Наследница молчания

      Фэрника и Алин не могли расцепить объятья, плача от облегчения и радости. Долгий плен Алин подошёл к концу, новость о гибели Фэрники оказалась фальшивкой. Обе немного выросли после последней встречи, которые бывали всё реже и реже. Фэрника так и оставалась выше младшей сестры и сейчас смотрела в её влажные от слёз глаза, чуть склонив голову.       - Алин, я боялась, что больше не увижу тебя, - старшая сестра снова крепко обняла младшую. Аристократам не пристало ярко проявлять чувства при посторонних, но сейчас Фэрнике было всё равно.       Организовавшая эту встречу в дворцовых покоях Гурангия Малтарон с тихим вздохом наблюдала за сёстрами, сквозь чёрные стёкла очков. Они до сих были привязаны друг другу, несмотря на все барьеры, созданные между ними. Поодаль стояли Зальмэ и Дайхель Унве. Последняя понуро смотрел в пол. Зальмэ простила её за вынужденное убийство отца, но Дайхель едва сдерживала слёзы. Впервые ей пришлось отнять жизнь, и она никогда даже не представляла, что это может оказаться другой Унве.       - Мы вышли из магической норы в кабинет акельского мага. Наверное, он был в башне, чтобы следить за её состоянием в момент максимальной активации, - сухой тон помогал девушке справиться с эмоциями, но она никак не могла заставить посмотреть Зальмэ в глаза. – В его кабинете нашлись схемы и карты с тысячами антимагических башен. Я не понимаю, откуда у них столько антимагов? Неужели они крали орков?       - Антимагические нити орков невозможно контролировать, - ответила Малтарон. – Нет, основой служили нити кланов Линг и Унве.       Когда-то Лингунве были единым кланом, прошло уже триста лет с их раскола, но их объединяла способность контролировать антимагическое поле. За пределами клана очень редко рождались люди с такой способностью.       - В башнях могут быть не только антимаги. Мясники экспериментировали с трансплантацией и преобразованием магических нитей. Вероятно, в большинстве башен случайные люди.       - Вряд ли Райо Унве был там случайно, - процедила Дайхель.       Зальмэ сжала плечо девушки:       - Это была чёрная насмешка над Унве. Изучая башню, мы пришли к выводу, что моего отца привезли туда недавно, - Зальмэ, как и все Унве, была сдержана, но она не хотела, чтобы Дайхель чувствовала себя виновной в убийстве. Она лишь закончила мучения Райо.       - Возможно, дело не в стремлении унизить Унве, - вмешалась Гурангия. – Самые мощные источники антимагии для башен мясники сделали из пленных Унве.       - Лучше расскажите, как вам удалось улететь? Я и ещё четыре выживших воина смогли спастись благодаря поясам кла, потом вы выиграли нам время, и мы смогли сбежать в лес и вернуться в Пайларию.       - Мы провели день в кабинете того мага, - стала рассказывать Дайхель. – Порылись в документах, разузнали больше о башнях, а ночью вылетели к побережью. Антимагические башни понатыканы по всему Пацитари, они защищают заводы и людей от духов, но работают на небольшой мощности. Нам удалось перелететь приграничные башни. К счастью, нас не заметили. Конечно, у нас были пояса кла, которые не дали бы разбиться. Но от пуль защититься мы не могли. Если бы башни активировали при нашем обнаружении, у нас бы не осталось шансов. Поэтому мы полетели через море.       - До Пайларии больше шестисот километров. Мы могли бы прилететь в тот же день, но начался шторм, и я не стала рисковать, - добавила Олетарфэ. – Поэтому мы добрались до Пайларии только спустя десять дней.       - Я думала, нам нескоро удастся вас вызвалить, - Гурангия обратилась к Алин. – Галзен приятно удивил. Впрочем, возвращение ими же похищенного человека – жест ради своего же выживания.       Дайхель потёрла место на голове, куда прилетел камень от одного из галзенских магов. Если бы с ними тогда не было опытных Литокрис и Хенджина, её и Тарфэ вполне могли бы убить.       - Перед встречей, вы говорили о важных сведениях о Данории, - Фэрника, не отпуская руку сестры, обратилась к Гурангии.       - Информация, собранная Жречеством и, в первую очередь, раздобытые Алин признания Сагнэ Джостеди и Крайда Дэльки достроили мозаику. Я не верю, что Дух Данории хочет просто сбежать из Пларфа. Определённо, эта сущность ищет поддержки. Акел оказал яростное сопротивление, война затянется. Шансов у них всё равно нет, но, если прибудет поддержка, рассчитать исход войны невозможно.       - Что мы можем сделать? Сагнэ и Крайд осознали, что их использовали, но они ничего не могут сделать с меткой Данории, - Алин поёжилась, вспомнив, как они кричали, лишь допустив мысли о предательстве Духа. – Храмы Перехода раскиданы по всему Пларфу. Я не представляю, как мы сможем остановить Данорию?       - Жречество знает, куда придёт Данория, - спокойно сказала Гурангия. Олетарфэ, Алин и Фэрника удивлённо посмотрели на неё. Зальмэ и Дайхель Унве уже знали, о чём будет говорить Опора.       - Вы о лаборатории храмовников? – спросила Зальмэ.       В Люмо располагался Институт Храмовников: один из крупнейших центров, изучающих Храмы Перехода. Изначально институт хотели основать рядом с Академией Чаши Весудо, которая находилась рядом с ближайшим порталом. Но потом решили, что основные здания вуза будут в городе, а под Радужной Чащей отстроили лабораторию.       - Под Радужной Чащей? – удивилась Олетарфэ. Она с гордостью могла находить все заброшенные подземные ходы в Академии, но под Храмом ничего не могла заметить: порталы рассеивали любую ворожбу.       - Мы выявили предателя среди храмовников, работавших там. Так что алимиты знают о лаборатории. Более того, они знают, что храмовники смогли добраться до сердцевины Храма, через которую можно проникнуть в другой мир была надёжно запечатана. Храмовникам потребовались десятилетия, чтобы преодолеть многослойную защиту, оставленную ещё симхао.       - Вы думаете, Данория ударит именно там? – спросила Алин. – Её служители могли построить такую же лабораторию.       - Теоретически могли, и тогда мы ничем не сможем помешать. Однако это маловероятно, потому что осторожное исследование даже одного портала заняло больше века.       - Вы уверены в этой теории? - нахмурилась Фэрника. – Если высока вероятность, что Данория нападёт на этот исследуемый Храм, то надо эвакуировать всю Академию Чаши Весудо.       - Храм находится за пределами Академии, - Алин эта идея не слишком нравилась. За четыре года Чаша стала для неё домом. – Не слишком ли радикальные меры? У Жречества всего лишь теория? – Алин посмотрела на старую жрицу.       Гурангия Малтарон согласилась, что это только теория. Последние месяцы Жречество узнало много о планах алимитов, но полной картины так и не видело.

* * *

      Нария глубоко дышала, прислушиваясь к своему телу. Только прекратились спазмы в желудке, заставившие её избавиться от завтрака. Двенадцатая неделя беременности проходила тяжко. Выглядела Нария тоже неважно, но взялась за косметику, чтобы хотя бы внешне привести себя в порядок, скоро предстояло заседание. Потом можно было и обратиться к целителю.       - Это ещё что? – стоя у широкого зеркала, девушка с уже заметным под тонким халатом животом увидела промелькнувший шар размером с кулак. Сперва она задалась вопросом, не начались ли у неё галлюцинации? Но в следующую секунду вспомнила, что это могло быть, и резко развернулась с испуганным лицом.       Аниюмкерис – малый Юмкерис, за которыми охотились алимиты последние годы, завис в углу ванной комнаты. Из шара вылетели какие-то серые песчинки. Нария метнулась к выходу из ванны и, не глядя, захлопнула дверь. Несколько секунд буквально спасли ей жизнь. Когда к ванной приблизились уже вызванная охрана, бывалые боевые жрецы едва успели уничтожить артефакт. Антимагия и некромантия на него не действовала, противостоять могла лишь мощная стихийная магия и механические повреждения. Спальню королевны пришлось закрыть на капитальный ремонт.       Нария осторожно приблизилась к раскуроченному артефакту.       - Он не опасен, связи в нём фатально повреждены, - Мастер Кириос с интересом изучал частью оплавленные обломки, разложенные на белом столе. – Такая потеря, этим артефактам столько же лет, как и Руфрану. Ещё Таон и Ка-Атай Угиранский разнесли по миру эти шары, созданные Юмкерис…       - Эта штука едва не убила меня, - Нарию сейчас слабо интересовала история. – Аниюмкерис был у Лаэлиссы. Очевидно, это покушение тоже с ней связано. Покажите обломки Валрансону.       - Вы уверены? – на автомате спросил глава Жречества. У некроманта был огромный опыт, но всё-таки Валрансон оставался опасным преступником.       - Он хорошо знал Лаэлиссу и должен знать о Аниюмкерис. Возможно, это где-то есть в показаниях, но я не хочу терять время.       Вскоре закованный в антимагические наручники некромант без боязни чуть ли не носом утыкался в разложенные обломки.       - Я изучал Аниюмкерис, но большую их часть забрали себе главы Семи Семей.       - У нас есть свидетельства, что один из шаров, возможно, этот самый побывал в кузнице артефактов, расположенной в Кунаульской аномалии, - Кириос внимательно изучал некроманта. Столь же внимательно, как и Валрансон – обломки.       - Я не знаю, что именно с ним сделали. Мы не так уж и близки были с Лаэлиссой. Она не считала, что я могу помочь ей с овладением Юмкерис. Моей целью было создание нового поколения полководцев нежити, - не отрывая взгляда от Аниюмкерис, говорил некромант. Нария при этом с отвращением поморщилась. Она вспомнила страшную ночь, когда Алин убрала блок в её памяти и сцены с жертвоприношениями ворвались в её сознание. Девушку опять замутило. Времени обратиться к целителю как-то не нашлось.       - Как и Юмкерис, Аниюмкерис могут управлять только некроманты. Властители слова могут отдавать им достаточно простые и ясные команды, но перепрограммировать оператора – нет. Юмкерис выбирал самостоятельно оператора только из рода Аннэсингов. Аниюмкерис – преемника бывшего хозяина, насколько я знаю, - рассуждал вслух некромант. – Когда Нария перепрограммировала Юмкерис, он стал доступен для любого некроманта, знающего язык симхао.       Валрансон вдруг выпрямился, и Кириос напрягся. Хоть преступник сейчас был беззащитен, он оставался Ценвитом Эодуном.       - Вы когда-нибудь слышали о бимагах некромантах-менталиках? – с интересом спросил Валрансон.       - Хм, кажется, лет двести назад… - Кириос был весьма эрудирован, но так и не смог вспомнить имени мага.       - Это огромная редкость! – с непонятной радостью сказал Валрансон. – Идеальный оператор для Юмкерис – властитель слова с высокой ступенью в некромантии. Но это ещё менее вероятно, чем просто менталик.       - Вообще-то дочка Элурика, похоже, такой бимаг, - Нария прижимает руку ко рту. Опять спазм, но рвать уже просто нечем.       - А могу я с ней поговорить?       - Нет! – резко отвечает Нария. – Ей всего три года!       - Тогда, пожалуй, рановато, - спокойно отзывается некромант, качая головой. – Теоретически Эрвен с Юмкерис стали бы невероятно мощным союзом. Власть слова позволяла бы обойти блокировки, а некромантия – направить наиболее эффективным образом.       - Она бы могла избавиться от чёрного пятна, не навредив себе? – с надеждой спросила Нария.       - Вполне возможно, но пока рано говорить, ей надо повзрослеть, - пожал плечами некромант.       Нария думала только об избавлении от чёрного пятна, но Мастер Кириос, чья голова, как и всех глав Жречества, была занята Данорией, думал в другом направлении:       - Юмкерис может избавить от метки Духа, ведь чёрное пятно представляет собой след от этой метки?       - Возможно, но чёрное пятно – всего лишь след от Духа. Метка той же Данории более, скажем так, живая. Если попытаться её удалить, это может убить носителя, может также призвать саму Данорию.       - Я немного не о том, - Кириос слабо махнул рукой. – Может ли Юмкерис бороться с самим Духом? Пока он настроен не причинять вреда, но под приказом может атаковать. Аниюмкерис уже пытался убить Нарию и её телохранителей. Видимо, его перенастроил Крайд в кузнице артефактов.       - Юмкерис намного сложнее, - с сомнением сказал Валрансон. – Экспериментировать с подобным можно лишь в крайних ситуациях.       - Крайняя ситуация может произойти уже вскоре, - задумчиво сказал Кириос. Валрансон посмотрел на уходящую без предупреждения Нарию. Ей было совсем плохо, и некромант прекрасно видел причину.       - Попробуй разогнать некропотоки у пупка, - посоветовал Валрансон.       - Иди в фагуз, - пробормотала королевна.       Но советом воспользовалась, и вскоре почувствовала облегчение.       Она зашла к Мастеру Кириосу, который допоздна оставался во дворце, где усилились меры безопасности после покушения.       - Вы выяснили больше о Аниюмкерис? – спросила девушка рядом с проломленной стеной своей бывшей спальни.       - Нет, но слова Валрансона навели на некоторые мысли. Жречество ожидает, что Данория может вторгнуться в лабораторию под Храмом Перехода в вашей академии алхимиков.       Нария кивнула. Она уже слышала обо всех новостях, что удалось добыть Алин в плену алимитов.       - Великий Дух не может воплотиться в реальном мире в полной мощи, но силы его всё равно будут велики. Если Юмкерис может дать ему отпор, можем ли мы перевезти его?       - Снова хранить его в Чаше? - с сомнением сказала Нария. – Само угиранское Жречество настаивало на его возвращении.       - Тогда его возглавлял предатель Лайду. Но дело даже не в этом. Не так важно, где его хранить. Главное, организовать передачу Юмкерис для Алин Солума.       Нария дала своё согласие. Если это увеличивало их шансы в борьбе с Данорией, стоило рискнуть.

* * *

       «Это день пришёл, Халинд. Энергии достаточно для Перехода», - голос Великого Духа заставлял старика трепетать. Во всём его теле разливалось искристое чувство восторга и благоговения.        «Наступило время, для которого ты был рождён. Ты готов к жертве? Твой отец уже ждёт тебя».       Сагнэ, сражающаяся сейчас с очередным подосланным акельской аристократией убийцей, думала, что Халинд – лишь пешка Данории. Но старик с малых лет знал, что его может ждать. Когда Данория только нашла диаду менталиков, она объявила Халинду свои намерения, и он принял их: его тело должно стать сосудом для Духа при Переходе.        «Я всегда был готов», - Халинд почувствовал странный зуд в макушке, расслабился и полностью принял то, что с ним происходит.       - Сагнэ! – Халинд Дэльки с широко раскрытыми глазами поприветствовал девушку нелепым поклоном, как только вышел из портала. – Сегодня был насыщенный день?       Белый ковёр пропитывался кровью, натёкшей из разрезанного горла убийцы. Убийца сам себя зарезал, не в силах сопротивляться ментальному приказу. С начала войны это был уже седьмой. Королева Акела сидела за столом, закрывая лицо обеими руками. Она не хотела к этому привыкать, хотя уже могла бы.       - Что вам надо? – сейчас она блокировала свою чувствительность и не сразу поняла, что перед ней отнюдь не Халинд Дэльки.       - Тебе больше не придётся здесь выживать.       Голос Халинда звучал непривычно высоко, интонации постоянно менялись. Сагнэ оторвала руки от лица и присмотрелась к нему. Затем она вскочила, опрокинув стул, и отступила. Перед ней стоял совершенно точно не Халинд Дэльки. Аура существа, которое вселилось в главу клана, была невероятной мощи. Она сияла, переливалась радугами, сверкала, затмевая всё вокруг.       - Лучше ослабь свои внутренние глазки, чтобы они не сгорели, - Халинд разразился жутковатым хохотом. Неловкой размашистой походкой он подошёл к Сагнэ, обойдя труп незадачливого убийцы. – Идём со мной, Сагнэ.       - Нет, - Сагнэ отступила ещё дальше к стене, украшенной картиной основателя династии Акела Цагаан. Возможно, последней в истории этого государства. Руфранские войска упорно продвигались к Пацитари. Несмотря на наличие огнестрельного оружия, акельцы оставили уже десятки городов. – Ты… не человек… ты Данория?       Халинд широко улыбнулся, показывая желтоватые зубы. Глаза его оставались постоянно распахнуты, будто у любопытного ребёнка. Он крутил головой, рассматривая окружающее, гладил тело, рассматривал одежду, дотрагивался до окружающих предметов.       - Давно я не воплощалась в людях. Влезая в готовое тело не очень-то удобно. Последний раз я выращивала себе оболочку, следя за развитием ещё в утробе и преобразовывала под свои нужды. Последняя императрица Данории, ты даже не слышала о ней. Какая досада, - руки Халинда продолжали ощупывать своё тело. – В этот раз подготовиться времени не было. Но ради такого шанса создание комфортной оболочки можно отложить. Идём, Сагнэ, время пришло.       Девушка вскрикнула от вспышки боли в голове.       - Не медлите, мия Джостеди, - Халинд-Данория одной рукой взял её за запястье, второй открыл портал и втащил слабо сопротивляющуюся от боли девушку за собой в магическую нору.       Сагнэ пыталась разглядеть, куда попала. Куда-то, где наступали сумерки.       - А тут холодно, но эти тела должны выдержать! – Халинд чуть не упал, сделав несколько шагов по сугробам, но быстро приноровился.       Они вышли в заснеженном лесу, оказавшись по колено в снегу. Больно сжимающий запястье Сагнэ Халинд потащил спотыкающуюся девушку за собой. Алин была тысячу раз права, когда говорила, что Сагнэ совершила ошибку. Данория использовала её, но ещё оставалась надежда, что Дух просто покинет Пларф, и скоро всё закончится.       - Куда мы идём? – спросила Сагнэ. Она только знала, что Данория будет бежать в другой мир через Храм Переход.       - Ты скоро всё увидишь, грустная девочка, - игриво ответил Халинд-Данория. Остановился он на небольшой поляне, где отпустил Сагнэ. Та дрожала и потирала запястье после жёсткой хватки. Деваться ей было особо некуда. Малейшее сопротивление будет наказано невыносимой болью.       - Когда я вас наконец-то нашла, - Халинд направил руку на неприметный сугроб, - диаду менталиков, то стала разрабатывать план, как с вами двумя сбежать. Если бы тебя смертельно ранили в Альцагире, я бы забрала тебя ещё тогда. Пришлось действовать иначе. Ты бы от меня не спряталась, так что хватит сокрушаться. Просто сделай, что должна.       Пока сущность говорила, толстый слой снега быстро растаял, следом высохла земля. В центре поляны располагался круглый люк. Жестом Данория раскрыла его.       - Идём.       Сагнэ сглотнула, не хотелось снова почувствовать раскалённые гвозди в черепе. Она успела дальним взором изучить местность и поняла, что они недалеко от Радужной Чащи. Чаща каменных разноцветных деревьев – отличительная особенность Храма Перехода у академии алхимиков, где учится Алин. Такой выбор показался девушке странным.       - Почему именно этот Храм? – спросила Сагнэ, став первой спускаться по лестнице под люком.       - О, мог бы подойти любой, но именно этот оказался уязвим. Мой милый воздушный Странгулавит обнаружил тут целую лабораторию.       Сагнэ с громко стучащим сердцем шла по коридору с плавно начинающими светиться при приближении ликвилюмами. Она не представляла, что её ждёт. Данория нечасто её «навещала». Присутствие Духа девушка ощущала всего несколько раз за время своего правления Акелом, когда она утверждала власть Дэльки.       - Зачем тебе был Акел, если ты уходишь из мира?       - Когда я вернусь, это будет не Акел, а новая Данория. Ты и правда думала, что Халинд ничего не знал? Он всё подготовил. Замену тебе, замену себе. Такой же основательный, как и его отец.       Сагнэ слабо представляла, как погибающий Акел мог возродиться. Она бездумно шла вперёд по длинному подземному туннелю.       - Иди, иди, моя грустная девочка. Скоро к нам присоединится злой мальчик, и пойдёте со мной.       - Зачем мы тебе? Разве не только для Перехода? – после поворота стала видна дверь. Сагнэ обречённо продолжала идти.       - Вы очень полезные, детки, подчиняющие любых зверюшек. Конечно, я вас здесь не оставлю. А вы и не захотите оставаться. Весь Акел жаждет твоей крови. А попадёшь к Жречеству, оно не выпустит тебя из Замруга уже никогда.       Внутри всё сжалось. Это не было внушением. Халинд-Данория озвучил очевидное.       - Вот мы и пришли, - перед самой дверью Халинд захлопал в ладоши и снова громко засмеялся. Внешне он выглядел, как ополоумевший старик, но это всего лишь оболочка, скрывавшая Духа, который всё продумал до мельчайших подробностей.

* * *

      Прошло больше полугода с того дня, как Академию Чашу Весудо заволокло бирюзовым туманом. Тогда же Люмо атаковали сотни взбешённых элементалей. Жрецы предупредили директрису, что нападение «в тумане» может повториться. Немногие знали, что бирюзовый туман – не техника алимитов, а тело Духа. Дух Странгулавит мог порабощать практически любого, кто окажется охвачен им. После атаки 22 флореса во всех стратегических пунктах Империи тщательно следили за появлением «ядер Странгулавита». Духи местностей, как Талидаль, отозвались на призыв Жречества и помогали выискивать их. Эти ядра оказались даже в саду при дворце в Анцее. Борьба с ними заняла не один месяц. Казалось, сейчас Жречество обезопасило себя от Странгулавита, но всё было не так просто. Ядра могли пронести в любой момент. Если их находить и уничтожать недостаточно быстро, то трагедия могла повториться.       - О, нет, - директриса Чаши Анура Весудо, увидев, как над Академией разрастаются бирюзовые облака, кинулась объявлять эвакуацию. Странгулавиту мешали густые некропотоки, и он не убивал простых студентов и преподавателей, которых сильно убавилось после последней атаки: больше сотни предпочли сменить вуз. Всё же, людей в Чаше оставались тысячи, и они могли попасть под случайный огонь.       - Это не учения! Немедленно покиньте территорию Академии! – разносилось из всех громкоговорителей. В предупреждении не было необходимости. Появление Странгулавита заметили все: будто распускающиеся в небе бирюзовые бутоны спускались на землю, но вызывали не восторг, а ужас. Люди ринулись к выходу. Как и прошлый раз, туман распространялся только на территории Академии.       - Уходите, имиль Весудо, - уже на площади перед Старым корпусом требовательно сказала жрица Ованэ, работавшая начальницей охраны десятилетиями.       - Что на этот раз им надо? – предчувствуя худшее, спросила директриса, пока за её спиной уходили и убегали люди, в основном студенты в чёрных форменных пальто. – Ведь здесь нет Юмкерис.       - Пожалуйста, уходите, имиль Весудо, - Ованэ направила руку на всё ниже опускающееся облако. Люди закричали, побежали быстрее. В облаке образовалась дыра, но быстро затянулась. Ядро оказалось не задето.       - Олумо, сколько их?! – не выдержала директриса. – Откуда они берутся?       - Похоже, алимиты заготовили россыпь микро-порталов. Давно я такого не видела, - жрица цепко следила за появлением новых облаков. – Одни и те же места, равные промежутки времени. Почему именно так? Как будто тянут время.       Она атаковала снова более прицельно, когда облако было всего в пяти-семи метрах над землёй. В этот раз Ованэ попала по ядру, и облако практически мгновенно рассеялось.       - Уходите, имиль Весудо. Кто это? – заметив, что директриса прижала к виску пальцы и закрыла глаза. Ованэ подумала, что с ней связалась дочь или муж. Но это были не родственники.       - Ованэ-рёзэ, атакована лаборатория храмовников!       - Как мы и думали. Надо связаться с Солума.       В этот момент небо стало оранжево-алым от ряда огненных вспышек. Директриса испуганно отступила, но Ованэ её успокоила:       - Опора Зунтар прибыл.       Директриса осознала, что сегодня её Академии может не стать. Если здесь появились начнётся крупная битва, маги могут превратить вуз в очередную аномалию.

* * *

      Алин, Дайхель и Олетарфэ во время нового нападения Странгулавита все были на занятиях, только в разных частях Академии. Алин, учившаяся на факультете прикладной алхимии, собирала материал для курсовой в обширных оранжереях. Тарфэ засыпала на лекции по хозяйственной воздушной магии. Своё будущее с опрыскиванием полей она никак не вязала. Дайхель же с интересом участвовала в семинаре, где обсуждали историю войн Руфрана с Твестабоном. Все они заметили неладное практически одновременно. Атака Духа бирюзового тумана была яркой и демонстративной. Пожалуй, даже слишком демонстративной.       - А мы ведь чуть ли не последние студенты-маги в Академии, - Олетарфэ со страхом смотрела на смертоносное тело Духа. после быстрой эвакуации три девушки наблюдали за атакой издали, взлетев над лесом, откуда бирюзовые облака над Академией казались лишь пятнышками на фоне серого неба, с которого сейчас обильно падал снег. – В ту атаку погибли три четверти магов, бывших в Чаше.       - В этот раз всё по-другому, - настороженно сказала Дайхель.       Алин поёжилась вспомнила события того дня день, 22 флореса: бешеные элементали наводнили Люмо, чтобы город не мог помочь Академии. Тогда же были произведены теракты во всех крупных городах Руфрана для дезориентации Жречества.       - Может быть, для отвлечения, - после паузы отозвалась Дайхель. Пока они могли лишь строить догадки, ожидая команды от Жречества.       - Что это? – Олетарфэ держала вонави на одном месте. От летучей лодки расходились едва заметные дрожащие волны и разлетались снежинки. – Вот это вспышка! Сколько там огненных магов? – Олетарфэ только в книгах читала о мощи Великих, и не могла представить, что небо над Академией мог зажечь всего один маг.       Никто пока не представлял, каких масштабов битва развернётся на территории академии алхимиков.       - Нам лучше улететь, - Дайхель не думала, что жрецы не справятся. Тем более они теперь намного больше знают о Странгулавите. В крайнем случае, помогут духи леса.       - Надеюсь, в Люмо спокойно, - Олетарфэ повернула вонави в сторону города. Однако она даже не успела разогнаться, когда Алин остановила её:       - Стой! Ованэ передаёт, что атакованы храмовники! Подлетаем к Радужной чаще со стороны леса! Я свяжусь с Диор-Гао, чтобы он перенёс Юмкерис.

* * *

      Рядом с дверью, к которой Халинд-Данория довёл Сагнэ, появился Крайд. Сначала проявились очертания, воздух вокруг пришёл в движение, и полностью материализовавшийся юноша упал, ушибив колени и руки. Сновидцы осваивали технику переноса тела через мир духов десятилетиями, и неестественно быстро развившийся Крайд выполнял её с большим трудом. Всё тело болело и плохо слушалось, но он не жаловался и выпрямился перед Халиндом, после чего в испуге отпрянул. Как и Сагнэ, он был поражён, увидев ауру Духа, вселившегося в человека.       - Кто… что ты? – отступая непослушным телом, он опять упал, с ужасом глядя на яркое сияние, слепящее глаза.       - Камни, Крайд, ты все их принёс? – не ответил на вопрос Халинд. Дух в его теле любопытно рассматривал одного из своих рабов, дрожащего перед воплощённой сущностью, которую раньше мог лишь ощущать.       - Д-да, - юноша медленно, потому что быстро не мог, снял со своих плеч увесистый рюкзак. – Там все девять, как вы и просили, Х-Халинд-меро.       - Это не Халинд, - Сагнэ подошла к Крайду и помогла подняться, видя, что самому сновидцу это сделать нелегко. – Это сама Данория.       - Я всё передал, - глядя в глаза Сагнэ и ни о чём не думая, сказал Крайд.       - Мы вступаем не территорию Храма, - не обращая на них внимание, заговорил Халинд. – Здесь не работает магия. Вы знаете, что такое магия, детки? Для вас это сияние магических нитей. Но для меня это сама жизнь. Поэтому лишить это тело магии теперь невозможно, но энергию придётся экономить.       Халинд неловко навалился на дверь всем телом.       - Помогите же мне, парочка мозговертов.       Сагнэ подтащила Крайда к двери и стала помогать её открывать. Крайд мог лишь привалиться и стараться не упасть. Когда она поддалась, стало понятно, почему было так тяжело: они отодвигали высокий шкаф, набитый книгами.       - Я так долго вас ждала. Я следила за каждым менталиком в Пларфе, берегла, надеясь, чтобы среди потомков найти диаду. Но ты оказалась самородком, я едва не пропустила тебя, - Данория первой прошла внутрь, Крайд устало привалился к тому же шкафу. Засветились ликвилюмы, освещая сложные лабораторные приборы неизвестного назначения.       - Мы под Храмом? – спросил Крайд, держась за один из столов. Сагнэ крепко сжала его руку.       - Ты же убивала менталиков в Тёмную Эпоху! – Сагнэ попыталась отвлечь Данорию, снующую по всей лаборатории, что-то выискивая.       - Это неправда. Я не мешала тёмным симхао истреблять менталиков, но я не знала, чем это обернётся. Симхао пришли в Пларф с добрыми намерениями. Они легко общались с людьми и духами, но потом разделились и начали воевать между собой. Они казались всем богами, их дела и война повлияли на сотни миров, - ответил Халинд-Данория, продолжая рыскать по шкафам. Тело его по-прежнему двигалось неуклюже, он случайно разбил пару стеклянных сосудов и свалил несколько вещей. Но всё-таки нашёл то, что искал.       - Ага! – старик издал радостный вопль. Он сжимал в руках ключи. Сагнэ могла лишь догадываться, что ключи оставил один из рабов Духа.       Дверь, ведущая в коридор, раскрылась. В проёме стояла женщина в белом халате.       - Вам надо уходить. Объявлена эвакуация, в Академии снова бирюзовый туман, - она присмотрелась к старику со странными выпученными глазами, напряжённой девушке и юноше, тяжело опиравшемуся на стол. – Кто вы такие?       Пока она говорила, Халинд вытащил пистолет. Учёная никогда не видела огнестрельного оружия не осознала угрозы. Осознала, только когда раздался оглушительный выстрел, а грудь пронзила боль, от которой женщина бессильно упала на пол. Сагнэ бросилась к ней, но вскрикнула от боли в голове: точно такой же, когда она пыталась сопротивляться Духу в Акеле. Несмотря на близость Храма Перехода, рассеивающего магию, связь Духа и отмеченных сохранилась. Сагнэ ничем не могла помочь умирающей. Раздались ещё несколько выстрелов, после которых зазвенело в ушах, женщина с пятнами крови на белой одежде лежала в дверном проёме. Мимо кто-то пробежал. Всё-таки их заметили, и лицо Халинда превратилось в гротескную гримасу, выражающую крайнюю злобу. Он принял попытку преследования, но последний работник лаборатории смог сбежать.       - Не важно, - дёрнув плечом, Халинд смотрел на ворота, которые беглец успел запереть. Ключи у Халинда были только к подземной части. Возвращаться Данория не собиралась.       - Идите за мной, мозговерты! – приказал Халинд.       Сагнэ сжала крепче ладонь Крайда. Они уже приняли своё решение.       - Мы не выпустим тебя.       Данория досадливо усмехнулась.       - Вы надеетесь на какое-то чудо от Солума. Властительница слова, ставшая рабыней Жречества, меня не остановит. Не тяните время, идите за мной.       Метки Духа, расположенные у головы, Сагнэ и Крайда ярко засияли. Раньше зелёные ромбы можно было увидеть только тонким взором, но теперь их сияние слепило самих носителей. Крайд, захрипев и задёргавшись, сдался первым, его отметили намного раньше, и метка пустила глубокие корни. Постанывая от боли в голове, он начал переставлять ноги, и с каждым шагом невыносимая боль становилась легче. Сагнэ, отпустив Крайда, ещё оставалась на своём месте. Не будь они менталиками, то и боли бы не чувствовали, полностью подчинившись Данории.       Сам Дух, вселившийся в человека, стал спускаться в подземную часть Храма Перехода, отпирая массивную дверь заготовленным ключом, и вошёл в конусообразное помещение высотой около двадцати метров. Его вершина совпадала с основанием алтаря Храма, на котором происходила настройка для перехода. В центре сиял столб из светящейся переливающейся субстанции. Халинд-Данория заинтересованно покрутил головой, смотря, как свет от столба отражается в крупных драгоценных камнях, расположенных на стенах. Неровно идущий и стонущий Крайд позади не мог оценить красоту вида. Зелёный свет слепил, слёзы заливали глаза. Юноша сдался.       Не оборачиваясь на своих рабов, Дух спустился к самому основанию, в центре которого располагался небольшой бассейн с той же светящейся субстанцией. Сущность в теле Халинда громко засмеялась и начала пританцовывать, затем открыла рюкзак, принесённый Крайдом. В нём лежали десятки крупных разноцветных бриллиантов. В стене пустовали несколько ниш, и взлетевшие драгоценности быстро и аккуратно стали в них. В этот момент столб стал светиться интенсивнее. Даже Крайд смог его заметить, пока безвольно шагал по ступеням.       - Сагнэ пока держится? Какая упорная или, лучше сказать, упёртая? Стойкая, упрямая, невыносимая, – мимика Халинда сейчас быстро менялась. Он больше походил на клоуна, чем на главу могущественного клана алимитов. Рядом с бассейном свечение над головой и боль у Крайда исчезли, он смотрел на кривляние старика с ужасом и отвращением.       Халинд широкими прыжками взобрался по лестнице и направился обратно к лаборатории. Двигался он постоянно, делая много лишних движений, будто трёхлетний играющий ребёнок. До Крайда доносился хруст костей, не привыкших к такому интенсивному движению.        «Где же Солума? Неужели это всё?» - мучительно думал Крайд, уже и мысли с трудом сдерживая. Двигаться он не мог, только наблюдать. Когда Халинд силком приведёт сюда Сагнэ, всё закончится. По идее, они освободятся, когда Дух Перейдёт, но будущие последствия могли быть самыми страшными. Скорей всего, слова Данории о большой войне во множестве миров между светлыми и тёмными симхао – правда. Если Дух приведёт подмогу, то шансов на свободу может не остаться. Пока Данория вела Сагнэ, сверху раздался странный звук, отдалённо похожий на звон колокола. Крайд не мог даже голову поднять, но вскоре смог увидеть, как сверху в светящемся столбе плавно спускался шар.       - Так это Юмкерис? – Крайд вживую его не видел, но много был наслышан.       - Упорная, но слабая, как последняя фея в засыхающей роще, как раненый кентавр в своей проклятой пещере, - Халинд пел непонятную песню, таща за собой вскрикивающую от боли девушку. – Это ещё что? Нет! Что он тут делает?!       Данория сбросила с лестницы Сагнэ, так что девушка кубарём скатилась вниз, чудом себе ничего не сломав. Халинд, перепрыгивая через несколько ступенек, спустился к ней и потащил к бассейну, схватив за ворот белого церемониального костюма.       - Быстрее! Полезайте вниз! – ноги Крайда сами понесли его в бассейн, он вступил в него, погрузившись в тёплую вязкую субстанцию по колено. А Сагнэ, которая была уже не в состоянии сопротивляться, Халинд сам кинул в бассейн. Девушка, отплёвываясь, стряхивая вязкую жидкость, кое-как поднялась. К этому времени Юмкерис опустился до середины столба и замер.       Халинд-Данория направил на шар руку, и артефакт симхао мелко задрожал. Лицо человека, одержимого Великим Духом, исказилось от страшной злобы, будто у безумца, глаза выкатились, рот раскрылся, Халинд издал рык, с зубов закапала слюна. Он не мог воспользоваться всей мощью, чтобы уничтожить Юмкерис. Храм блокировал значительную часть сил Духа, и он не мог уничтожить артефакт.       - Что это? – измученная сопротивлением Сагнэ смотрела на то, как её руки начали светиться. То же происходило и с Крайдом. Данория не могла его сейчас контролировать, как раньше, и юноша попытался отступить. Всё-таки Солума успела. Теперь они должны были остановить ритуал.       - Мои руки, - но у него ничего получилось. Теперь ими управляла не Данория, занятая борьбой с Юмкерис. Нечто тянуло руки Сагнэ и Крайда к почти ослепительно сияющему столбу в центре подземной части Храма Перехода. Менталики испуганно тянули непослушные руки, которые вошли в столб света и вскоре встретились. В этот момент их посетили видения.       Древние полуразрушенные мегалиты вокруг алтаря: вроде бы обычный вид для большинства Храмов Перехода, вот только там стояли гигантские прямоходящие ящеры в аккуратных одеждах. Разумных ящеров в Пларфе никогда не было. Их крупные выпуклые глаза непривычно двигались в разные стороны, осматривая пространство вокруг. Шипящий тихий разговор был непонятен, но не походил на шипение животных. Крайд и Сагнэ, наблюдали за ними из одной точки, не чувствуя своих тел. В этот момент они даже не чувствовали себя разделёнными, став единым сознанием. Одновременно они почувствовали, что их заметили. Ящеры забегали, громко топая крупными когтистыми лапами, их речь стала громче. «Мы в другом мире?» - это была одна мысль на двоих. Два менталика смогли установить связь с другим миром, несмотря на печати, поставленные симхао.