Наследница молчания

      Олетарфэ положила голову на тёплое плечо читающей Дайхель и закрыла глаза. Они сидели на лавке у берега озера, на поверхности которого плавали птицы. Дайхель отвлеклась от книги и потёрлась щекой о черноволосую макушку.       - На земле мне всё-таки лучше. А тебе? Не жалеешь, что покинула Акамас?       - Нет, - с зажмуренными глазами ответила Олетарфэ. – Надоело постоянно сидеть там без возможности вылететь за пределы дозорных башен. Если бы Акамас летал над Руфраном, я бы осталась, наверное, - неуверенно ответила Олетарфэ. – Алин бы поняла меня, я с детства мечтала там учиться. Кафедра воздушной магии в Чаше неплоха, но не идёт ни в какое сравнение с обучением у Великих воздушников. Я даже на лекцию к Держателю Хафе пролезла. Это было потрясающе. Акамас – рай для воздушников, но свобода важнее.       - Значит, Алин бы ты оставила, а что насчёт меня? – не удержалась от вопроса Дайхель.       Олетарфэ повернулась к ней лицом, на котором была хитрая улыбка.       - Ты бы не вытерпела шесть лет без меня?       - Конечно, нет, - Дайхель потянулась к губам Тарфэ.       Олетарфэ сначала ответила, но вскоре смущённо отпрянула.       - Ты стесняешься меня? – грустно спросила Дайхель, снимая очки.       - Нет! Стала бы я Толвана отгонять, если бы стеснялась, - пробурчала Олетарфэ. – Хотя он совсем обнаглел. Я просто, - Тарфэ взяла девушку за руку, - хочу быть с тобой, чтобы больше без никого, - неловко закончила она. На самом деле, ей просто хотелось Дайхель, но та вела себя слишком сдержанно, не идя дальше поцелуев. Олетарфэ оторвала взгляд от лавки и посмотрела на Дайхель, но та от неё отвернулась. – Я хочу сказать, понимаешь…       - Тише, Тарфэ, ты не чувствуешь?       Она ничего не понимала, лицо Дайхель делалось всё более напряжённым. Затем они услышали крик.       - Неужели нападение? – Олетарфэ вскочила, со страхом вспомнив день гибели Квентая, и одним взмахом создала доску-вонави.       - Погоди, - Дайхель взяла её за запястье. – Я чувствую ауру Духа! Олумо, она огромна!       Озеро находилось на краю Академии, и с его стороны открывался вид на её восточную часть. Сейчас между зданиями стремительно распространялся густой почти непроницаемый бирюзовый туман.       - Странгулавит! Это же Дух, который напал на императора в Кла, - Олетарфэ быстро преобразовала доску в двухместную вонави. – Ты ведь можешь его остановить?       - Одна? Вряд ли, - антимагиня медленно надела очки обратно. Крики со стороны Академии участились, но в них был скорее испуг, чем боль. – Наверное, охрана уже отреагировала. Мы могли бы помочь, - Дайхель села в летучую лодку. – Посмотрим сверху, что происходит.       Вонави взмыла в воздух.       - Олумо, вся Академия захвачена им, - Олетарфэ летела высоко, чтобы увидеть всю территорию Чаши. – Но со студентами, кажется, всё в порядке.       Люди в чёрной форме испуганно перекрикивались, блуждая в густом тумане. Дальше пары метров никто ничего не мог разглядеть.       - Что это такое?! Ничего не видно! – кричали одни.       - Лаборатория взорвалась или утечка? – спрашивали другие.       Олетарфэ почувствовала некоторое облегчение.       - Кажется, с ними всё в порядке, - Олетарфэ решила снизиться.       - Нет, - сказала Дайхель угрюмо, видя больше, чем стихийница. – Их всех контролирует Странгулавит.       Обе вздрогнули, когда одновременно во всей Академии раздались крики, теперь это были крики боли. Боли и агонии.       - Этот туман убивает тех, кто может дать отпор! – испуганно сказала Дайхель. В этот момент к ним потянулся туманный рукав, и Олетарфэ поспешно стала набирать высоту. Полные боли крики утихли так же резко, как и возникли. Перепуганные студенты в панике бежали, пытаясь вырваться из тумана, но им ничего не грозило.       - Что же нам делать? – пробормотала Дайхель, лихорадочно соображая. – Наверняка, успели объявить тревогу. Сейчас откроются порталы, и подмога окажется в ловушке.       Олетарфэ смотрела, как рукав, тянувшийся к ним, рассеивается, сливаясь с общей массой тумана, не поднимающейся выше пяти метров, однако в зданиях его можно было увидеть во всех окнах.       - Туман довольно медлительный, - заметила Тарфэ, лихорадочно пытаясь разобраться в ситуации. – Значит, его распространяли из нескольких источников.       - Это не туман, а разумное существо, которое избирательно убивает охрану Академии. Надо лететь в Люмо, предупредить жрецов.       - Погоди, там кто-то есть, - Олетарфэ заметила вонави в отдалении, которая парила над окутанными туманом зданиями.       Это оказались брат Тарфэ, Найво Пурано, и комендант общежития амёр Ноксмит. Они подтвердили, что туман убил практически всех охранников, но выжившие уже отправились за помощью в Люмо, а порталы заблокировали, чтобы больше никто не попал в ловушку. Одновременно студенты и работники Чаши спешно покидали зону, захваченную туманом. Среди них тоже были жертвы. Странгулавит убивал всех с достаточно высоким магическим потенциалом.       - Без подмоги мы ничего не можем сделать, - Ноксмит с тревогой и некоторым облегчением смотрел, как люди убегают из тумана, имеющего различимую границу. Всегда едкий и дотошный комендант держался отстранённо от проблем студентов, но сегодня беда охватила всех без исключений.       - Шкерч, ограда, - вздохнул Найво, управлявший, как и сестра двухместной вонави. Туман захватил практически всю территорию. Людям, которые вслепую искали выход, доходили до решётки и вынуждены были идти вдоль неё до ворот. – Надо её убрать, чтоб люди быстрее ушли.       - Вам троим нельзя приближаться к этой дряни, - строго сказал Ноксмит.       - Я смогу отогнать туман антимагией. По крайней мере, попробую, - предложила Дайхель.       - Вы слишком рискуете! – возразил Ноксмит. – Очевидно, немагов туман не трогает, а так вы его спровоцируете, тогда он может навредить другим.       - Не можем же мы просто здесь парить! – не выдержал Найво.       - Дождитесь подмоги, - строго потребовал Ноксмит, видя, что молодым воздушникам не терпелось ринуться в бой.       Олетарфэ до боли закусила губу, смотря, как беспомощные студенты шли вдоль ограды. Но комендант, наверное, прав: приближение магов могло спровоцировать Духа на агрессию.       - Дайхель, ты смогла связаться с Алин?       - Нет, она должна быть в подземном убежище. Там должно быть безопасно, наверное.       - Дело ещё в тумане, - сказал Ноксмит, опустив голову. - Нет височной связи и с живыми, кто ходит среди этой дряни. Дождитесь подмоги, вестники должны уже прибыть. Помощь прилетит с минуту на минуту.       Все посмотрели в сторону Люмо. Однако никого не появлялось. По громкой связи директриса сделала объявление, чтобы все эвакуировались, но к тому времени практически все, кто мог это сделать, уже покинули Академию.       - Где подмога, где жрецы?! – не понимала Олетарфэ.       - Возможно, в Люмо тоже… что-то стряслось, - ответила Дайхель.       - Но что же нам делать? Там остались люди, - беспомощно сказал Ноксмит. – Вот что, летите в город и посмотрите…       Договорить он не смог, глядя, как по туману пошли странные волны, а потом сразу в нескольких местах прогремели взрывы. Бирюзовый туман стал чёрным. Академию будто захватил чёрный дым от пожарища, только огня нигде не было, как и запаха дыма.       - Что это сейчас было? – Олетарфэ на всякий случай взлетела ещё выше вместе с охранником Академии.       - Погоди, Тарфэ, что это на крыше Старого корпуса? – остановила её Дайхель. – Там идёт бой!       После взрывов туман уменьшился в объеме, но стал непроницаемо чёрного цвета с зеленым отливом. Из него тянулись жгуты такого же цвета на крышу Старого корпуса, где действительно шёл бой.       - Талидаль? – удивилась Олетарфэ, подлетев ближе и узнав хранителя леса. Крупный волк выше человека с разноцветными узорами на шерсти. Он сражался с чёрной фигурой безликого существа, отдалённо похожего на человека. У фигуры были вытянутые когтистые руки с непропорционально крупными ладонями, ноги были многосуставными и постоянно двигались с неестественной гибкостью. Туман вокруг Талидаля и его помощников – элементалей и духов животных – расступался.       - Битва духов, - поразился Найво. О них он слышал лишь из легенд.       - Летите в Люмо, - сказала Олетарфэ. – Мы должны помочь ему.       - Но… - Найво несколько секунд наблюдал, как девушки летят к месту боя, как Талидаль бросается на тёмную фигуру и как его пронзают несколько острых пик, выросших прямо из тела существа. Олетарфэ ещё на лету стала колдовать острые льдины, которые пронзили и сломали пики. Найво не хотел оставлять сестру, но с немагом на борту помогать было рискованно.       Парень повёз Ноксмита в Люмо. Там они узнали, что на все люмские отделениях Жречества совершили нападения. Элементали убили десятки жрецов и ринулись на улицы. У захваченного врасплох Жречества не было возможности помочь академии алхимиков. В городе творился хаос, а в Чаше большая часть учащихся хотя бы успела эвакуироваться. Найво выгрузил Ноксмита в неприступной тюрьме и присоединился к борьбе с взбесившимися элементалями, для которых не существовало ни границ, ни жалости. Найво догадывался, что нападения связаны: одновременные масштабные атаки отвлекали внимание, не позволяли жрецам организованно дать отпор.       Тем временем Олетарфэ и Дайхель сражались против Странгулавита вместе с Талидалем. Била только полимагиня, Дайхель не могла причинить чёрной фигуре особого вреда: магией её подпитывали жгуты, тянущиеся в потемневший туман на земле. Антимагиня могла лишь защищать. Атакуя Странгулавита, она бы только быстро истощила себя.       - Его вообще можно убить?! – Олетарфэ направила очередную порцию огненных стрел, которые замедлили фигуру, но огонь с поверхности тела быстро исчез.       - Возможно, - ответил Талидаль, его волчья фигура ловко увернулась от очередной атаки острых пик. – Странгулавита уже побеждали в прошлом, и я узнал как! Его слабость – в раскиданных ядрах. Мои лесные братья и сёстры уже нашли большую часть, нам надо лишь выиграть время. Осталось только его добить!       Слушая Талидаля, тёмная фигура запаниковала и пыталась отступить, но хранитель леса не зря молчал весь предыдущий бой. Лесные духи, нашедшие последние ядра, из которых Странгулавит создавал своё «тело», атаковали уязвимые места одновременно. Со всей Академии послышались мощные удары и сильный треск. Туман вернул бледно-бирюзовый цвет и стал рассеиваться, а тёмная безликая фигура потерянно крутила головой, жгуты втянулись в её тело. Больше его не подпитывали извне.       - Теперь его можно убить, - волк бросился на врага и мощными челюстями откусил ему голову. Тело, однако, продолжило борьбу, пытаясь ранить Талидаля, стихии Олетарфэ помогли хранителю леса добить последнюю часть Духа.       Фигура распалась, сначала превратившись в бирюзовый дым, затем быстро рассеялась.       - Это не убило его окончательно, - Талидаль, на чьём теле не было внешних повреждений, подошёл к Олетарфэ и Дайхель и благодарно поклонился. – Странгулавит может вернуться, люди должны распространить знание о том, как его победить, ищите ядра, они небольшие и выглядеть могут, как мусор, но источают духовную ауру. Лучше всего, зовите на помощь духов-хранителей. Мы тоже едва не забыли, как с ним бороться. Но видения пророков заставили нас вспомнить.       - Алин, - Олетарфэ смотрела на очистившуюся от тумана землю.

* * *

      Глубоко под Академией Чаши Весудо пытались спастись Алин, Нария и двенадцать охранников под предводительством Гурангии Малтарон. Несмотря на присутствие Опоры Жречества, ситуация казалась пока безвыходной.       - Это существо поняло, что его цель здесь. Сначала мы выдохнемся, туман убьёт нас, а потом придут алимиты и просто заберут всё, что хотят, - антимаг держался из последних сил, стоя перед входом в зал с Юмкерис. Он паниковал, но дело своё делал, надеясь, что Опора совершит чудо и вытащит их из западни.       Всего несколько минут назад Гурангия с Нарией, Алин и охраной со всех уровней влетели в зал, спасаясь от бирюзового тумана. Они не видели, как на поверхности кричали и умирали маги, едва вдохнув быстро распространившуюся субстанцию. Это видела только Алин, но её предупреждения было достаточно.       - Сколько вы сможете его сдерживать? – напряжённо хмурясь, спросила Малтарон. Антимагов, охранявших Юмкерис было два. Настоящие профессионалы, способные остановить толпу магов в узких защищённых коридорах, но сейчас они могли лишь оттянуть неизбежное.       - На несколько часов, возможно. Очевидно, алимиты выжидают, когда у нас закончится энергия.       Гурангия и сама это понимала. Она обернулась к Юмкерис. У артефакта уже стояла Нария и активировала его.       - Обезвредь Духа, который пытается проникнуть в это помещение.       - Я не могу причинять вред никаким существам, - донеслось из шара. – Эту способность заблокировали мои создатели. Только создатели или их доверенные из расы симхао могут снять блокировку, - ответил лишённый эмоций голос. Нария, чувствуя безнадёжность, переглянулась с Алин. Представителей расы симхао в Пларфе не осталось. – Тогда защити нас! Мы можем покинуть зал под твоей защитой?       - У вас не хватит на это энергии, - так же беспристрастно ответил артефакт.       - А у меня хватит? – спросила Гурангия.       - Только на три минуты шестнадцать секунд, - мгновенно ответил Юмкерис. Алин мимолётно подумала, что сейчас люди используют систему исчисления времени ту же самую, что тысячи лет назад, которую принесли симхао.       - Артефакт защитит нас? – спросила одна из охранниц, не понимавшая языка, на котором говорили Нария, Гурангия и серебристый шар.       - Моей энергии хватит всего на три минуты, - сухо ответила Малтарон.       - Этого не хватит, но мы могли бы все поделиться! – предложил другой охранник.       - Юмкерис работает лишь с магическими нитями некромантов, а нас здесь всего две.       - Его можно перенастроить, - возразила Нария.       - Слишком рискованно, - хладнокровно ответила Гурангия. - У меня энергии на порядок больше, чем у вас. Как ни рассчитывай, если мы сможем выбраться, то свалимся от истощения.       - Этот туман по всей Академии, - сказала Алин, успевшая увидеть масштаб захвата, пока они были на верхних уровнях. Сейчас она не могла воспользоваться дальним взором: зал с Юмкерис был защищён множеством барьеров, при этом оказался уязвим для древнего Духа.       Пока все беспомощно переговаривались в нарастающей панике, Опора Жречества думала о том, зачем в таком случае Юмкерис алимитам? Возможно, они не знают о блокировке, но это сомнительно: артефакт за семь тысячелетий ни разу не навредил людям, поэтому с ним столько экспериментировали, наугад пытаясь найти полезные функции. У Гурангии мелькнула догадка. Быть может, как у вымершей расы кла, некоторые тёмные симхао смогли защитить себя, изолировав от внешнего мира? Но прошло слишком много времени. Более вероятно, что алимиты совместно с чернокнижниками Ткаюса нашли способ разблокировки Юмкерис. Гурангия отложила эти теории. Здесь и сейчас симхао совершенно точно не появятся. Придут алимиты за своей добычей.       - А мы можем воспользоваться порталом? – спросила Нария без особой надежды.       - Нет, вся Академия защищена от проникновения извне. Блокаторы расположены на поверхности, и только рядом с ними находятся выходы для нор жрецов, - ответила одна из охранниц. – Но если этот туман повсюду, они оказались в ловушке.       - Алимиты, скорей всего, выжидают, пока наши антимаги выдохнутся. Тогда туман просто убьёт нас, – предположил один из телохранителей Нарии. – С блокаторами на поверхности жрецы уже должны были разобраться. Помощи нет, потому что совершены отвлекающие теракты. Мы такое уже проходили в период переворота, - телохранитель выглядел пожилым, но при этом крепче и увереннее своих коллег из Руфрана.       - Весьма вероятно, так и есть, - Гурангия и вовсе была спокойна, как статуя. Опора уже успела это продумать. Она посмотрела на шар и перешла на язык симхао: - Ты способен убрать барьеры, препятствующие созданию нор магов? – после паузы Гурангия подобрала другие слова: - Искусственные искажения пространства для быстрого перемещения.       Юмкерис смог понять запрос, и Гурангия предоставила свою энергию. Её тело на мгновение онемело, столь быстрого забора энергии она не ощущала ни от одного артефакта, хотя успела повидать их за многие сотни лет жизни.       - Барьера больше нет! – на сухом старом лице даже появилась лёгкая улыбка. - Есть ли у кого-нибудь «крот»?       Охрана с отчаянием посмотрела на Опору Жречества.       - Неужели у вас нет, Малтарон-рёзэ?       - Увы, нет. У меня только один разряженный «крот», ведший сюда.       - Что же нам делать? - разочарованно спросил один из антимагов, принимая смену перед дверью. Бирюзовый дым ненадолго появился по краям, но вскоре исчез. Зал с Юмкерис находился на нижнем уровне в самой труднодоступной и защищённой части, где не было лифтов. Путь только до лифтов занял бы минут пять. Даже если Юмкерис будет защищать от Странгулавита, энергии не хватит.       - Лайду… - на морщинистом лице телохранителя Нарии появилась гримаса ненависти. – Этот гадёныш ещё до выявления запретил выдавать охране «кротов», аргументируя, что это мера для защиты наследницы от предателей. Надеюсь, его уже заковали в полный набор оков.       - У меня есть «крот», но он приведёт нас в ловушку, - Нария вытащила нож, выданный ей Риулин Дэльки. Она не решалась никому о нём говорить, боясь за Элурика и Эрвен. Даже боялась оставить его без присмотра. Кратко объяснив, как к ней попал нож с бледно-жёлтым кристаллом на месте лезвия, Нария протянула «крота» Гурангии.       - Я так понимаю, вы и не собирались заглатывать эту наживку?       Нария отрицательно покрутила головой.       - Дэльки отдала мне эту штуку для сегодняшнего дня?       Пока охранники растерянно молчали, Гурангия приняла решение за всех:       - Маловероятно. Очень маловероятно. По плану алимитов, мы должны сидеть здесь без возможности к бегству через норы. А Риулин не могла быть уверенной, что ты возьмёшь нож с собой.       Антимаг, стоявший у двери тихо, застонал, но продолжал держать защиту, выставив руки перед собой:       - Нас хватит минут на двадцать такими темпами.       - Странгулавит либо сведёт нас с ума, либо убьёт, хотя вас и Алин, может быть, пощадит. Вы нужны алимитам, - беспристрастно сказала Опора Жречества, не делая попыток подойти к Нарии с ножом в руке.       Охранники молча переглядываясь.       - А если этот портал ведёт в жерло вулкана? Мне его выдала Дэльки. Одна из Семи Семей. Вы верите её словам? – нерешительно спросила девушка, держа нож. Всего несколько взмахов, и они могут уйти от смертоносного тумана, но найдут ли спасение? Гурангия права, её-то и Алин, скорей всего, пощадят. Но остальных убьют.       - Это абсурд, Нари, мы должны попробовать, - сказала Алин. – Тебя намеревались завербовать, Риулин не оставила бы такой очевидной ловушки только для убийства.       - Я пойду первой и активирую защиту Юмкерис, - предложила Гурангия, беря в руки шар и сказав несколько слов на языке симхао.       Оставив метания, Нария подняла руку и сделала жесты, рисуя те же узоры, что на рукоятке кинжала. Портал действительно появился. Первой зашла Гурангия, затем в проходе исчезли Нария и Алин, сжавшая зубы, ожидая неизбежной острой головной боли.       - Быстрее! – скомандовал телохранитель Нарии, остальные без лишних слов стали запрыгивать в нору, искажающую пространство. Последними покинули зал антимаги, после чего всё помещение заполнил бирюзовый туман.

* * *

      Всего через несколько минут в зал зашла Риулин Дэльки. Обнаружив, что здесь никого и ничего нет, алимитка пришла в ярость. Всё произошло совсем не по плану, быстро созданном после полученной от мастера Лайду информации. Запертым здесь жрецам удалось ускользнуть, очевидно, с помощью магической норы, хотя на поверхности у блокаторов не было ни одного их человека.       - Как им это удалось?! – с искажённым от злости лицом закричала Риулин. Она стояла посреди тумана, не чувствуя никакого дискомфорта, Дух позволял отмеченным Данорией служителям свободно дышать и видеть сквозь себя.        Быстро собравшись, Риулин попыталась понять, как ушли беглецы. Никаких потайных ходов здесь не было. А барьер против магических нор действительно исчез. Менталице высшей ступени не нужен был порошок для распознавания, она могла поймать след и сама.       - Нет, - с испугом прошептала старица после непродолжительного сканирования.       Узнав, куда ведёт портал, Риулин осознала, какой рискованной идеей было предоставить Нарии «крота» к Элурику и Эрвен. Менталица рассчитывала, что после долгой обработки, угиранская королевна встанет на сторону Семи Семей, смирившись с их могуществом. Возможностью прийти в то убежище Нария должна была воспользоваться, только когда стала бы готова. Даже если бы туда пришли Великие, ловушки бы их задержали, а Элурика и Эрвен в ту же минуту переправили. Сложная игра Риулин закончилась, не начавшись: в отчаянной ситуации при сочетании маловероятных событий Нария вступила в нору магов и привела в убежище не только смертоносную Опору Жречества, так ещё и артефакт, делающий её практически неуязвимой. Но шанс на победу ещё оставался. Затея с «кротом» опиралась на шантаж с использованием Элурика и Эрвен, и это ещё могло сработать.       Риулин вытащила своего «крота», ведущего в то же убежище. Это было рискованно для неё, но ничего больше не оставалось. Поколебавшись несколько секунд, Дэльки открыла портал. Он выходил в специальной комнате на втором этаже дома. А нож Нарии вёл на улицу в беседку, буквально напичканную ловушками и окружённую несколькими кольцами охраны. Точка перехода должна была быть видимой из окна, и Риулин её увидела: разрушенная почерневшая от пламени горящая беседка, точнее, руины, образовавшиеся на её месте. Было очень тихо. Менталица применила дальний взор, и увидела десятки тел элитных охранников, охранявших Элурика и Эрвен. Также там была Гурангия Малтарон с крупным шаром у ног. Риулин быстро поняла, что произошло: Юмкерис не мог атаковать, но защитил людей Малтарон от прямых атак, а дальше Опора Жречества вырубила всех атакующих.        «Уходи» - прозвучал в голове властный голос, который Риулин периодически слышала в наиболее сложные и опасные моменты своей жизни. Это говорила Данория. Риулин привыкла подчиняться ей беспрекословно. Она вытащила другого «крота» и даже успела открыть портал, но было уже поздно: её заметила Алин, и Малтарон ударила в указанном направлении некромантией.       Безвольное тело Риулин упало сначала в портал, а потом в комнате рядом с кабинетом Халинда Дэльки.

* * *

      Риулин ожидала, что это скоро произойдёт. Близость смерти все несущие власть слова чувствовали, несмотря на защиту Данории. По существу, она не избавляла их от чёрного пятна, а создавала нечто вроде затычки. Но энергия уходила, даже Великий Дух, желающий сохранить столь ценного человека не смог защитить её.       Риулин Дэльки шла по коридорам смерти, ожидая увидеть огонь вдали. Она прожила долгую яркую жизнь, исполненную страсти к своим целям. Огни появились вскоре, но рядом с ними стояли множество души. Сначала Риулин казалось, что их сотни, но их оказались тысячи.       - Стольких ты лишила жизни ради своего огня, - чужой и в то же время её собственный голос заставил душу Риулин остановиться. – Готова ли ты принять ответственность за эти жизни ради своего огня?       - Готова, - спокойно ответила властительница слова. – Но я хотела увидеть Крайда, если он ещё не покинул Пларф. Я уверена он столь же верен Семи Семьям. Я думала, он будет ждать меня.       - Его здесь нет.       Тысячи души стали обступать Риулин Дэльки, со всех сторон к ней потянулись руки. Но они отдёрнулись, обжегшись о невидимый барьер. Полупрозрачные тела охватило ярко-зелёное пламя.       - Тебе здесь не место, - тот же голос, что и пытался её предостеречь. Коридоры исчезли, Риулин оказалась в смутно знакомом городе. – Да, это Ора. Ты не любила, когда тебя сюда звали. Но в детстве тебе здесь нравилось.       Прекрасный город полный сияния под вечно звёздным небом мира духов приветствовал новую отмеченную, закончившую свой земной путь, чтобы подарить вечный покой.       - Ты заслужила этот город и вольна его покинуть в любой момент, - продолжала Данория. – Здесь теперь тебе стоит памятник. Пройдёт время, и он появится в настоящей Оре.       Риулин Дэльки стояла на площади перед статуей самой себе, старице с гордым внимательным взглядом.       - Этот день – твой день. В будущем он станет праздником.       - Нет, - Риулин чувствовала благодарность и вину. – Я всё испортила, сначала ушёл Крайд, а теперь и Эрвен снова у Жречества. Если бы я не дала этого «крота» Нарии… но ведь это ты посоветовала мне, - с недоумением вспомнила Риулин. Она столетиями совершенствовалась в стирании памяти людям, но сама не заметила, как совершили манипуляцию с её собственным разумом. – Но зачем?       - Ты всё сделала правильно. Твой разум мог помешать моему замыслу, поэтому мне пришлось обмануть тебя.       - Так ты всё рассчитал, Великий Дух, даже мою смерть? – Риулин никогда не могла в полной мере осознать замыслы Данории. Никто не мог, но она доверяла словам Духа.       - Я могу лишь замедлить действие чёрного пятна, но не более.       - Почему же ты не спасла Крайда? – горько спросила Риулин, понимая, что глупо упрекать Духа. Но такова была душа погибшей властительницы слова: последние годы жизни доверенный ей мальчик стал для неё больше, чем ученик. Он стал ей, как сын.       - Крайд жив, - ответила Данория. Поражённая Риулин спросила, как это возможно? Но Данория не отвечала. Старицу заметили горожане и стали громко приветствовать, затем всё стали громко аплодировать.

* * *

      22 уирентии 2919 года стало чёрным днём в истории Руфрана. Алимиты совершили четыре крупных теракта в Люмо и четырнадцать меньших в других городах Руфрана и Угирана для дестабилизации работы Жречества. Больше всего пострадал Люмо. Жертв было даже больше, чем в теракте, произошедшим почти три года назад в районе Северных Мудрецов. Вырвавшиеся на улицы безумные элементали убили множество случайных прохожих, вторгались в дома. В Чаше погибли пятьдесят четыре человека из охраны, а из мирных – семнадцать учеников и три преподавателя, Дух Бирюзового Тумана уничтожал всех, кто представлял угрозу.       Траур был объявлен в двух государствах.       - Неужели это всё было ради Юмкерис? – тихо спросила Нария, глядя на десятки людей, державших урны с прахом погибших родственников. Их готовили для погребения в катакомбах под академической часовней. Многие из погибших в Чаше прожили здесь целую жизнь, и родственники приняли решение, что здесь будет их последнее пристанище.       - Возможно, у алимитов были и другие цели, - негромко отозвалась Фэрника. Она и Нария – наследницы Руфрана и Угирана – пришли почтить память погибших. Принцессы одновременно зажгли чёрные огни и поклонились, за ними последовали директриса, мэр Люмо и многие люди, которые были ответственны за безопасность города и Академии.       - Какие бы цели алимиты ни преследовали, потеряли они больше, - мрачно глядя в плитку под ногами, сказала Нария. – Видимо, Риулин совершенно не ожидала, что в убежище я приведу Опору Жречества, защищённую Юмкерис.       Фэрника благодарно сжала ладонь Нарии.       - Благодаря тебе Элурика и Эрвен смогли вернуть, - на печальном лице Фэрники появилась слабая улыбка.       - Всё благодаря Малтарон-рёзэ. Нас встретили маги высших ступеней, ни у кого бы не было шанса против них.       Нария с восхищением вспомнила момент, когда они с Алин вышли из норы магов. Их ослепило от множества магических атак. Алин, ослабленная переходом, повисла у неё на руках. Они вышли в каменной беседке, укрытой куполом, державшимся на нескольких тонких колоннах. Колонны и крыша практически мгновенно были разрушены. Когда Нария вместе с Алин вышли, то слышали, как падают обломки сквозь шипение и треск. Но вышедшие из портала оказались невредимы. Всё небольшое пространство беседки метров пять в диаметре было защищено полем, создаваемым Юмкерис. Ни один антимаг, ни один созданный существующими в Пларфе расами артефакт не мог быть настолько мощным. Уже потом Нария задумалась, какова же заблокированная в Юмкерис огневая мощь? Но в тот момент, как и охрана, могла лишь в страхе наблюдать, как атаки рассыпаются искрами и обломками по непроницаемому экрану. Что-то подсказывало, что он намного прочнее, чем экран, защищающий трибуны в магических турнирах.       - Малтарон-рёзэ подошла к краю защитного поля, создаваемого Юмкерис, вытянула ладонь, которая мгновенно стала гореть, но в следующий момент алимиты рухнули. Некоторых потом реанимировали, но большинство погибли в один миг. Сила Опоры пугает, но у неё не было выбора в тот момент.       - Надеюсь, её руку удастся спасти, - Фэрника остановилась перед Орио Басорингом. Здесь он официально присутствовал как жених Нарии Аннэсинг. Фэрника с большим трудом сохранила спокойное выражение лица. – Добрый день, рон Орио.       - Трудно назвать его добрым, мия Арно-меро, - поклонился юноша. – Рад вас видеть снова в полном здравии.       Орио слегка улыбался, у руфранской принцессы подёргивалась щека. Нарии предпочла бы не брать с собой Басоринга, но этого требовал регламент. Фэрнике должно быть прекрасно известно, что будущий брак с Басорингом нужен лишь для вида.       - Как у вас продвигаются поиски мастера Лайду и баронессы Эмурийской? – холодно спросила Фэрника.       Глава угиранского Жречества, пойманный с поличным, смог вырваться при аресте. Видимо, он долго готовился к возможному раскрытию. Именно после его сообщения алимиты, осознавшие, что Юмкерис по-прежнему в Чаше, начали операцию по похищению артефакта, активировав ядра Странгулавита и выпустив элементалей. Операция была плохо организованна, просчёт Риулин с «кротом» оказался фатальным. Но под шум алимиты осуществили другие замыслы: устроили побег десятков беспредельщиков. В том числе, Лаэлиссы. Хотя она попалась из-за собственной беспечности и её показания указали на Лайду, именно он помог ей бежать.       - Пока не можем поймать их след, - ответил Басоринг. Его ненадолго ослепила вспышка фотоаппарата, и юноша часто заморгал. Репортёры пользовались случаем, увидев наследницу Угирана со своим женихом, которого ранее подозревали в порочной связи с наследницей Руфрана.       Фэрника метнула недовольный взгляд на фотографа.       - Даже такой повод используют потом для сплетен, - Нария уже не удивлялась циничности журналистов. Когда она вернулась, они разыскали и атаковали её отца. Ребильту, только вернувшемуся к нормальной жизни, пришлось переехать и сменить фамилию. Хотя они с дочерью продолжали общение, но девушка понимала, что ему нужна новая жизнь. Мужчина по разуму был ненамного старше неё самой, когда потерял память.       - Привыкай, - вздохнула Фэрника.

* * *

      Глядя на первую страницу с первыми наследницами двух государств, Сагнэ Джостеди намазывала джем на хлеб, потом стала закидывать тетради в портфель. Одной рукой завтракать и готовиться к занятиям было непросто, но девушка уже привыкла. Никто из приятелей открыто не обращал внимания на пустой рукав на месте правой руки, все знали, что Сагнэ оказалась под ударом алимитов в Альцагире. Откусывая бутерброд, девушка листала газету, рассматривая новости ничего не выражающим взглядом. Только, когда взгляд упал на ещё одну фотографию с Басорингом, она нахмурилась, представив, каково Алин видеть свою любимую рядом с женихом.       Перед глазами возникло смуглое лицо Озик с широкой улыбкой. Сагнэ отложила еду и потёрла ноющую голову. Месяц проходил за месяцем после гибели Озик в катакомбах под альцагирским кафедральным собором. Сагнэ медленно привыкала к тому, что её нет. Возвращение Алин, которую она до сих пор тихо любила, этому весьма способствовало, но после страшных терактов в Люмо обстановка для менталицы стала почти невыносимой. Взгляд усталых голубых глаз упал на тумбочку, где хранились таблетки с грисеолом, глушащим восприятие. Девушка помотала головой и посмотрела на пустой рукав мундира. Ментальные способности – это всё, что у неё осталось. Без них она просто одинокая калека, а так ещё может быть полезной в расследовании массовой атаки элементалей. Кто-то подложил природных духов в спящем состоянии и выпустил, чтобы отвлечь Жречество от помощи Академии Чаши Весудо. Сагнэ могла найти злоумышленников. После занятий, несмотря на давящую эмоциональную атмосферу в городе, созданную миллионами напуганных людей, Сагнэ шла в отделение Жречества, где пыталась помочь в расследовании. В конце концов, это всё, что у неё осталось. Закончив с утренними ритуалами, Сагнэ последний раз посмотрела на себя в зеркало, поправила фуражку и направилась к выходу. Перед дверью она замерла, чувствуя смутно знакомые необычно усиленные ауры. Не веря своим ощущениям, Сагнэ быстро раскрыла дверь. Перед ней стояли девушка и юноша в одинаковых серых робах с длинными до пояса чёрными волосами. Сагнэ, будто ребёнок, ущипнула себя за щеку.       - Это не сон, - улыбнулась девушка и шагнула в комнату мимо хозяйки, не спрашивая разрешения; за ней прошёл юноша.

* * *

      После посещения двух людей, которых не видел больше никто, кроме Сагнэ, девушка сидела в некотором ступоре, изредка поглядывая на настенные часы. Она пребывала в растерянности и страхе, даже головная боль отступила после потрясения. Она не пошла ни на одно занятие, но мысли о выговорах и штрафах не появлялись вовсе. Чем ближе стрелка часов двигалась к пятнадцати часам дня, тем сильнее волновалась девушка. Как и предупредили люди в сером, ровно в пятнадцать часов к ней пришёл гость. От учтивого стука Сагнэ вздрогнула, она медленно поднялась и, поколебавшись, открыла дверь.       - Мия Сагнэ Джостеди? – на пороге стоял пожилой подтянутый мужчина с короткими полуседыми волосами. Он был одет в дорогой кремовый камзол, идеально сидящий на стройной фигуре: явно сшит на заказ. Сагнэ думала о всяких пустяках, когда он внимательно изучал её умными спокойными глазами.       - Да, это я, - ответила слегка настороженно девушка, не имея возможность прочитать стоящего напротив человека. Он принял какое-то зелье, но не грисеол, совсем обрубающий ментальное воздействие. Сагнэ улавливала лишь обрывки образов, они мельтешили, как рыбки на мелководье, не давая себя поймать.       - Меня зовут Халинд Дэльки. Амёр Дэльки.       Теперь менталица позволила себе ужаснуться и отступить в комнату, глядя на пришельца широко раскрытыми глазами.       - Я не причиню вам вреда, но выслушать меня вы должны, поэтому это комната на время заблокирована от любого воздействия, - мягко и при этом сухо говорил Халинд. Он вступил в комнату, закрыл за собой дверь, снял камзол, под которым была чёрная атласная рубашка, и повесил на вешалку. Делал он всё неспешно, даже изящно. Чувствуя себя хозяином положения, Халинд прошёл дальше и сел на один из стульев рядом с письменным столом.       - Что… что вы тут делаете? – в панике спросила Сагнэ.       - Я сделаю вам деловое предложение, мия. Соболезную по поводу вашей травмы. В том взрыве под собором погибли и были ранены многие люди моего клана. Мы могли бы восстановить ваше тело. Но это лишь часть предложения.       - Восстановить? Руку отрастить, как ящерице? – из горла Сагнэ вырвался нервный смешок. С того момента, как Халинд вошёл в комнату, девушка стояла на одном месте, практически не двигаясь, скованная страхом. Отсутствие конечности сейчас волновало её меньше всего.       - Почему бы и нет? Это не опасная некромантия, а продвинутое целительство, однако, запрещённое Жречеством. Наработки группы новаторов-водников были внесены в Р-три-З. Напуганные церковники побоялись, что их больницы опустеют с новыми заклинаниями, - Халинд хмыкнул.       - Даже если это правда, что вы хотите взамен? Шпионить на вас? Лучше тогда сразу уходите.       - Вы думаете о своей наставнице Баэ Онико. Конечно, опытная менталица сможет вас быстро раскусить, но наше предложение вообще не связано с Руфраном. Вы должны знать, какие потери понесли Семь Семей: сначала погиб Крайд, теперь и старая Риулин. А жрецам удалось освободить Эрвен Ганвильф. Впрочем, освободить – не слишком подходящее слово, - усмехнулся Халинд. – Теперь она, как и её предшественники, будет обязана работать на Жречество.       - Неужели вы хотите заменить их мной? Я не наследница молчания и никогда не приближусь к силе Алин Солума даже спустя века.       - Вы себя недооцениваете, - улыбнулся Халинд Дэльки. Всё это время он тщательно изучал её ауру, и в глазах главы клана разгорался интерес. – Конечно, идя ограниченным узким путём, который открывают магам жрецы и церковники, могущество, близкое к властителям слова, откроется только спустя век, а то и пару веков. Но есть другие дороги, широкие и свободные. Только надо будет пожертвовать шорами, что натягивает Жречество на глаза магов чуть не с младенчества. Вы же слышали о возвращении наследницы Аннэсингов, - взгляд Халинда упал на газету, - и знаете об этой истории намного больше остальных. Нария Аннэсинг сейчас практически неуязвима. Всё благодаря демону, разогнавшему её магические нити. Абимард сделал из начинающей некромантки близкую к Величию магиню всего за несколько месяцев. Абимард не всем может помочь, но вы входите в число таких людей. Увы, среди менталиков в Семи Семьях таких людей нет. Вы уж очень редки, следствие варварской резни менталиков тёмными симхао.       Халинд достал из нагрудного кармана рубашки крупный прямоугольный амулет с багровым камнем. Внутри камня что-то шевелилось. Сагнэ пронзил ужас, она рванула к двери, но дверная ручка не двигалась ни в какую сторону, дверь даже не дёргалась, будто сросшись со стеной. Девушка рванула её изо всех сил единственной рукой, но ничего не вышло.       - О, прошу вас, мия Джостеди, успокойтесь. Я не причиню вам вреда, как и обещал, - Халинд действительно только встал со стула, не делая попыток приблизиться. – Выслушайте до конца. Мы не ожидаем от вас предательства Жречества. В первую очередь, Семья Дэльки хочет, чтобы вы помогли объединить варварские страны. Я вижу в вас сочувствие к варварам, живущим в тени Руфранской Империи.       Сагнэ молча слушала, прижимаясь спиной к двери. Она смотрела на багровый амулет, изредка бросая взгляды на уверенное лицо мужчины. Рядом с ним она чувствовала себя загнанной в угол мышью. Зелье, которое выпил Халинд, путало мысли для менталиков, но повышало ментальные способности выпившего его.       - В глубине варварских стран есть государство Акел, мелкое погрязшее в войнах и внутренних междоусобицах, но имеющее неплохой потенциал для того, чтобы стать центром объединения.       - Вы хотите возродить Данорию? Хотите, чтобы я стала правительницей в Акеле? – кое-что Сагнэ смогла уловить, каким бы диким оно ни казалось.       - Возрождённая Данория станет домом для миллионов потерянных людей, на которых равнодушно смотрит Руфран со своей неприступной Стены. Домом для магов, которых заковывает Жречество. Домом для вас, мия Джостеди. Я понимаю, вас ещё отпугивают многие наши методы. Но методы Жречества ненамного лучше, не вам ли знать?       Сагнэ не была из тех мятежных магов, которых принимали Семьи, помогая открыть путь к могуществу. Теми магами, презирающими запреты, было легко манипулировать, завлекая обещаниями силы, свободы или поддержки в исследованиях, но Сагнэ сила не интересовала. Дочь городских стражей презирала и «свободу», позволявшую ставить эксперименты над ничего не подозревающими людьми.       - Какими бы благими намерениями вы не завлекали меня, я не предам Жречество. Служить Семи Семьям – уже предательство, - девушка инстинктивно подняла руку для защиты.       Больше она ничего не могла, запертая калека, лишённая возможности воспользоваться своим главным преимуществом, ментальной магии. Она также не могла увиливать или притвориться лояльной: Халинд видел её насквозь.       - Я уверен, вы измените своё мнение, когда узнаете варварские земли по-настоящему. Альцагир – относительно благополучная страна. Зато в других люди нищенствуют, выживают. Вы могли бы привести их к миру и богатству в едином сильном государстве, - несколько разочарованно вздохнул Халинд и зашагал к девушке. Взгляд его уцепился за бабочку на запястье Сагнэ. – Этот знак. Мне сначала казалось, это нелепое совпадение, но теперь…       Сагнэ метнула быстрый взгляд на своё запястье. Она и думать забыла об этом дурацком знаке.       - Крайда готовили для правления возрождённой Данорией. Он погиб, и знак на руке его пары должен был исчезнуть. Видимо, он означал не диаду, а то, что вы примите его судьбу. Судьбу, которую готовили для Крайда.       - Чушь, - Сагнэ сглотнула, стараясь держать себя в руках.       Халинд устало вздохнул:       - Потребуется время, но вы поймёте, что это лучший выбор. Пока я приму его за вас, мия Джостеди, - Халинд подошёл вплотную и схватил девушку за руку.       Сагнэ пыталась вырываться, но мужчине было достаточно коснуться амулетом тыльной стороны ладони девушки.       - НЕТ! – закричала Сагнэ, чувствуя страшную боль. Но её никто не услышал: слуги Халинда установили барьер, скрывавший всё, что происходило в комнате мии Джостеди. На мгновение её сознание потемнело, девушка осела на пол с безвольно болтающейся рукой, на которой отчётливо проступала пока небольшая чёрная спираль.       - Простите, мия Джостеди. Право слово, как неловко, - в голосе Халинда звучало сожаление. Он огляделся, открыл шкаф, где нашёл чемодан. Вещей у Сагнэ было немного, и мужчина быстро его заполнил, не кривя лицо, даже когда спешно запихивал нижнее бельё. Сагнэ всё это время едва шевелилась от боли в руке.       - Ну, вот всё готово, - Халинд накинул свой камзол, помог Сагнэ подняться. Она в это время едва могла соображать. Внутри руки будто танцевали раскалённые кинжалы. – Со временем вы поймёте, что это лучшая для вас судьба. А пока доверьте её старшим.       Глава клана Дэльки быстрыми взмахами открыл портал, взял одной рукой чемодан, другой повёл неспособную на сопротивление Сагнэ, и они скрылись в портале.