я тоже, - прошептала Алин.       Что заставило её так испортить жизнь человеку, который ничего ей плохого не сделал? Она просто освободила подсознание влюблённого парня, прекрасно зная, как это подействует на Нарию. Неужели от ревности? Растерянная Алин растёрла один из листиков, упавших с Лентума, и посмотрела в сторону колючих цветов, в которых скрылась Нария. Что бы сказала Фэрника? Разве не так должна поступать аристократка, защищая честь будущей супруги? Алин потрясла головой. Хоть она выросла рядом с Фэрникой, нравы аристократов ей казались очень странными. А то, что она сейчас сделала, определённо подлость.