Наследница молчания

      Дайхель с отрешённым видом читала книгу о тысячелетней истории междоусобных войн между шаэнскими лордами. Что ещё делать на крыше люмского собора, пока Алин и Олетарфэ следят за соседним домом? Троица была не на задании. Алин следила за Нарией Весудо. Менталица практически всё время сидела в позе медитации. Используя дальний взор, она следила за беседой с представительницей дома Аннэсингов. Олетарфэ смотрела на подругу, думая о чём-то своём.       Дайхель отвлеклась от книги и сказала:       - Возможно, сейчас вершится история. Нария может возродить угиранскую монархию.       Олетарфэ ничего не ответила. С одной стороны, хотелось помочь лучшей подруге. С другой стороны, Алин действительно «из этих». Ей нравятся девушки. По крайней мере, одна девушка, за которой она сейчас ревниво следила.       - В Угиране уже шестнадцать лет смута. Совет ещё удерживает баланс сил, но только появление законного наследника сможет восстановить равновесие.       - Ну да, - проблемы соседней страны волновали Тарфэ меньше, чем личные проблемы подруги. – Думаешь, Нария уедет туда?       Дайхель пожала плечами. Она смутно представляла, какого сейчас сверстнице, от которой сейчас столько зависит.       - Ты бы как поступила? Нария ведь ещё подвергнет себя немалой опасности.       - Не знаю, - растерялась Тарфэ. – Не представляю, каково ей.       - Всё-таки, странно, что алимиты так упорно хотят свергнуть монархию в Угиране, - Дайхель отложила книгу и посмотрела через подзорную трубу на панорамное окно, в котором был виден кабинет и все участники встречи: Нария, её отец Ребильт, приёмная мать Анура, Лаэлисса баронесса Эмурийская и юный Орио Басоринг. – В боях с Аннэсингами, среди которых много сильных некромантов, погибли сотни алимитов. Ради чего?       Олетарфэ тоже задумалась. Алимиты действуют скрытно, рискуя жизнью только в исключительны случаях. Дайхель права: хаос, учинённый в целой стране, отнял у них слишком много сил.       - Угиран – значительная страна. Возможно, после его захвата алимиты хотели напасть на Руфран?       - Абсурд, они не могут захватить Угиран, - уверенно ответила Дайхель, намного лучше разбиравшаяся в политике. – В угиранском Совете засели крысы, но большинство представителей элиты никогда не примет явных алимитов на троне и не начнёт самоубийственную войну против Руфрана. Беспредельщики устроили большой раздор в Угиране и, всё-таки, смысла в нём я особого не вижу.       Олетарфэ снова взглянула на кабинет.       - Кажется, они заканчивают.

* * *

      Нария в своей простенькой школьной форме чувствовала себя несколько скованно в роскошной резиденции Лаэлиссы Аннэсинг баронессы Эмурийской. Эта женщина приходилась дальней родственницей Киралине Аннэсинг и не могла претендовать на престол. Несмотря на дальнее родство, она обладала высокой ступенью в некромантии, как и многие из клана, который с древности развивал искусство управлением некропотоками. Нария с первого взгляда на красивую гордую женщину в длинном довольно открытом бордовом платье заметила в ней связь с магией разложения.       Девочка немного нервно обернулась на своих родителей. Анура Весудо, удочерившая её много лет назад, выглядела задумчивой и немного растерянной. Она ободряюще улыбнулась дочери. Отец, произведший её на свет, смотрел на спускающуюся по лестнице Лаэлиссу безучастно. Полноватый мужчина был одет в хороший коричневый костюм. Ребильт сумел не только подобрать одежду, он съездил в родной монастырь, откуда написал несколько писем. Казалось, его психическое состояние пришло в норму.       - Приветствую, рон Ребильт, лана Анура и лана Нария, - Лаэлисса говорила на угиранском языке. В нём не было сложного деления обращений к юным, взрослым и состоящим в браке. Называли только имя и одно из двух обращений в зависимости от пола. – Вы в порядке, лана Нария? Не волнуйтесь, я лишь хотела побеседовать с вами.       Она заинтересованно склонила голову, качнув прямыми длинными и совершенно белыми волосами – ещё один признак давнего занятия некромантией.       - Всё хорошо, - стесняясь, сказала девочка.       Отец приобнял её за плечи. Он недавно вернулся из Угирана. Нария совсем не знала отца, но этот жест почему-то успокоил её.       - Пройдёмте, - Лаэлисса приглашающим жестом позвала гостей за собой.       Они поднялись по лестнице в обширный кабинет с панорамными окнами, из которых открывался чудесный вид на кафедральный собор, украшенный колокольней и многочисленными статуями святых из трёх эпох. Внутри их ждал Орио Басоринг, у молодого стихийного мага были двухцветные бело-красные волосы. На щеке красовалась татуировка в виде цветка. Одет он был в узкие брюки с множеством тонких ремней и кофту с широкими рукавами, открывающую вид на пресс. При такой эксцентричной внешности он вёл себя вежливо и учтиво.       - Я глубоко соболезную вам, рон Ребильт, - поклонился Орио, обращаясь к отцу Нарии. – Как я понял, для вас утрата супруги произошла совсем недавно.       Ребильт опустил взгляд:       - Я помню, что Киралина скрывалась от заговорщиков.       - Её убили не заговорщики среди аристократов, а алимиты, - горько сказала Лаэлисса. – Мы позволили этой заразе глубоко проникнуть в самые верха. Всё из-за многовековой вражды между кланами, - женщина мягко взяла Нарию за запястье. Девушке стало неловко. Лаэлисса очень близко опустила лицо с тёплыми карими глазами. – Теперь у нас есть шанс исправить это.       Для Лаэлиссы главным было восстановление монархии. На робкие замечания Нарии о проведении выборов в Совете Угирана она жёстко ответила, что это невозможно. Противоречия в Совете, разделённом на две основные фракции, верные двум домам, слишком большие:       - Если начнутся выборы, начнётся и грызня за власть. Совет слишком раздроблен.       - Будет гражданская война? - нерешительно спросила Нария.       - Необязательно. Мы достаточно цивилизованны, чтобы не устраивать войну, находясь с варварскими странами по соседству, - со сдержанной улыбкой ответила Лаэлисса. – Зато раскол страны на несколько герцогств и республик более чем вероятен. Проблема не только в двух кланах. Помимо них существуют идея независимости у других областей. До войны, как в Твестабоне, дойти не должно, - всё же, с некоторым сомнением заметила Лаэлисса.       - Раздробленность в любом случае ослабит армию, - добавил Орио. Несмотря на странный стиль, он хорошо разбирался в политике. Его не просто так выбрали в качестве супруга новой королеве. – А вторжение с запада всегда остаётся угрозой.       Варварские страны – одна из главных причин, почему Угиран и Руфран, отгородившиеся от соседей Стеной Запада, сохраняли жёсткую централизованную власть, с неохотой позволяя расширять самоуправление отдельных областей. Самая страшная война, пришедшая с запада, закончилась века назад. Именно сплочённость тогда помогла двум государствам выжить и остановить захватчиков. Послей Войн Некромантов тоже происходили попытки прорвать Стену. Они не давали расслабляться и убеждали народ в необходимости единства. Однако последние поколения серьёзных нападений не было. Возросший технологический уровень позволял меньше зависеть от армии и Жречества. А многие проблемы легко бы разрешились разделением на несколько государств.       - Так ли необходимо сохранять унитарность? – решилась вставить слово Анура Весудо. Директриса, являясь потомком основателя академии, заняла свою должность в результате выборов. В кругу учёных давно говорили о том, что нынешний строй тормозит развитие. – Вполне можно сохранить военный союз, разделив другие сферы.       - Вы не понимаете, в какой сейчас ситуации находится угиранская аристократия, - снисходительно ответила Лаэлисса. – Если начнётся дробление страны, возрастёт и количество алимитов в верхах, последствия будут непредсказуемы.       - Это проблема Жречества и Инквизиции, - вмешался Ребильт, больше слушавший, чем говоривший. – Когда Киралину преследовали заговорщики, только жрецы и инквизиторы могли её защитить, армия была беспомощна. Сейчас принято много мер по выявлению алимитов, поэтому они больше не показываются даже в кризис.       Несмотря на долгие годы амнезии, сейчас отец Нарии был в ясном уме.       - Вы правы, - не стала спорить Лаэлисса. – Всё же, в целостном государстве осуществлять ловлю алимитов проще. Также будет меньше бюрократических проволочек.       О возможном браке принцессы с Орио Басорингом не было сказано ни слова. Присутствовавших волновало сохранение угиранской монархии. Нария практически ничего не говорила, чувствуя себя немного лишней. Казалось неправильным, что от её решения зависит так много. Девочке только исполнилось пятнадцать лет. Конечно, раньше в таком возрасте и детей имели, и воевали, и принимали государственные решения. Но эти традиции в далёком прошлом. Решения должны принимать взрослые подготовленные люди при поддержке народа. Однако эти разумные доводы сейчас мало значили. Страна находилась в кризисе слишком долго.       После разговоров о будущем Угирана Лаэлисса обратилась к Нарии:       - Что же вы решили, лана?       Все посмотрели на девочку, понимая, что нельзя накладывать на неё неподъёмную ответственность, и ответ её был вполне ожидаем:       - Я думаю, элита и народ Угирана должны сами решать, какое будущее будет у страны, - Нария не могла оторвать взгляд от поверхности стола, голос её немного подрагивал, но чем дальше она говорила, тем увереннее он звучал. – Монархия не может контролировать всё. В Руфране императоры имеют намного меньше власти, в каждой области самоуправление решает большую часть проблем, и это правильно. Не зря Лагрина Вторая хотела упразднить монархию. Именно старые устои во многом стали причиной застоя и кризиса. Поэтому, - Нария волновалась и покраснела, готовясь сказать то, что и так все ожидали, - я не могу принять корону. Совету надо объявить об упразднении монархии.       Орио отвёл взгляд, силясь скрыть разочарование. Красные пряди стали бордовыми, а белые – серыми. Такое бывало у магов воды. Брак его не волновал, он хотел сохранить свою страну. Ребильт и Анура всем видом поддерживали дочь. Лаэлисса не выглядела ни удивлённой, ни расстроенной. Она кивнула и положила руку на плечо девочке:       - Пока вы являетесь законной наследницей. Для многих ваше появление стало надеждой на возрождение Угирана. Ваше спасение, - Лаэлисса посмотрела на Ребильта, - иначе как чудом назвать нельзя. Сами души предков направляли вас.       Мужчина слабо и грустно улыбнулся.       - Рон Ребильт, вы вернётесь к рисованию? – отвлекла Лаэлисса от политики.       - Я не умею рисовать, - признался он.       - Ваши картины так искусны, - не поверила Лаэлисса.       Нария с недоумением посмотрела на отца.       - Я сам был поражён, увидев картины. Я никогда не занимался искусством.       Годы, проведённые в лечебнице, просто выпали из памяти Ребильта.       - Что ж, Нария в любой момент может воспользоваться приглашением и отправиться в Угиран, - будучи опытной дипломаткой, Лаэлисса понимала, что сейчас настаивать на чём-то бессмысленно.

* * *

      Алин выглядела мрачнее грозовой тучи.       - Свадьба будет? – с опаской глядя на подругу, спросила Тарфэ. Потихоньку она с большим пониманием относилась к однополой любви. Хотя надеялась, что подруга когда-нибудь станет нормальной.       - Дело не в этом, - повертела головой Алин. – Эта баронесса Эмурийская – алимитка. Только я пока не пойму, почему ей так нужна Нария.       Дайхель и Олетарфэ сразу напряглись и подобрались, готовясь к действию.       - Сейчас Нария в безопасности, - без внешней тревоги сказала Алин. – Лаэлиссе надо заманить принцессу в Угиран. Ещё бы понять, зачем.       - Я доложу, и её задержат, - Дайхель потянула руку к виску, но Алин остановила телохранительницу:       - Погоди, всё равно сейчас её арестовывать нет никаких причин.       - Придумают как, - пожала плечами Дайхель. – Это же Жречество, задержат по какому-нибудь формальному поводу. А ты сможешь её прочитать.       - Надо подождать, - решила Алин. – Опасности сейчас нет. Вдруг она начнёт сопротивляться и сбежит? Сейчас мы ничего не узнаем. Сначала проследим за ними, потом доложимся Ованэ, - менталица снова закрыла глаза.       Лаэлисса проводила гостей и осталась наедине с Орио. Едва дверь закрылась, она положила ладонь на его плечо и опустила губы к уху:       - Как тебе принцесса?       - С тобой не сравнится, Лисса.       - Орио, - белая рука погладила лицо юноши. - Ты сможешь её очаровать?       Юноша безучастно смотрел на широкие двери.       - Конечно, - без сомнений ответил он.

* * *

      Ореса Руфранская придирчиво оглядывала дочь, одетую в церемониальный белый камзол с спиралеобразными золотыми узорами.       - Твой будущий супруг перешагнул первое совершеннолетие. Вам пора встретиться, - наставляла мать. – Вы и так пропустили много времени. Мы с отцом, как и полагается, виделись в раннем детстве, поэтому у нас не было проблем с браком. Я так переживаю за тебя. Он ещё и иностранец.       Фэрника слушала Оресу без особого интереса. Романтика её никогда не занимала. Брак – такая же необходимость, как договоры, встречи и императорская двенадцатиглавая корона, передающаяся по наследству.       - Почему же мы не виделись? – спросила Фэрника, надевая перчатки и глядя на сегодняшнее расписание. Лекции, семинар, тренировка, обед с герцогом Вингена, посещение театра с Диор-Гао, принцем Матеи. Практически ни дня не проходило без какой-либо официальной встречи. Общительной Фэрнике это нравилось, правда, порой обязанности первой наследницы казались тяжёлыми оковами на руках.       - У матейских королей свои странности. Раньше королём мог стать только монах, принявший целибат, - Ореса досадливо поморщилась и прикоснулась к виску. – Зов от начальника охраны. Последнее время они там, как ужаленные. Всюду алимиты мерещатся.       Фэрника хотела напомнить, что алимиты не так давно подвергли риску жизнь её младшей дочери. Девушка промолчала, зная, что напоминания о сестре ничего не изменят. Девочки по имени Алин Солума для императоров не существовало.

* * *

      Фэрника Руфранская откровенно скучала, когда осталась наедине со своим женихом. Диор-Гао Матейский оказался довольно красивым, но не слишком умел увлечь разговором.       - Я не слишком понял про эти знаки, - даже через смуглую кожу пробивался румянец. – У нас нет такого обычая, браки заключаются по велению сердца.       - Астрологические исследования оказываются более эффективными, - не теряя светского тона, улыбнулась Фэрника.       Она пробежалась глазами по фигуре Диор-Гао. Пурпурный хитон открывал вид на смуглую плоскую грудь. Длинные чёрные волосы скрывали плечи. На груди хитон скрепляла золотая застёжка в виде раскрывшей крылья птицы. Это был герб Матеи. Такой же был на ремне, перетягивающим узкую талию.       Щёки Диор-Гао покраснели, став почти такого же оттенка, что его странные красные глаза. Фэрника напомнила себе, что он менталик. Как и Алин, ему было трудно закрыться от чужих мыслей и эмоций.       - Астрологи не ошибаются, - серьёзнее сказала Фэрника и подняла запястье левой руки.       Диор-Гао тоже поднял открытое запястье правой руки.       Тон их кожи сильно отличался, знаки же были зеркальны друг другу и имели одинаковый золотистый цвет. Форма их напоминала солнце с двумя вырывающимися протуберанцами в сторону ладони.       - Так похоже, - Диор-Гао убрал руку.       Повисло неловкое молчание. Фэрника оглядела заполняющийся зал из партера. Вот-вот должна начаться пьеса. Надо бы увлечь иностранного гостя разговором. Не так важно, что они должны сочетаться браком. Фэрника привыкла, что предопределённая пара – так же естественно, как предопределённый пол или фамилия, и не понимала мучений гостя из Матеи.       - Матушка говорила, раньше в Матее правили короли-монахи, это правда?       - Да, - юноша был рад смене темы, – это древняя традиция бытовала тысячу лет назад. Тогда правили короли-девственники, так как считалось, что чистота необходима главе страны…       Диор-Гао опять смутился. Фэрника еле сдержалась от смешка. Впрочем, менталик и так всё понял. Опять повисло молчание.       - Эх, даже не знаю, как начать, - Диор-Гао вздохнул, подбирая слова.       Фэрника вежливо улыбнулась. На самом деле, ей было скучно. Даже посещение театра с женихом воспринималось, как обычная официальная встреча, коих наследница совершила уже сотни. Видя затруднения Диор-Гао, она бы взяла инициативу в разговоре, но он всё же продолжил:       - Я хотел поговорить… Я так понял, это тема запретная. В общем, о твоей сестре Алин. Я думаю, мы должны встретиться.       - Откуда ты знаешь о ней? – сдавленно спросила Фэрника. Она мигом забыла о скуке и с опаской посмотрела по сторонам. В ложе они были одни. Здесь их представили друг другу родители и оставили, наслаждаться искусством. Они общались совсем немного. А Диор-Гао говорит о Алин, будто давно знал о её существовании.       - Мы виделись в пространстве снов. Меня к ней привела Сагнэ.       - Сагнэ Джостеди? – Фэрника припомнила, что о ней рассказывала младшая сестра. Девочка, которой пришлось убить своего мучителя.       - Да, она – одна из немногих сновидиц, с которой я иногда вижусь во снах. Мы никогда не виделись в реальности. Мы ещё не достигли высшего искусства сновидения – уметь путешествовать по миру без границ.       - Почему ты хочешь увидеться с Алин?       - В её сон вторгся враждебный сновидец. Я и Сагнэ смогли отогнать его.       Фэрника с трудом могла представить, о чём речь.       - Её окружали четырнадцать чёрных фигур. Они пытались подчинить Алин.       - Четырнадцать чёрных фигур? – Фэрнике кое-что пришло ум. – Семь женских и семь мужских?       - Хм, - Диор-Гао призадумался и кивнул.       - Неужели семь семей? Я думала, это миф, - Фэрника вздрогнула, когда в театре погаснул свет, и они оказались в темноте.       - О том, что у алимитов есть организация и своего рода аристократия? – Диор-Гао посмотрел на сцену, над которой поднимался занавес. – Возможно, тот злонамеренный сновидец только использовал страшный образ, чтобы воздействовать на Алин, внушить страх.       - Зачем? – Фэрника тихо вздохнула. Она стала совершенно бесполезной для сестры, которую использует Жречество. А теперь Алин угрожает неведомая опасность.       - Не могу знать. Ему что-то надо от Алин, - Диор-Гао видел, что за сестру девушка переживает куда больше, чем за их брак. Это ему нравилось. – Я постараюсь узнать. Так можем мы встретимся с твоей сестрой?       Эта идея Фэрнике понравилась. Постановку она едва замечала, разговаривая с Диор-Гао о его искусстве сновидения. До встречи с Алин надо было подождать. Приехавшая матейская делегация имела строгий распорядок. На следующий день они собирались пообщаться с ужасными Мастерами гномьих городов-государств, которые прибыли для подписания договоров о сотрудничестве с Анцеей. Только потом можно будет вырваться в Люмо.       - А что такого ужасного в встрече с гномами? – спросил Диор-Гао.       Фэрника с прищуром посмотрела на менталика:       - Ты в план мероприятий смотрел или мысли прочитал?       - Я не могу не читать мысли, - улыбнулся Диор-Гао. - Обычно люди волнуются от того, что я знаю их чувства. А ты относишься к этому, как к чему-то нормальному.       - У меня сестра такая же. Наверное, я привыкла. Только с ней можно было не думать, как себя подать.       Пропустив вступление, Фэрника лишь изредка поглядывала на сцену. Она слушала рассказы Диор-Гао о своей стране, королевской семье и о том, как сложно ему было заводить друзей. А Фэрника говорила о сестре и о том, как она ребёнком решила уйти в монастырь, чтобы её способности не причинили никому вреда.

* * *

      На следующий день Фэрника и Диор-Гао прогуливались по центру Анцеи. Столичный руфранский город заставлял иностранного гостя то и дело вертеть головой, глядя по сторонам. Множество богатых домов, мануфактур, театров и огромных магазинов можно было обходить бесконечно.       - Ты сможешь определить, сколько людей за нами сейчас следят? – любопытно спросила Фэрника.       После недолгой паузы Диор-Гао ответил:       - Пятеро: двое впереди, двое сзади и одна над нами.       - А это удобно, - Фэрника взглянула на башенные часы, мимо которых они проходили. – Пора на встречу с гномами.       - Они тебе не нравятся?       Фэрника отвела взгляд. Глупо было врать Диор-Гао. А правда звучала невежливо и недипломатично:       - Они до ужаса скучные, упрямые, и переговоры ведут иногда целыми днями. К каждой детали придираются. Мне приходилось присутствовать на нескольких встречах. Это была такая тягомотина.       - У нас на материке очень мало гномов. Они живут небольшими общинами. Мне было бы интересно посмотреть на их правителей.       - Поверь, тебе быстро надоест, - предупредила Фэрника.       Она оказалась права.       Фэрника с Диор-Гао сидели в отдалении, пока за небольшим столом вели переговоры Янд и три из одиннадцати глав подземных городов. Все трое – низкие бородатые с вычурными коронами, украшенными множеством драгоценных камней. Рядом с императором сидела его супруга Ореса. Она практически не участвовала в обсуждениях.       - У нас много противоречий, но алимитов мы ненавидим так же сильно, - речь держал Великий Мастер Голбарун Третий. – Последствия Шасторской катастрофы, которую устроили алимиты, сказываются на наших городах до сих пор. Уход гремлинов стал для нас настоящим ударом.       Гном Голбарун потёр чёрную расчёсанную бороду длиной до пояса, надменно глядя на императора. Из зарослей выделялись только длинный горбатый нос и глубоко посаженные глаза неопределённого цвета. Голову украшали множество косичек, уложенных в по-своему изящную причёску, и платиновая корона с двумя десятками изумрудов.       - Я хочу подчеркнуть, что мы не имеем претензий к нашим бывшим соседям гремлинам. Мы прожили вместе долгие века. Теперь они предпочли влиться в человеческое общество. На это было много причин…        «Напомни, о чём эти переговоры?» - чувствуя сонливость, спросил мысленно Диор-Гао Фэрнику.        «Сейчас – о поставках леса», - борясь с зевотой, ответила девушка, изучая барельефы над входом в зал.       - Наша торговля идёт хорошо. Это есть хорошо, - кивал, будто самому себе, гном.       Император Янд внешне сохранял спокойствие. Только он сам да Диор-Гао знали о его желании хорошенько наорать на Великого Мастера Голбаруна Третьего.       - Мы плохо относимся к смешанным семьям. Но тут ничего не поделаешь. Времена кровной мести за предательство клана и кодекса основателей давно прошли.       - Полностью с вами согласен, - вежливо кивнул Янд. – Надо открывать двери свежему ветру и укреплять наши торговые связи. Так что вы думаете о договоре по поставкам леса? – мужчина кончиками пальцев пододвинул бумагу, которая ждала подписей и трёх печатей глав городов.       - Древесина – важнейший ресурс! – гном снова погладил бороду. – Мастер Вогернур, вы согласны?       - Определённо, - кивнул совсем седой гном. – Древесина нужна для строительства, обустройства дома, для отопления…        «Они всегда так?» - снова мысленно спросил Диор-Гао.        «Всегда», - кивнула Фэрника.       Долготерпение воздалось только через три часа, когда были поставлены печати на договорах. После переговоров Фэрника и Диор-Гао, наконец, смогли отправиться в Люмо. Они шли по заснеженному саду Афапенти.       - В этот раз быстро, - безмятежно заметила Фэрника. – В прошлую встречу десять часов обсуждали.       Диор-Гао прочистил горло.       - Гномы, пожалуй, слишком основательный народ. Здесь находится Храм Перехода? Вы красиво его оформили, – принц заметил золотистый купол сквозь голые ветки деревьев.       - Да, Алин нас уже ждёт. Другой Храм Перехода находится у самой её академии. Хорошо, что нас даже без телохранителей отпустили. В пределах Академии Чаши Весудо нам можно находиться без сопровождения. Наверное, потому что там усилили охрану.

* * *

      Фэрника и Диор-Гао нашли Алин практически сразу. Занятия закончились, и она прогуливалась с подругой Сагнэ Джостеди. Диор-Гао никогда не видел её в живую, поэтому не сразу узнал.       - Гао! – Сагнэ обрадованно улыбнулась. Она узнала приятеля из снов сразу.       Диор-Гао привык видеть девочку во снах одетой в белое платье. А сейчас она была в тёплом чёрно-жёлтом строгом мундире и фуражке. Волосы в мире духов она распускала, а сейчас убрала в хвост.       - Сагнэ, я и забыл, что ты учишься на стража, - Диор-Гао посмотрел на Алин. – Я же говорил, мы скоро встретимся.       А Фэрника обняла сестру, с которой уже давно не виделась.       - Это мой жених, Диор-Гао Матейский, - как ни в чём ни бывало представила Фэрника сестре заморского гостя, - а это моя сестра…       - А-а, погоди, - смутился юноша. – Это же не совсем так. То есть, мы ещё не обручены.       Он совсем раскраснелся, Фэрника даже почувствовала себя виноватой. Диор-Гао совсем не привык к обычаям руфранской аристократии.       - Мы уже виделись, - прервала неловкое молчание Алин. – Гао и Сагнэ защитили меня, когда кто-то вторгся в мой сон.       - Три менталика в одном месте. Такое нечасто увидишь, - Фэрника решила больше не поднимать тему о браке и отношениях.       - Вообще-то четырёх, - Сагнэ смущённо поскребла щёку, коротко глянув на наследницу Руфрана. – С нами наша наставница имиль Онико.       - Баэ Онико? – оживился Диор-Гао. Он, как и все менталики, испытывал недостаток от общения с себе подобными. А Баэ Онико – опытная стражница, использовавшая своё искусство для ловли преступников.       Подростки встретились с ней в комнате Алин. Узнав о вторжении во сны, Баэ предложила вместо обычного занятия попробовать попасть на след злонамеренного сновидца. Никто, кроме неё, такого пока не умел. Четыре менталика сели на накидки на полу и погрузились в медитацию.       - Вы смогли найти то место, - поразилась Алин, снова увидев рощу и родник, созданные Сагнэ и Гао, когда они прогнали чёрные тени. – Можно ли это назвать местом?       Девочка подняла голову. Над головой три луны и созданное Сагнэ северное сияние.       - У мира духов есть свои леса, долины и города, - объяснила Сагнэ. – Сновидцы определяют не всё. Неизвестный сновидец втянул тебя сюда намеренно.       - Я попробую поймать след, – сказала Баэ. – Вы говорите, он один был?       - Да, у вас получится? – спросил Гао.       - Это возможно? – удивилась Алин.       - Конечно, - ответил Гао. – В мире духов завесу не установить, как и не протащить оменатус. Но нужны определённые навыки. Мне и Сагнэ их не хватает.       - А вы и раньше так находили людей? – спросила Алин наставницу.       - Не совсем. Я искала потерянные души, когда работала демонологиней. Сейчас я впервые использую эти способности, чтобы поймать менталика-алимита. Попробуем, - Баэ с интересом рассматривала рощу, - по крайней мере, особой опасности я вас не подвергну. Если почувствуете угрозу, просто возвращайтесь.       Баэ стала изучать пространство. Уже вскоре женщина нашла след сновидца. Она сделала движение, будто дёргала верёвку.       - Ну-ка покажись, Крайд Дэльки.       Перед Баэ появился паренёк с ошалелым взглядом лиловых глаз, от взгляда в которые опытная менталица едва не потеряла концентрацию. Такие же глаза она видела только у Алин и Марентима Солума. Взлохмаченные чёрные волосы парня, казалось, стояли дыбом. На нём были лишь короткие штаны, больше похожие на шорты. Баэ Онико сумела призвать двойника спящего человека.       - Кто вы такие?!       - И этот парень навёл на меня тот кошмар? – Алин оглядела худощавого подростка, немного старше неё самой. – Твои глаза, - заметив их оттенок, наследница молчания испуганно спросила: - Кто ты такой?!       - Шкерч, теперь тётка меня убьёт, - капризным голосом протянул парень и с размаха ударил Баэ Онико.       Он будто использовал мощный приём магии воздуха. Баэ отбросило невидимой волной, она крест-накрест прикрыла рукам лицо. Другой рукой юноша имитировал магию земли и создал лезвия, которые полетели в Баэ.       Сагнэ и Гао мгновенно отреагировали, наслав на него огонь и воду. Это были не силы стихий – в реальности подростки ими слабо владели. Но здесь они могли стать хоть Великими стихийными магами. Всё зависело от умения контролировать себя во сне.       Призванный Крайд хотел немедленно покинуть пространство снов. Атаки Гао и Сагнэ не позволяли ему сосредоточиться. А если кто-то попытается вернуться, оставаясь под ударами в мире духов, то рискнёт тут застрять. Крайд отступал, надеясь, что сможет сбежать.       - Не спеши, - угрожающе сказала Баэ. Она не использовала стихии, готовя нечто посерьёзней. Алин и не думала, что у неё может быть такая ухмылка. Из рук женщины вырвалась белая сеть. Было такое впечатление, что она выстрелила паутиной. Сагнэ и Гао сообразили, что надо прекратить атаки. В краткий миг Баэ оплела юношу с лиловыми глазами. – А теперь говори, кто ты такой?       - Что это за гадость? – парень пытался вырваться из липкой и, видимо, очень прочной субстанции.       - Сетка для ловли душ. Полезная штука в мою бытность демонологиней, - любезно ответила Баэ. Её тон стал железным: - Ты Крайд Дэльки, находишься в Твестабоне, работаешь на алимитов. Лучше говори дальше сам, эта сетка может стать твоей тюрьмой навечно.       - Нет! Выпустите! – он пытался вырваться и вернуться в своё тело, но ничего не удавалось.       Помощь пленнику пришла из неожиданного источника. Покрытая жухлой травой земля затряслась, по ней пошли трещины. Все менталики с недоумением переглянулись. Из трещин стала вытекать раскалённая лава, сжигая выращенную сновидцами рощу и выпаривая родник. Баэ, Сагнэ и Диор-Гао взлетели. С некоторым опозданием это удалось и Алин, когда раскалённая жидкость чуть не коснулась её ног.       Крайд не мог двигаться и вскоре закричал. Двойники тоже по-своему чувствовали боль. Раньше Алин думала, что в мире духов вообще нельзя ощутить боль, но юноша кричал так, что сомнений в его страданиях не оставалось. Липкая ловушка просто сгорела, и парень исчез. А менталиков затрясло от громогласного вопроса:       - ЧТО ЗА МОШКИ ПИЩАТ?       Отлетев дальше от покрывающейся лавой земли, менталики поняли, что находились на голове огромного духа. Он медленно поднимался, и стало видно, что гигант отдалённо походил на черепаху.       - ЧТО ЭТО ЗА ПЛЕСЕНЬ? - короткой лапой дух смёл остатки выращенной недавно рощи, сейчас охваченной огнём.       - Ребята, на сегодня урок закончен, - сказал Баэ и исчезла первой, успев сказать это до следующего оглушительного вопроса:       - ПАРАЗИТЫ МЕЛКИЕ, ПОСПАТЬ СПОКОЙНО НЕ ДАДУТ!

* * *

      Фэрника листала книгу о расе кла. Странные интересы у её сестрёнки. О рогатых кла даже мать мало что знала, а императрица Ореса происходила из Арадоксии, страны с того же материка, что и Кла. Она посещала загадочную страну, когда ещё была принцессой. Совсем недавно мать и дочь говорили о странном народе.       - Кла хранят большую тайну. Мы даже не знаем, как они появились в нашем мире. Говорят, изначально они не покидали своих куполообразных маленьких строений, а выходили в костюмах, подобным скафандрам подводников. Ещё говорят, что они мало на нас походили. А потом преобразились, после чего даже смогли вступать в браки с людьми и иметь общее потомство.       Фэрника в то время изучала доклад руфранских разведчиков:       - Ничего не говорят о своём прошлом, скудно делятся знаниями, но их потребление ресурсов, - Фэрника взглянула на цифры. – Многомиллионные страны людей живут куда скромнее. Зачем им столько металла? Столько драгоценных камней? Редких веществ?       - Кла делают удивительные вещи, могут создавать иллюзии на долгие часы и работать с ними, могут мгновенно находить информацию, моделировать самые сложные механизмы или строения, - Ореса заметила недоверчивый взгляд дочери. – Я тоже не верила. Думала, что это байки. Вскоре ты увидишь и убедишься во всём сама.       От размышлений о будущем посещении загадочного города кла Мельпуна Фэрнику отвлекли возвратившиеся менталики.       - Что случилось? – обеспокоенно спросила принцесса.       Алин остановившимся взглядом смотрела в пол, Сагнэ обхватила свои плечи руками, Диор-Гао шумно втянул воздух, но так ничего и не ответил. Только самая старшая Баэ Онико держала себя в руках и ответила Фэрнике:       - Мы смогли узнать, кто вторгался в сны Алин и с кем сталкивался юн Диор-Гао-меро, - Баэ скривилась и открыла ладонь, до этого сжатую в кулак. Из ладони торчало небольшое лезвие под испуганным взглядом Фэрники закапала кровь.       - Откуда у вас лезвие?!       - Рана несерьёзная, мия Арно-меро, - Баэ поднялась. Вид у неё был бледным. – Нам пришлось встретиться с очень сильным сновидцем. Его зовут Крайд Дэльки, он обладает властью слова и служит алимитам. Я не успела прочитать его толком, но в этом уверена.       Фэрника посмотрела в лиловые глаза сестры, её особенность и признак проклятья.       - Да, эти же глаза и та же сила. Этот Крайд чуть старше Алин. Вот что странно… - женщина замешкалась, и за неё закончила Алин:       - У него нет чёрного пятна, убивающего наследников молчания. Это метка в ауре, бывшая у дяди Марентима и у всех наших предшественников со времён Анцула Арно. Как этот Крайд избавился от неё?       - Наследники молчания есть среди алимитов? - Фэрника сглотнула. – Вы уверены?       - Мне самой не хотелось в это верить, - призналась Баэ.