Битва Солнц. Рождение Сверхновой

— Раз, два, дружно! Бревно медленно отползает с нашего пути. Получается не так дружно, как-то позиционировал Зевс, Стив тянет в одну сторону, Рама в другую, Чен и вовсе лишь создает видимость работы. Честно говоря, мы могли пройти реку вброд, но Элиас взъерепенился, что Майя промочит ноги и простудится. Аманита и вовсе в лёгких пижамных брюках, но я не помню, чтобы она жаловалась. Мы наблюдаем за тем, как бревно скользит по илистому берегу в сторону воды, там уже ждут Элиас и Марк, они должны будут проследить, чтобы оно правильно легло на воду, образовав мост. Парни стоят по колено в воде, другие — мокрые от пота. Зато бедная хрупкая Майя не намочит ножки. Может и глупо, но я все равно пойду вброд. Совсем недавно мы пошли с Майей на сближение, но сейчас я видеть ее не могу. Она все еще пребывает в шоке, хотя это мой муж остался лежать в том злосчастном переулке. Судя по логике Майи, я вообще должна лечь на землю и больше не встать. Не скажу, что мне не хочется так и поступить, просто я знаю, что обязана идти дальше. Ради всего, что у нас осталось. Ради наших семей. Ради памяти о Ките. — Все хорошо? — проявляет беспокойство Николь, ее рыжие кудряшки распустились и стали похожи на спутанных змей. Конечно же, расчёски у нас нет, так что я даже рада, что волосы у меня короткие. Николь я ничем помочь не могу. — Все путем, — говорю я, избегая смотреть ей в глаза, не хочу нагло лгать. Николь знает, что мои слова — ложь, но делает вид, что поверила. Спасибо. — С чего ты думаешь начать? — спрашивает она и поясняет: — В деревне. — Одежду легче всего добыть в прачечной, еду на кухне. Я слабо представляю, где все это находится, но надеюсь на случай. Колин вызвался идти со мной, к тому же дрон Джоша тоже полетит, так что найдем как-нибудь. О своих сомнениях Николь я не говорю, не хватало еще, чтобы она переживала и за это. Но Николь не дура, она повидала жизнь. Она знает вещи, о которых я молчу. Она знает, что просто не будет. Я знаю, что просто не будет. Если нас ищут, в деревне будет патруль, как минимум. Это небезопасно. Но хуже всего то, что я жду этой опасности, я хочу ее. Чтобы понять ценность жизни. Чтобы поверить, что я все еще жива. — Оно точно того стоит? — сомневается Николь, мысленно взвесив все шансы. Не знаю. Так ли нам нужна эта одежда? Так ли нам нужна эта еда? Похоже, что нет. — Разумеется стоит, — отвечаю я, надеясь, что в этот раз моя ложь прозвучит убедительно. — Просто будь осторожна, — сдается подруга, перебирая в пальцах пушистые пряди волос. — Колин ведь будет присматривать за мной, верно? — напоминаю я, Николь смущается. — Не присматривать, помогать, — чересчур быстро уверяет она. Разумеется присматривать, я не маленькая, понимаю, что все это для того лишь, чтобы я не бросилась под пули. Но я бы не стала. Моя смерть не была бы полезна Киту, хоть я и хочу ее. Я буду жить за нас двоих, помогать Юнкрою за нас двоих. Только в этом случае гибель Кита будет иметь смысл. Мне благоприятный исход нашей вылазки даже важнее, чем всем остальным. Объяснять это Николь нет времени, но Колину я не собираюсь доставлять неприятностей. — Готово! — кричит Марк, придерживая дальний конец бревна двумя руками. — Но советую поторопиться. Элиас удерживает «мост» на этой стороне. — Майя! — зовёт он. Девушка всхлипывает, вытирает нос тыльной стороной ладони и спускается по скользкому склону, Стив придерживает ее под локоть. — Леди! — Колин галантно протягивает Николь руку. — Мистер, — игриво отвечает она, вкладывая свою ладонь в его. — Типа это новая пара? — раздается едкий комментарий Брюса за моей спиной. — Никак ревнуешь, Мур? — отзываюсь я, парень фыркает. — Еще чего. Я и верю ему, и не верю. В последнее время Брюс и Николь провели много времени вместе. Николь продолжает убеждать меня, что они «просто друзья», но я знаю, что такое «просто друзья», когда-то и Кит был мне «вынужденным другом». Об этом больно вспоминать, уже тогда мы любили друг друга… Мы потеряли много времени, играя в дружбу. В большей мере играла конечно я. Мы могли быть счастливы раньше. Еще в первой Битве я могла не побеждать, могла остаться с ним. Мы могли быть вместе уже тогда. Не было бы никакой Майи. Возможно не было бы и восстания, а это значит, что мы не попали бы за забор и Кит бы… Кит бы не… Впрочем, очень важно было узнать то, что мы сейчас узнали. Мир живой. Люди живут долго, земля не исторгает яды. Но мир не идеальный, нынешняя пища больше смахивает на резину, молоко, творог и даже котлеты научились делать, не добавляя туда натурального молока или мяса. Люди давно заменили все живое искусственным, и лишь самые умные все же отдают предпочтение продуктам, получаемым от коров, пасущихся у кромки леса. Одна из таких коров стала причиной массово расстрела, воспоминание об этом приходит внезапно и практически физически бьет меня в живот. Я чувствую приступ дурноты, когда вспоминаю все эти раскуроченные тела, вспоминаю Эмбер, покрытую кровью. Если бы не Кит, я бы сошла с ума. Теперь Кита нет. Я бы должна смириться с этим, но мне все еще кажется, что мои друзья ошиблись. Мне хочется верить в то, что их подвели их глаза. Я знаю, что это не так, но мой разум отказывается это признавать. Кто-то берет меня за руку. Джек. Помогает спуститься к воде. Река не особо глубокая, но быстрая. Моральная усталость заставляет меня забыть о гордости. Я ступаю на бревно, качающееся во все стороны. Теперь с другой стороны его придерживают еще и Колин со Стивом. И все же бревно ходит ходуном под моей ногой. — Не бойся, я держу, — слышу я ободряющий голос Зевса за своей спиной. Бревно замирает на месте, Элиас выпускает вздох облегчения. У него, вероятно, уже болят все существующие мышцы. Несмотря на свой невысокий рост и худощавую комплекцию, Элиас сильный. Но теперь он устал, явно устал. Зевс позволяет ему отпустить бревно и вместе со мной перебраться на другую сторону. — Давай руку, Китка… — Элиас осекается. — Китти. В моё сердце словно бы вонзают нож. Элиас не виноват, он говорит по привычке. Я не в обиде. Просто мне тяжело снова вспоминать о том, что все кончено. Я подаю руку и мы вместе медленно и осторожно пересекаем реку. Следом за нами проходят Рама и Аманита, они идут достаточно быстро и кажется, что переход не причиняет им вообще никаких неудобств. Они очень ловкие и умелые, я все еще в недоумении, почему у них не вышло победить в игре год назад. Мы были ранены, они — нет. И все же мы смогли сделать это — дойти до финиша раньше, чем они. Поддались ли они? Не думаю. Каждый из них имел веские причины для победы. Видимо нам просто повезло. Нам не могло везти всегда. «Я разведаю путь», — загораются буквы на табло дрона. — Спасибо, Джош, — благодарит Николь. Она никогда не видела Джоша, но она очень дружелюбная и всегда стремится с кем-то пообщаться. «Это не Джош. Джош отдыхает. Это Бэн.» Черт, вот только Бэна мне и не хватало. Я знала, что рано или поздно Джошу нужно будет поспать, но оставить нас без присмотра он тоже не мог. Бэн. Ну да, это единственный возможный вариант. Я понимала, что однажды мне придется встретиться с ним. Но я не готова. Мои мускулы неестественно напряжены, спина идеально ровная, головой не верчу. Я не хочу, чтобы Бэн видел, как я расклеилась. Я фараон. Как и он. Я все еще та девушка, которая дала ему отпор за кружку молока. Голубь на моем запястье отзывается огнем. Да, я помню, кто я есть. Я дважды была на Битве Солнц. Я дважды дошла до финала. Я Красный гигант, мощное солнце. Несмотря ни на что. Все ещё. Всегда. Я Сверхновая, оказавшаяся и ярким облачком пыли, и черной дырой одновременно. Никакая встреча с бывшим парнем не может меня напугать. Дрон улетает, Бэн не пытается пока завязать со мной разговор. Будем надеяться, что и не станет. — Это был твой бывший, да? — уточняет Николь. — Мой единственный — это Кит. Он мой бывший, настоящий, вечный. А Бэн — это досадная ошибка. К счастью, я вовремя поняла это. Я не лгу. О Бэне у меня нет сожалений. Только одно — не стоило целовать его. Не с этим человеком должен был произойти мой первый поцелуй. Уж лучше с Маркусом, с братом, чем с… Бэном. Нелестные эпитеты на его счет я гоню прочь из головы. Все же Бэн здесь и сейчас помогает нам, а это одно уже стоит того, чтобы забыть, что он был трусом и предателем. — Хочешь, пойдем вместе, — предлагает Зевс. Я смотрю на Николь, она о чем-то тихо беседует с Колином. Я могла бы пообщаться с Джеком, пожалуй. — Только если не станешь меня жалеть, — предупреждаю я, Зевс возмущенно вскидывает руки. — И в мыслях не было! — Хорошо. — Хорошо, — вторит мне Зевс и потупляет взгляд. — А о чем с тобой говорить? Я пожимаю плечами. — О погоде, о еде… — Погода душная, еды нет, желудок урчит, — говорит Джек, пытаясь показать абсурдность такого разговора. Я киваю. — Согласна по всем пунктам. Зевс улыбается, я тоже, однако в тот же миг начинаю чувствовать вину за это. Мне нельзя улыбаться, Кит мертв. Мне нельзя вообще испытывать сколь нибудь приятные чувства. — Дрон возвращается! — окликает всех Аманита. Что-то уж слишком быстро, мы и ста метров не прошли. Дрон летит быстро, все время оборачивается. Мне не нравится обеспокоенность Бэна. — Что случилось? — спрашивает Брюс, едва только дрон подлетает ближе. На табло загораются буквы. «Кто-то из вших проник в древню, тперь его ищут. Нужн уходиь отсюа». Судя по пропущенным буквам, Бэн очень торопится набирать текст. Кто-то из наших был в деревне. Кит! Я уже готова высказать эту мысль вслух, когда Чен говорит: — Должно быть это Блэк. Ну конечно, это Блэк. Это изначально был Блэк, больше некому. Просто я… На миг, когда я решила, будто это Кит, я ощутила счастье. Теперь его когтями вырывают из моей души. Это Блэк. Все время был Блэк. Не Кит. Не Кит… — Идем, — напряженно велит Брюс, я машинально киваю. Мы идем. Рассыпавшиеся надежды выпивают из меня всю жизнь. Я снова погружаюсь в состояние протухшего овоща, иду не разбирая дороги, как через вакуумную оболочку ко мне долетают отдельные фразы. Кажется кто-то хочет отыскать Блэка. Пускай. Предатель или нет, теперь это не важно. Границы размылись, друг и враг идут бок о бок, так почему не найти здесь места и Блэку. Мы не можем себе позволить пренебрегать людьми, мы и так уже потеряли слишком многих. Слишком многих… — Привал, — командует Брюс. Какой привал, мы только недавно отдыхали! И почему вокруг темно — неужели так быстро наступила ночь? О… Не быстро. Вероятно мы шли довольно долго, но я не ощутила этого. Будет ли от меня какой-то толк, если я постоянно буду выпадать из реальности? Ребята садятся под деревья, достают из карманов скудные запасы ягод и орехов. Еще есть грибы, но мы не можем жарить их, нельзя, чтобы кто-то увидел огонь. — Присядь, — просит меня Николь, надавливая мне на плечи. Я сажусь. В темноте я не вижу лиц, но чувствую взгляд Майи. Я тоже смотрю на неё. Нет, она мне не враг. Она такая же девушка, потерявшая любимого, как и я. Она имеет право на свою скорбь. Весь тот год, когда я играла в фараона в Правом строе, Майя прожила бок о бок с Китом. Она была его другом. Она имела надежды. Но потом появилась я. Любовь зла. Киту нельзя было приказать полюбить Майю, как ей нельзя приказать ответить на чувства Элиаса. Нельзя ей приказать и не скорбеть. Мы по одну сторону баррикад, уверена, что и Майя постоянно застревает в своих мыслях. — Ты куда? Я и сама не заметила, как поднялась на ноги. — Сейчас вернусь, — бросаю я. Ноги ведут меня к Майе. Она подбирается, мой визит удивляет ее. Я просто сажусь рядом. Даже не смотрю в её сторону. Майя тоже не смотрит на меня. Элиас держится в стороне, но не уходит совсем. — Рэд, я… — голос Майи ломается. Не важно, что она хочет сказать. Она права. Что бы ни сказала, она права во всем. В ее сердце Кит, как и в моем, только это имеет значение. По моей щеке медленно стекает холодная слеза, Майя шмыгает носом. Мы снова молчим, остальные делают вид, что не замечают нас, едят свой скромный ужин, отдыхают перед долгим путешествием. Уже ночь, холодно, а мы так и не раздобыли одежды. Нас будет легко найти в лесу в этих дурацких неоновых нарядах. Я набираю в руку немного земли и стараюсь затереть ею серебристые блёстки на своих брюках. Земля сухая, сразу же осыпается. — Что ты делаешь? — интересуется Майя, немного оживившись. — Пытаюсь замаскироваться. Не выходит. — Мы должны привязать к себе ветки и мох, — вклинивается в наш разговор Брюс. Он говорит громко, чтобы все слышали. — Мы будем похожи на огородных пугал, — протестует Чен. — В этих тряпках мы и сейчас пугала, — напоминает Рама. — Но так хоть будем живыми пугалами. План имеет некоторые нюансы, веревок, например, у нас нет. Легче вернуться к реке и измазаться грязью. В любом случае никто из нас не может ничего делать прямо сейчас. Мы разрушены, опустошены, обессилены. Лично я не хочу ничего, кроме как сидеть и смотреть на огонь. Но даже этого мы себе позволить не можем, огонь выдаст наше местоположение. Точно! Я вскакиваю на ноги так неожиданно, что Майя шарахается в сторону. — У меня есть план! — сообщаю я, хотя этот план еще не полностью сформировался в моей голове. — Что за план, милая? — Николь подходит ко мне и берёт под руку. Все глаза сейчас обращены ко мне. Я не вижу их во тьме, но уверена, что кто-то сейчас смотрит с недоверием, кто-то с надеждой. — Мы разделился, — начинаю я. — Часть из нас пойдет обратно к деревне, еще часть уйдет повыше к горам, третья группа останется здесь. Рама кивает, хотя и не уловил еще суть моего плана. — Когда одна из групп подойдет к деревне как можно ближе, другая группа зажжет костер. Это должно отвлечь полицию в том направлении. Когда они уйдут из деревни, мы сможем забраться туда и взять все необходимое. Вторая группа после того, как подожжет костер, пусть спускается в низины, к дороге на Юнкрой. Третья группа, оставшаяся в горах пускай зажигает огонь через час после первой и тоже идет в низины. Полиция будет обескуражена. Они не поймут, где нас искать и скорее всего разделятся. Так что тогда, когда мы будем уходить из деревни, если и встретим кого-то на пути, их будет не очень много, мы сможем уйти. Я знаю, что план не идеальный. Он даже не хороший, поэтому спешу добавить: — Я знаю, что это риск, но разве у нас есть варианты? Нам нужны и эта пища, и одежда. Если мы хотим вернуться домой, то должны рискнуть. — Или нет, — слышу я голос из темноты. От неожиданности я вздрагиваю, потому что я не ожидала его. Этот голос я никогда больше не думала услышать. Рядом проплывает наш дрон. Это он нашел его. Нашел человека, который нас бросил. Я разворачиваюсь на голос, он совсем рядом со мной. Я с силой бью кулаком, целясь в живот, парень перехватывает мою руку. Он всегда хорошо дрался. Именно потому раньше он был нашим лидером. Лидер, который оставил своих в минуту нужды. Я все еще хочу ударить его, но беда в том, что есть и другое чувство, оно с каждой секундой становится сильнее. Желание обнять старого друга. Разделить с ним свою боль. Я подаюсь вперед, но в этот раз Блэк не пытается сопротивляться. Он знает, что я не буду бить его больше. Он раскрывает объятья и падаю в них, ощущая себя защищенной. Блэк предал нас, но он очень нужен мне. — Ты здесь… — шепчу я, не в силах поверить в происходящее. Блэк запускает пальцы в мои волосы. — У меня для тебя есть одно важное послание, — слегка улыбаясь говорит он. Я не улыбаюсь. Я знаю, что каким бы важным не было сообщение, оно не от человека, который нужен мне больше всех на свете. А значит, оно не сможет обрадовать меня.