Битва Солнц. Рождение Сверхновой

Вся моя жизнь прошла не так, как я того хотела. Я знала лишь ту судьбу, которую позволяло мне знать Общество. Меня и мои желания держали в рамках строя и порядка. Мне указывали где работать, кого любить. Меня пытались убить много раз. Меня «убили», пленили, ловили снова и снова. Меня лишили любимого, друзей, свободы. Теперь хотят лишить и разума. Моей памяти. Отобрать последние крохи радости. Моя жизнь прошла не так, как я хотела, но вот, возможно впервые, небеса слышат меня. Нас с Брюсом хотят изменить, промыть нам мозги и снова заставить подчиняться, все как всегда. Кажется, что все люди на свете только и хотят, чтобы им подчинялись. Я готова бороться с ними за свою свободу. Но не приходится, на помощь приходит неведомая мне сила, отключая свет. В темноте проходит не более минуты. Врачи подсвечивают все вокруг голографическими телефонами, возбужденно перешептываются. Напасть бы на них сейчас, но цепь не дотянется, как только стало темно, они ушли на безопасное расстояние. Брюс все ещё сидит на железном кресле, руки его прикованы ремнями. — Бога ради, что здесь происходит? — испуганно шепчет одна из врачей. — Я слышу шаги, — говорит медсестра. — Сейчас все прояснится. Проясняется буквально. Дверь открывается и яркий луч фонаря ослепляет меня на секунду. — Что приходит?! — моментально набрасываются на пришедшего. — Бесперебойник полетел. Всем просьба разойтись по домам для получения дальнейших инструкций. Заключенных временно приказано отвести в камеру. Пришедший говорит еще много чего, но я не слышу слов, потому что моё сердце болезненно сжимается, а горло перехватывает спазмом. Я перестаю дышать. Вообще. Только горячие слёзы текут по моим щекам. Должно быть я все еще под наркотиком, потому что то, что я слышу, просто невозможно. Невозможно и жестоко. Это голос Кита, я узнаю его из тысячи. Голос моего Кита. Мертвого Кита… Я опускаюсь на кровать, прячу голову под подушкой. Уйди, наваждение! Сгинь! Не мучай меня! Боль становится сильнее. Кит снова так близок, хоть и невозможен. Я схожу с ума. Мне очень… очень его не хватает. Подушка летит вверх, чья-то рука отстегивает замок на моей лодыжке. — Милая… — зовёт родной голос. — Кэтрин… Я все еще лежу лицом вниз, не в силах встретиться взглядом со своим наваждением. — Рыжая… — холодные пальцы касаются моей щеки, убирают волосы в сторону. Я сильнее вжимаюсь лицом в постель. — Это я… Любимая… Я… Нет, это невозможно. В который раз мне уже чудится наша встреча. Наша невозможная во всех смыслах встреча. Ладонь гладит меня по щеке, прикосновения знакомые до боли. Я наконец собираюсь с духом и поднимаю глаза. Это Кит. Я вижу это и не вижу. Верю и не верю. Кит ставит меня на ноги, но я вся дрожу, стоять невозможно. Я падаю в объятья мужа и понимаю, что это действительно его объятья. — Как такое возможно… — только и шепчу я. Горло саднит, сердце пропускает удары. — Я жив, родная… — шепчет мой Кит. — Я с тобой. Сколько раз я слышала такое во сне! Сколько раз я верила абсолютно зря. Но сейчас я все равно верю. Пусть даже потом я проснусь и будет больно. Я верю, потому что буду верить каждый раз. Если придётся — всю жизнь. Иного варианта просто нет. — Кит… — Да, это я, — Кит берёт в ладони мое лицо и целует меня так нежно, как никогда прежде. И мокро. Кажется плачу сейчас не только я. — Мы должны идти, сможешь? Я все еще в шоке, совсем не знаю что думать и во что верить, поэтому просто киваю. — А это твоё… — мне на плечи ложится красная кожаная куртка. Да, это мое. Она сгинула вместе с Китом почти месяц назад. Кит берёт меня за руку, ведет к выходу. Там он освобождает Брюса, и когда тот встает, со всей силы бьет его кулаком в лицо. Я все больше склоняюсь к варианту, что это не сон. В моем сне Кит не стал бы бить Брюса, я так думаю. Брюс отшатывается, но оставляет удар без ответа. — Идем, — рычит Кит Брюсу и мы выходим в темный коридор. Отсюда до выхода рукой подать, я помню. Мы идем быстро, но не срываемся на бег. Если мы встретим кого-то, то не привлечем особого внимания. Кит идет впереди, ведет меня за руку немного позади себя. Его пальцы очень настоящие. Недавно они были холодными, теперь теплые. Брюс позади меня шморгает носом, видимо Кит разбил ему лицо в кровь. Лестница, мы у самого выхода, здесь тоже абсолютно темно, лишь неясный свет фонарика освещает дорогу под нашими ногами. — Кто идет? Я вздрагиваю. Не думала, что в этой темноте кто-то есть. — Четырестаседьмой, — отвечает Кит, и в следующий миг фонарь опускается охраннику на голову. — Скорее, — рука Кита снова находит мою ладонь, мы идем быстрее, щелкают замки. Не верится. Мы на свободе. Холодный ветер бьет в лицо, но мурашки по телу пробегают приятные. Это мурашки свободы. Свободы, где мой разум не хотят у меня отнять. Свободы, где мой Кит со мной. Но это еще не конец. — Нужно скорее убираться отсюда, — подгоняет муж. Мы бежим, на мне больничные тапки, которые так и норовят слететь, но я согласна бежать хоть босиком, лишь бы с Китом и на свободу. Брюс перегоняет нас на опушке леса, и мы все трое вваливаемся в зеленые заросли. Здесь Кит дает нам передохнуть. — Нужно дождаться остальных, — говорит он, переводя дыхание. Все это время он не выпускает меня из объятий, целует в макушку, и каждой клеточкой своего тела я осознаю, что это не сон. — Я видела, как ты умер, — говорю я с сомнением в голосе. Кит напрягается. — Ты ничего не видела, этот урод вырубил тебя. Я смотрю на Брюса, он как раз вытирает кровь с лица рукавом пижамы. — А у меня был выбор?! — спрашивает он с вызовом. — Ты хотел, чтобы она осталась с тобой и угодила им в лапы?! Хотел, чтобы из нее выкачали все мозги и заменили их чушью?! — Ты знал? До меня начинает доходить. — Ты знал, что Кит жив? В горле стоят слёзы. — Знал, — отвечает Брюс, Кит едва успевает удержать меня, потому что я уже рвусь с ним расправиться. — Ты знал, что мой муж жив и все равно позволял мне скорбеть и оплакивать его? Ты чокнутый на всю голову, Мур! Брюс молча сносит оскорбления, когда же я затихаю, он спокойно объясняет: — Я не мог допустить, чтобы ты попала в плен. С тобой проще выжить, ты нужна была в моей команде. А давать тебе ложные надежды я не хотел, твоего мужа вполне могли убить при захвате, либо же он бы скончался от ранения. Я делал то, что было лучше в данной ситуации. — Ты… Я не нахожу слов, просто прячу лицо у Кита на груди. Такой родной запах снова рядом, я уже и не мечтала почувствовать его вновь. — Он прав, — неожиданно становится на сторону Брюса Кит. — Он делал все для твоего спасения. Ладно, соглашусь, доля истины в этом есть, Брюс и правда помогал мне выжить. Но я не хочу думать о нём. Я нашла давно погибшего мужа, это счастье захлестывает меня целиком. В какой-то момент я просто замечаю себя целующейся с ним, и это выше пространства и времени. Мы просто растворяемся друг в друге, пока голос Брюса не сообщает, что наши товарищи на подходе. Погони все ещё нет, Кит своим выключением света всех сбил с толку. Я замечаю всех, кого мы потеряли: Элиаса и Майю, Джека, Стива, Роджера с Эви, Тифани и Эмбер, Прабхата, Аманиту и многих других. Я уже и не верила, что увижу их вновь. — Быстрее! — подгоняет их Кит. Майя не удивлена, но обрадована, видимо кто-то рассказал ей раньше, чем узнала я. Впрочем, уже не важно. Кит мой. Он со мной. Теперь я его не потеряю. Вдали слышится лай и загораются огни дронов. — Со всех ног, давайте! — подгоняет Кит. Эмбер отстает, ей нельзя бегать быстро, иначе она может навредить малышу. К счастью Джек замечает её и подхватывает на руки. Он сильный, ему кажется даже не тяжело. Я не знала, что Зевс попался, но это даже к лучшему сейчас, он нам в команде никогда не помешает. — А где Чен? — спрашиваю я, когда мы снова переходим на бег, рука Кита в моей ладони дергается. — Ты уверена, что хочешь это знать сейчас? — Если ты можешь мне это сказать, — дипломатично отвечаю я. Я не хочу выпытывать то, что возможно приносит Киту страдание. — Я убил его, — отвечает он после небольшой заминки. — Он вас продал за свободу, но когда вас не нашли, мне приказали его казнить. Я сделал это. Я киваю, об участи Чена я давно догадывалась, мне только жаль, что этот груз ляжет на плечи моего любимого. Однажды Кит уже убивал ради меня. В этот раз, верю, у него снова были на то причины. Четырестаседьмой. Четвертая модификация, подопытный номер семь. Киту стерли память. Я так думаю. — Ты был под модификацией? — спрашиваю я. Знаю, сейчас не самое подходящее время, дроны догоняют, но если они догонят нас, то вполне возможно убьют, у меня последние мгновения для того, чтобы все понять. Кит на мой вопрос только кивает. — А как ты вспомнил? — не унимаюсь я. — Вспомнил твою привычку нюхать мои вещи, — Кит усмехается. — Пока нюхал твою куртку. Эти идиоты меня даже из квартиры не переселили. Мы немного вырываемся вперед, сбегаем по склону вниз, снова теряемся между деревьев. Возможно нам даже удастся обмануть дронов. Есть еще собаки, но если успеем дойти до реки, собьем их со следа. — Они мне подселили «жену», — рассказывает Кит. — Думали, что тебя можно таким образом выбить из моей головы. — Он резко останавливается, притягивает меня к себе и жадно целует. — Они ошиблись. Рыжая такая одна. Не нравится мне слово «жена» по отношению к посторонней девушке, но я решаю передвинуть этот вопрос на потом. — Ничего не было, если что, — успокаивает меня муж. — Я вовремя вспомнил тебя. Уж точно вовремя, Кит просто спас нас сегодня. Не знаю, сумела бы я вспомнить его после модификации или нет? Если даже нам суждено сейчас умереть, я рада это сделать с ясной головой, помня о своих чувствах. Лай собак все ближе, Аманита взывает к Аллаху, Брюс предлагает драться. Бежать-то уж точно некуда, собаки быстрее, а от дронов не спрячешься на дереве. — Хотим жить, нужно сдаваться! — кричит Марк. — Поднимем руки вверх, авось не убьют. Бег прекращается. Все слишком быстро сдаются. — Ну уж нет! — Брюс оставляет нас и бежит в лес. В общей суматохе действительно несколько человек могут сбежать незамеченными. — Кит, уходи, — прошу я. — Кого-кого, а тебя точно убьют, потому что ты сломал модификацию. Естественно Кит не уходит. Мы просто становимся в одну длинную цепочку. Все поднимают руки. Мы с Китом стоим немного отдельно, держимся за руки. Нас казнят. Бежать не позволяет совесть. — Я люблю тебя, — шепчу я, возможно в последний раз. — Рыжая… — Кит поворачивает ко мне голову, — правда или действие? Он серьёзно? Судя по выражению его лица, он хочет приободрить меня, что ж, я дам ему такую возможность. — Только правда, — выбираю я. — Сделаешь меня отцом? Голос Кита ломается, он знает, что все эти мечты лишь ложь. — Обещаю, — говорю я, не в силах сдержать слёзы. Звук дронов совсем близко. Смерть рядом.